Глава 3

9 сентября            Проснуться. Привести заплаканное лицо в порядок. Позавтракать. Посетить уроки. Сделать домашнее задание. Ужин. Сон. На следующий день — повторить. Гермиона больше походила на призрака, чем на живого человека. Осунувшееся лицо, покрасневшие глаза, растрепанные, более чем обычно, волосы. И полное непонимание, как дальше жить. Она никогда не думала, что предательство может быть настолько болезненным. Верно говорят, что больнее всего делает родной человек. После всего, что они пережили вместе, она даже представить не могла, что Рон способен на такое. В Австралии она много думала о будущем. Во время войны они жили одним днем, никогда не загадывая наперед. Но сейчас, когда все закончилось - у нее появился план. Вернуться в Хогвартс. Закончить обучение. Сдать экзамены. Помочь родителям. Построить карьеру в Министерстве. И… узаконить отношения с Роном. И пусть она никогда не обсуждала это с ним, но ей казалось логичным, что у них все к этому идет. Рон, выросший в большой и любящей семье, всегда казался ей серьезным семейным парнем, готовым жениться сразу после школы, как это принято в волшебных семьях. Конечно, она никогда не собиралась становиться типичной миссис Уизли и производить на свет больше, чем двоих детей. Но то, что у них будет будущее — не вызывало у неё сомнений. А теперь, после его предложения, она больше не понимала, как жить. Принять его идею, казалось из разряда вон. Отказаться — значит потерять его. Её идеальный план катился к чертям. Три дня спустя сидя в Большом зале за завтраком, Гермиона нехотя ковырялась в жаренной картошке, пытаясь поесть или, хотя бы, сделать вид, что она поела. Кусок не лез в горло, но она изо всех сил пыталась выглядеть нормально. Она рассказала все Джинни, но не хотела, чтоб остальные друзья узнали и донимали ее сочувствием. Поэтому дежурная улыбка не покидала ее заплаканного лица. На удивление, даже Луна на это не обращала внимание и вела себя как обычно. Скорее всего это было с подачи Джинни, которая не отходила от нее ни на шаг. И, если честно, начинала раздражать своей чрезмерной заботой. Сейчас подруга сидела рядом и с остервенением разрезала бекона. — Я его прокляну, пусть только попадется мне под руку! — Шипела она себе под нос. — Я уже отправила ему кричалку, на эти выходные он приползет в Хогсмид и на коленях будет вымаливать у тебя прощение. Гермиона натянула улыбку. — Джинни, это только наше с ним дело. Не заставляй меня жалеть, что я с тобой этим поделилась. — Он мой брат, — резко ответила та. — Значит, и моё тоже. Я всегда хотела, чтобы ты стала частью семьи. Сестрой. И когда это наконец стало возможно — этот идиот всё рушит. Она зло наколола кусок бекона. — Я не позволю. Гермиона мягко посмотрела на неё. — Ты мне уже как сестра. И Рон этого не изменит. На этот раз её улыбка была искренней. Пусть у нее не было родных братьев и сестер, но рядом с Джинни она чувствовала такое спокойствие и поддержку. Это чувство она испытывала рядом с родителями, Гарри, Джинни и… Роном. Мысль обожгла. — И как ты теперь представляешь Рождество в Норе? — продолжала Джинни. — Дни рождения? Каникулы? Всё будет по-другому. И это его вина. Гермиона не хотела больше продолжать этот разговор. Первый урок у нее был отдельно, поэтому она планировала искать спасение и уединение за классными стенами. Она быстро доела свой завтрак, приобняла подругу и спешно покинула Большой зал. Идя к дверям, ее преследовали перешёптывания и странные взгляды. Но Гермиона списала это на свой уставший вид. И решила зайти в туалет для девочек, чтоб умыться и сделать что-то со свои лицом и волосами. — А я думала, почему она так плохо выглядит в последнее время... — Вы видели ее глаза? Красные как у вампира. Наверно ночами плачет, бедняжка… Кучка шестикурсниц резко замолчали, когда Гермиона вошла. Они испуганно переглянулись и, чуть не сбив Гермиону с ног, выбежали из туалетной комнаты. Но девушка не обратила на них внимания, погруженная в свои мысли. Она подошла к зеркалу, вглядевшись в свое отражение. Умылась холодной водой и нанесла чары гламура на лицо и волосы. Раньше она никогда этого не делала, точнее только один раз, перед Святочным балом. Гермиона никогда не пыталась кому-то понравиться внешне и считала, что в человеке в первую очередь важен ум и доброта. А не то, как он одевается или выглядит. На секунду у нее перед глазами мелькнул Рон в его новом образе. Гермиона помотала головой отбросив наваждение. Чары убрали мешки под глазами и красноту. Волосы все еще оставались торчать в разные стороны, но все равно стали выглядеть лучше. Она никогда не считала себя красавицей, но точно не была уродиной. И сейчас глядя на свое отражение, у нее зародилась новая мысль, которая раньше никогда ее не посещала. Может тоже пора что-то поменять? С этой идеей она покинула уборную и отправилась на урок. В коридоре стало ещё хуже. Шёпот усилился. Люди замолкали, когда она подходила. И смотрели. С сочувствием…? Они что-то знают? Но как? Переступив порог класса, ее застала гробовая тишина. Она хотела подойти к Невиллу, спросить, что происходит, но не успела, следом за ней в класс вошла профессор Макгонагалл. —Мисс Грейнджер, займите, пожалуйста, свободное место. Гермиона огляделась и почувствовала, как внутри всё сжимается. Свободное место было только одно… рядом с Драко Малфоем. Ее ужас прервала повторная фраза профессора с просьбой занять место. Нехотя она села за стол, на самый край. Как можно дальше от него. Сидеть рядом с ним было тяжело сразу по нескольким причинам, но сегодня главная была в том, что у него она точно не могла и не хотела спрашивать о происходящем вокруг. Макгонагалл начала урок, под возобновившейся шепот со всех сторон. Гермиона же постаралась сосредоточиться на том, что говорит профессор. Чтоб успокоить себя и выбросить все мысли из головы. Она взяла перо в руки и стала конспектировать урок. Но постоянно отвлекалась, и ко всему прочему, она заметила, как на нее украдкой поглядывает Малфой. Его глаза на удивление были полными сочувствия, но как только он перехватил ее взгляд, они вновь стали холодным и отрешенным. По Малфоевски. Шёпот не прекращался и наконец Макгонагалл не выдержала. — Я понимаю почему вы так возбужденны, — её взгляд на секунду задержался на Гермионе. —  Но, если урок будет продолжаться в таком ключе вас всех ожидает наказание. Шёпоты мгновенно прекратились, но взгляды все еще были направленны в сторону Грейнджер. Гермиона сжала перо и пару минут боролась с собой, но все же медленно подвинулась ближе к середине стола. Еще и еще. Остановившись на расстоянии вытянутой руки от Малфоя, она решила, что этого будет не достаточно, чтобы ее не услышала профессор. И придвинулась в плотную. Малфой вздрогнул и отбросил перо. Она наклонилась и прошептала ему в самое ухо: — О чем говорила профессор, почему все ведут себя странно? Он дернулся будто от удара током и отскочил от нее на другой конец стола. Так и знала, что это была глупая идея. Но тут он подвинул к ней выпуск Ежедневного Пророка, на первой странице которого красовалась колдография Рона и какой-то блондинки. Он обнимал ее за талию, она смеялась, а через секунду прижималась и целовала в губы. Заголовок статьи гласил «Расставание героев войны и новая любовь Рональда Уизли». Гермиона в шоке смотрела на колдографию, где вновь и вновь блондинка целовала ее Рона. Она не могла пошевелиться или хотя бы отвести взгляд в сторону. В груди стало пусто. С каждой секундой она чувствовала, как слезы наполняют ее глаза, и что больше не может их сдерживать. Переборов оцепенение она бросила вещи в сумку, крикнула профессору, что нехорошо себя чувствует и, до того, как предательские слезы полились из глаз, не видя ничего перед собой, вылетела из класса. *** В комнате ее вырвало в спешно наколдованное ведро. Она даже не успела толком осознать, что происходит. Просто тело сдалось раньше разума. Заставив ведро исчезнуть, она легла на кровать и горько заплакала. Как давно Рон решил всё изменить? Эта идея со свободными отношениями явно посетила его не в воскресенье прямо перед их встречей. Такие решения не принимаются за один вечер. Значит… раньше. Гораздо раньше. Может он вообще уже давно вел двойную жизнь и имел тайные встречи? А сейчас ему уже не зачем скрываться и поэтому в газете появилась эта статья. В этот день Гермиона больше не пошла на уроки, а пролежала на своей кровати свернувшись клубочком, не двигаясь, до самого ужина. Плакала. От бессилия погружалась в сон. Просыпалась. И снова начинала плакать. В середине дня к ней зашла Джинни, она попыталась поднять ее с постели и проводить на ЗоТИ. Но Гермионе было все равно, она не собиралась покидать пределы их комнаты. Джинни побыла еще немного и ушла на урок, пообещав решить проблему с прогулами. Гермиона в очередной раз перечитывала статью, как будто от этого текст мог измениться: «Нам удалось взять короткое интервью у героя войны и завидного холостяка Рональда Уизли, появившегося на открытии модного ресторана в сопровождении обворожительной спутницы Мэгги Стивенс. Мистер Уизли сообщил, что их отношения с мисс Гермионой Грейнджер стали инклюзивными. И он не против познакомиться и пообщаться с другими молодыми ведьмами.  Мисс Стивенс от комментариев отказалась, однако дала понять, что не намерена отпускать мистера Уизли в ближайшие дни. Что это? Дружба с привилегиями или развитие серьезных отношений, читайте в ближайшем выпуске Пророка.» Гермиона не выдержала и бросила газету в камин. Пламя мгновенно охватило пергамент. И вместе с ним что-то внутри неё. Она закрыла лицо руками и снова заплакала. *** Запах мясного рагу вырвал её из тяжёлого, липкого сна. Гермиона медленно открыла глаза. В комнате были Джинни, Луна и Винки. Эльф держала в руках поднос с ароматным ужином и выглядела будто сама вот-вот заплачет, огромные уши были плотно прижаты к голове. — Мисс не спустилась в Большой зал и поэтому Винки принесла еду в комнату. Надеюсь, Мисс не разозлится на Винки, ведь Винки зашла в комнату без приглашения. — дрожащим голосом сказала она. —Все в порядке, — хрипло ответила Гермиона. — Можешь заходить, когда захочешь. Винки просияла и осторожно поставила поднос на тумбу рядом, пожелала приятного аппетита и испарилась с громким хлопком. Луна и Джинни опустились рядом и неловко переглянулись, не зная, что сказать пока Гермиона оперевшись на спинку кровати, наколдовала зеркало и разглядывала себя в отражении. Выглядела она хуже прежнего. Лицо опухло и выглядело раздутым как после жалящего заклинания или укуса десятка пчел. Девушка поднялась с кровати и пошла в ванную комнату, где умылась холодной водой и снова наложила чары гламура. В этот раз почти не спасшие положение. Ее лицо все еще выглядело ужасно. Гермиона вернулась в комнату. Подруги все еще сидели на кровати и нервно ерзали. Она села по-турецки и взяла в руки тарелку, со все еще теплым рагу. Ужин оказался безумно вкусным или, может, это Гермиона сильно проголодалась. Она набросилась на еду со зверским аппетитом. Когда в тарелке почти ничего не осталось, Джинни, наконец, подала голос: —Я отправила ему еще одну кричалку. — Тихо начала она. — И хочу, чтобы ты знала, я на твоей стороне. — Мы все на твоей стороне. — Луна задумчиво смотрела на Гермиону. — Знаешь, мне кажется это все проделки Неверниц. Эти птички нащебетали ему, Рон не такой. — Луна! — Резко перебила Джинни. — Не неси ерунду, это все Рон. Какие бы птички ему что ни щебетали. Луна пожала плечами, но спорить не стала. — Я в порядке, Джинни. — Тихо сказала Гермиона. — Рон может делать все что он захочет. Завтра я отправлю ему письмо, со своим решением. —И что ты решила? Гермиона замолчала и уставилась перед собой в пустую тарелку. —Я пока не знаю. *** 10 сентября Этой ночью она не спала, но и не плакала. Слезы закончились. Гермиона решала, как ей дальше быть. Если она продолжит плакать и прогуливать уроки, то ей проще бросить обучение в Хогвартсе. Этого она точно не хотела делать по двум причинам. Первая - пришлось бы идти на работу в министерство и изо дня в день наблюдать Рона и его вереницу ведьм. Вторая, это, то, что она не хотела покидать школу, тем более из-за такой причины. Значит ей нужно взять себя в руки и продолжать жить. Как будто ничего не произошло. А возможно даже последовать совету Рона и измениться, начав брать от жизни все. Гермиона подошла к столу, взяла пергамент и перо и написала всего два слова «Я согласна». Нет, она не была согласна на свободные отношения. Но это был её выбор. Не быть жертвой. Не быть той, кого бросили. А той, кто решает сама. Поэтому и приняла решение сделать вид, что ее все устраивает, а после — будь как будет. Уже не успевая в совятню перед завтраком, Гермиона позвала Винки и спросила ту, не могла ли она отправить письмо за нее. Эльфийка радостно кивнула и с хлопком отправилась исполнять просьбу. Заверив Гермиону, что та может звать ее, когда ей что-то понадобится. Гермиона надела школьную форму и на секунду забежала в ванную почистить зубы и наложить чары гламура. В этот раз они вышли сносными. Мешки под глазами полностью пропали, а лицо приобрело ровный оттенок. Волосы выглядели аккуратнее, но Гермиона пообещала себе, что она потренируется с чарами и вообще узнает у Джинни, как правильно за ними ухаживать. Девушка много раз предлагала ей свою помощь с волосами, но Гермиона отказывалась. Ей это казалось неважным. Я делаю это не для Рона или чтобы он понял кого потерял. Я делаю это для себя. Повторяла Гермиона, не веря своим словам. *** В Большой зал она вошла с высоко поднятой головой, улыбаясь каждому, кто обращал на неё внимание. Когда она подошла к друзьям, ее улыбка стала еще шире — почти беззаботной. Невилл тут же подскочил, освобождая место рядом с Джинни. Гермиона села за стол и в тотчас перед ней появился завтрак. Она сразу же принялась за еду с неожиданным аппетитом. Джинни с осторожным любопытством наблюдала, как подруга расправляется с жареным беконом и яйцами. —Значит, ты в порядке? — Нервно постукивая вилкой по краю тарелки, спросила она. — По крайней мере… выглядишь ты хорошо. Она замялась и тише добавила: — Ты больше не плакала? Гермиона лишь улыбнулась и отрезала еще кусочек бекона. —Нет. И я хотела тебя попросить: больше не писать Рону про меня и тем более, отправлять ему кричалки. Я уже отправила ему письмо. Джинни удивлённо приподняла брови. — Если ты настаиваешь… конечно. — Коротко кивнула и не удержавшись быстро добавила. —  Можно узнать, что ты ему написала? Гермиона пожала плечами и уверенно произнесла: — Я согласилась на его условия. Джинни и Невилл одновременно беззвучно охнули. —Гермиона мы все на твоей стороне. Тебе не стоит соглашаться на то, с чем ты не согласна! Пусть он только мне попадется! Уж я ему устрою. — Невилл грозно сжал кулаки. —Нет. — Резко произнесла Гермиона. Она сделала вдох и уже мягче добавила: — Мне правда важно, что вы за меня. Но я сама разберусь. Гермиона подула на кружку с чаем и продолжила: — Да, я сейчас согласилась. Но не потому, что мне подходят свободные отношения… Она сделала паузу, отпила чай и спокойно договорила: — А потому что я решила попробовать жить иначе. Джинни нахмурилась: — Что ты имеешь в виду? — Я все время столько всего себе запрещала… — Неуверенно начала Гермиона. — А потом война… и это всех так сильно ограничило. Семь лет я следовала за Гарри и Роном, не обращая никакого внимания на себя. Она подняла взгляд: — Теперь я хочу делать то, что хочу сама. Или хотя бы… попробовать. Друзья переглянулись и медленно кивнули. — Что ж звучит, очень даже оптимистично. — Осторожная улыбка тронула губы Джинни. — Может нам всем стоит попробовать так пожить. *** Урок ЗоТИ проходил спокойно. Снейп рассказывал о новых заклинаниях атаки и защиты, разработанных во время войны. Джинни рисовала сердечки на пергаменте, не особо прислушиваясь к нему. Она очень скучала и переживала за Гарри и его новую должность. И теперь, когда Гермиона была снова в порядке, ей больше не нужно было этого скрывать. Гермиона же снова не могла сосредоточиться. Её взгляд то и дело ускользал вперёд — к Малфою, сидевшему прямо перед ней. Когда она вошла в класс, ученики начали перешёптываться. Некоторые даже подошли выразить сочувствие. Малфой же даже не дернулся. Хотя мог бы обернуться и бросить ей какую-то гадкую фразу. Что-то вроде «А что ты думала грязнокровка? Даже Уизли больше тебя не хочет». Но видимо для него это было так очевидно, что он даже решил не произносить это вслух. — Знаешь… — неловко пробормотала Джинни, заметив её взгляд. — Я ничего не скажу. Если ... ну вдруг ты захочешь с ним пообщаться. Щеки Гермионы вспыхнули, и она сразу же уставилась на свой пустой пергамент: — Я просто задумалась, я … Я смотрела не на него! — Мисс Грейнджер. Голос Снейпа прозвучал резко, как удар. — Я понимаю, что вы, вероятно, считаете себя уже достаточно компетентной, чтобы игнорировать мои занятия… Класс притих. — …но поверьте, даже такая всезнайка как вы, знает не всё. Едкое замечание Снейпа поразило Гермиону. — Поэтому я назначаю вам парное задание по теме: «Тайные способы борьбы кентавров с тёмной магией». Срок — до конца семестра. Он обвёл класс взглядом в поиске второй жертвы. — Вашим партнёром будет… Джинни вжалась в стол, стараясь стать незаметной. — О. Мистер Малфой составит вам компанию. — Но профессор... Снейп не дал договорить. — Никаких «но», мисс Грейнджер. Гермиона вспыхнула от возмущения. Малфой никак наказание не прокомментировал. *** После урока они задержались, чтобы уточнить детали. Гермиона предприняла последнюю попытку: — Профессор, можно мне выполнить задание одной? Снейп был непреклонен. — Мисс Грейнджер, для вас дополнительное задание, это скорее поощрение, чем наказание. Поэтому я выбрал наименее симпатичного вам напарника. — Ухмылка сияла на его лице. Гермиона стиснула зубы. — К тому же, — продолжил он, — эта работа может быть местами… опасной. Вам придется отправиться в Запретный лес и провести исследование непосредственно у первоисточника. Так как данных по этой магии никаких нет. Профессор развел руками и еще более едко улыбнулся. —Понимаю, что даже это, вам не кажется опасным. Но поверьте, мистеру Малфою наказание будет не лишним. А рядом с вами он, безусловно, будет чувствовать себя в безопасности. Снейп развернулся и быстрым шагом отправился прочь из кабинета. Гермиона могла поклясться — он усмехался. Она повернулась к Малфою. Тот уже собирал вещи. Его лицо — привычно холодное, отстранённое. — Когда начнем? — Неуверенно начала девушка. — Мы бы могли встретиться в библиотеке… и для начала составить план работы.  Ну или, если хочешь, я сделаю все сама, но скажем, что выполняли работу вдвоем. Драко развернулся подобно Снейпу и начал удаляться от растерянной Гермионы. У двери он на миг остановился и, не оборачиваясь, бросил через плечо: — В понедельник, в девять вечера. И вышел, бросив растерянную девушку одну посреди класса.  *** 14 сентября Выходные Гермиона посвятила изучению чар гламура, которые с помощью Джинни удавались ей все лучше и лучше. И общению с подругами. В воскресенье они всей девичьей компанией посетили Сладкое королевство и магазин дамских штучек мадам Оливии. Гермиона предпочла бы провести это время за книгами в библиотеке, но Джинни предложила присоединиться к ней, и она последовала своему новому правилу – брать от жизни все. И, как оказалось, это работало. Они провели чудесный день за поеданием вкуснейшего тыквенного пирога и школьными сплетнями, которыми Пэнси Паркинсон владела в поистине неисчерпаемых количествах. В понедельник Гермиона проснулась в отличном настроении — с твёрдым намерением прожить этот день идеально. Насколько это возможно. Вечером её ждала первая встреча с Малфоем для работы над общим проектом. Девушка лениво потянулась в кровати, бросила взгляд на еще спящую Джинни, и отправилась в душ— навстречу новой версии себя. Как удачно что сегодня, как раз, был понедельник. Как-то она в магловском журнале прочитала, что любые «перезагрузки» стоит начинать с первого числа или хотя бы с начала недели. Тогда это показалось ей полной чушью, но сегодня она вспомнила эту статью и решила ей последовать. По пути в душ, она захватила с собой тяжелою сумку со всякими баночками из магазина женских штучек — и была полна решимости использовать сразу все. Через полчаса сборов на нее из зеркала смотрела незнакомка. Ровный тон кожи, легкий румянец, завитые темные ресницы — чары гламура, за которые она бы без сомнений получила «превосходно». На губы она нанесла магловский бальзам светло-коричневого цвета. А волосы никогда не выглядели так аккуратно: мягкие кудри легкими волнами опускались на плечи. Образ получился очень нежным. Видел бы меня сейчас Рон… Мысль оборвалась сама собой. Точнее, он бы хотел меня такую увидеть, мне то на него все равно. Гермиона вышла из ванной и столкнулась с восхищённым взглядом Джинни. — Ученик превзошёл учителя! — воскликнула та, разглядывая её с ног до головы. — Ты прекрасна. Щёки Гермионы залились довольным румянцем. —Спасибо за твою помощь. — Всегда пожалуйста. — Кивнула Джинни и вскочила с места. — Дай мне десять минут, и поспешим на завтрак, мы не должны прятать такую красоту. *** По дороге в Большой зал Гермиона ловила на себе взгляды — даже больше, чем в день той злополучной колдографии. Но теперь в них не было жалости. Только интерес. И восхищение. Как же всё-таки люди… предсказуемы, — с лёгкой усмешкой подумала она. Проследовала к гриффиндорскому столу под одобрительный гул одноклассников. — Гермиона… — Невилл уставился на неё так, будто забыл, как дышать. — Я тебя сначала не узнал. Ты выглядишь… необычно… необычно хорошо! Она села за стол и улыбнулась. — Держи себя в руках, — Симус ткнул друга локтем, ухмыляясь. — Если Луна услышит. Тебе несдобровать. Но он прав, ты великолепна. — Я по-дружески! — Поспешил оправдаться Невилл оглядываясь на когтевранский стол, под общих хохот. —Спасибо парни. — Гермиона усмехнулась. И с удивлением поймала себя на том, что ей… нравится это внимание. — Тебе чего? Резкий голос Джинни оборвал разговор. Гермиона повернулась. Над ней возвышался Драко Малфой с привычной нагловатой ухмылкой. Сердце на секунду сбилось. Он хочет отменить нашу вечернюю встречу? —По твою голову пришел, рыжая. — Ухмылка Малфоя стала еще шире. И он протянул Джинни, какой-то буклет. Который она машинально взяла. Все тут же склонились ближе. «Эксклюзивная вечеринка в Тайной комнате. 19 сентября. 23:00» Гермиона переглянулась с Джинни, ее взгляд был шокированным. —Малфой, что это? Какая, к Мерлину, вечеринка в Тайной комнате. — Джинни могла бы сейчас посоревноваться с василиском в силе убийственного взгляда. — Она закрыта! — Тайная комната снова открыта, — лениво протянул он. — Трепещите, враги наследника. По спине Гермионы прошёл холодок, а Джинни пребывала в таком ужасе, что возможно впервые в жизни, не нашла что ответить. Малфой явно наслаждался произведённым эффектом. — Расслабься. Шутка, — добавил он через паузу. — Просто вечеринка. В… атмосферном месте. Он чуть наклонил голову. — Твой дружок Поттер получит сову с приглашением. Так что у тебя будет личный герой для защиты. Ухмылка вернулась. — Хотя максимум, что вам там грозит — перебор с огневиски. Он обвёл взглядом стол. — Ваши приглашения придут с совами. Надеюсь, гриффиндорцы умеют развлекаться. Кивок — в сторону Невилла и Симуса. И только потом его взгляд остановился на Гермионе. Чуть дольше, чем нужно. — Вечером не опаздывай. И уже разворачиваясь, добавил тем же небрежным тоном: — А, и да… Пауза. — Грязнокровкам, конечно, не место в святилище Слизерина.