ГЛАВА 4: Не играй со мной.

[саундтреки к главе: Ben Cocks - So Cold, G-Eazy, Halsey - Him & I, REA4E – STORM, Агата Кристи – Опиум для никого, МакSим – Нежность, Lisa Evans – Ревную, RED - Breathe Intro Me] Валера уже полчаса стоял у могилы матери, внимательно всматриваясь в фотографию на гранитном камне. Женщина там еще молода и здорова, в своем любимом белом платье в горошек. Могила выглядела просто, но со вкусом: надгробие выложено белой плиткой, которая сочеталась с памятником, в небольших клумбах высажены цветы, а именно - анютины глазки, что очень символично, ведь мать Туркина звали Анна. Настя находилась неподалеку, чтобы не мешать молодому человеку скорбить о матери. Девушка стояла возле могилы своей покойной сестры и отца, мать и бабушка были захоронены чуть дальше, но брюнетка хотела посетить их немного позже. Кучерявый утирая рукавом слезы, подошел к Ахмеровой, взгляд которой был устремлен на фотографию юной Айгуль. - Я даже не знал, что её отец практически следом за ней умер. - в горле Валеры возник вязкий ком, от которого становилось не по себе, - Что с ним случилось? - парень перевел взгляд на брюнетку. - Начал крепко выпивать, но ничего не глушило его боль... - по щеке Насти покатилась слезинка, - Он... он не выдержал и из окна выпрыгнул. - от услышанного у Валеры пробежал холодок по спине, ведь из-за недостоверного слуха по его вине пострадало два человека. - А где мать Айгуль? - Турбо всё так же смотрел на девушку, на что она пожала плечами. - Не знаю... - вздохнув, Ахмерова перевела взгляд на кучерявого, - После гибели Айгуль она уехала и больше не появлялась. - она быстро утерла ладонью катившиеся по щекам слезы, - Марат ухаживает за могилами, больше некому это делать. - Туркин опустил голову, краем глаза смотря на памятник Айгуль. -Ты так же как и Марат ненавидишь меня за этот поступок? За слух, что я распустил, даже не узнав всю правду о случившемся. - Настя вопросительно посмотрела на кучерявого, - При первой встрече ты сказала, что сделала бы со мной тоже самое, что и с этими ублюдками... Поэтому спрашиваю. - Валера устремил свой взгляд в карие глаза брюнетки. - Если бы я знала её, то поверь, мы бы сейчас с тобой не беседовали. - сердце брюнетки кровью обливалось от этих слов. Если бы она тогда знала, что в тот день, когда её задержали за покушение на Колика, девушка находилась в одной камере с Валерой, то даже не моргнув и глазом, придушила бы его голыми руками. - Я только спустя спустя несколько лет понял, что натворил тогда. - кучерявый вытащил из кармана брюк пачку сигарет, - Вова просил оставить их в покое, - он вытащил одну сигарету зубами и тут же опалил её огоньком зажигалки, делая одну затяжку за другой, - а я не послушал его, за что и поплатился. - парень с усмешкой выпустил едкий дым. - Прошлое уже не вернуть. - Настя подняла голову вверх, чтобы Турбо не увидел её слез. - Прошлое нужно лишь принять и жить дальше. Молодые люди какое-то время молча стояли, тупо смотря смотря на могилу Айгуль. Сестра девчушки выбрала очень милую фотографию: на ней Айгуль запечатлена в беседке на даче, на ней голубое платье с белыми воротничком и манжетами с рюшами и косы, в которые вплетена белая атласная лента. Она так полна жизни на этом фото, такая милая и невинная. Брюнетка с головой ушла в воспоминания того дня. На лице девушки проскользнула легкая улыбка, когда вспомнила, как сестра долго прихорашивалась для этого снимка, как несколько раз меняла наряды, как обижалась на Настю, которая искренне и так по-детски хохотала над ней, как горели глаза этой юной девчонки. Иногда кажется, что всё это было во сне, а не наяву. Если бы была возможность вернуться в прошлое, то брюнетка обязательно бы это сделала. Сделала бы всё, чтобы уберечь своё маленькое, хрупкое сокровище от лап этого жестокого и бесчеловечного мира. Валера обратил свой взгляд на Ахмерову, у которой из глаз не переставая текли слезы. Она казалась такой слабой и совершенно беззащитной в этот момент, что хочется обнять её и не отпускать. Возможно, Амина права, и Настя не такой монстр, каким кажется на первый взгляд. Она умеет любить и сострадать, хоть и пытается скрывать эти чувства глубоко в себе. Туркин протянул свою руку девушке, касаясь пальцами тыльной части её ладони, отчего кареглазая вздрогнула. - Спасибо. - кучерявый смотрел Рокки в глаза, которые еще были влажными от слез. - За что? - девушка непонимающе смотрела на парня, утирая остатки слез с раскрасневшихся щек. - За маму. - Валера сглотнул образовавшийся ком в горле. - За то, что не бросила её в трудные времена. - Не стоит. - Настя взяла в свою ладонь ладонь Валеры и, слегка улыбнувшись, положила сверху на его руку свою вторую ладонь, - Даже если бы бабушка меня об этом не попросила, я бы всё равно помогла твоей маме, - она опустила глаза, - потому что своей я помочь не смогла. - Правда, спасибо. - Туркин закусил нижнюю губу, - Не смогла помочь своей? Почему? - прочистив горло, он продолжил, - Что случилось? - Ахмерова посмотрела на кучерявого совершенно опустошенным взглядом и, молча пошла к машине. Из-за слез девушка едва видела протоптанную тропинку к дороге, она сложила руки на крыше автомобиля, уложив на них свою голову. Насте нужно было срочно успокоиться, иначе очередной приступ окончательно её сломает. Валера практически безшумно подошел к брюнетке и протянул руку, чтобы повернуть её к себе, сжал ладонь в кулак. Услышав какое-то вошканье за спиной, Ахмерова быстро утерла ладонями лицо и выдохнула. - Поехали! - в приказном тоне произнесла она, сев в автомобиль. Туркин молча открыл дверь с пассажирской стороны и сев на сидение, повернул голову на девушку, - Что? - раздраженно спросила она, почувствовав на себе пристальный взгляд кучерявого. - Сочувствую твоей потере... - Валера пытался поймать взгляд кареглазой, но та даже не взглянула на него, - и еще, я теперь твой должник. - Не стоит. - отрезала Настя. - Я хочу остаться! - девушка вопросительно посмотрела на парня, - Ты права, я нигде не заработаю столько денег, да и я слишком давно в группировке, не смогу так легко отказаться от неё. - Ты не должен делать это только из чувства долга. - Я думал, что мне есть ради кого исправлять свои ошибки, становиться лучше, - кучерявый сглотнул, - но её больше нет. Нет человека, ради которого я хочу меняться. - Уверен, что действительно хочешь окунуться во всё это? - взгляд Ахмеровой был наполнен надеждой на то, что Турбо всё-таки передумает. - Уверен! - твердо заявил Туркин. Кивая головой, Настя вздохнула, - Ты же хотела этого! - с усмешкой подметил он, - Тогда чего вздыхаешь? - Просто ты даже понятия не имеешь, во что хочешь ввязаться. Амина выбежала из магазина с двумя авоськами. Блондинка на пару с Маратом решили навестить Вахита, которому ночью сделали операцию. Девушка не знала, что можно больному, а что нельзя, поэтому скупила все фрукты, что были. - Ты всю больницу накормить решила? – поинтересовался парень, вскинув брови от удивления. - Я просто не знаю, что Зиме можно, - она передала авоськи Суворову, - поэтому взяла всего понемногу. - голубоглазая улыбнулась по все зубы, так была очень довольна собой. - Ненормальная. - пробубнил Адидас, перехватывая сумки у Минекаевой, - Рокки тоже приедет? - Не знаю. - девушка убирала белокурые пряди с лица, - Ну и ветрище! - возмутилась она, - С самого утра не могу дозвониться до неё. - продолжила блондинка, собирая волосы в небрежный хвост. Возле палаты молодых людей остановила медсестра, которая запретила им навещать Зималетдинова, так как они не являются родственниками. Марат и Амина пытались хотя бы разузнать о состоянии своего друга, но женщина была совершенно невозмутима. Говорила, что посторонним не положено распространять конфиденциальную информацию о больных. Медсестра даже отказалась забрать передачку для Вахита.От безысходности, Марат и Амина вышли на крыльцо, чтобы обдумать дальнейшие действия. К больнице подъехала черная девятка, из которой вышла Настя, а следом и Валера. Девушка отрыла багажник и вытащила от туда небольшую черную сумку, закинув её на плечо.  - Стой! - Ахмерова остановилась на второй ступеньке, и обернулась, - Ты действительно хочешь идти туда после вчерашнего? Не думаю, что Вероника позволит увидеть Вахита. - кучерявый поднялся на несколько ступеней выше девушки. - Она сама мне позвонила по среди ночи и попросила кое-что достать, - она указала на сумку, - поэтому она примет нас как миленькая. - Настя! - пропищал женский голос, - Как ты? - блондинка бросилась обнимать подругу, смущенно поглядывая на Туркина, взгляд которого был устремлен на Марата. - Как Зима? - поинтересовался кучерявый, протягивая Суворову пачку сигарет. - К нему только родственников пускают. - юноша сделал затяжку, - Да и врачи ничего не говорят, - ухмыльнулся, - Вероника видимо попросила не рассказывать, если кто-то из нас придет. - Я в норме. - тихо ответила Настя на вопрос блондинки, которая не отрываясь смотрела на Турбо. Брюнетка толкнула подругу локтем, - Амина! - А...!? - голубоглазая растерянно смотрела на Рокки, - Я...я просто задумалась. - щеки Минекаевой налились румянцем. - Я заметила! - брюнетка подняла бровь, смотря на белокурую с неким осуждением, - Ждите здесь, я сейчас вернусь. - Ахмерова быстро поднялась по лестнице. - Я с тобой! - Туркин выбросил сигарету, выдыхая по пути сигаретный дым, - А то мало ли что. - кучерявый с ослепительной улыбкой открыл дверь, пропуская Рокки вперед. - Мне не нужна нянька. - огрызнулась девушка, проходя в открытую дверь. - Еще как нужна. - вздыхая, пробубнил молодой человек. Ахмерова пыталась разузнать номер палаты Зималетдинова, но женщина в приемном покое наотрез отказывалась отвечать на поставленный вопрос. Турбо крайне забавляло то как, как Настя пытается не взорваться от злости, втягивая носом воздух, чтобы успокоиться. - Сейчас весь воздух всосешь! - рассмеявшись, произнес кучерявый. - Смешно тебе? - брюнетка не выдержав, ударила Валеру в бочину, от чего тот продолжая смеяться ахнул от неожиданности. - А я то что тебе сделал? - Просто...просто... - её глаза бегали из стороны в сторону, - Просто заткнись! - пригрозив указательным пальцев, рявкнула кареглазая. Туркин кивая головой еле сдерживал смех. После очередной провальной попытки узнать хоть что-то о Вахите, Ахмерова рыкнув в прямом смысле слова уверенно пошла по коридору, заглядывая в каждую палату. За ней бежала и медсестра и что-то кричала в след, но брюнетку было уже не остановить. Из-за угла появилась Вероника, которая, судя по всему, бежала на подмогу своей коллеге. - Эй! - воскликнула она, - Вы вообще то в больнице находитесь! - Настя увидев невесту Зимы, быстрыми шагами пошла к ней, - Какое ты право имеешь нарушать покой больных? - Я бы ничего не нарушала, если бы нам сразу сказали, в какой палате находится Вахит! - Пошла вон отсюда! - огрызнулась шатенка, - Из-за тебя, - девушка тыкала указательным пальцем в грудь Рокки при каждом сказанном слове, - он сейчас борется за жизнь, а ты ходишь целой и невредимой. - в этот момент подскочил Турбо. - Девочки, давайте не будем устраивать сцены! - он пытался встать между девушками, прикрывая собой Ахмерову. - Я просто ненавижу эту сучку! - прошипела Вероника. - Правда!? - с ноткой иронии произнесла Настя, - Тогда зачем звонить в слезах по среди ночи и умолять о помощи? - она бросила сумку на пол, - Когда-нибудь, ты перестанешь быть двуличной стервой. - брюнетка отправилась в сторону выхода. Шатенка прикусив нижнюю губы, смотрела Рокки в след, а затем подняла сумку. Ахмерова словно ошпаренная вылетела из больничной двери. Марат и Амина даже не успели разузнать что-либо, брюнетка как вихрь пронеслась мимо. Настя зашла за угол больницы, там был заброшенный парк, который давно зарос деревьями и прочей растительностью, а по вечерам там собираются нетрезвые компании. Девушка пыталась восстановить сбитое дыхание от накатившей агрессии, а не от того, что кареглазая практически бежала до этого места. Руки Рокки тряслись, она билась головой о стену стиснув зубы, чтобы хоть как-то успокоиться. Всё происходящее очень сильно выбило брюнетки из колеи, даже не может сосредоточиться на своем так называемом якоре, которого нет уже давно, поэтому, единственный способ успокоиться - нанести себе урон. Кареглазая сжала дрожащую руку в кулак и, вытянув её, медленно шла вдоль стены, раздирая костяшки пальцев до крови от соприкосновения со стеной. - Ты можешь навестить Вахита, но не говори им, в какой палате он лежит. - Вероника заглянула в сумку, которую оставила Ахмерова. - Они тоже его друзья, и тоже переживают. - кучерявый положил ладонь на плечо девушки, - Если ты их не пускаешь, значит и я не пойду, это не честно. - хмыкнув, Вероника быстрыми шагами пошла по длинному коридору, а потом остановилась. - Палата триста пять, часы посещений на входе указаны. - она скрылась за углом. С усмешкой, Турбо неспешным шагом вышел из больнице на крыльцо и взглядом пытался найти Настю, но её нигде не было видно. Амина обеспокоенно взглянула на Валеру, и взяла его под руку, но тот лишь в недоумении посмотрел на белокурую, но девушка даже не обратила на это никакого внимания. Минекаевой просто хотелось как-то поддержать Туркина, хотя со стороны это выглядит иначе. Ахмерова оглядываясь поднималась по лестнице, стараясь скрыть разодранную до крови руку длинным рукавом кофты. Заметив в своем поле зрении Настю, Валера пошел ей на встречу. - Я знаю, в какой палате Зима! - Хорошо... – Ахмерова одергивала рукав, скрывая руку. Глаза девушки растерянно бегали, и смотрели будто сквозь парня. - Всё хорошо? – Туркин заметил капающую кровь на бетонной ступени, – Что это? – он взглядом указал на небольшую алую лужицу. - Навестите Вахита, а потом на базу. – брюнетка сделала вид, что не услышала вопросы молодого человека. - Ты оглохла что ли? – грубо схватил Настю за руку и закатал длинный рукав до локтя, – С рукой что? - Ничего! – закатив глаза, прошипела кареглазая, – Мне ехать надо, потом расскажете, что врачи говорят. – девушка выхватила свою руку и быстро пробежалась вниз по лестнице. Глаза блондинки увлажнились от увиденного. Амине действительно нравился Валера, но все её попытки быть немного ближе к нему – ни к чему не приводили. Может быть дело в том, что белокурая слишком застенчивая и, хоть она и боялась парней из-за своего прошлого, но четко понимала, что не все такие ублюдки, что есть действительно достойные парни, и Туркина она считала именно таким. Единственное, что Минекаева не понимала, кого же она ревнует больше – Настю или Валеру. - Ты плачешь что ли? – заметив подавленное состояние блондинки, Марат толкнул её в бок. - Что? – она растерянно взглянула на парня, – Нет! – трясущимися руками девушка смахнула с щеки несколько слезинок, – Просто в глаз что-то попало. – Амина пыталась рассмеяться, но вышло немного неуклюже. - Ну да, ну да! – с усмешкой произнес Суворов, наблюдая, как блондинка не сводит глаз с Туркина, – Ты на Турбо что ли запала!? – он с улыбкой смотрел на девушку. - Что? – Минекаева покраснела так, что была готова провалиться сквозь землю, – Бред не неси! Ни на кого я не запала! – замешкавшись, она спустилась к Насте и Валере, которые о чем- то говорили, но брюнетка куда-то спешно ушла, – Куда это она? – щёки Амины до сих пор пылали от стыда и смущения. - Не знаю, дела какие-то. – совершенно безэмоционально пояснил кучерявый, закуривая сигарету. - Тогда, на базу, получается? – переминаясь с ноги на ногу поинтересовалась девушка. - Нет! – Туркин выдохнул сигаретный дым, – Сначала к Зиме, а потом уже на базу. - Но ведь... - Вероника сказала, в какой он палате. – перебил он блондинку, – Не зря же вы пол магазина скупили. – Турбо рассмеявшись положил ладонь на плечо Амины, от чего та смущенно опустила глаза, – Идем! Настя приехала в заброшенные гаражи, которые находились практически на окраине города. Девушка тщательно вытерла все поверхности, на которых могли быть чьи-то отпечатки пальцев. Надев на руки тряпичные перчатки, она открыла багажник и вытащила из него две канистры с бензином, иногда оглядываясь по сторонам. Совершенно безжалостно, брюнетка обливала бензином свой автомобиль как внутри, так и снаружи. Оставив небольшую бензиновую дорожку, Ахмерова бросила канистру к машине. В её руках уже находился коробок спичек, одну из которых кареглазая быстро подожгла. Опалив небольшую коробушку, Настя бросила перчатки вместе с пылающим яркими языками пламя коробком и, не дожидаясь огненного зрелища, просто ушла. Амина в сопровождении парней навестили Вахита, но врачи так и не сказали, когда он точно придет в себя. Травмы слишком серьезные и то, что он выжил – просто чудо, не иначе. Загадочная помощь от Ахмеровой должна помочь Зиме поправиться и продолжить заниматься делами группировки. Обе авоськи с гостинцами для Зималетдинова пришлось нести на базу, потому что ничего из содержимого ему нельзя. Марат всю дорогу бранился на Минекаеву из-за её импульсивных поступков. И действительно, блондинка накупила столько всего, что целую роту можно накормить. На самом деле, Амина просто не ожидала, что Вахит будет в таком ужасном состоянии из-за всех нанесенных ему увечий. Молодые люди еще даже не успели зайти в качалку, как Марат бросил авоськи по среди дороги и рухнул на диван. - Эу, – присвистнул юноша, – Барби! – обратился он к Амине, которая с недовольным лицом повернулась к нему, – В следующий раз сама эти баулы потащишь! - Ой, – цокнув, белокурая сложила руки на груди, – прямо развалился из-за двух сумок. – девушка взяла одну авоську, а в след ей прилетела подушка, – Неженка! – вскрикнула она, бросая подушку обратно Суворову. Туркин не стал смотреть на этот детский сад и решил подождать Настю в её кабинете, чтобы задать интересующие вопросы, а так же, чтобы девушка посветила его во все дела группировки. Кучерявый открыл дверь и вздрогнул от неожиданности. Брюнетка сидела на черном кожаном стуле, закинув ноги на стол и выпускала густой белый дым, запрокинув голову, изучая потолок. Выглянув в темный коридор, Валера закрыл дверь и прошел к столу. На темной поверхности стола лежали несколько листков папиросной бумаги, небольшой пакетик с травкой, зажигалка и парочка уже готовых косяков, которые, судя по всему, Ахмерова планировала скурить. - Вот и причина твоего неадекватного поведения. – Турбо взял один сверток и вдохнул его запах, поднеся к носу. Девушка лишь рассмеялась с его слов, продолжая пялить в потолок и затягиваться. - Не нуди... – пробубнила она. - Ты ведь в курсе, что это вредно? – кучерявый швырнул косяк и присел на край стола. - Зато как расслабляет... – Настя взялась за голову своей израненной рукой и выпрямившись на стуле, сложила руки на поверхности стола, – Балуюсь иногда, что такого? – покрасневшими глазами, исподлобья взглянула на Турбо, – Нужно же понимать, что людям толкаем. – она ухмыльнулась. Валера мотал головой от недовольства. Оглядывая кабинет, в котором парень уже находился не в первый раз, он заметил на окне аптечку, – Ты угощайся, а не поучай, а то слишком серьезный. – кареглазая начала громко смеяться, откинувшись на мягкую спинку стула, – Серьезный. – повторяла она раз за разом и смеялась. Туркин поставил стул возле девушки и присел рядом. - Руку давай! – он подготавливал всё необходимое, чтобы обработать руку брюнетки, но та не слышала его и продолжала что-то бубнить себе под нос. Раздраженно выдохнув, Турбо взял Настю за руку и уложил её столе, придерживая за запястье, чтобы она не одернула руку, когда он начнет «прижигать» раны, – Будет больно. – Валера бросил короткий взгляд на кареглазую, но она по-прежнему не слышала его. Смочив кусочек ватки зеленкой, кучерявый быстрыми притаптывающими движениями обеззараживал костяшки пальцев, которые были разодраны до мяса. Почувствовав сильное жжение, Настя резко выпрямилась, смотря на парня красными, округлившимися от накатившей боли глазами, – Не дергайся! – рявкнул он, сдавливая запястье брюнетки. - Предупредить нельзя было! – возмутилась Ахмерова, морща нос от неприятного покалывания. - Я предупреждал, но ты была занята изучением потолка. – Валера был очень сосредоточен, и лишь иногда, он бросал короткие взгляды на девушку. Настя чуть затуманенным взглядом, подперла голову левой рукой, внимательно всматривалась в лицо Туркина: зеленые глаза, густые брови, пухлые губы, небольшой шрам над губой и правой бровью, которые только добавляли шарма. Вроде обычная внешность, но такая манящая. Ахмерова медленно вытянула левую руку, слегка касаясь пальцами шрама над бровью парня. Турбо в этот момент уже перематывал руку брюнетки бинтом и почувствовав на себе её прикосновение на мгновение замер. В какой-то момент их взгляды пересеклись. Настя подалась чуть вперед, но дверь кабинета распахнулась, Валера тут же отпрянул от брюнетки, а в проходе стояла Амина. - Ты здесь? Когда ты пришла? Я даже не заметила! – белокурая прошла в кабинет, – Чем это пахнет? – девушка сморщилась, и заметив на столе курительные скрутки, осуждающе взглянула на подругу. Ахмерова раздраженно потирала лоб пальцами, шумно выдыхая. - Вашу. Мать. – громко произнесла брюнетка, выделяя каждое слово, – Когда вы уже стучать научитесь!? – глаза девушки были все такими же покрасневшими, – Вламываетесь как к себе домой! – чуть покачиваясь, она подошла к блондинке и хотела возразить что-то еще, но в глазах резко помутнело и Настю повело куда-то в сторону. - Держу! – Валера обвил своими сильными руками изящную талию Ахмеровой, у которой даже не было сил держать на ногах, поэтому кучерявый уложил её на диван, – Отдохни-ка... – тихо произнес он, убирая прядь волос с лица девушки. Валера нахмурился от того, что гладил кареглазую по голове, так как совершенно не понимал, для чего он это делает. Подняв взгляд, Туркин увидел Амину, которая всё это время стояла рядом и, на ней совершенно не было лица, – Часто она так? – он выпрямился, убрав руки в карманы. - Честно говоря, давно не заставала её за подобным занятием. – белокурая смотрела в пол, так как глаза от всего увиденного были на мокром месте. Неужели у неё ничего не выйдет с Валерой?, – Раньше такое бывало, но редко... Может быть я просто не замечала. – Амина была крайне расстроена и хотела поскорее выйти из кабинета на воздух, но её остановил Туркин. - Всё хорошо? – он взглянул девушке в глаза, – Выглядишь расстроенной. - Я...я... – начала мямлить, – Всё хорошо! – собравшись с мыслями, выпалила блондинка. - Тогда может быть... - Я просто хочу на воздух! – грубо продолжила Амина, перебив Туркина. Девушка резко открыла дверь и вышла вон. - Прогуляемся... – растерянно продолжил Валера разговаривая с самим собой. Кучерявый пожал плечами и последовал следом за Минекаевой. Амина сидела в парке на скамейке не далеко от базы. Легкий ветер развивал её белокурые локоны, а белоснежная кожа покрылась красными пятнами от соленых слез. Именно по этим красным пятнышкам Настя всегда понимала, когда подруга плакала, такая уж особенность организма у блондинки. Не смотря на пасмурную погоду, было достаточно тепло, даже немного душновато. На детской площадке в парке гуляли детишки, которые играли в догонялки, излучая озорной смех. Они такие беззаботные, что аж зависть берет. Глядя на этих детишек у Амины вновь начали наворачиваться слезы, потому что девушка никогда не сможет испытать это прекрасное чувство – чувство материнства. Блондинка всегда мечтала о большой семье, детях, любящем муже и любимой работе, но все её мечты сломали два абсолютно бесчеловечных ублюдка. Сломали не только мечты, но и шанс на нормальную жизнь. Минекаева очень часто размышляет о том, как бы сложилась её судьба, если бы не тот злосчастный день. Девушка наверняка бы работала преподавателем вокала в музыкальной школе, так как сама очень хорошо поет, даже когда-то задумывалась о карьере певицы, но к сожалению, не верила в свои силы. Дома белокурую бы ждала такая же светленькая голубоглазая девчушка с очередным рисунком, который она так старательно рисовала с младшим братом, а на диване бы безмятежно дремал супруг, которому дети изрисовали бы красками лицо, но всё это лишь в мечтах. Несбыточных мечтах, к сожалению. Валера приобрел два мороженных, когда наконец заприметил Амину, после странствия по парку. Молодой человек присел рядом и протянул белокурой эскимо. Заприметив боковым зрением кучерявого, Минекаева повернула голову к нему, чувствуя, как щеки наливаются румянцем. - Надеюсь, ты любишь мороженное. – Туркин ухмыльнулся. Амина от нервов так звонко засмеялась, что прикрыв ладонью рот, опустила глаза, когда Валера посмотрел на неё округлившимися глаза от неожиданного выплеска эмоций. - Извини... – она вновь покраснела, – Да, люблю. – девушка взяла мороженное в серебристой обертке, – Моё любимое, кстати. - Моё тоже. – кучерявый смотрел на блондинку с какой-то совершенно очаровательно детской улыбкой. Почему то ему казалось, что Амина излучает какую-то детскую непосредственность, от которой становится так легко и так светло на душе. Она словно лучик солнца средь пасмурного неба, озаряет всё вокруг своей улыбкой, – Тебе полегчало? - Уже лучше. – Минекаева слегка улыбнулась, – Просто столько всего навалилось за эти несколько дней и, у меня не получается всё это переварить... – она сделала паузу, – переварить эмоционально, поэтому я себя веду немного странно из-за этого. - Похоже, что тут у всех проблемы с контролированием своих эмоций. – Валера усмехнулся, – Я тоже раньше таким был, пока сам же и не пострадал от этого. – кучерявый откусил небольшой кусочек уже подтаявшего лакомства. - И что тебе помогло усмирить свои эмоции? – голубые глаза блондинки были полностью сосредоточены на Турбо. - Тюрьма... – Туркин улыбнулся краем губ, смотря себе в ноги, – За шесть лет я очень многое переосмыслил, сделал выводы о своих поступках, о которых очень сожалею, которые будут со мной всю мою жизнь и, – молодой человек сглотнул ком в горле, – я не могу это исправить, лишь принять и постараться сделать всё, чтобы простили те, кому я причинил боль. – Амина положила свою ладонь поверх ладони кучерявого, которая была на скамейке. - Я уверена, что у тебя всё получится. Ведь ты уже признался сам себе, что был где-то не прав, а это уже большой шаг. – Амина смущенно улыбнулась. Молодые люди уже больше часа мило беседуют сидя в парке поедая мороженное и громко смеясь. Они словно нашли друг в друге родственные души, которым так не хватало элементарного разговора по душам. Ахмерова пробудилась от ужасного шума в голове, что казалось, она вот-вот лопнет. Брюнетка кое-как поднялась на ноги, чтобы выпить таблетку аспирина. Настя достаточно долгое время не курила травку, поэтому такая реакция организма на столь долгий перерыв вполне нормальная. Рокки словно в тумане передвигалась в пространстве, ей срочно нужно было на воздух, чтобы хоть немного прийти в себя. Отворив тяжелую железную дверь, она буквально вывалилась на улицу, жадно вдыхая свежий ветерок, который приятно обдувал лицо. Прикрыв глаза, девушка массировала одной рукой затекшую шею. Размяв шею, Настя открыла глаза, которые заострили своё внимание на Валере и Амине, которые что-то бурно обсуждали и смеялись. Ахмерову словно обдали ледяной водой, разум стал более ясным и уже перебирал варианты по поводу того, что эти двое делают вместе. - Я был прав! – довольный голос Марата прервал размышления брюнетки. - Что? – раздраженно спросила девушка, обратив озлобленный взгляд на парня. - Наша Барби втрескалась в Турбо! – весело протараторил тот, закуривая сигарету. С некой досадой, Настя перевела взгляд на смеющуюся парочку в парке. - Она после случившегося парней как огня боится. – кареглазая не отрываясь смотрела на Валеру и Амину. - Однако, влюбляться это ей не мешает. – Суворов ухмыльнулся, делая очередную затяжку, – Честно говоря, Амине уже давно пора перебороть себя и найти себе надежного пацана, который не даст её в обиду, а Турбо именно такой, хоть и натворил когда-то херни, но всё же, пацан он ровный. – Настя совершенно не слушала монолог Марата, – И они хорошо смотрятся вместе. Наша Барби сделает из Валерки человека и.... - Марат! – рявкнула брюнетка, – Помолчи, и так тошно. – Адидас бросил взгляд на девушку и докуривал свою сигарету уже молча. В голове Насти было столько различных мыслей, а сердце ныло и разрывалось на части и, не выдержав, девушка скрылась за дверью качалки. Её вновь захлестнули эмоции, с которыми сложно справляться самостоятельно. Ахмерова ворвалась в свой кабинет и хлопнув дверью, схватилась за голову, мечась туда-сюда. Девушку накрыло настолько, что она просто начала крушить кабинет: стеллаж и всё его содержимое полетело на пол, фотографии на столе и канцелярия так же оказалась на полу, но этого было недостаточно. Брюнетка как ненормальная била кулаком в стену со всей силы и через несколько секунд повязка на костяшках окрасилась алым цветом, закричав изо всех сих, она со всей силы пнула кожаный диван, что тот ненамного сдвинулся с места. Успокоившись, Ахмерова тупо залипла в одну точку, пока по её трясущейся руке стекала тоненькими струнками кровь. В голове кареглазой будто звучит белый шум, от которого она ничего не слышит. К качалке подлетели около десятка ментовских машин, из которых выбежали люди в форме, забегая один за другим в подвал. Люди в парке начали обращать на это внимание и, смотря на них, Минекаева и Туркин также заметили неладное, направляясь прямо в эпицентр событий. Оперативная группа уложила всех присутствующих в качалке лицом в пол, расспрашивая об их старшей. Когда Амина и Валера вошли во внутрь, их так же приложили к полу. Среди оперативников наконец появилась самодовольная рожа Габидинова, который направлялся к блондинке, чтобы разузнать о местонахождении её подруги. Ильдар зажал зубами зажженную сигарету и, поправив очки, присел на корточки, приподнимая голову Амины за волосы. - Подружка твоя где? – мужчина через нос выпускал сигаретный дым, притягивая блондинку за волосы ближе к себе, – Говори, а то хуже будет. - Может ты выберешь того, кто может тебе дать отпор? – вмешался Туркин, – А то допрашивать беззащитную девушку как-то не по-мужски. – Валера приподнял голову, ухмыляясь оперу прямо в лицо, – Ах да, ты ведь только и можешь давить на тех, кто слабее, потому что ссышь вести диалог с тем, кто сильнее. - О, Туркин! – мужчина схватил кучерявого за волосы и ударил головой об пол, тот потерял сознание, – Твой длинный язык снова сыграл с тобой злую шутку. - Валера! – взвизгнула на весь зал блондинка, – Чего тебе надо? - Я, кажется, уже задал интересующий меня вопрос. – опер вновь закурил очередную сигарету, – Могу повторить, раз твой розовый мозг не воспринимает информацию. – Ильдар схватил девушку за волосы и оттягивал голову так, что было слышно как хрустит каждый позвонок её хрупкой шеи, – Где Рокки? - Я не знаю! – проскулила Амина, – Даже если бы и знала, всё равно бы не сказала. - Зря. – Габидинов швырнул блондинку в сторону и поднялся на ноги, – Обыщите здесь всё, каждый угол этого сраного подвала! – приказ он, снимая очки, – Как же вы мне надоели, – мужчина потирал пальцами переносицу, – я бы с таким удовольствием засадил за решетку каждого из вас, но вас спасает лишь то, что вы приносите слишком большую прибыль. Настя словно распятая сидела на диване, раскинув руки по обе стороны спинки. С закрытыми глаза она вспоминала свое далекое детство и тот день, когда впервые встретилась с Валерой (об этом будет зарисовка в тг канале). Визг Амины вернул брюнетку в реальность. Девушка подсочила с дивана в тот момент, когда услышала громкие шаги в коридоре. Она отрыла дверь и увидела троих мужчин в форме. Они перекрутили руки Ахмеровой и вывели в зал, где её ожидал Ильдар, который был увлечен издевательством над Минекаевой. Этот ублюдок тлеющей сигаретой оставлял ожоги на шее и руках блондинки, выпытывая у неё какую-то информацию. Увидев, что привели Настю, Габидинов отвесил Амине смачную пощечину, от чего та потеряла сознание. В попытке вырваться из лап сотрудников милиции, Ахмерову поставили на колени, не давай ей даже шевельнуться. - Какого хрена ты тут устроил? – прошипела сквозь зубы Настя. В этот момент в себя начал приходить Туркин, руки парня были скованы наручниками, а голова трещала от ноющей боли. - Машина где? – Ильдар убрал руки в карманы брюк. - Какая машина? - Ты, – мужчина засмеялся, – ты дурочкой не прикидывайся. Машина твоя где? - Без понятия. – брюнетка пожала плечами, – Вчера оставляла возле дома, а утром её уже не было. – голос девушки был спокойным и уверенным. - Что значит не было? – опер расслабил галстук, который, как ему казалось, удушал его. - То и значит! – ухмыльнулась Настя, – Выхожу утром из дома, а моей ласточки нет. Какие-то негодяи угнали мою машину. - Угнали, значит. – мужчина с ухмылкой поправил усы, – Где же тогда заявление о пропаже? - Видишь ли, наша доблестная милиция принимает заявлении по истечении трех суток. – Ахмерова самодовольно улыбнулась. Облизнув губы, Габидинов отвесил кареглазой пощечину. - Не играй со мной. – прошипел он девушке на ухо. - Жена с тобой в постели играть будет, а я правду говорю. – Рокки прилетала еще одна пощечина, от которой она потеряла равновесие и завалилась на бок. Двое мужчин подняли девушку, а та лишь смеялась, харкая кровью в ноги Ильдара, – Может уже что-то новое придумаешь? Когда –нибудь до тебя дойдет, что через избиения ты никогда не получаешь нужной информации. – с улыбкой на лице, опер сделал вид, что не слышал слов девушки. - Значит, это ты не ты вчера на заброшенном заводе убила четверых человек, включая Кащинского. – мужчина начал ходить по залу и в этот момент Валера и Настя встретились взглядами. - Кащея убили? – поинтересовалась брюнетка, не отрывая взгляд от Туркина. - Найден сегодня с пулей прямо меж глаз. - Чего блять...? – практически беззвучно произнесла кареглазая. Турбо в недоумении смотрел на Ахмерову ведь понимал, что она не могла этого сделать при любом раскладе, потому что завод слишком большой и выстрел было бы слишком хорошо слышно. Настя лишь почала головой и пожала плечами. Если это не она, то кто же тогда? - Настя не могла этого сделать! – кучерявый перевел взгляд на Ильдара, – Мы вчера весь вечер были вместе. – глаза брюнетки округлились после слов парня. - Туркин, ну ты и шутник! – смеясь, опер ударил Турбо дубинкой. - Сука! – рявкнула Ахмерова, – Мы вчера встречались по поводы работы, он ребятишек хочет тренировать! – девушке пришлось это сказать ведь Габидинов не видел Валеру в зале до этого дня и не знает, сколько он тут работает. - Ты думаешь, я поверю в это? – мужчина присел на корточки перед Настей, – Тогда скажи мне, почему Зималетдинов написал на тебя заявление? - Что? Какое еще заявление? - Ну, об этом ты и сама можешь у него узнать. Ах да, он ведь сейчас в больнице! – взгляд Рокки наполнился злобой, а Ильдара очень забавляло это. Он обошел девушку сзади и надавив на лопатку, заломил руку так, что был слышен хруст каждой косточки, – Говори! – мужчина давил еще сильнее, – Зачем убила Кащея? - Пошел ты! – прошипела сквозь зубы Настя, стараясь терпеть накатывающую боль. - Что ж... – Ильдар выкрутил руку брюнетки так, что раздался звук ломающейся кости, от которой Рокки закричала, прикусывая до крови нижнюю губу от боли, – Придется приходить так каждый день, пока не ответишь на вопросы, а пока отдохни. – Габидинов пережал сонную артерию на шее Насти и та потеряла сознание, рухнув на кафельный пол, – Проверьте, чтобы на всех были наручники и уходим! – приказал он подчиненным, закуривая сигарету. Когда все вышли, мужчина бросил на пол маленький ключик от металлических оков и с ухмылкой вышел вон. Продолжение следует...