«Выбери меня!» Саэ Итоши winner.

Иногда самые трудные решения кажутся такими простыми со стороны. Всего лишь слово. Всего лишь шаг. Всего лишь чья-то рука, протянутая тебе навстречу. И всё же каждый раз, когда ты пыталась представить, как открываешь рот и произносишь «я выбрала», горло тут же сжимал невидимый обруч. Сомнения роились в голове, как назойливые тени, не давая покоя ни днём, ни ночью. Саэ-словно светлая траектория стремительного будущего, уверенность, сила и притягательная зрелость. Он знал, чего хочет, и не стеснялся брать это. Рин же-холодная глубина, упрямое молчание и болезненная привязанность, которую он прятал за сдержанностью, но ты уже давно умела ее распознавать.  Ты росла вместе с ними, шагала рядом по жизни, слышала признания без слов, чувствовала взгляды, полные эмоций, о которых они никогда не говорили вслух. И вот теперь, когда одна половина тянет тебя за руку в далёкий, сверкающий горизонт, а другая держит крепко, почти болезненно, не отпуская, будто без тебя рушится его мир. Ты стояла между двух сердец, оба пылали одинаково ярко. Но выбрать нужно было лишь одно. Ты долго смотрела в потолок, лежа на кровати, пока город за окном постепенно гасил свои огни. С каждым часом ты чувствовала, как внутреннее напряжение натягивается до боли в груди, как будто твоё сердце держат за оба запястья и тянут в разные стороны. Ты вспоминала каждый момент, как Саэ впервые сказал тебе, что однажды станет лучшим. Как Рин сжав губы молча вставал рядом с тобой, чтобы ты не почувствовала себя одинокой. Как оба они по своему оберегали тебя, и как это всё начало превращаться в нечто иное: болезненное, удушающее, но по своему красивое, как бы это страшно не звучало. Ты знала, что Саэ не отпустит. В его словах звучала не просьба, а скорее предупреждение. Он не умел сдерживать желания, особенно если дело касалось тебя, что было все более заметно с каждым прожитым годом. И все же, ты чувствовала: рядом с ним ты не исчезнешь, не утонешь, он всегда будет рядом: как скала, как огонь, как центр. Ведь Саэ всегда показывал себя с этой стороны. Иногда казалось, что Саэ знал тебя лучше, чем ты себя. Даже в школьные годы по одному твоему выражению лица он мог спокойно распознать что тебе нужно.  Морщишься? Он уже все понял и подал тебе свою запасную ручку.  Нахмурила брови? Саэ уже повернулся к тебе, с привычным спокойным выражением лица, бросив простое «На каком ты задании? Объяснить?».  Начала грызть ручку? Твой рыцарь в блестящих доспехах уже тут как тут: начал повторять слова преподавателя, которые ты прослушала из собственной невнимательности.  Саэ всегда был амбициозным, решительным, чуткий, и ты знала что с ним ты сможешь стать частью его мира, даже если он будет слишком большим и слишком опасным. Он хотел, чтобы ты наблюдала за его взлётом, но за этой просьбой таился страх-страх потерять контроль, страх оставить тебя с кем-то другим. Отдать тебя другому-это все равно что по глупости отдать пас сопернику, добровольно позволяя забить гол в свои собственные ворота. А разве лучший в мире допустит это? Рин же был тихим и по-своему пугающим. Он смотрел на тебя не как на подругу, а скорее как на спасение. И может быть, ты бы и осталась, если бы не боялась того, во что может превратиться его цель. Ты не была уверена, спасёшь ли его или утонешь вместе с ним? Тем более, Рин был младше, немного, но иногда это чувствовалось слишком остро. Его молчаливая природа, упрямство и резкость, ты знала, это не просто характер подростка. Это было больше, словно внутри него росло что-то мрачное, глухое, глубинное. Пока это чувствовалось не так остро, но что будет дальше? Его мир не был ярким, как у большинства его ровесников. Он был затянут облаками, но в нём ты тоже чувствовала себя значимой. И всё же, Рин жил мечтой, в которой, казалось тебе, ты только часть пути, а не цель. Он хотел стать лучшим, хотел снова встретиться с Саэ, не как брат с братом, а как равный с равным. И ты знала: если останешься, он будет держаться за тебя как за якорь. Он будет смотреть на тебя с отчаянной привязанностью, путая любовь с нуждой. Сможешь ли ты после быть для него опорой? Быть той, кто верит в него до конца, поддерживая его мечту стать лучшим в мире и превзойти другого? Возможно Рин верил в тебя, а ты в себя? Ты уже была не уверена в этом. Ни в чем не уверенна. А может кто-то заставил тебя чувствовать себя так неуверенно?   В один из дней ты сидела на лавочке, смотрев на фруктовый лед на палочке в своей руке, так и не решаясь дотронуться языком до прохладной сладости, пока рядом с тобой сидел Саэ, крутив уже пустую деревянную палочку из под лакомства.  —Но как же Рин?…—твой голос звучал почти шёпотом, снова обсуждая эту тему с Саэ, который уже даже был готов к новому раунду,—Ты ведь сам знаешь, он тоже нуждается в поддержке. Особенно сейчас. Если я уеду…он останется совсем один. Ты не смотрела на Саэ, потому что в его глазах было слишком много правды и слишком мало пощады. Но он всё равно поднялся со скамейки, встав напротив тебя, не торопясь, будто знал: ты уже почти на краю. —Ты всё ещё смотришь на него как на младшего,—тихо сказал он,—Но Рин больше не ребёнок. Он выбрал путь и ты не можешь вечно быть его опорой. Иначе он никогда не встанет на ноги сам. Саэ говорил спокойно, словно говорил очевидные вещи ребенку, объясняя что нужно чистить зубы с утра. Саэ говорил такие речи тебе, показывая, что он заботится о вас двоих, особенно о Рине. Как старший брат о младшем, но не отрицал выгоду своего положения, ведь исходя из этого, ты поддавалась на его волю с каждым днем все больше.  —Это не так,—возразила ты, но слишком слабо,—Он…он не такой. Он не просит, но он держится…за меня, как и за тебя,—тихо добавила ты, чувствуя как фруктовый лед уже стал таить, от чего капли сока стали капать на твою руку.  Саэ чуть усмехнулся, но без насмешки, в его взгляде была почти нежность, прикрытая холодной уверенностью. Засунув руку в карман и вытащив оттуда влажные салфетки, парень протянул тебе одну, в очередной раз доказывая тебе своими действиями, что он готов к любым твоим проблемам. Готов к любым ситуациям, если они связаны с тобой, ведь давно выучил тебя, словно стихотворение в школе.  —Он держится за тебя, потому что ты часть его прошлого. Как я,—Он сделал шаг ближе, и ты почувствовала, как мурашки пробежали по коже,—Но я не хочу тащить с собой прошлое. Я хочу, чтобы ты стала частью моего будущего. Смотри на меня,—Он аккуратно, но настойчиво взял тебя за подбородок, поднимая взгляд,—Разве ты не хочешь увидеть, кем я стану? Ты же всегда была рядом, когда я поднимался. Хочешь пропустить мой настоящий взлёт? —Я…,—неуверенна начала ты, однако парень перебил.  —Подумай,—добавил он мягко,—Если я стану сильнее, если ты будешь рядом, Рин увидит это. Он всегда равнялся на меня. Он не говорит, но хочет догнать. И если ты поможешь мне, если ты поедешь со мной, ты не предаёшь его. Ты толкаешь его вперёд. Разве не в этом твоя сила? Он знал, как говорить. Не громко, не страстно, но в его словах было слишком много правды, чтобы сопротивляться. Он не умолял, не просил. Он предлагал, расчётливо, искренне, умело. И ты не заметила, как в горле встал ком, мешающий возразить. Потому что в этой тишине остался только он. Саэ Итоши. И может быть, ты поняла: этот выбор ты сделала ещё тогда, когда впервые пошла за ним.  После его слов в голове стало удивительно тихо. Саэ не умолял и не давил напрямую: он объяснял, расчётливо и почти нежно, будто знал каждую слабую точку внутри тебя. Он убедил, что это не предательство Рина, а наоборот-помощь. Ты не забираешь у него опору, ты даёшь ему цель. Ты не отворачиваешься, а помогаешь приблизить его мечту, ведь если Саэ станет сильнее, Рин не сможет стоять на месте. Он будет гнаться. Будет злиться, сражаться, рваться, а значит-расти. И разве это не то, чего ты всегда хотела для него? Такими словами, такими спокойными и точными ударами Саэ будто бы вырезал из тебя сомнения, пока в груди не осталась только одна истина: ты сделала выбор. Через несколько дней ты уже сидела в самолёте. Рядом с тобой-Саэ, сдержанный и молчаливый, как всегда, но в этот раз он не скрывал одного: его пальцы крепко сжимали твою руку, так, будто боялся, что отпустишь. Он смотрел в иллюминатор, туда где за облаками тянулась Испания, его новая арена, его новый пик, и теперь-твой новый мир. Саэ не говорил ни слова, но его хватка была красноречивее любых клятв. Он не собирался отпускать. Теперь ты была рядом, и ничто больше не могло стать помехой.  Признание в любви, предложение отношений, будущее вместе. Это все еще будет, ведь Саэ уже приложил достаточно усилий, дабы осуществить это. Саэ будто садовник, который уже вложил достаточно семян в почту, и достойно ухаживал за ними, чтобы вырастить красивый цветок.  А пока ты сидела в самолёте, сжав ладонь Саэ и летела навстречу новой жизни: к вершинам, к свету прожекторов и новой главе, далеко отсюда, в родном доме, Рин стоял в тишине. Его плечи дрожали, пальцы сжимались в кулаки, и было непонятно, что в нём сейчас сильнее: злость или разочарование. Он снова проиграл своему брату. В очередной раз. Но не на поле, а в чём-то куда важнее. От одной этой мысли его вены болезненно обозначились на коже, а в глазах вспыхнула ярость. В следующий миг кулак Рина со всей силы врезался в фоторамку, ту самую где вы втроём: он, Саэ и ты: юные, улыбающиеся, ещё ничего не подозревающие. Стекло разлетелось в дребезги, острые осколки упали на пол, как осыпающиеся иллюзии. А в голове у него уже билось только одно: Он сотрёт Саэ с поля. Он размажет его на его же стадионе. И тогда ты поймёшь-ты выбрала не того.