Он любит её объятия.

Ему никогда не было противно оказаться в её объятиях. Только заканчивался напряжённый день или выматывающее задание, которое могло разлучить его с ней на довольно-таки длительный срок, и Блэйд с неподдельным удовольствием прижимался к Стелле, когда она заключала его в объятия. Он опускал руки ей на талию, прижимался щекой к её груди, молча слушая размеренное сердцебиение – слушая звук, который постоянно убеждает Блэйда, что девушка все еще рядом с ним, в безопасности. Стелла облокотилась на балконные перила, молча глядя на одинокую в тёмном небе луну. Любование ночным светилом и россыпью звёзд было одним из немногих занятий, с помощью которых она пыталась развеять скуку каждый раз, когда оставалась наедине с собой без возможности с кем-нибудь поговорить по душам. А днем приходилось заниматься повседневной рутиной, ведь луна во всей своей красе появлялась исключительно в ночное время суток. Звук открывающейся со скрипом двери отвлёк девушку от наблюдения за небом. Она оглянулась через плечо и удивленно похлопала ресницами – на пороге стоял Блэйд. — Черт, ты меня напугал, – со смешком произнесла Стелла. Взгляд смягчился при виде Блэйда, который наконец-то вернулся после двухнедельного отсутствия. — С возвращением, как все прошло? Ты в порядке? – девушка начала заваливать стоявшего перед ней мужчину расспросами и, переступив балконный порожек и оказавшись в спальне, начала подходить ближе. — Все прошло… Вполне приемлемо, – ответил он, услышав ее облегчённый вздох. Сказать, что Блэйд просто измученным, было бы непростительным преуменьшением: по его виду складывалось ощущение, что за все время своего отсутствия он ни разу не сомкнул глаз. Девушка мягко похлопала его по плечу, направляя в сторону кровати. — Принести водички? Подожди, я мигом… – он прерывает её, заключив в объятия. Почувствовав, как он крепко прижимает её к себе, Стелла тяжело вздохнула, прекрасно понимая, что ему сейчас это было необходимо. Тут даже не нужно сильно напрягаться: все его чувства и мысли будто на ладони. Левая рука девушки легла ему на спину, осторожно поглаживая, а другая взъерошила мягкие темные локоны. Она позволяла ему оставаться в таком положении столько, сколько ему было нужно. Стелла была не из тех, кто отстраняется первой, и никогда не будет. Судя по поведению Блэйда, возможно, что-то пошло не так во время его задания с Кафкой, из-за чего он неожиданно стал таким прилипчивым. Не то, чтобы девушка жаловалась – ей такое даже нравилось. Блэйд никогда не был тем человеком, который сам проявляет привязанность. В большинстве случаев Стелла первая обнимала и целовала его, а он делал все возможное, чтобы ответить тем же, просто осчастливить её. Она еле как дошла с ним до кровати и прислонилась спиной к изголовью, прекрасно осознавая, что они вдвоем останутся в таком положении надолго, примерно до рассвета. — Может, лучше приляжешь? – спросила девушка полушепотом, чтобы он смог её услышать. Он сделал, как Стелла просила: устроился поудобнее на кровати, все еще обнимая её за талию, а его голова снова уткнулась ей в грудь. Её рука лежала на его голове, аккуратно поглаживая по взъерошенным прядям. — Спасибо, что вернулся ко мне, – прошептала Стелла, целуя его в макушку. Он пробормотал что-то невнятное, связанное с любовью к ней в ответ. Этого было вполне достаточно. Важно было лишь то, что он вернулся к Стелле целым и невредимым. Оставшись тем мужчиной, которого она любила.