Глава вторая

      События прошедшего дня поначалу показались Гайке сном, не более. Как будто Рокфор никуда не уезжал, как будто она не начинала перевоспитывать вечно дерущихся на ровном месте бурундуков… Но когда мышка увидела у своей кровати сумку с детскими вещами, убедилась — не сон. Что же, тем лучше. Чип и Дейл последнее время только тем и занимались, что выводили её из себя.              Умывшись и переодевшись в привычные джинсы и джинсовую же куртку, Гайка вышла из своей комнаты. Прошла в детскую, переделанную из комнаты Чипа и Дейла. Двухъярусную кровать разобрали, чтобы сделать две отдельные кроватки, и именно на них сладко спали бурундуки. Тамми и Фоксглав легли валетом возле одной из кроваток, укрывшись одной простынёй на двоих.              — Пора вставать! — громко сказала Гайка.              Тамми и Фоксглав начали выпутываться из простыни. Гайка тем временем разбудила бурундуков. Проверила памперсы, улыбнулась:              — Ну что, помощницы… вот вам и первое задание. Поменяйте памперсы.              — Я не умею, — призналась Фоксглав. — Мне просто не приходилось раньше этого делать.              — Смотри на Тамми и делай то же, что она, — велела Гайка. — Ты ведь умеешь?..              — Умею, — скромно сказала белочка. — Мама иногда оставляла меня с Бинк.              — Вот и отлично. Приступайте, — Гайка кивнула на столик в углу комнаты.              Тамми с видимым трудом подняла Чипа на лапки и понесла к столику. Фоксглав последовала её примеру. Вдвоём они разместили бурундуков на столике. Тамми, повернувшись к летучей мыши, сказала:              — Смотри, как это делается.              Фоксглав неуверенно кивнула. Тамми расстегнула памперс, стянула его с Чипа, бросила в корзину, которую пододвинула к столику ногой. Посыпала присыпку, надела новый. Фоксглав, нервно моргая то правым, то левым глазом, последовала её примеру. Орудовать крыльями у неё получалось намного менее ловко, но всё же она старалась.              — Хорошо, — кивнула Гайка. — Пойдём. Нет-нет, — добавила мышка, увидев, как бурундуки начали вставать. — Малышей носят на лапках.              — Что?! — выпалил Чип. — Гайка, это уже слишком! Я не малыш!              — Мне казалось, мы всё выяснили ещё вчера, — холодно сказала Гайка.              — Чиппи, не капризничай, — проворковала Тамми, поглаживая бурундука по голове. Чип увернулся. Тамми нахмурилась: — Чиппи!              — Чип, ты наказан, — ледяным голосом произнесла Гайка. — Тамми, тебе поручаю разобраться с ним.              — Конечно, — кивнула Тамми, мрачнея. Села на кроватку, за ухо подтянула к себе ойкающего Чипа, резко положила его себе на колени. Расстегнула памперс, сняла его. Чип промямлил что-то невразумительное.              — Нечего было капризничать! — строго сказала Тамми, размахиваясь.              Гайка, наблюдающая за расправой, хмуро сказала:              — Ты только отобьёшь лапку, Тамми. Вот что…              Выйдя на полминуты из комнаты, мышка вернулась с щёткой из дуба. При виде её Чип явственно вздрогнул.              — Попробуй этим, — Гайка протянула щётку Тамми.              Приняв из лапок мышки щётку, белочка прицелилась и нанесла первый шлепок — в середину пока ещё бледных ягодиц. Чип громко пискнул.              — Нечего было капризничать… — повторила Тамми, снова занося щётку. — Сам виноват!              Чип засучил ногами изо всех сил, сгорая от унижения. Его, взрослого Спасателя, шлёпает, как маленького, малолетка! Бунт на корню пресекла Гайка:              — Ты, видимо, захотел, чтобы я написала твоей матери?..              — Долго ещё будешь меня шантажировать?.. — пробурчал Чип, но покорно повис на коленях Тамми, вздрагивая от шлепков щётки.              — Пока вы с Дейлом не научитесь себя вести, — отрезала Гайка, наблюдая за экзекуцией.              — И как… — Чип всхлипнул — Тамми шлёпала его немилосердно, и ягодицы бурундука уже покраснели, как пара спелых вишен. — Как весь этот бред… Ай! За что?!              — За «бред»! — строго сказала Тамми, обрушивая на попу Чипа несколько особенно болезненных шлепков.              — Как всё это должно подействовать?! — выпалил Чип, смаргивая слёзы.              — Я всё ещё надеюсь воспитать из вас приличных бурундуков, — строго ответила Гайка. — А для этого надо перевоспитывать вас с самого начала. Понятно?              — Куда уж понятнее, — саркастически буркнул Чип, за что тут же получил ещё несколько болезненных шлепков. — Ай! Тамми!              — За дело, — строго сказала Тамми. — Нельзя хамить старшим.              — Пожалуй, хватит с него, — флегматично сказала Гайка. — Думаю, Чип усвоил урок. Так ведь?              Последние слова были сказаны с нажимом. Закатив глаза, Чип пробурчал:              — Я не малыш! И в твои игры не играю…              — Ещё пошлёпать? — предложила Тамми.              Гайка, покачав головой, расстегнула и протянула ей ремень. Тамми нервно заморгала. Чип, увидев ремень, символически поднял кверху лапки.              — То-то же, — сурово сказала Гайка, снова опоясываясь. — И не забывай, что я могу в любой момент написать вашей матери… Есть ещё желание бунтовать?              Бурундуки замотали головами. Тамми натянула на Чипа памперс, с трудом подняла его на лапки и понесла в комнату. Фоксглав пошла за ней, неся крыльями Дейла. Гайка замыкала шествие.              — Малышей пора кормить, — сказала Гайка, когда Тамми и Фоксглав устроили бурундуков на диване (Тамми при этом начала с видимым облегчением потряхивать лапками — всё-таки Чип был для неё слишком тяжёлым). — Тамми, поможешь мне сварить кашу? А Фокси пока присмотрит за малышами, чтобы ничего не случилось… и они опять не подрались.              — Конечно, — ответила белочка.              Фоксглав молча кивнула.              На кухне Гайка поставила на плитку кастрюльку, налила туда немного молока. Когда молоко закипело, насыпала туда манной крупы, помешала.              — Гайка, — робко спросила Тамми, — а они будут есть манную кашу? Мне казалось, что они не очень любят…              — Будут, — отрезала мышка. — Или я обоим хорошенько нашлёпаю. — Но тут же, смягчившись, добавила: — К обеду получат детское пюре, если не станут капризничать.              Несколько минут обе молчали. Наконец Гайка сняла пробу с каши:              — Готова. Я пойду кормить малышей, а ты пока погрей для них молоко. Только не перегрей.              — Конечно, — кивнула Тамми.              Когда Гайка вошла в комнату с кастрюлей манной каши, бурундуки, не сговариваясь, недовольно заворчали. Гайка, поставив кастрюлю на пол перед диваном, строго сказала:              — Нечего капризничать! Малышам полезна каша.              — Гайка, я ненавижу манную кашу! — выпалил Чип. — Ты не можешь этого не знать!              — Я тоже терпеть не могу! — капризно протянул Дейл.              — Нечего капризничать, я сказала! — мышка добавила металла в голос. — Иначе я могу решить, что недостаточно вас двоих воспитывала. Тамми уже греет для вас молоко.              Бурундуки мрачно переглянулись. Гайка подсластила пилюлю:              — Если без капризов поедите, к обеду я дам вам детское пюре.              Взяв ложку, Гайка начала кормить Чипа, подвязав ему слюнявчик. Тот ел крайне неохотно, давился, но не привередничал. К тому моменту, как она закончила, из кухни появилась Тамми с двумя бутылочками молока с сосками. Взяв одну из них, Гайка вставила её в рот Чипу, и тот принялся пить молоко. Гайка тем временем подвязала слюнявчик Дейлу и начала кормить его. Дейл тоже ел неохотно, но, кажется, получал больше удовольствия, чем брат.              — Наелся? — спросила мышка через полтора десятка ложек.              — Дя, — Дейл кивнул, глупо улыбаясь. Гайка сунула ему в рот вторую бутылочку молока. Дейл принялся сосать молоко.              Чип достал свою бутылочку изо рта и недовольно пробурчал:              — Это всё?              — На завтрак — всё, — строго ответила Гайка. — Но если продолжишь говорить со мной в таком тоне, не получишь на обед пюре.              Чип насупленно замолчал.              — А по-моему, это очень весело, — заметил Дейл, доставая изо рта опустевшую бутылочку.              — Куда веселее, — пробурчал Чип. — Вместо того, чтобы заниматься работой Спасателей, занимаемся чёрте чем… Ай! За что?!              Гайка, больно дёрнув бурундука за ухо, строго сказала:              — За ругательство! Малышам нельзя так выражаться.              — А что нам вообще можно?! — взорвался Чип.              — Можно — и нужно — слушаться меня, — отрезала Гайка. — А будешь капризничать — отшлёпаю.              Чип сложил лапки на груди и насупился.              — Чип, это же правда весело, — хихикнул Дейл.              — Мы из Спасателей превратились в дурдом! — громко произнёс Чип. — В дурдом!              — Моё терпение лопнуло, — лаконично сообщила Гайка, садясь рядом на диван и резким движением кладя Чипа на колени. Расстегнула и сняла памперс; в носик ей тут же ударил характерный запах. — Тамми, будь так добра, выбрось. А ты, Фокси, проверь Дейла.              Чип что-то недовольно пробурчал, но затих, когда почувствовал, как его попы касается даже не лапка — ремень.              — Дорогая Гаечка, может, не надо?.. — нервно сглатывая, попросил он.              — Надо, Чип, — покачав головой, ответила мышка. — Надо. Иначе ты не сделаешь выводов.              Размахнувшись, Гайка хлестнула Чипа ремнём. Чип взвизгнул — его попа ещё болела после воспитательных мер, принятых Тамми, и резкое прикосновение ремня ощущалось особенно остро.              — Гаечка, пожалуйста, я понял, нельзя выражаться… — зачастил бурундук.              — Понял. Это хорошо, — согласилась Гайка, размахиваясь снова. Хлесть! Чип снова взвизгнул. Тамми, спросив взглядом разрешения, села рядом и начала успокаивающе поглаживать его по голове. — А надо, чтобы усвоил! Чувствуешь разницу? — Хлесть!              — Не чувствую-ю! — взвыл Чип — его попа была в агонии. — Хватит!              — Я сама решу, когда хватит! — Гайка добавила в голос металла. Хлесть! — Вот теперь хватит. Думаю, ты усвоил урок.              — Усвоил, — всхлипнул Чип. Гайка положила его спиной на диван, отрывисто велела:              — Ноги подними.              Чип послушно поднял ноги. Гайка достала присыпку, посыпала её. Надела на Чипа свежий памперс, застегнула липучки. Фоксглав тем временем, проверив памперс Дейла, неумело его расстёгивала. Тамми, с улыбкой закатив глаза, начала ей помогать. Вдвоём они расстегнули памперс, стянули его и бросили в мусорку. Фоксглав уже без помощи посыпала присыпку, надела новый памперс и застегнула его.              — Вот и хорошо, — кивнула Гайка, сажая братьев рядом. Чип болезненно морщился — сидеть ему было больно. — До обеда можете посмотреть мультики. Например, про героя Барсука. Кажется, Дейл их очень любит.              Чип насупился, но возражать не стал. Он мультики не жаловал, но с ролью малыша уже начал смиряться.