ГЛАВА 3: Я тебя здесь не брошу!

[саундтреки к главе: Iwilldiehere – LUV & PAIN, Kim Dracula - Paparazzi, Adele - Skyfall (Dan Farber Remix), 5l33p - Sad Mercer, XXtentacion - Save Me (DareveL Remix), The Neighbourhood – Wires, PIZZA ft. Елена Темникова – По краям] Яркий свет прожектора ослеплял Ахмерову, что она видела лишь темную фигуру мужчины, который медленно приближался к ней. Вытащив из-за уха что-то похожее на сигарету, «незнакомец» махнул кому-то рукой, после чего прожектор выключился и, помещение заполнил тусклый белый свет, который не так раздражал глаза. Брюнетка утерла ладонью слезы и, проморгавшись, широко распахнула глаза от увиденного. На решетке, которая была закреплена к потолку, были прикованы Валера и Вахит. Руки молодых людей были стянуты наручниками, а ноги обвиты цепями. Девушка даже не успела сделать шаг, как почувствовала на своем плече чью-то ладонь, которая не давала сдвинуться с места. Повернув голову, она увидела Кащея с совершенно самодовольной улыбкой. - Дамирка, - хриплый голос неприятно резал ухо, - ты проспорил, она пришла одна. – мужчина взял в руки прядь длинных волос кареглазой и подавшись немного вперед, шумно вдохнул их запах, - Смелая девочка! – его глаза были устремлены в глаза брюнетки. - Убери от неё свои грязные руки! – рявкнул Зималетдинов из последних сил, пытаясь при этом высвободить руки. Со слов Зимы Костя лишь рассмеялся и кивнув здоровяку, помещение заполнилось трещанием, а на решетке начали мелькать искры в разных местах. Вахит и Валера издавали лишь глухие звуки, их мышцы напрягались на столько, что было видно ребра, когда парни выгибали спины, чтобы хоть как-то облегчить свои мучения. Настя вновь предприняла попытку броситься к друзьям, но Кащинский прижал её к себе так сильно, что девушка просто не могла сопротивляться. Глаза брюнетки были сосредоточены исключительно на Туркине, она вздрагивала вместе с ним, когда тот получал новую порцию удара током. Кучерявый настолько сильно закусил нижнюю губу, что из неё начали сочиться капельки крови, которые падали на его потный оголенный торс медленно стекая вниз по рельефному телу. - Хватит! – отчаянный крик Ахмеровой остановил пытки, после которых Дамир оставил её один на один с Кащеем. Глаза брюнетки были на мокром месте, ноги совершенно не слушались и её будто камень тянуло на дно. – Чего ты хочешь? – голос дрожал и практически сходил на шепот. – Я всё сделаю, только отпусти е... - его, хотела сказать кареглазая, но вовремя остановилась, - их... - Всё сделаешь? – Костя присел на корточки, чтобы увидеть, в каком отчаянии находится Настя. – Слово даешь? – девушка повернула голову в сторону мужчины. - Не надо... - практически на последнем издыхании выдавил Вахит. - Мне вот интересно, знают ли ты твои пацаны, что ты от них ещё одно дельце скрываешь? - Кащей ухмыльнувшись шмыгнул носом, - То дело, с которого имеешь намного больше денег, чем с торговли травкой. – нахмурившись, Ахмерова в полнейшем недоумении смотрела на Костю, о чём он вообще говорит? Какие еще нахрен скрытые доходы? - Не понимаю, о чем речь. – прошипела брюнетка. Громко цокнув языком, Кащинский аккуратно взял девушку за плечи и поднял на ноги. - Я не хотел этого, но придется, - Кащей с улыбкой провел указательным пальцем по щеке кареглазой, которая словно завороженная смотрела в его глаза, - красивая, зараза. – он замахнулся, но что остановило его. Губы брюнетки скривились в неестественную для неё улыбку. Кудрявого удивило, что Настя даже не моргнула и не дернулась, ведь прекрасно понимала, что он намерен сделать. - Нәрсә, эчәк юка (тат. что, кишка тонка)? – Ахмерова будто прожигала взглядом своего оппонента. Шумно сглотнув, Костя посмотрел на Валеру с Вахитом, которые уже более-менее пришли в себя и с ехидной улыбкой перевел взгляд на кареглазую. - Я знаю, как вы расправляетесь с насильниками, - наконец произнес мужчина, - яйца им отрезаете и всё такое, - Кащея перетряхнуло после этих слов и схватившись за свое достоинство, удовлетворенно улыбнулся, - а кто-то из вас задавался вопросом, куда деваются эти несчастные кастраты? – он обратился к молодым людям, которые были прикованы к решетке, но те лишь молчали, - А я вам сейчас расскажу, - кудрявый вытащил из кармана черных брюк пачку сигарет и, прямо из неё вытянул зубами одну сигарету, - ваша старшая, - он чиркнул зажигалкой и сделал затяжку, - на органы их продает. – продолжил мужчина, выпуская едкий дым. Он подошел к Туркину и Зималетдинову, смотря то на одного, то на другого. – Представляете, - развел руками, - на органы продает этих несчастных. - Даже сейчас будешь убеждать меня в том, что она хорошая...? – сухо спросил Валера, глядя на Вахита. На лице Турбо четко читалось отвращение, его губы скривились в какой-то непонятной улыбке. Он смотрел на Настю взглядом полным разочарования, но девушка лишь испуганно смотрела на него и отрицательно мотала головой, бесшумно повторяя «это неправда». Кащей вальяжно подошел к Ахмеровой. Девушка смотрела в одну точку, совершенно не обращая на него внимания. Откуда у него вообще такая информация? Настя не занималась ничем подобным. После «операций», Ильдар приезжал за этими подонками и куда-то увозил, дальнейшая судьба этих нелюдей её совершенно не волновала, и видимо зря, нужно было тщательней следить за этим мусором, который явно задумал избавиться от Универсама и Инь-Яня таким способом. Самый лучший способ разрушить всё – это сталкивать лбами двух конкурентов и ненавистных друг другу людей и в этой битве победит лишь сильнейший. Ахмерова четко понимала, что среди своих завелась крыса, которая помогает Габидинову в их «бизнесе». Нужно как можно скорее выяснить, кто является этой крысой, поэтому придется сыграть с Кащеем в некую игру, которая будет на руку исключительно брюнетке. - Сколько ты хочешь? – наконец голос Рокки развеял затянувшуюся тишину. Костя с улыбкой стал потирать ладони, косо смотря на прикованных парней. - Ну, дорогая моя, - мужчина поправил ворот рубахи, - такие вопросы обычно тет-а-тет решаются. – Ахмерова бросила на Кащинского короткий взгляд, и пошла в указанное им направлении. Кабинет Кащея был похож на какую-то помойку: везде валялись пустые бутылки, окурки и шприцы. Из-за отсутствия окон, стоял неприятный затхлый запах вперемешку с запахом курева. В этом помещении достаточно места, чтобы организовать приличный кабинет, но нет, всё пространство заставлено каким-то непонятным хламом. Костя, взяв из коробки бутылку пива плюхнулся на диван и, смотря на брюнетку хлопал ладонью на место рядом с собой. - Присаживайся, в ногах правды нет. - Я постою, - морщась от неприятного запаха и от вида грязного обшарпанного дивана, Настя сделала вид, что осматривает всё вокруг, - спасибо. - Не вежливо отказывать, ты ведь в гостях. – кудрявый сложил ногу на ногу. - Ты похитил моих людей и то, что я пришла к тебе одна, уже указывает на мою вежливость, не находишь? – девушка присела на край стола. - Эх, - выдохнув, Кащей поднялся на ноги, - тяжело мужикам с тобой приходится. – он наклонился к пепельнице, которая стояла на полу возле дивана. Поясница мужчины оголилась на несколько секунд, но Рокки этого хватило, чтобы рассмотреть пистолет, торчащий из брюк. - Ты меня позвал дела обсуждать, или мою личную жизнь? – саркастично поинтересовалась кареглазая. - Одно другому не мешает. – Костя поставил пепельницу на пыльный стол, закуривая сигарету. - Чего ты хочешь? – прочистив горло от едкого дыма спросила брюнетка. - Я хочу восемьдесят процентов от продажи этих ублюдков, но, - рука Кащея потянулась к волосам Насти и, взяв небольшую прядь, он шумно вдохнул запах её волос, - мы сможем договориться, если кое-что сделаем, - большим шершавым пальцем гладил девушку по щеке, - а если мне понравится, то я соглашусь даже на тридцать процентов, чужого мне не нужно. – прищурившись, Ахмерова с ухмылкой наклонила голову на бок, её пальцы поднимались вверх от груди к шее, от чего мужчина начал нервно покашливать. Ладонь брюнетки расположилась на затылке Кости, смотря в его зеленые глаза, девушка наматывала на свои длинные пальцы его длинные кудри и, усыпив его бдительность, со всей силы схватила за волосы, ударила Костю об угол стола несколько раз, доведя его до потери сознания. - Не волнуйся, когда я узнаю, кто из моих людей крысячит, обязательно приведу к тебе, чтобы тот делился с тобой, но кто знает, будет ли этот человек в добром здравии. – эти слова Настя говорила, пока вытаскивала пистолет, но обнаружила еще и второй, пока тащила Кащинского до дивана. Обоймы обоих пистолетов были заряжены. Тихо выйдя из кабинета, девушка практически на цыпочках направилась в то место, где держали Туркина и Зималетдинова.   Когда Кащей с Настей ушли, Дамир вернулся на свое место. Турбо всячески пытался высвободиться, но не одна попытка не увенчалась успехом. В его голове никак не укладывались все те отвратительные вещи, о которых говорил Костя. Как вообще можно быть такой бесчеловечной? Зима даже не пытался освободиться, он был слишком обессилен, потому что находился в этом аду дольше, чем Валера. - Зима! – окликнул друга кучерявый, - Напрягись хоть немного, чтобы выбраться. - Зачем? – тихо произнес лысый, - Настя здесь, она сейчас всё решит и мы спокойно уйдем отсюда. - Решит? – Туркин издал истерический смешок, - Она может уже нас Кащею продала и свалила! - Она так не сделает! – рявкнул Вахит. Услышав посторонний шум, Дамир и его двое помощников сорвались с места, чтобы осмотреться, но из темного коридора появилась женская фигура. Разглядев знакомое лицо, здоровяк убрал пистолет за спину. - Это ты, куколка! – мужчина с улыбкой смотрел на девушку, - Кащей где? – Рокки оценивающе осматривалась, игнорируя вопрос этого гиббона. – Ты оглохла что ли? - Фу, как невежливо! – Ахмерова сморщила нос, - Кащей твой над златом чахнет, сейчас подойдет. – помощники Дамира начали хихикать, но тот заткнул их своим взглядом. Девушка держала руки за спиной, там были заряженные пистолеты, чем вызвала подозрения у Демы. - Чего у тебя там? – он, прищурившись, пытался рассмотреть, что же прячет брюнетка. - Сюрприз! – с улыбкой произнесла Настя и показав руки, тут же выстрелила из обоих пистолетов Дамиру по ногам, а после выпустила по три пули в каждого из его товарищей (две - в голову, одну - в сердце). Скуля от боли, Дема пытался достать свой пистолет. - Сука! – рявкнул тот, когда брюнетка оказалась возле него. - Знаю. – кареглазая улыбнулась и сделала два выстрела в голову и один в сердце.   Марат уже больше получаса сидел в машине, дождь никак не заканчивался, только становился сильнее, размывая дорогу к заводу. Юноша уже просто не знал, чем себя занять: послушал музыку, полистал какой-то журнал, который нашел на заднем сидении, порылся в аптечке, а то мало ли что. Отдаленно Суворов услышал несколько выстрелов и сразу же сделал радио тише, открыв дверь, он стал прислушиваться. Раздались еще три выстрела, и он со всех ног побежал во внутрь. Адидас шел по темному коридору, в дали которого мелькал тусклый свет, и парень решил, что нужно идти именно туда. Настя вытащила обоймы из обоих пистолетов и, убрала их в карманы своей олимпийки. Девушка подошла к Валере и хотела освободить его руки, но тот возразил. - Оно под напряжением! Нужно найти щиток и отключить всю эту херовину. – в это время появился Марат и просто замер на месте от увиденного. - Не стой, ищи электрощиток! – обратилась кареглазая к юноше, заметив его краем глаза. - Нашел! – крикнул откуда-то Суворов. – Готово! – он вышел из-за какой-то трубы и бросился освобождать Вахита, так тот был очень слаб. Ахмерова потянулась, чтобы отстегнуть руки Туркина, но он явно не был доволен происходящем. - Хватит пыхтеть, сейчас расстегну! – рявкнула брюнетка, бренча металлическими оковами. - Зачем ты стреляла в них? - Потому что у меня не было плана по вашему спасению, пришлось импровизировать. – сморщив нос, Рокки пыталась распутать цепи на запястьях молодого человека. - То есть, - кучерявый усмехнулся, - убивать людей, для тебя импровизация? – шумно выдохнув, девушка сделала шаг назад. - А что я должна была сделать? Бросить теб... - она сделала паузу и задумалась, - вас здесь? Живыми отсюда мы бы не вышли, поэтому нужно было действовать раньше Кащея! – Настя вновь принялась освобождать Туркина из оков, - Мог бы и спасибо сказать. – с ноткой обиды произнесла она. - Я не просил тебя спасать меня! – кучерявый осуждающе смотрел на Рокки, но та лишь усмехнулась. К этому времени, Марат уже освободил Зималетдинова. - Тогда можешь оставаться здесь и ждать, когда очухается Кащей и поджарит тебя на этой сраной решетке. – Ахмерова ударила ладонью по решетке, которая начала бренчать, а после подхватила Вахита, - Уходим! – обратилась она к Суворову, который смотрел на Турбо. Марат остался на месте, пока Настя и Зима растворялись в кромешной темноте коридора. Как бы он ненавидел Валеру, оставлять его в таком положении ему не очень хотелось. Освободив руки Туркина, юноша принялся освобождать его ноги. - Зачем ты помогаешь мне? – кучерявый потирал стертые почти до мяса запястья. - Потому что не поддерживаю её действия. – Суворов выпрямился, а Турбо медленно опустился на колени из-за слабости в ногах, - Идем! – парень протянул руку старому другу. Валера взглянул на Адидаса исподлобья, и взяв его за руку, встал на ноги. - Спасибо. – кивнул он с благодарностью, на что Марат лишь ухмыльнулся. Парни вышли на улицу, на которой не переставая шел дождь. Машина Ахмеровой стояла у выхода с завода, ожидая молодых людей. Суворов быстро запрыгнул на заднее сидение автомобиля, чтобы в случае чего, помогать Вахиту. Валера сделал шаг из-под крыши, и тут же почувствовал холодные капли дождя, от которых тело кучерявого покрылось мелкими мурашками. Он поднял голову, чтобы хоть как-то привести себя в чувства после этого кошмара. Мест сзади не было, поэтому Туркину пришлось сесть на пассажирское сидение спереди. Он открыл дверь и усевшись, громко хлопнул дверью, наверное, пытаясь вызвать какую-то реакцию Рокки, но девушка тупо смотрела на то, как дворники на лобовом стекле с трудом справляются с сильным ливнем. - Может уже поедем!? – раздраженно выпалил Туркин, так как прошло уже минут десять с того момента, как он с Маратом сел в машину. - Принцессу вызволили из заточения... - саркастично произнесла Настя, повернув голову на кучерявого, от чего тот нахмурился и хотел что-то возразить, - Слушаюсь и повинуюсь. – усмехнувшись, продолжила брюнетка, включая первую передачу. Всю дорогу ребята ехали в полной тишине, лишь Вахит кряхтел от боли на кочках. Бетонный завод находился не прямо у дороги, до него ещё нужно было проехать по довольно глинистой дороге, ямы которой лишь кое-где были засыпаны мелким щебнем. От дождя накатанную ранее колею размыло так, что машину заносило даже при движении в прямом направлении. Колеса с трудом гребли всю образовавшуюся кашу и, на очередной яме, автомобиль увяз в луже. Брюнетка пыталась раскачать авто, чтобы выехать без чьей-либо помощи, но ничего не выходило. Девушка сжав кулаки, начала стучать по рулю, пыхтя от злости. Немного успокоившись, Рокки наклонилась к бардачку и вытащила оттуда фонарик. Настя вышла из машины, чтобы осмотреться. Стоны Зималетдинова становились всё сильнее, он держался за левый бок и пытался прокашляться, но расходившаяся по всему телу боль не давала этого сделать. Марат накрыл лысого своей рубашкой, которая успела высохнуть от включенной печки. Юноша дотронулся до лба Вахита, с которого градом скатывался пот. Девушка с трудом прошла несколько метров, чтобы понять, далеко ли до нормальной дороги. В дали мелькали фонари проезжающих автомобилей, значит проехать осталось совсем немного. Ахмерова вернулась к автомобилю, дождь никак не заканчивался, а шквалистый ветер буквально сдувал с ног. Девушка положила ладони на капот и склонила голову, чтобы перевести дыхание. - У Зимы жар! – раздался голос Марата из открытого окна. Кареглазая подняла голову после слов парня и прикрыв глаза, подняла голову к верху. Холодные капли стекали за шиворот, вызывая неприятную дрожь по всему телу. Проведя ладонью по мокрым волосам, она ударила со всей силы ногой по бамперу автомобиля и закричала так, что практически сорвала голос. Тяжело дыша, брюнетка смотрела по сторонам, но пар изо рта мешал рассмотреть хоть что-то. - Дорога не далеко. – дрожащим голосом произнесла Настя, когда села на водительское сиденье, - Надо толкать, - девушку трясло от холода, - садись за руль. – обратилась она к Валере. - Я помогу! – Суворов открыл дверь. - Нет, ты останешься с Вахитом. – Рокки посмотрела в зеркало заднего вида, - Там сзади аптечка и фонарик, осмотри его и дай что-нибудь. - А тачку кто толкать будет? – удивился юноша. - Я буду! – рявкнула брюнетка, - Пересаживайся! – бросила короткий взгляд на кучерявого, а после вышла из машины. Девушка встала перед машиной, чтобы очистить фары от грязи. Дождь усиливался, и лужа под автомобилем становилась всё больше и возможно, выехать уже не получится. Туркин проходил мимо в момент, когда брюнетка осматривала увязшие в грязи колеса, - Когда вытолкаем, дави на газ и не останавливайся, понял? – Настя взяла ладонь Валеры в свою. - С головой всё нормально? – Туркин убрал волосы назад свободной рукой, - Я тебя в этой глуши не оставлю! – он прошел к водительской двери. - Вахиту помощь нужна! – брюнетка облизнула влажные от дождя губы, - И срочно. – кучерявый ударил кулаками по крыше автомобиля и вернулся к девушке. - Ты оглохла? – парень взял кареглазую за плечи, чуть притянув к себе, - Я тебя здесь не брошу! - Почему же? – Ахмерова смотрела в зеленые глаза Турбо, - Я ведь тебя бросила... - она сглотнула ком в горле. Валера нахмурился и опустив глаза, молча сел в машину хлопнув дверью. Предприняв огромное количество попыток, с трудом, но все же удалось вытолкать машину из этого грязевого болота. Всё это время Валера слышал, как воет от боли его друг, но и оставлять Настю у чёрта на куличиках ему тоже не хотелось. Кучерявый буквально боролся с ангелом и демоном, сидящих на его плече и, в этой схватке выиграл демон. В голове Туркина пролетали все неприятные моменты, связанных с Ахмеровой, и на фоне стонов Вахита, парень всё-таки решил оставить брюнетку в лесной глуши совершенно одну. Выйдя на асфальтированную дорогу, молодой человек давил на газ так, чтобы как можно скорее добраться до больницы и вернуться обратно. Марат всю дорогу задавал вопросы, просил вернуться за девушкой, но Турбо просто молчал, вцепившись в руль. Настя облегченно выдохнула, когда габаритные огни автомобиля пропали из поля её зрения. Девушка перевела дыхание и вытащив их кармана олимпийки фонарик, направилась к дороге. Из-за мокрой одежды было тяжело передвигаться, но у брюнетки всё-таки получилось выбраться на асфальтированную дорогу и идти пешком, надеясь встретить хоть какую-то попутку. Сколько девушка шла, не понятно. Наконец сзади замелькали фары и, судя по нарастающему шуму, к Рокки приближалась фура. Ахмерова начала включать и выключать фонарик, чтобы привлечь внимание водителя. Машина замедлила свой ход, остановившись на обочине дороги.   - Куда путь держишь? – раздался мужской голос, когда дверь синей кабины распахнулась. - До Казани. – дрожащим голосом проговорила кареглазая. - Залазь, - мужчина протянул руку, - нам по пути. - брюнетка схватила за руку незнакомца своей трясущейся от холода рукой и оказалась в теплой кабине. - Спасибо... - промямлила она. Фура сразу же тронулась с места. Настя стянула с головы промокший до нитки капюшон и собрав длинные волосы в жгут, убрала их под олимпийку. На козырьке перед её лицом было зеркало, в которое брюнетка с ужасом взглянула: губы посинели, лицо побледнело, а остатки туши для ресниц размазались по всему лицу. Рукавом, она аккуратно вытерла остатки туши, чтобы мужчины не задавали лишних вопросов. В кабине было слишком жарко, из-за чего Ахмерову начало ужасно клонить в сон и, не спросив разрешения, девушка опустила стекло, чтобы поступало хоть немного свежего прохладного воздуха. - Ты че окно раскрыла!? – возмутился напарник водителя. - Очень душно... - хрипло ответила кареглазая. - Ты откуда вообще взялась тут? – поинтересовался водитель, - Деревень вроде в округе нет. - Машина сломалась, пришлось пешком идти... - А с нами расплачиваться как планируешь? – татуированная рука молодого мужчины оказалась на бедре девушки, поднимаясь выше. Всё это время рука Ахмеровой находилась в кармане олимпийки, в которой лежал заранее заряженный пистолет. Быстро вытащив его из кармана, она прижала ствол к уже возбудившейся промежности этого ублюдка. - Руки. Убрал. – проговорила Настя, выделяя каждое слово, - А то я тебе сейчас яйца отстрелю. – она перевела взгляд на мужчину. - Классная пушка! – он осторожно убирал руку девушки от своего достоинства, - Это зажигалка? - он ударил локтем своего приятеля, - Или просто игрушечный? – оба засмеялись. Ухмыльнувшись, Ахмерова вытянула руку и выстрелила в стекло водительской двери, от чего водитель вздрогнул и чуть не потерял управление над большегрузом. - Следующей пулей отстрелю тебе яйца, если еще хоть пальцем меня тронешь, усек? – напарник водителя даже не моргал с испугу, он выглядел как напуганный зверек, лишь молча кивнул и отвернул голову. Валера, не заглушив машину выбежал из неё, и открыв пассажирскую дверь, пытался аккуратно вытащить Вахита, чтобы донести его до приемного покоя. Марат, быстро выскочив из авто, подхватил Зималетдинова и потащил его вместе с Туркиным по лестнице, которая вела ко входу в больницу. Зима стонал от каждого своего движения, и парни всячески подбадривали своего товарища. Из-за позднего времени парней не хотели пускать в больницу, от чего Турбо жутко злился. Он хотел поскорее определить Вахита в больницу и ехать за Ахмеровой. Девушка осталась совершенно одна в лесной глуши и непонятно, что с ней и как. В какой-то степени, кучерявый чувствовал вину за то, что бросил брюнетку, но, с другой стороны, жизнь его друга в опасности. Через крики и выбивания дверей, молодым людям наконец удалось попасть в эту чертову больницу. Нерасторопные медсестры очень долго осматривали лысого и заполняли медицинскую карту, пока одна из девиц не узнала пострадавшего. Что-то шепнув на ухо своим коллегам, те быстро сорвались с места и переложив Зималетдинова на каталку, повезли в сторону палаты. Суворов в это время пропал из вида, поэтому Валере пришлось потратить еще какое-то количество времени, чтобы врач смог записать недостающие данные. Туркин распахнул дверь палаты, и направился по длинному коридору, который вел к выходу. Там встретил Марата. - Я поехала за этой, - впопыхах одевал олимпийку, - за главное вашей. - Не нужно, она уже добралась. - Что? – кучерявый нахмурился, - На чем? - На попутке, - ухмыльнулся юноша, - на чем же еще! Сказала, чтобы мы на базу ехали. – Суворов открыл дверь, - Блять, этот дождь закончится когда-нибудь? – в зубах парня была сигарета, которая тут же промокла. В качалке из огромного количества людей осталась только Амина, и еще парочка парней, которым не так сильно досталось от людей Кащея. Кого-то забрали в больницу, а кого-то отправили домой после оказания помощи. Блондинка не находила себе место. Она металась по всему залу и гоняла в голове хорошие и плохие мысли, больше плохие, конечно же. Дверь подвала скрипнула, и через мгновение появились Валера и Марат. Облегченно вздохнув, Минекаева бросилась кучерявому на шею. Туркин стоял как истукан, даже прикасаясь к девушке. - Извини... - раскрасневшись, голубоглазая сделала несколько шагов назад, - А где Настя? – блондинка смотрела то на Суворова, то на Турбо. - Скоро будет. – пробормотал Адидас, проходя в комнату отдыха, плюхнувшись на диван. - Хорошо... - промямлила Амина, - Тебе нужно раны обработать. – еле слышно протараторила она, глядя на Валеру. – Идем... - робко взяла парня под руку. Пройдя в комнату отдыха, девушка вытащила из ящика аптечку и присев на край дивана, достала небольшой кусочек ватки, смочив её зеленкой, - Будет щипать. – слегла улыбнувшись, Минекаева коснулась ваткой брови кучерявого. - Чего руки дрожат? – усмехнулся Туркин, - Первый раз раны обрабатываешь? - Нет. – пропищала блондинка, - Просто за Настю переживаю. - Ничего с твоей чокнутой не случится. - Не говори так про неё! – рявкнула девушка, нахмурив брови, - Может она и чокнутая, но умрет за каждого из нас! Да, она орет на нас, но именно благодаря Насте мы стали семьей! - Ты чего завелась то? – Туркин удивленно вскинул брови. - Может Настя и делает плохие вещи, но всё это во благо...И, я очень привязана к ней и очень благодарна за то, что она спасла мне жизнь в тот момент, когда сама была в ужасном состоянии... - по щеке Минекаевой покатилась слеза. Девушка как-то совершенно случайно услышала разговор Ильдара и Рокки, в котором мужчина упоминал о её семье. И судя по всему, делает он это регулярно, потому что после каждого разговора с ним Ахмерова была совершенно разбитой. Закрывалась от всего и всех, - Никто не хочет, никто даже не пытается понять её...может быть она и холодная, жестокая и стервозная снаружи, но поверь, внутри неё живет маленькая испуганная девочка, которая нуждается в любви и защите. – девушка сглотнула вязкий ком, образовавшийся в горле, - Просто она не дает этой девочке выбраться, каждый раз она подавляет все чувства, чтобы никто не видел её слабости. - Это не оправдывает факт того, что она убила троих людей. – Амина округлив глаза взглянула на Туркина. - Что...? - Да, просто расстреляла невинных людей! – кучерявый прищурился. - Невинных? – блондинка подскочила на ноги, - Эти, как ты выразился, невинные, похитили вас! – она схватилась за голову, - Зачем она это сделала? Зачем? Если так сделала, значит другого выхода не было... Она ведь может снова начать... - девушка тут же замолкла и хотела выбежать из комнаты отдыха, но Валера схватил её за локоть. - Начнет что? – он нахмурился. - Ничего! – испуганно выпалила Минекаева. - Говори! – кучерявый сжимал руку блондинки. Ему нужна была хоть какая-то информация об Ахмеровой, чтобы использовать против неё и освободиться от этой криминальной жизни. - Мне больно, отпусти! – Турбо лишь сильнее сжимал руку Амины. - Что она начнет? – сквозь зубы произнес он. - Пить! Начнет пить! – соврала блондинка и выбежала вон, когда Валера ослабил хватку. Примерно такого ответа он ждал от Минекаевой. Нужно просто давить на Настю, чтобы та сорвалась. Нужно давить на её советь, если такова имеется. Нужно просто найти слабое место и бить по нему. Всё просто, нужен лишь подходящий момент. Туркин вышел в зал, в который ввалилась Рокки, совершенно обессиленная. С одежды девушки текло ручьем, образовывая грязные лужи на белоснежном кафеле. Сняв с себя прилипшую мокрую олимпийку, оставшись в черной мокрой футболке, которая облегала каждый сантиметр тела, она, опершись о стену, скатилась по ней на пол, оставляя влажную дорожку. Брюнетку трясло от холода, губы и пальцы посинели и опухли от сырости. Ахмерова просто молчала. В её голове мелькали картины того, как она жесткого расстреляла людей Кащея. Прижав ноги к груди, кареглазая начала качаться вперед назад, смотря в одну точку на полу. В какой-то момент, она вытянула трясущиеся руки перед собой. Насте казалось, что её руки в крови, как в тот день, когда она обнаружила окровавленное тело своей матери. Резко подскочив на ноги, брюнетка начала вытирать ладони об джинсы, но ничего не выходила. Истерика Ахмеровой нарастала с каждой секундой, дыхание учащалось, с губ срывались рваные стоны, а из глаз градом лились слезы. Амина испуганно смотрела на подругу, в таком состоянии она её видит уже не в первый раз. Блондинка несколько раз пыталась просто обнять и успокоить девушку, но та отталкивала её. Рокки уже больше не выдерживала накрывающую её панику и просто рухнула на колени и взявшись за голову, начала кричать. Марат сквозь сон услышал чьи-то вопли и выглянул в зал. - Тише, тише... - Суворов взял лицо Насти в свои ладони, - Дыши...просто дыши... - Я...я... - захлебываясь слезами бормотала кареглазая, - я не хотела... я не хотела их... - Тише... - Адидас крепко прижал девушку к себе, - Амина, принеси воды и побудь с ней. – голубоглазая кивнула, и быстро принесла стакан воды. Минекаева пыталась обнять подругу, но так лишь отмахивалась от неё. Валера с ужасом наблюдал на происходящим. После увиденного пропало всё желание причинять этой девушке боль для своего же блага. В голове крутился лишь один вопрос, что же такое с ней произошло в прошлом? Ему было жалко Ахмерову, но, с другой стороны, по делом ей. За всё в этой жизни нужно платить, и не важно, добро ты делаешь или же зло.   - Давай я! – кучерявый поднял на ноги Амину и присев на корточки, положил свою ладонь на плечо брюнетки, от чего так вздрогнув повернула на него голову, - Всё хорошо... - Валера чуть пошатнулся от вида Насти: глаза покраснели и опухли, а на лице были красные полосы от ногтей. - Я быстро... - еле слышно произнес Марат и исчез в темном коридоре. Брюнетка стеклянными глазами смотрела в глаза Туркина, по щекам медленно стекали слезинки. - Мин теләмәдем (тат. я не хотела)... мин моны эшләргә теләмәдем (тат. я не хотела этого делать)... - Настя смотрела будто сквозь кучерявого. В этот момент, кучерявый увидел в девушке свою мать, которая страдала психическим отклонением, но пыталась это скрыть, - Теләмәдем (тат. не хотела)... син миңа ышанасың (тат. ты мне веришь)? – Валера не понимал ни слова, просто молча вытер слезинку с щеки брюнетки. Марат ворвался в кабинет и начал искать таблетки, которые, судя по всему, Настя перестала пить. После смерти Айгуль и родителей девушки, ей пришлось посещать психотерапевта, он и выписал девушки эти таблетки. Об этом знал только Суворов, поэтому он и следил за ней, чтобы быть рядом при подобном приступе. Юноша не испытывал к ней никаких романтических чувств, исключительно сестринские, ведь своего единственного брата он потерял. Парень уже по третьему кругу проверил каждый ящик в поисках нужных таблеток, но их нигде не было. Со злости, он ударил по картине, которая висела за столом Ахмеровой и оттуда выпала небольшая баночка с нужным лекарством. Адидас высыпал две маленькие таблеточки и побежал обратно. - Вот, - Марат пытался дать их брюнетке, но та не хотела их принимать, - ну же! Тебе нужно их выпить, пожалуйста! – девушка мотала головой и отбрыкивалась. - Давай сюда! – рявкнул Валера, и забрал из ладони юноши содержимое, - Что это? – он посмотрел на свою ладонь, а потом на Марата. - Успокоительное. – тихо ответил Суворов, краем глаза смотря на Настю. Девушка мотала головой и, встав на ноги, попыталась сбежать, но Марат успел схватить девушку сзади. - Отпусти! – Ахмерова кричала на весь зал, - Отпусти! Я не буду это пить! - Тебе нужно! – громко произнес Адидас. - Нет! – так как Марат и Настя были примерно одного роста, ей удалось ударить парня головой прямо в нос и вырваться, но далеко она не сбежала. Туркин схватил кареглазую за руку и притянул к себе, держа её за талию, крепко прижимая к себе, заставляя Ахмерову пятиться назад. - Пей! – Турбо раскрыл ладонь, в которой находились таблетки, пристально смотря девушке в глаза. Шумно сглотнув, она перевела взгляд на ладонь парня. - Мне это не нужно... - тихо произнесла Рокки. - Если ты сейчас это не выпьешь, - кучерявый наклонился к уху брюнетки, - то я начну говорить о произошедшем на заводе. – почти шёпотом продолжил он. Настя не хотела принимать эти лекарства по одной простой причине – их когда-то достал Ильдар, что уже вызывает подозрение. От этого препарата у Ахмеровой наоборот усиливались панические атаки, случались приступы неконтролируемой агрессии и потери памяти. Брюнетка тупо смотрела на эти две зловещие таблетки, а в голове проносились воспоминания того, что она делала под воздействием этого препарата. Справляться со своими паническими атаками Настя уже научилась самостоятельно, нужно лишь найти объект, так называемый якорь, на котором стоит сосредоточить свои мысли. - Если бы та знал, что от них случается, - кареглазая взяла таблеточки своими длинными пальцами, - то не заставлял бы их пить, хотя... - девушка положила два маленьких кругляшка, и положив на язык, проглотила, - После произошедшего, ты будешь только рад, когда увидишь побочные действия. – слегка улыбнувшись, Валера указательным пальцем поднял голову Насти за подбородок, чтобы та смотрела ему прямо в глаза. - Ты – психованная сука, и тебе нужно лечиться, а не находиться среди людей и причинять им вред. – скривив омерзительную улыбку, Турбо отошел в сторону. Услышав слова молодого человека, Ахмерова начала вслух смеяться. - Я надеюсь, - девушка сделала серьёзное лицо, - что твой отец не говорил твоей матери таких слов. – ухмыльнувшись, Настя прошла мимо кучерявого. - Что ты сказала? – Валера растерянно смотрел в след брюнетки.   Ахмерова сидела с Аминой в комнате отдыха. Блондинку очень обеспокоило состоянии подруги, поэтому она потребовала объяснений. Разговор вышел довольно долгим и тяжелым. Марату позвонили с больницы и сообщили, что Зиме требуется серьезная операция, для которой нужна кругленькая сумма. Настя опустошила один из сейфов, чтобы передать деньги на лечение Зималетдинова его невесте. Туркину всё это время не давали покоя слова брюнетки по поводу его родителей. Откуда девушка про них знает? Откуда узнала, что мать серьезно больна? Валера после выхода из тюрьмы не разу не был у них. Пока кучерявый сидел, мать первое время писала письма, в которых был иногда совершенно неразборчивый подчерк, а иногда и вовсе написан какой-то бред. Отец работал сварщиком на заводе, а мать – архитектором. Оба хорошо зарабатывали, но из-за пристрастия отца к алкоголю, у Турбо не было нормального детства.   От лица Турбо. Побои от отца начались, когда тот узнал, что его лучший друг трагически погиб. У него словно крышу снесло. На протяжении двух или трех месяцев, он, не переставая бухал и избивал меня и маму. У неё начались проблемы со здоровьем, когда в стельку пьяный отец ударил её головой об угол комода. Сначала у женщины были просто мигрени, потом галлюцинации, а после, она чуть ли не бросалась людей, и иногда не узнавала даже меня. Как сказал врач, при ударе были задеты какие-то нервные окончания. Позже выяснилось, что моя мама беременна, но из-за придурка папаши у неё случился выкидыш на седьмом месяце, что спровоцировало какое-то психическое расстройство. Мне тогда было 8 лет, и я даже не мог защитить бедную женщину...Как трус, я прятался в шкафу, чтобы отец не избил ещё и меня. Годы шли. Я становился злей. Я становился агрессивнее. В тринадцать лет я впервые услышал о мотальщиках, группировщиках, и решил, что мне нужно примкнуть в их ряды...не ради себя, а ради мамы, чтобы давать отпор вечно пьющему папаше. Одному мне вступать в ряды группировщиков мне не хотелось, поэтому я позвал Вахита и Вову за компанию. Всё шло хорошо, пока Кащея не посадили, а Вову не забрали в армию. После отсидки Кащей совершенно положил болт на пацанские понятия, как и многие группировки. И каков итог? Вову убили, Кащея отшили, Маратик мусорнулся, а меня посадили. Хотел бы я вернуться в прошлое и отговорить того кудрявого зеленоглазого парнишку не пришиваться? Возможно! Но именно благодаря группировке, я обрел семью, стал сильнее. В шестнадцать, я стал супером и первый раз попробовал алкоголь. Я даже не думал, что мне настолько снесет крышу. Когда я пришел домой, то в очередной раз застал в жопу пьяного отца за избиением матери. Я не выдержал. Я избил его так, что тот около месяца лежал в больнице с сотрясением мозга. _______________________________________________________________________________   Туркин держал в руках одну пачку денег, которых было несколько и понимал, что только оставаясь в группировке, он сможет действительно зарабатывать и жить так, как он хочет. Настя заметила, как кучерявый о чем-то задумался, смотря на деньги и решила немного позлорадствовать, но из зала начали доносится крики. Амина, Марат и Валера прошли в зал. - Где она? – шатенка пыталась протолкнуться через Амину и Марата. Туркин обернулся на брюнетку, которая вышла к кричащей девушке, - Во что ты его опять ввязала? – Суворов придерживал Веронику, которая пыталась ударить Рокки, - Из-за тебя Вахит может умереть! – услышав эти слова, Настя вернулась в комнату отдыха и взяв сумку, бросила её в ноги невесты Зималетдинова, - Что это? - Деньги на операцию, - спокойно ответила кареглазая, - забирай и проваливай. – Ахмерова просто ушла. Из-за воздействия таблеток и криков Вероники, девушка начала злиться, поэтому ушла, чтобы не стало хуже. Нужно было что-то делать, поэтому Настя не придумала ничего лучше, как выпить несколько стаканов воды и просто вызвать рвоту. Опустошив свой организм полностью, девушка вернулась в свой кабинет и рухнула диван. В самый разгар скандала, Туркин скрылся в темном коридоре и, уже через несколько секунд оказался в кабинете Ахмеровой. Девушка лежала на кожаном диване, с закинутыми за голову руками и смотрела в потолок. Валера прошел мимо и присел на край массивного стола, сложив руки на груди. Шумно выдохнув, Настя села на край дивана, опершись локтями о колени. - Пришел вылить очередную порцию дерьма в мой адрес? – брюнетка смотрела куда-то вдаль. Переминаясь, кучерявый опустил голову и присел рядом с девушкой. - Я...я хотел... - Валера хотел узнать, откуда Ахмерова знает про недуг его матери, но резко передумал, - Может обсудим слова Кащея? - Что обсуждать? – Рокки повернула голову к парню, - Либо Ильдар решил подставить меня, либо у нас завелась крыса. И я больше склоняюсь ко второму варианту. Я присутствую не на всех операциях, поэтому вполне возможно, что кто-то за одно с Ильдаром. - Может, это Марат? – предположил Туркин, подняв глаза на брюнетку. - Это не может быть кто-то из пацанов... - Настя схватилась за голову, - хотя я уже ни в чем не уверена. - Зачем Ильдару кто-то еще в этом деле? Зачем делиться с кем-то? – кучерявый в раздумьях потирал подбородок с легкой щетиной, - Либо кто-то увидел и он решил делиться небольшим процентом за молчание? - Я не знаю...- девушка обессиленно вздохнула, - Давай завтра об этом поговорим, я очень устала... - она встала с дивана и открыла дверь. - Хорошо, но, - кучерявый встал на ноги, - подумай над моими словами. – он встал напротив Ахмеровой. - Я подумаю... - Валера кивнул, и вытащил ключи от машины из своих брюк. Даже не взглянув на Туркина, Настя взяла ключи и скрылась в темном коридоре. Утром следующего дня Валера решил навестить свою мать. По дороге в родительский дом молодой человек зашел в магазин, чтобы взять торт к чаю и цветы для матери. Родители Туркина проживали на третьем этаже в трехкомнатной квартирt, окна которой выходили во двор. Несколько минут он просто смотрел на окна, которые совершенно не изменились: всё тот же белый тюль и синяя плотная занавеска. Наконец собравшись с мыслями, кучерявый вошел в подъезд. На втором этаже копошилась пожилая женщина с тростью и авоськой. Увидев парня, она чуть не присела с испугу. - Тьфу... – женщина перекрестилась, – Валерка, напугал меня! – с улыбкой махнула рукой. - Извините, баб Валь! – кучерявый улыбнулся бабульке. - А ты куда это? – женщина внимательно рассматривала пакет Валеры, – с тортом, еще и с цветами. - К матушке, куда ж еще! – хмыкнув, Турбо улыбнулся. - К матери? – удивленно переспросила Валентина, – Не туда идешь тогда, миленький. – после этих слов, Валера нахмурился. Всегда, когда Настя чувствовала себя паршиво, она ехала к своей бабушке. Девушка после смерти женщины оставила в её квартире всё так, как было при её жизни. Обстановка в квартире успокаивала её, а запах маминых духов, которые стояли в её комнате окутывали воспоминаниями из детства. Но не в этот раз. Ночь у Ахмеровой выдалась тяжелой из-за «успокоительных», кошмары накрывали как только брюнетка закрывала глаза. От панических атак девушка буквально задыхалась. В ёе голове возникали образы прикованных к решетке Валеры и Вахита, как их медленно убивает каждый разряд тока, как кровью истекает Дамир и его два товарища. Всё это как снежный ком нарастало в виде не контролируемых эмоций, от которых девушка сходила с ума. Уже девять утра, а брюнетка так и не сомкнула глаз. Кое-как поднявшись с кровати, она пошла в ванную принять душ. Настя стояла под струей горячего душа, опершись ладонями о стену склонив голову, стараясь угомонить этот бесконечный поток мыслей. Быстро собравшись, она вышла в подъезд, в котором слышались чьи-то голоса. - Как это не туда? – Валера нахмурившись смотрел на старушку, – Они переехали что ли? - Переехали, сынок, переехали... – женщина покачала головой, – на кладбище... – после этих слов у Туркина будто земля из под ног ушла. Чуть пошатнувшись, он схватился за деревянные перила. - К...когда...? – стараясь переварить информацию, кучерявый смотрел куда-то в стену. - Отец твой три года назад помер, а мать пол года назад. – Валентина тяжело вздохнула, – Плохая она совсем была, не в себе, но за ней девочка одна хорошая ухаживала. – женщина старалась как-то сгладить омраченный вид парня, – Внучка соседки одной, но померла она тоже... как же звали то её, дай Бог памяти! – старушка поправляя платок, пыталась вспомнить имя соседки. Настя увидев бабульку начала улыбаться, но когда увидела Турбо, то словно остолбенела, – А, вот же она! – указала Валентина на девушку. - Ты...? – Валера стоял чуть ли не с открытым ртом. - Доброе утро, баб Валь! – Ахмерова как ни в чем не бывало прошла мимо кучерявого. - Доброе, дочка, доброе! – женщина улыбнулась, – Куда бежишь так? - Опаздываю, извините! – Настя была уже почти на первом этаже, – Я к вам вечером зайду, поболтаем! - Какого...? – Туркин провожал девушку взглядом, – Стой! – он всучил старушке букет с тортом, и побежал следом за брюнеткой. Настя оглядываясь назад быстрыми шагами направлялась к машине, которую оставила на углу дома. Она быстро вытащила ключи из кармана и открыла дверь, чтобы сесть в автомобиль, но дверь тут же захлопнулась. Валера грубо схватил девушку за локоть и повернул её лицом к себе. Ахмерова старалась сохранить невозмутимый вид, в то время как Турбо был совершенно растерян и подавлен от услышанной информации. Пыхтя то ли от злости, то ли от досады, кучерявый совершенно не знал, что сказать. - Почему...почему ты? Почему ты ухаживала за ней? Откуда узнала? Для чего это делала? – Валера схватился за голову, – Зачем? Я ничего не понимаю... – он с надеждой смотрел на девушку, а зеленые глаза увлажнились от накативших слез. - Моя... – Настя с трудом сглотнула вставший в горле ком, – моя бабушка знала твоих родителей. Знала, что твоя мама серьезно больна. – брюнетка опустила глаза, – Она помогала ей, а когда моей бабушки не стало, то я стала о ней заботиться... Твой папа очень плохо обходился с ней, когда узнал, что жить ей не долго осталось, поэтому я поселила её в квартире своей бабушки, чтобы она не вздрагивала от каждого шороха, чтобы не пряталась по несколько дней в кладовке... – по щеке Рокки покатилась слеза, – Бабушка попросила меня похоронить твою маму со всеми почестями, на тот случай, если это произойдет до твоего возвращения. – тяжело вздохнув, Ахмерова подняла взгляд на Туркина, который словно завороженный смотрел на неё с некой благодарностью и непониманием, – Я так и сделала... - Почему ты не рассказала мне? – еле слышно спросил кучерявый. - Я думала, ты знаешь. – девушка убрала прядь волос за ухо, – Обычно о таких новостях даже людям вне воли сообщают и, странно, что Зима не рассказал тебе. - Можешь меня отвезти к ней? – почти шёпотом произнес Турбо, опустив голову. - Да, конечно. – Настя открыла дверь, но поняла, что баба Валя могла взболтнуть лишнего и нужно узнать, что она успела рассказала Валере, – Ты садись, я сейчас вернусь...забыла кое-что. – нервно улыбнувшись, девушка чуть ли не бегом вошла в подъезд.  Она поднялась на второй этаж и позвонила в дверной звонок. За дверью бубнила старушка, которая отворяла все засовы на двери. - Ой, – женщина одела очки, которые весели на шее на потертой веревке, – Настенька, это ты! – она выглянула в подъезд, – А Валерка где? - Он в машине... я у вас спросить хотела, что вы ему рассказали? - Да только что мать его померла, и бабка твоя. Только вот, – Валентина покачивала головой, – старая уже совсем стала, забыла, как бабку твою звали. – вздохнула. - Азиза... – тихо произнесла брюнетка. - Точно! – воскликнула старушка, – Ты проходи, не стой на пороге. - Вечером зайду, обещаю. – Настя слегка улыбнулась, – Можно кое о чем вас попросить? А я вам лекарства достану дефицитные. - Ох, ну и хитрая ты лиса, дочка! – бабуля засмеялась, – Проси что хочешь, милая, а то ведь кроме тебя никто не помогает мне. Ни детям, ни внукам не нужна... - Если Валера будет спрашивать про меня, не говорите ему ничего...и про бабушку тоже. – Ахмерова посмотрела вниз на лестничном пролете, чтобы никто их не подслушивал. - Хорошо, не буду, но вы ведь дружили в детстве. - Он не помнит меня. – девушка опустила глаза, – Я сама ему всё расскажу, когда время придет. - Ну и страсти у вас, похлеще чем в моих сериалах! – Валентина и Настя засмеялись, – Не переживай, буду молчать, а списочек с лекарствами вечером тебе выдам, когда ко мне придешь. -  Договорились! – брюнетка на радостях обняла старушку. Туркин сидел в машине ожидая Рокки, которая уже минут десять где-то копается.  Кучерявый открыл окно и достал из кармана джинс пачку сигарет, вытягивая из неё зубами одну папиросу, тут же опаливая её огоньком зажигалки. Выдыхая едкий дым в потолок, парень погрузился в воспоминания о своей уже покойной матери. Не смотря на её болезнь, он помнит о женщине лишь хорошее, в отличие от своего отца. В глубине души, Турбо даже рад, что отец умер, потому что больше не придется нянчится с ним и терпеть пьяные выходки, в следствии которых мужчина получал крепких тумаков от сына. Мысли полностью вырвали Валеру из реальности, он даже не заметил, как Настя уже вернулась в машину и они проделали половину пути. Продолжение следует...