Глава 6

Холодные капли дождя по-свойски обжигали кожу, заставляя чувствовать. Дождь никогда не был неброским и незамеченным, он всегда приносил различный спектр эмоций людям, чьих тел касалась охлажденная вода. У кого-то это привычное явление вызывало чувство умиротворения и внутреннего равновесия, словно эти мягкие капли смывали с порочных душ все грехи, совершенные ранее. А кого-то брала за душу ностальгия и чертова меланхолия. Адель можно было отнести к тем, кого пробирали скорее отрицательные эмоции. В её сознании моментально вспышками начали проскакивать моменты из детства, когда та, бессильно плача и умоляя, трепала за руку пьяного отца. Он лишь бросал мимолетные взгляды, полные безразличия к дочери. Так у девушки с самого детства развилась филофобия - боязнь чувствовать к кому-то привязанность, влюблённость. Привязанность к отцу медленно убивала малышку изнутри, поскольку та не получала должного внимания от родного. Вспышки ужаса томно затухали, возвращая брюнетку в не менее неприятную реальность. Боков спиной опёрся на рабочую машину, докуривая свою сигарету. Он приподнял голову вверх прямодушно и угрюмо, глядя в хмурое дождливое небо. Дождь вызывал у Бокова самые смешанные чувства. Он прикрыл глаза, дав мягким каплям омыть лицо, а затем выбросил окурок на сырую, пахшую глубоким и насыщенным запахом, землю. Адель сморщилась от резко упавшей частички на глаза и встала рядом с начальником, так же оперевшись на бок машины. — Он вёл себя очень странно для серийного убийцы. Он не пытался убежать, как это делают практически все, а угрожал, как бы боясь и остерегаясь, - начала та, повернувшись в сторону Бокова — Ну и шо ты хочешь этим сказать? По уликам всё сходится, материалы на него мы собрали. Шо тебе ещё нужно? - заговорил начальник, смахивая ладонью осадки со лба — Я начинаю подозревать, что это не Макурин. Мы взяли не серийника, - тихо бросила девушка — А кого мы тогда взяли, солнышко моё? Первого попавшегося человека шо ли? - невозмутимо продолжал Боков — Время покажет, - коротко ответила та и отвернулась в сторону, осматривая заросшую церковь. В округе пахло затхло и непривычно. — Ты это, много не ходи. А то нога ж у тебя, - без раздумий сказал Женя. Прошло несколько секунд, которых ему было предостаточно, чтобы понять, что сказанул. Адель повернулась в его сторону, пытаясь подавить читаемое на лице удивление. — Забудь, шо я такую хуйню сказал, - отмахнулся Боков — На самом деле никто, кроме вас, не интересуется моим самочувствием, - прошептала Адель. Их взгляды были устремлены друг на друга, а пар от горячего дыхания развивался извилистыми и тягучими формами. Адель хоть и знала натуру Бокова, но не могла пропустить мимо внимания его невербальную заботу. Он мог посмотреть по-своему, осудить по-своему. А она думала о нём, с каждым разом всё чаще. Как говорится, если на секунду усомнились, что что-то чувствуете, то обратите внимание на объем мыслей, который человек занимает в вашей голове. Она несомненно что-то чувствовала, но это была не привычная романтика, даже не ванильная симпатия, как описывают в всеми любимых книгах. Это были навязчивые мыли, долгие изучающие взгляды, отрицание своего интереса. А Боков чувствовал раздражение от её малейших действий, но при этом оно являлось приятным и мимолетным. Его это несомненно раздражало, но он продолжал глядеть. Жене хотелось постоянно уколоть её, подначить за косяки на работе.. Может, это всего лишь взаимный интерес? Оба стояли в тишине, был слышен лишь легкий шорох капель, стучащих ко крышам. — Ну шо, поехали в отдел, - бросил Боков и открыл дверь машины, садясь на руль. Адель пришлось обойти, чтобы сесть на переднее сиденье. Начальник дёрнул ручник, а затем попытался завести машину. Она заглохла прямо у той самой старинной церкви рядом с туманным лесом. — Блять, - ударил по рулю тот. Адель лишь усмехнулась от столь ироничной ситуации. — Ну и шо ты смеешься? Хочешь пешочком прогуляться - пожалуйста, - кивнул в сторону леса Боков, хмурив брови — Вы бы видели своё лицо, - продолжала смеяться Адель — Я б посмотрел на твоё лицо, если бы я тебя щас выпер из этой машины, - хмыкнул начальник, уставившись на девушку. Ответа от Адель не последовало, та лишь наигранно закатила глаза. Боков вышел из машины и обратился к девушке — Ну шо, за руль садись. Я машину сзади толкну, а ты заводи, - бросил тот и отошел назад — Евгений Афанасьевич, я не... - хотела возразить девушка, но её возмущения прервал мужской голос — Научишься, - холодно перебил Боков и толкнул машину сзади. Адель сообразила быстро и мигом завела машину. Она тронулась с места и Женя ускорил шаг. Присев в машину, он осмотрел ошарашенное лицо девушки, что только вызвало у него ухмылку. — Шоб не расслаблялась, - глаголил начальник, остановив машину. Адель неспешно подняла свои руки и боязливо посмотрела на предательский тремор. — У меня аж руки затряслись. Я больше с вами никуда не поеду, - подшучивая, показала руки та — Куда ты денешься, - ответил Боков, всё еще смотря на её руки. Сильная, сотрясающая руки дрожь, не прекращалась. Тогда Боков решительно обхватил её руку своей. Его большая ладонь бережно накрыла её девичью, сложно успокаивающая тяжесть. Сначала Адель едва заметно напряглась, словно его дразнящее прикосновение обожгло кожу, пытаясь не выдать своего волнения. Он бесцеремонно развернул её ладонь. Кожа девушки была бледноватая, с прожилками синих вен. Взгляд Бокова скользил по всей ладони: он дрожащих кончиков пальцев - до тонкого запястья. Он вольно провёл большим пальцем по девичьей ладони. Движение было незначительным и едва ощутимым, но чувства от этого действия приятно разлились по всему телу. Адель почувствовала лёгкое блаженство, постепенно сменяющееся на трепет. Её невольное смятение вмиг улетучилось, когда он заговорил: — И правда дрожат, - как бы дразняще проговаривал тот. Атмосфера была заряжена напряжением и невысказанными словами, что несомненно ощущалось кожей. И дрожь начала постепенно утихать. Сначала еле заметно, а потом сильнее и сильнее, пока руки не стали почти неподвижными.