Часть 31

      Двадцать восьмое июня.       Винтер проснулась с резким вдохом, как будто её вырвали из сна дернув за волосы. Сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот разорвёт грудную клетку. Она села на кровати, вцепляясь пальцами в простыню, и бешено осмотрелась вокруг.       Темно.       Тишина.       Только мягкий свет ночника, который Билли купил для неё, потому что она боялась спать в полной темноте.       «Просто плохой сон», — прошептала она себе, но рука сама потянулась к медальону на шее. Его металл был холодным, но осязаемым — напоминанием, что всё реально.       Но спать больше не хотелось.       Винтер потянулась за сигаретами, зажгла одну и подтянула колени к груди. Дым заклубился в воздухе, смешиваясь с холодным ночным ветром из приоткрытого окна.        «Что взять с собой?»       Когда кошмар отступил, мысли вновь крутились вокруг одного — переезда.       Они с Билли говорили об этом в мотеле, но тогда это казалось чем-то далёким, почти фантазией. Теперь же мысль о собственном месте засела в голове, как заноза.       «Какие вещи взять? Книги? Одежду? Фотографии?»       Но больше всего её мучил другой вопрос:       «Как сказать родителям?»       Они любили Билли.       Но жить вместе?       Это уже не просто «мы встречаемся» или «мама знает, что мы спим вместе».       Это серьёзно.       Это как семья.       И Винтер не знала, готова ли она к ссоре, если родители скажут «нет».       Но и оставить Билли в том доме, с ним, с его отцом…       Нил Харгроув — ужасный человек.       Она знала это. Видела, как Билли меняется после их «разговоров». Как замыкается, как злится. Он становится другим рядом с Нилом. И Винтер хотела прекратить это.       Винтер затянулась сигаретой, чувствуя, как пепел страха оседает где-то глубоко внутри.       Тишину ночи разорвал знакомый рёв двигателя.       Винтер вздрогнула, резко повернув голову к окну.       Камаро.       Но что-то было не так.       Билли припарковался ближе, чем обычно — будто не боялся, что его заметят.       А потом она разглядела — лобовое стекло разбито.       Сердце упало.       Дверь машины распахнулась, и Билли буквально вывалился из-за руля.       «Что-то случилось».       Сигарета выпала из пальцев. Винтер бросилась вниз, стараясь не разбудить родителей.       Холодный воздух ударил в лицо, когда она выбежала на улицу.       Билли стоял, опираясь на капот, весь в пыли, с разбитой бровью. Рукав его куртки был порван, а взгляд…       — Билли?!       Он вздрогнул, услышав её голос, и обхватил её так крепко, что у Винтер перехватило дыхание.       — Винни…       Он дрожал.       Не просто злился. Не просто был в ярости.       Он был в ужасе.       Она никогда не видела его таким.       — Идём внутрь.       Она втянула его в дом, поддерживая, ведя по лестнице, как раненого.       Дверь в комнату захлопнулась и была заперта на замок.       Билли рухнул на пуфик, закрыв лицо руками.       — Что произошло? — она опустилась перед ним на колени, пытаясь поймать его взгляд. — Билли? Билли!       — Я не знаю… — его голос был тихим, сломанным. — Я не понимаю. Я ничего не понимаю.       Она сжала его руки.       — Ладно… всё нормально. Давай ты вымоешься, а я… я поищу аптечку.       Но Билли вцепился в её руку, притянув обратно.       — Прости меня… — он прижал её к себе, голос сорвался. — Прости меня, Винни.       Она не понимала.       Но обняла его в ответ.       — Всё хорошо. Вставай.       Винтер отправила его в душ, а сама зашагала по комнате, нервно перебирая его вещи.       «Что случилось? Где он был?»       Её взгляд упал на куртку, брошенную на стул.       Она знала, что не должна.       Но руки сами потянулись к карманам.       Она вытащила руку, осматривая пальцы. Пыль и земля. Будто его проволокли по дороге, так что земля забилась в карманы.       Зажигалка. Крышка не до конца закрылась из-за застрявшего в ней грунта. Пачка сигарет смята и расплющена.       Её серёжки.       Те самые, что она забыла в мотеле.       «Он ездил туда».       А потом…       «Что-то случилось».       Она положила всё на место. И пошла к нему.       Винтер разделась и вошла в душ.       Билли стоял под струями воды, не шевелясь, будто окаменевший.       — Тебе жарко? — она прикоснулась к его лицу.       Он был ледяным.       И взгляд…       Не его.       Не тот, что она знала.       Она потянулась к крану, чтобы сделать воду теплее, но Билли резко перехватил её запястье. Слишком жёстко.       Слишком крепко.       Больно.       — Билли…?       Он не отвечал.       Просто смотрел.       И впервые за всё время она испугалась его.       Не его гнева.       Не его ярости.       А этого — пустоты в глазах.       Билли притянул её к себе, слишком жёстко, слишком сильно.       Его поцелуй не был нежным.       Это было как битва.       Как попытка убедиться, что она реальна.       Винтер поддалась, обняв его, пряча страх где-то глубоко внутри.       «Утром. Утром он всё объяснит».       Но где-то в глубине души она знала —       Что-то пошло не так.       И это только начало.