Сотриголова падает

Вскоре после неудачной попытки поймать таинственного линчевателя, Айзава отправился в участок. Ему нужно было поговорить с детективом Тсукаучи — старым другом, которому он действительно доверял. Возможно, у того уже были какие-то зацепки. Сквозь тусклый свет уличного фонаря у входа в здание едва различалась скамейка и облезлая стена. Не задерживаясь, Айзава вошёл внутрь и направился прямиком к кабинету Наомасы. Внутри — без изменений: стопки бумаг, пара засохших кружек с остатками кофе, полумрак. Тсукаучи поднял голову и, увидев друга, слегка удивлённо приподнял бровь. — Что-то срочное? Айзава сразу к делу: — У тебя есть информация о новом линчевателе? — Вердис? — уточнил Тсукаучи. — Это имя? — Псевдоним. Он оставляет записки на месте происшествия. В конце — подпись: «Вердис». Мы называем его так лишь благодаря этим запискам. Он достал из ящика папку и положил её на стол. — Пока информации мало. Имя, возраст — неизвестны. Ни фото, ни видео. Камеры его не зафиксировали, свидетелей почти нет. Те, кто что-то рассказывал, утверждают, что он буквально растворяется в тени. Мы предполагаем, что его причуда связана с тенями, но это пока лишь гипотеза. Айзава взял папку и молча пролистал материалы. Через минуту проговорил: — Он невысокого роста. Подросток, может, даже младше. Тёмная одежда с капюшоном, металлическая маска, штаны с карманами. Тсукаучи нахмурился: — Ты его видел? — Да, — сухо ответил Айзава, не поднимая взгляда. Наомаса несколько секунд молчал, переваривая сказанное, затем заговорил с тревогой в голосе: — Если он действительно ребёнок, его нужно найти как можно быстрее. Пока он не наделал бед, или с ним самим не случилось что-то непоправимое. Айзава кивнул. Теперь это дело стало личным.

***

Тем временем Вердис был дома. Сидел в своей комнате и обрабатывал рану. — Блядь... — выдохнул он сквозь зубы, заливая антисептик на глубокий порез. Кто ж знал, что это настолько адски больно? Как будто солью посыпал живое мясо. Но стиснув зубы, он всё же довёл дело до конца — промыл, перевязал. Все бинты ушли в расход, надо будет закупиться.

***

Прошла неделя с момента встречи с Сотриголовой. Первые несколько дней он сидел дома, не выходя из своей уютной берлоги. Не потому что не мог просто не хотел. Хотя рана всё ещё ныла, это бы его не остановило. Но был страх. Первый день паранойя. Казалось, что за каждым углом копы. Что вот-вот рассекретят. Вот выйдет на патруль и его Ластик схватит. Когда страх ослаб, вмешался Монохром. Кот каждый раз шипел и смотрел так, будто знал, куда он собирается. — Переживает, — думал Изуку. Странно, конечно, но... кот был прав.

***

Сегодня Монохром дрых, и это был шанс. Изуку натянул свой костюм, распихал снаряжение по карманам и, открыв окно, выскользнул в ночь. Пробежав по улицам около получаса, он услышал звуки драки. В переулке. Кто-то сражался с двумя — по всему видно, мутационные причуды. И тут он увидел его. Сотриголова. Изуку на секунду застыл. Вспомнился шарф. Боль, страх. Как он рвался прочь, будто из капкана. И в этот момент раздался глухой удар. Он увидел, как Ластика впечатали в стену. Тот был без сознания. Страх. Паника. И — злость. Всё перемешалось. Изуку выдернул нож и метнул его в одного из мутантов. Не попал. Но внимания привлёк более чем достаточно. — Чёрт... — подумал он. Один из нападавших — с головой льва — ринулся в его сторону. Всё дальше — как в тумане. Удары, грохот, крик. Он помнил, как выдёргивает чеку из гранаты. Только уже в полёте понял: это не дымовая. Это снотворная. Он влетел в стену и вырубился. От газа, от боли — уже неважно. Очнулся спустя несколько минут. Маска перекрывала нос, и это его, возможно, и спасло. Остальные, включая Сотриголову, были без сознания. Он быстро стянул нападавших стяжками. Получится — хорошо. Нет — ну, хотя бы попытался. Они же вырубили, мать их, одного из сильнейших героев. Он оставил короткую записку о случившемся, а затем вытащил телефон и написал:

***

Детектив:

Вердис:

Улица 17, переулок. Два мутанта и... Сотриголова.

Сотриголова? Что с ним?

Да. Он тут. Без сознания.

Уверен, сам всё расскажет.

*Вердис не в сети*

***

Он поспешил домой. Ран нет, но тело ныло. Не вариант продолжать патруль. Единственное, чего он боялся так это гнева пушистика. Кто же знал что коты могут быть такими страшными?