Часть 5

Первая профессиональная охота. Ночь была тихой — слишком тихой. Город дышал неоном и жарой, но в переулке у старой фабрики, где, по слухам, появлялись демоны, стояла мёртвая тишина. Джим и Руми шли рядом, не касаясь, но будто связанные одной нитью. — Ты точно готова? — спросил он, глядя на неё в полутьме. В голосе — не сомнение, а забота. — Боюсь, но да, — честно ответила она. Он кивнул. — Главное — дыши. Не отпускай звук. И если потеряешь контроль — я рядом. Они вошли в здание. Воздух — затхлый, сладковатый, будто гниющие цветы. И вдруг — вспышка тьмы. Демон. С вытянутым телом, похожим на дым, и руками, как тени из кошмара. — Руми! Сейчас! — крикнул Джим. Она спела. Нота — высокая, чистая, режущая воздух. Демон закрутился, как воронка, зашипел и начал распадаться. Но второй вынырнул из стены и потащил её в сторону. Джим выстрелил из звукового активатора — тварь взвыла. Руми упала — он тут же подхватил её, обнял, прижал к себе. — Ты в порядке? — Я… только ногу подвернула, — выдохнула она. — Но мы справились? Он помог ей подняться. Вокруг — только тишина. Демоны исчезли. Но сердце Руми всё ещё колотилось в груди, а глаза Джима смотрели на неё… иначе. Глубже. Мягче. — Я знал, что ты справишься, — тихо сказал он. — Но видеть это своими глазами… Это было невероятно. Руми хотела ответить, но язык прилип к небу. Вместо этого она просто кивнула. Он вдруг медленно поднял руку и откинул прядь её волос с лица. Он наклонился чуть ближе, словно хотел сказать что-то важное… но остановился, задержав взгляд на её губах. — Поехали домой, — прошептал он. — А то я точно сделаю глупость. — А может, не такая уж и глупая, — шепнула она, но всё же отвернулась первой.

***

После боя на заброшенной фабрике всё изменилось. Джим больше не смотрел на Руми, как на новичка. Он знал: она не просто выдержала — она выжгла тьму голосом. Без страха. Без истерик. Как будто всю жизнь к этому шла. На следующий день они встретились снова — уже не по расписанию, а просто… потому что тянуло. Он ждал её у студии, прислонившись к мотоциклу. На нём — тёмная куртка, в ушах наушник-рация, на лице тот самый взгляд, от которого у Руми подгибались колени. — Готова? — коротко спросил он, но в голосе уже была та мягкая улыбка. — А если нет? — поддела она. — Тогда я всё равно не отпущу тебя одну. Новая цель — тень, прячущаяся в клубе под видом продюсера. Демон питался не страхом, а чужими надеждами, вытягивая вдохновение, как пиявка. Джим держал наблюдение. Руми, как всегда, действовала по голосу — на сцене, спев короткую импровизацию, она активировала волну, и демон выскользнул из тела жертвы. Схватка была короткой, но жесткой и они справились.

***

Позже в квартире у Джима. Квартира Джима была тёплой. Руми стояла у окна, кутая плечи в тот же плед, что он накидывал на неё в самую первую ночь. Он возился на кухне, грея молоко с мёдом. Не чай. Не кофе. Что-то домашнее. — Всё в порядке? — спросил он, поставив кружку рядом. — Ты сегодня молчаливая. Руми посмотрела на него, мягко улыбнулась. — Просто думаю. Мы с тобой только недавно познакомились, а уже… вместе спасаем людей от тварей из другого измерения. — И вроде как не сошли с ума. Хотя я бы сказал, мы слегка… помешались друг на друге. Она фыркнула и села на диван. Он — рядом, ближе, чем раньше. Пауза между словами не давила. Она пила, он смотрел. — Знаешь, — сказала она тихо, — я сегодня поняла одну вещь. Я чувствую себя в безопасности рядом с тобой. Даже когда всё летит к чертям. Даже когда я ничего не понимаю. Просто… рядом. Он вздохнул. — Я хотел бы сказать, что всё под контролем. Что я знаю, что делаю. Но иногда, Руми… я сам боюсь. За тебя. За нас. За то, что могу не успеть. Она положила руку на его. — Я не хрупкая. Ну, может, немного. Но я уже не та, что пришла на прослушивание в потной футболке. Я теперь охотница. И у меня есть ты. Он посмотрел на их переплетённые пальцы. — Ты понимаешь, что ты мне теперь не просто напарница? Она кивнула. — И ты мне — не просто спасатель. Молчание. Потом — короткое движение. Он придвинулся ближе и, сдержанно, бережно, поцеловал её в висок. А она склонилась к нему, положила голову на плечо.

***

Дело казалось простым: очередной демон-засранец, замаскированный под музыкального продюсера, заманивал подростков в подземную студию и вытягивал из них силу через голос. Джим и Руми идут вдвоём. Команда не успела, остальные охотники на другом задании. Но ловушка уже была готова. Когда Джим подходит ближе к демону — тот выпускает волну обратного звука. Джим падает, тело парализует. Сердце еле-еле бьётся. Руми в панике, в ушах — вой. И тут демон поворачивается к ней скалясь: — «Ты можешь спасти его. Только спой. Но знай — голосом своим ты его спасёшь. А потом — умолкнешь. Навсегда.» Она закрывает глаза. Потом смотрит на Джима. Он еле шевелит пальцами, хочет ей что-то сказать — «Не надо». Но поздно. Руми делает шаг вперёд… …и поёт. Это самая мощная песня, которую она когда-либо пела. Без слов. Без страха. Изнутри. Из любви. Джим вырывается из хватки, подхватывает её — и только тогда понимает: она уже ничего не может сказать. Она улыбается. Но ни шепота. Ни дыхания в слове. Прошло две неделис тех пор. Руми молчит. Не из упрямства. Просто не может. Она теперь слышит звуки, которые никто не слышит: эмоции, движение, даже ветер. Но человеческая речь — вне её возможностей. Джим рядом. Заботится. Шутит. Делает вид, что всё будет нормально. Но он скучает по её голосу. По "эй" и "ты вечно в чёрном, готик ты наш". Однажды он оставляет ей записку: "Ты спасла меня. Теперь моя очередь тебя слышать. Если ты не можешь говорить — пой со мной в другом ритме. Ритме жизни. Мы придумаем новую музыку, Руми. Без слов. Только ты и я." Они стоят на крыше Nova Entertainment. Над городом утро. Руми слушает город. Джим тихо насвистывает их первую мелодию. Она обнимает его. И вместо ответа… ставит пальцы ему на грудь — где сердце. Тук. Тук. Он слышит. Она улыбается.

***

После битвы и потери голоса у Руми начинается новая жизнь в тишине. Она быстро привыкает — на удивление даже себе самой. Она записывает мысли в блокнот, использует телефон, улыбается глазами. Но Джим видит: она делает вид, что справляется. Он изучает архивы охотников, находит древний ритуал: «Голос можно вернуть, если найти эхо её души — то место, где впервые зародилась её внутренняя музыка.» Он начинает спрашивать Руми, где она впервые поняла, что петь — значит жить. Она долго думает. И потом указывает пальцем на станцию метро в Сеуле. Там она когда-то услышала уличного музыканта, который играл на гитаре в одиночестве, и впервые запела ему в ответ. Теперь у него есть план. Джим приводит её туда. Ночью.Ставит колонку. Ставит запись той самой песни которую указала девушка что слышала впервые. Ритуал должен сработать, если душа готова снова звучать. Но ничего не происходит. Джим в отчаянии. Он плачет — впервые. Он шепчет: — Я не спас тебя тогда. Я не могу и сейчас. Прости. Он закрыл лицо руками. И вдруг…почувствовал её пальцы на своей щеке. Она стояла перед ним. И… губы её дрогнули. — Дж… — хрипло, еле слышно. Но это был звук. — Джим... Он поднял голову. Слёзы сами текли. Он засмеялся, смахнул их неловко. — Да… я тут. Я слышу тебя. Она упала к нему на грудь. Он прижал её, словно боялся, что исчезнет. — Спасибо, что не сдался. Она не полностью восстановила голос — но теперь может говорить шёпотом. А дальше — всё зависит от неё.