Глава 7

20 сентября Наблюдение за картой мародёров не принесли никаких результатов. В течение следующего часа Гермиона наблюдала за именами, появляющимися на мгновение и исчезающими в недрах ненаносимой Тайной комнаты. Большинство из них были ей незнакомы — можно было даже сказать, что почти все. Масштаб мероприятия явно оказался куда больше, чем она предполагала. — Шалость удалась. Спрятав карту обратно в сумку Джинни, Гермиона решила закончить разбор подарков. Наложив на шкаф заклятие незримого расширения, она начала методично сортировать вещи — одну за другой, почти не глядя, отправляя их на бесконечные полки. Уже собираясь убрать мантию, Гермиона вспомнила о письме Министра, всё ещё лежащем в кармане. Она достала плотный конверт с фиолетовым сургучоми и открыла его. «МИНИСТЕРСТВО МАГИИ Кому: Мисс Гермионе Джин Грейнджер Предмет: Уведомление об официальной регистрации патента №774-Б Уважаемая мисс Грейнджер, Настоящим уведомляем вас, что ваше прошение о регистрации магического изобретения, классифицируемого как «Колдобщеник», было официально рассмотрено и одобрено Комиссией по патентам. Экспертная группа провела тщательную проверку на предмет нарушения «Статута о секретности» и установила, что используемые вами чары Протея и механизмы синхронизации чернил соответствуют стандартам магической безопасности. Опытные образцы вы получите по почте в ближайшие дни. Массовое производство начнется не позднее 25 числа текущего месяца. К письму прилагается официальный сертификат с золотым тиснением и печатью Сектора. Желаем успехов в ваших дальнейших изысканиях на благо магического сообщества. С уважением, Кингсли Бруствер Министр Магии» Гермиона прижала письмо к груди и широко улыбнулась. В этот момент она почти физически ощутила, как огромный валун, который она добровольно тащила в гору все эти месяцы, наконец сорвался вниз. Первый шаг к оплате счетов за лечение родителей был сделан. Она ещё раз перечитала письмо, словно не веря до конца, затем аккуратно убрала его в школьную сумку и, наконец, опустилась на кровать, позволяя себе расслабиться. Живоглот, будто только этого и ждал, тут же запрыгнул к ней и начал устраиваться на подушке, кружась в попытке свернуться клубком. Не найдя достаточно места, он недовольно мяукнул и спрыгнул вниз, задев что-то на прикроватной тумбе. — Глотик, осторожно. Гермиона вздрогнула от неожиданного звука и, свесив руку с кровати, нащупала упавший предмет. Это оказалась небольшая бархатная коробочка тёмно-синего цвета. Сев, она с любопытством открыла её. Внутри она увидела небольшой кулон-локет серебристого цвета, в центре виднелось созвездие Девы, звезды на котором заменяли, переливающиеся в лунном свете, сапфиры. Кончики пальцев покалывало, когда Гермиона касалась прохладного металла, она затаила дыхание и нажала на механизм в ожидании увидеть внутри подсказку, от кого мог бы быть этот подарок. Он выглядел слишком личным, по сравнению с остальными. С небольшим щелчком кулон открылся. Внутри была лишь надпись «Per aspera ad astra». Девушка разочарованно вздохнула, собиралась убрать его обратно в коробку, но на мгновение замерла. А затем надела. Кулон приятным холодом опустился на грудь. Теребя его пальцами и перебирая в голове людей, подходящих на роль тайного дарителя, она погрузилась в царство Морфея. *** Утром Гермиона проснулась помятая и в скверном настроении. Потянувшись на кровати, она взглянула на часы и поняла, что почти проспала завтрак — до его окончания оставалось всего полчаса. Девушка вскочила, быстро привела себя в порядок в ванной, натянула блузку и юбку. Всё это она делала максимально тихо, стараясь не разбудить Джинни, которая спала, закинув ноги на подушку, прямо в коктейльном платье. В Большом зале сидела лишь пара её сокурсников — по тем же причинам, что и она, не попавших на вечеринку. Гермиона коротко им кивнула и начала складывать завтрак в наколдованный контейнер, решив поесть вместе с Джинни в комнате. Вернувшись, она застала подругу за тем, как та допивала пузырёк с голубым зельем. —Доброе утро, я принесла нам завтрак. Джинни лениво приподняла флакон, салютуя ей. — За твое здоровье! — она осушила его одним глотком и слегка скривилась. — Малфой был таким заботливым хозяином вечера, что на выходе всем выдавали антипохмельное зелье. Придётся, видимо, перестать называть его хорьком. Она хмыкнула и тут же потянулась за булочкой. Гермионе не терпелось узнать, как же прошла вечеринка, но упорно молчала. Вместо этого делала вид, что прошедший вечер ей полностью безразличен, волнение выдавал лишь кусочек тоста, который она бессмысленно перебирала руками, будто полностью поглощена едой. Но Джинни слишком хорошо ее знала. — Ой, ну хватит уже мучить тост! — Она бесцеремонно хлопнула Гермиону по руке. — От твоей "незаинтересованности" в воздухе скоро искры полетят. Я же вижу — ты ждешь подробностей вечеринки больше, чем результатов Ж.А.Б.А. Гермиона смущенно пожала плечами: —Не хотела отвлекать тебя от завтрака. Джинни закатила глаза от такой глупой отмазки. — Я знаю тебя лучше, чем ты сама. И, не дожидаясь ответа, начала: —Знаешь, всё это место так и кричит: "Посмотрите, у моего папочки всё еще куча золота в Гринготтсе". — Она фыркнула, изображая пальцами в воздухе кавычки. — Сцена в центре такая огромная, будто Малфой планирует выпустить туда стадо гиппогрифов, а не просто пару музыкантов. Всё такое блестящее, пошлое и... до тошноты идеальное. Она перевела дыхание и продолжила, уже быстрее, увлекаясь. Про безумное количество диванов по периметру комнаты, бархат на которых такой мягкий, что она на секунду испугалась, не живой ли он. Про чувство, что стоит чихнуть — и к тебе тут же подлетит эльф в смокинге со счётом на сто галлеонов. Про дивных артистов, развлекающих публику выступлениями и танцами. Про бесконечную барную стойку окружающую сцену. И приглашённых барменов из лучших магических клубов мира — те смешивали коктейли, которые искрились, дымились и парили в воздухе, как маленькие драконы. И, конечно, про VIP-ложи. — А он сидел там, — Джинни задрала подбородок, изображая Малфоя, — и смотрел вниз на всех, как надутый дементор на празднике. Будто внизу — кучка флоббер-червей, которых случайно пустили в его личный рай. Она резко взмахнула руками, едва не выбив чашку чая из рук Гермионы. На её щеках горел румянец — не то от возмущения, не то от того, что вечеринка всё-таки была чертовски крутой, что она с болью в голосе признала уже несколько раз. Но это не мешало ей закидывать голову, подражая высокомерной манере Малфоя, и её фырканье то и дело перебивало рассказ. — Там было больше сотни человек, — продолжила Джинни, уже чуть спокойнее. — И, знаешь… процентов восемьдесят точно не из Хогвартса. Следующая вечеринка — десятого октября. У нас есть три недели, чтобы понять, как тебя туда провести. Гермиона вздохнула. — Джинни, оборотное варится месяц. Я не успею. — Значит, купим. — Джинни пожала плечами. — Ты пойдёшь на эту чёртову вечеринку и увидишь тайную комнату в тайной комнате. — Гриффиндорка загадочно хихикнула, прикрыв рот рукой на слове «тайная». Гермиона подвинулась ближе и мягко обняла её за плечи. — Дорогая, даже если мы достанем зелье, то я не думаю, что основная проблема будет в нем. — Она подняла руку, загибая пальцы. — Нам понадобится само зелье. Волосы незнакомки, в которую я буду оборачиваться. Новая одежда, если моя не подойдет… Гермиона убрала руку и грустно взглянула подруге в глаза. — И я думаю, что Малфой не просто не пригласил грязнокровок. — Гермиона сделала секундную паузу. —  Если там и правда было такое количество народа, то скорее всего у многих могла появиться идея пробраться незаметно под оборотным на вечеринку. Малфой не так прост… — Девушка тяжело вздохнула. — Я думаю, он наложил какое-то ограничивающее заклинание на вход, чтобы… такие как я, не могли зайти. Джинни дернулась и в глазах появилось понимание. — Знаешь, — осторожно начала она. — Я и правда, что-то почувствовала на входе… какой-то импульс, будто кто-то проверял мой… магический отпечаток. Конечно не все так просто. Что еще можно было ожидать от слизеринца... Гермиона обреченно развела руками в стороны, будто принимая что они проиграли. Но Джинни так не считала. — Я тебе вчера сказала, что ты пойдешь на вечеринку. Значит ты пойдешь на нее. — Джинни крепко сжала руки Гермионы в своих, в ее глазах горел огонь. — Хорек, конечно, не дурак, но он точно не самая умная волшебница современности. Она вскочила и начала рыться в сумке. — Мне нужен пергамент, — Джинни оглянулась на Гермиону. — Отправлю Гарри письмо, чтоб он ненадолго одолжил нам мантию-невидимку... Мы идем в тайную комнату! Что ж это опять что-то из разряда «соглашаться на все повороты судьбы». Гермиона понемногу привыкала к мысли, что таких поворотов будет все больше и больше. *** 21 сентября Понедельник начался с посылок. Джинни получила мантию-невидимку с ужасно строгим сопроводительным письмом от Гарри. Он, разумеется, «не осуждал», но настойчиво просил пользоваться ей с умом и, по возможности, не попадаться Снейпу. Рыжая гриффиндорка лишь закатила глаза и рассмеялась, комментируя, каким правильным стал её парень после месяца практики в аврорате. Гермионе же пришли первые образцы Колдобщеника. Слегка дрожащими руками она разворачивала упаковку, всё ещё не до конца веря в реальность происходящего. Небольшая книга в твёрдом коричневом переплёте, с чистыми страницами внутри — на первый взгляд совершенно обычная. Но стоило коснуться обложки, как по коже пробегало едва заметное тепло — отклик магии. Гермиона зачаровала свой и помогла зачаровать копию подаренную Джинни, чтоб на первом же уроке опробовать новинку. По одному экземпляру она выдала Луне и Пэнси. Еще один попросила Джинни, чтобы отправить Гарри вместе с благодарственным письмом за мантию. Письмо, впрочем, включало лишь одну строчку: «Что ты знаешь про секс по переписке?». А последний Колдобщеник Гермиона положила в сумку, до последнего сомневаясь в своем благоразумии отдать его Малфою… С этим у нее возникли проблемы. Несмотря на полное совпадение их расписаний он появлялся перед самым уроком и тут же исчезал сразу после окончания, не давая ни единого шанса на разговор. Будто намеренно игнорируя все и всех. А в особенности ее. Вечером понедельника девушки начали подготовку к исследованию Тайной комнаты. Для начала им необходимо было понять появляется ли там кто-то вне вечеринок. Изучение карты мародёров принесло свои результаты. После уроков там мелькало всего три имени: Малфой, Нотт и Забини. Иногда вместе, иногда по отдельности — но всегда только они. Наблюдая за картой в течение недели, девушки не обнаружили никакой другой активности, либо посещений после отбоя. Это и стало их целью. На следующей неделе они это сделают. *** 23 сентября В среду на уроке трансфигурации Малфой снова появился за секунду до профессора Макгонагалл и не оставил Гермионе никаких шансов на разговор. Она краем глаза наблюдает за его безразличным лицом, когда он занимает место возле нее и неспеша достает учебник и пергамент из сумки. Не взглянув на нее даже мельком. Чёртов хорёк. Запах нового пергамента и чернил обычно успокаивал Гермиону, но сегодня кабинет Трансфигурации казался ей камерой пыток. Виной всему был ее сосед по парте. Гермиона поймала себя на мысли, что уже несколько минут не слушает лекцию. Вместо этого — рассматривает его профиль. Малфой сидел на другом краю стола с идеально ровной спиной, тень от его ресниц падала на бледную скулу, а пальцы цепко держали перо. Он полностью был погружен в лекцию, прерываясь только на то, чтоб записать тезисы, продиктованные профессором. Его игнорирование было физически ощутимым. Между ними будто бы была возведена ледяная стена, волны холода которой Гермиона ощущала на своем теле. Почему меня вообще волнует, что он меня игнорирует? ... Гермиона резко отвернулась, взяла перо и попыталась сосредоточиться на лекции.  Безуспешно… У нас общий проект по ЗоТИ! Нам необходимо общаться! Гермиона удовлетворённо кивнула, найдя оправдание своей чрезмерной заинтересованности в слизеринце. Она достала колдобщеник из сумки и вместе с ним, медленно подвинулась по скамье ближе к Малфою. При ее приближении скрип пера прекратился, он замер, но все еще смотрел прямо перед собой. — Малфой, — её голос предательски дрогнул. — Возьми. Это для тебя… Она положила колдобщеник прямо поверх его пергамента. Наконец его лицо ожило, брови метнулись вверх, рот слегка приоткрылся в беззвучном вопросе. Он недоверчиво взял его в руки, пролистал пустые страницы и наконец повернул голову и взглянул на Гермиону. — Книга? В его глазах на секунду мелькнула заинтересованность, тут же сменившаяся привычным холодом. Щёки предательски вспыхнули. Гермиона отвела глаза, не выдержав его взгляда. —Это мое изобретение, — еле слышно произнесла девушка. — Для быстрого обмена письмами. Гермиона очень гордилась своим изобретением. Когда она только представила идею Кингсли — он сказал, что не зря ее зовут самой умной ведьмой современности и это определенно прорыв в магическом сообществе и он обдумает, чтобы наградить ее второй медалью Мерлина — за вклад в развитие магического общения. Но сейчас сжавшись под взглядом Драко Малфоя, она не считала, что он сможет по достоинству оценить ее способности. И поднимет ее на смех перед всем классом, как это было не раз в прошлом. Тем временем Малфой нашел вкладыш инструкцию и, с видом лёгкой скуки, начал читать. — Если ты меня добавишь, мы сможем переписываться… — добавила Гермиона, с трудом сглотнув. Малфой повернул голову со сторону девушки, на его губах играла усмешка. Он хотел было что-то сказать, но вместо этого откинулся назад и провел рукой по волосам— и его взгляд изменился. Его глаза больше не выглядели как две бездонные льдины, в них горел неподдельный интерес. Звонок. Малфой резко встал, кивнул ей — коротко, почти небрежно — и, забрав подарок, вышел из класса. *** Гермиона лежала на кровати, перед ней был огромный фолиант, который она изучала, не отвлекаясь ни на что уже несколько часов и даже пропустила ужин. Она была полностью погружена в магическую историю, когда краем глаза заметила, что на коричневой обложке сбоку от неё пронеслось синевой оповещение о новом письме. На странице было выведено аккуратным подчерком с небольшими завитками: «Драко Малфой: Завтра в библиотеке. 21:00.» И как всегда обладатель этого самого почерка был предельно лаконичен. Желудок скрутило в узел, щеки бросило в жар, а пальцы дрожали, когда она писала ответ. Это свидание! Голос Джинни прозвучал в голове слишком ясно. Гермиона затрясла головой сбрасывая наваждение. Нет, встреча в библиотеке. Очевидно, мы продолжим работу над нашей общей работой… С чего вообще он бы звал меня на свидание?.. Девушка поднялась с кровати, убрала книгу на стол. И подошла к шкафу. Она не хотела, но бессознательно выбирала наряд к их завтрашней встрече. Остановилась на бархатном тёмно-синем платье с вырезом сердечком. Игриво, но со вкусом. Удовлетворившись своим выбором, она заснула. *** Гермиона сидела за дальним столом у запретной секции в ожидании Драко Малфоя. Слишком часто бросала взгляд на часы. 20:58. Он должен был появиться с минуты на минуту. Гермиона хотела было призвать книги о кентаврах, чтобы создать видимость, что она пришла в этом неуместном наряде, чтобы вплотную заняться написанием работы, а не попытками заинтересовать слизеринца. Но книг в библиотеке не оказалось. Она поздно вспомнила, что Малфой унес их к себе в спальню в прошлый раз. Мозг предательски зацепился за эту мысль. Какая она? Его спальня? Наверняка — холодная, выверенная до идеала. Изумруд и серебро. Возможно, на стенах — плакаты любимой квиддичной команды, на полках — кубки. И кровать… большая, с тяжёлым балдахином. Скрывающим всё, что там происходит. — Грейнджер, кхм.. Хорошо выглядишь. Гермиона так погрузилась в фантазии, что не заметила, как он появился и занял стул напротив нее. Краска прилила к ее щекам, выдавая ее мысли. Но она понимала, что он никак их не узнает и скорее всего спишет ее реакцию на свой комплимент. Девушка кивнула, теребя пальцами кулон, висевший у нее на шее. — Спасибо.. — голос был тихий с легкой хрипотой. Малфой, будто ничего не заметив, достал книги и разложил их на столе. — Не думаю, что они нам помогут, — он протянул ей чистый пергамент и слишком пушистое перо. — Но мы могли бы сделать заметки. Конечно, это не свидание. Гермиона протянула руку за пером и на мгновение, когда их пальцы соприкоснулись, она почувствовала электрический разряд, прошедший через все ее тело. Она резко отдёрнула руку. Малфой наблюдал за ней с лёгкой полуулыбкой и подал ей книгу. Гермиона поежилась и постаралась взять её аккуратно, чтобы избежать даже легкого контакта с его кожей. Ее пугала реакция ее тела. Малфой что-то говорил, но слова расплывались. Гермиона смотрела на его губы, пытаясь уловить смысл… и вместо этого думала о том, какие они на вкус. Теплые и нежные, или холодные и обжигающие? Ей так захотелось коснуться их, чтобы понять. Попробовать наконец на вкус. Гермиона продолжила наблюдать за ним. Под чёрной рубашкой угадывались движения мышц, когда он поднимал книгу. Её взгляд цеплялся за каждую деталь — руки, шею, линию челюсти… —Ты меня вообще слушаешь? Голос Драко прорвался сквозь завесу мыслей. Он смотрел прямо на нее, губы были растянуты в самодовольной улыбке, а глаза хитро сверкали. Гермиона пришла в себя и быстро опустила голову на книгу, лежащую перед ней. — Я думаю над нашим заданием, что же еще. — Голос прозвучал легко и непринужденно. Надеюсь. Без сомнений, он заметил, как она откровенно пялилась. Но промолчал. Вместо этого встал, взял свой стул и подвинул его вплотную к ее. Сел, задев всем телом. От этого у Гермионы сердце выполнило кульбит, она хотела отстраниться, чтобы между ними появилось хоть какое-то расстояние. Но она была зажата между стеной и его горячим телом. Пока он перемещал предметы на столе, она попыталась взять себя в руки и перестать дрожать. Задержала дыхание, прикрыла глаза, досчитала до пяти. Громкий выдох. —Что-то не так? — Малфой смотрел на нее вплотную, невинно моргая длинными ресницами. Он находился так близко, что она могла с легкостью пересчитать их количество. — Все в… порядке. Гермиона потянулась за книгой, и опять столкнулась с его пальцами. Ее тело отозвалось на это новым электрическим разрядом. Малфой ухмыльнулся и перелистнул страницу. В звенящей тишине они продолжили изучение. *** Гермиона потеряла счёт времени. Оно будто остановилось в тот момент, когда он оказался так близко. Девушка пыталась дышать под счет, чтоб сохранять сосредоточенность и при этом разбираться в написанном. Сбивчивое дыхание Малфоя ей в этом ничуть не помогало, даже больше сбивало. В конце концов, она попыталась под него подстроиться, чтоб не выбиваться из ритма. И как только ей это удалось, она почувствовала руку на своем бедре. Уши заложило, а дыхание перехватило, будто она нырнула с головой глубоко в море. Гермиона аккуратно из-под ресниц взглянула на него. Малфой выглядел абсолютно спокойным, словно ничего не происходило. Она перевела глаза вниз, проверяя не обманывают ли ее ощущения. Определенно нет. Его рука по-хозяйски лежала на границе дозволенного. Кому дозволенного? Её парню, а точно не ему. Гермиона заерзала на стуле, пытаясь скинуть руку. Вместо этого нахальная ладонь поднялась еще выше по ее бедру, вызвав этим движением очередной электрический разряд. Который спустился к животу, но в этот раз никак не покидал ее тело, наоборот распространяя жар и спускаясь ниже. — Малфой.. ч-что ты делаешь… Ее голос дрожал. — А на что это похоже? Он поднял голову от учебника и повернулся к Гермионе. Его взгляд медленно скользнул по её лицу… ниже… ещё ниже… и остановившись на ложбинке груди, едва выглядывающей из-под платья. Щёки вспыхнули, она попыталась прикрыться — но он перехватил её запястья. —Грейнджер, — тихий, почти ленивый вздох. — Зачем тогда было надевать это чертовски сексуальное платье? Наглая ухмылка сбивала так же сильно, как и его слова. — Для себя, Малфой, — выдохнула она сквозь зубы. Он только усмехнулся. Она снова попыталась вырваться из его хватки. Но Малфой лишь придвинул ее ближе к себе. Теперь его горячее дыхание обжигало ее кожу, а запах рома с карамелью сводил с ума. Ее руки обмякли, и она понимала, что окончательно проиграла эту битву, сдавшись воле своего вечного соперника. Будто почувствовав ее молчаливое согласие, Малфой отпустил руки. Отстранился, разглядывая ее. Гермиона завороженно наблюдала за ним, не двигаясь и почти не дыша. — Ты знаешь… — он коснулся её волос, наматывая прядь на палец. — Ты очень красивая. Её дыхание сбилось. Рука снова легла на бедро — крепче, увереннее. Сжав его так сильно, что после на нем точно останутся синяки в форме его пальцев. Она почувствовала, как по коже мгновенно пробежали мурашки, а жар внизу живота стянулся в тугой, горячий узел. Он наклонился ближе, дыхание обожгло ее шею. —Грейнджер... Через секунду горячий язык быстрым движением облизал ее. Тихий стон сорвался с губ. А тело предательски выгнулось ему навстречу, сообщая о безоговорочной капитуляции. Малфой хмыкнул. —Грейнджер, Грейнджер… Всё произошло слишком быстро и в то же время мучительно медленно. Малфой резко подался вперед. Его горячие губы накрыли её рот в требовательном, почти грубом поцелуе. Гермиона без раздумий ответила, а руки судорожно вцепились в рубашку. Он глухо зарычал в поцелуе, а его пальцы больно вплелись в её волосы, фиксируя голову, не давая ни шанса отстраниться. Вторая рука блуждала по ее телу. Притянул к себе за талию, неспеша провел ладонью до выреза платья и запустил во внутрь. Длинные пальцы тут же нашли затвердевший сосок и грубо сжали, оттягивая его. Гермиона простонала ему в губы, чувствуя каждое его движение. Она понадеялась, что уже достаточно поздно и в библиотеке нет никого, кто может помещать происходящему. И совсем не боялась, что кто-то может их поймать. Гермиона беспокоилась лишь о том, что Малфой перестанет делать то, что делал в этот момент. Укусив нижнюю губу и тут же облизав это место языком, он отстранился, и с самодовольной улыбкой потянул за вырез вниз освобождая вздымающуюся грудь от синего бархата. Перед его довольными, сверкающими от похоти глазами, открылся вид на черное кружево. Через которое виднелись стоящие соски. — А ты не такая хорошая девочка, какой хочешь казаться. — Почти промурчал он. Слишком громкий стон вырвался из Гермионы, когда он лизнул сосок через ткань, сладко сжимая грудь. Малфой коленом раздвинул ее ноги, платье поднялось, обнажив еще больше кружева. Проворные пальцы тут же начали исследовать новую территорию, закружили над кромкой белья и наконец, под сбившееся дыхание Гермионы, нырнули прямо в ее горячий центр. —Ты такая мокрая…, — прошептал он ей в ухо. Раздвинув влажные складки, Малфой медленно погрузил в неё сразу два пальца. Он начал ритмично двигаться, легко выскальзывая и входя снова. От этих движений кружево натянулось на клиторе и Гермиона почувствовала набегающие волны наслаждения. Дыхание давно сбилось, глаза закатились, губы невнятно бормотали, чтобы он не останавливался. Не прекращая движений внутри неё, Малфой большим пальцем надавил на сам клитор. Гермиона задохнулась и через мгновение мощный оргазм разлился по всему ее телу. *** Гермиона резко распахнула глаза, вырванная из вязкого, дурманящего марева сна. В комнате было темно и тихо, её кожа горела, словно к ней все еще прикасались горячие пальцы Драко. Судорожно вздохнула, прижимая ладонь к бешено колотящемуся сердцу. Воздух в спальне казался слишком разреженным, а тишина — оглушительной. Она до боли зажмурилась, пытаясь удержать в памяти его низкий шепот, но сон неумолимо ускользал, оставляя после себя лишь жгучее чувство стыда и невыносимую, тяжелую пустоту внизу живота.