Часть I: Кольцо змея. Глава 4

      Началось лето.       Тоска по своему времени, школе, родным и друзьям накрывала Элли всё чаще. Каждый день она сталкивалась с настороженным поведением учеников. Казалось, что стремительно расползавшиеся слухи о её «змеиных способностях» уже не остановить. Слизерин будто разделился на два лагеря: одни кривились при её виде, другие, наоборот, смотрели с подозрительным интересом. Но с каждым косым взглядом, каждым небрежным словом бездна в груди расползалась чёрной жгучей кляксой.       В моменты, когда меланхолия накрывала с новой силой, она пряталась в библиотеке. С книгами было проще, они не шептались за спинами и не давали обидные прозвища. Проведя там немало времени, Элли поняла, что копать нужно глубже и без Запретной секции не обойтись.       Всё, что ей удалось найти по теме путешествий во времени, — скудная информация о маховиках. Она видела такой артефакт однажды у куратора отдела Г.О.С.Т., приезжавшего в Колдовстворец к профессору Скалдину. Элли тогда было всего лишь девять лет, но она хорошо запомнила, как выглядел маховик. И это точно не тот артефакт, который перенёс её сюда.       Со звонким хлопком книга «Магические Механизмы и Закономерности: Обзор Артефактов Старого Времени» захлопнулась перед ней. Механизмы… Закономерности… «Книга, где всё интересное вычеркнули» — вот её настоящее название. Герб Министерства на пыльно-коричневом корешке только доказывал это.       Возможно, ей стоит попробовать втереться в доверие к кому-нибудь из преподавателей и получить доступ «легальным» путём? Но на это нужно слишком много времени, а этой роскошью Элли не располагала.       Последний месяц учёбы уже набирал обороты. Ученики нервничали перед экзаменами, а она перед старостой Слизерина. Его взгляд находил её везде: в гостиной, на обеде в Большом зале, на занятиях. И вот сейчас. В библиотеке.       Элли украдкой кинула взгляд в сторону Реддла, который сидел в противоположном конце зала. Он был один, и пустые стулья вокруг создавали ощущение, что место рядом с ним не полагалось никому. Впрочем, ненадолго. К столу подошёл Лестрейндж, тот кудрявый остряк с первого ужина, и что-то негромко сказал, склонившись над Томом.​​​​​​​​​​​​​​​​       Она выждала пару секунд, затем поднялась и направилась к ближайшим к ним стеллажам. Притворилась, что ищет книгу, а сама, стоя вполоборота, очертила невидимую дугу волшебной палочкой и шепнула:       — Аурицио…       Слова утонули в воздухе, и тишина сразу сменилась нарастающим гулом в ушах. Голос Реддла звучал приглушённо, но различимо, бархатно-холодным тембром, а второй был жёстким и шероховатым.       — …планировал отправиться туда сегодня, после отбоя. Занятная книга.       — Это не рискованно, Том?       Староста замолчал на пару секунд.       — Всё под контролем. Профессор Слизнорт знает.       Какая удача. Том точно говорит о Запретной секции. Что, если она попробует прошмыгнуть туда за ним? Конечно, ей придётся быть крайне осторожной — дезиллюминационные и заглушающие чары должны быть наложены безупречно.       Элли взяла первую попавшуюся книгу с полки и уже направилась к своему прежнему месту, как вдруг её окликнула Мэйра.       — Элли! Вот ты где! Хотя я не удивлена, — воскликнула та запыхавшимся голосом, — даже в свободное время ты прячешься в замке. Хотела предложить тебе кое-что.       — Кое-что? — она вскинула бровь и аккуратно положила книгу на край стола.       — Хотела позвать тебя полетать у Южного склона.       — Полетать?.. На метле? — Элли опешила от неожиданного предложения.       — Ага… — та замялась, вспоминая. — Или… вы там на вырванных с корнем деревьях летаете?       На долю секунды ей показалось, что у Мэйры заплясали весёлые искорки надежды в глазах.       — Подожди, ты же не…       Элли рассмеялась. Почти до слёз.       — Тот самый квиддич на деревьях в 1900 году! Говорят, все мётлы тогда были заколдованы выпускником Сварога. Он был гением чар, но его так и не приняли в команду. Не знал, как держаться на метле, зато знал, как сделать так, чтобы метла держалась от него подальше!       — Ах, вот оно как. Жаль! Значит, всё же классика?       — Да, конечно!       Она любила полёты на метле, даже несмотря на страх высоты, который преследовал её в самом начале. Но заявку в команду Хорса по квиддичу она так и не решилась подать. Предпочла остаться простым болельщиком. Возможно, это и к лучшему, потому что тренировки у них были почти каждый день, и на подготовку к занятиям тогда просто не осталось бы времени.       — Так каков твой ответ? — вопрос Мэйры выдернул Элли из мыслей.       — Я бы с удовольствием. Но… у меня нет метлы, — выдохнула она, пожимая плечами.       — Уф, обидно… — искренне протянула Мэйра. — Я бы одолжила свою старую, но после падения на прошлом матче она скрипит, как старый шкаф… Может, попросишь учебную метлу у мистера Финча?       — Возьми мою.       Сзади прозвучал голос, невозмутимый, с характерной ленцой, за которой угадывался расчёт. Элли обернулась. Абраксас стоял, опираясь плечом о стеллаж, производя впечатление, что находился там с самого начала.       — У меня есть запасная, — добавил он, как если бы речь шла о перчатках, а не об одном из лучших экземпляров мётел из частной коллекции. — Совершенно исправна. Даже подрезан хвост — мягче идёт в поворот. — Он скользнул по ней взглядом с интересом. — Конечно… Если ты не боишься высоты.       Элли уже хотела отказаться от акта бескорыстия слизеринца, но Мэйра вставила свою реплику первой.       — О Абраксас! Ты вовремя! Выручаешь! — она оживлённо махнула рукой. — Не хочешь полетать с нами по окрестностям?       — Занятное предложение, Мэйра, — медленно проговорил Абраксас, словно смаковал отказ, — но наш капитан велел мне не перегружать запястье перед финальным матчем. Он считает мою правую руку гордостью факультета.       Абраксас вскинул руку и демонстративно огладил запястье другой рукой. Уголки губ Элли потянулись вверх сами по себе, когда она наблюдала за этой сценой.       — Ну ты и сноб, Малфой… — протянула Мэйра с фальшивой укоризной, но улыбка в голосе её выдала.       — Хорошо, я пойду с вами. Кто-то должен быть рядом, чтобы собрать вас по кусочкам… Если вы вдруг забудете, как правильно летать.       Губы Мэйры растянулись в победной улыбке.       — Элли, встретимся у западного входа в замок примерно через полчаса? Нам нужно забрать мётлы из кладовой.       — Договорились, — кивнула Элли.       Мэйра и Абраксас покинули библиотеку, оставив её наедине с собой. Взгляд уловил лёгкое движение, словно кто-то прятался за крайним стеллажом. Край мантии и плечо, исчезающие между рядами. Элли шагнула ближе. Но там никого не было.

***

      Элли подошла к западному входу ровно через полчаса. Погода выдалась на редкость чудесной: ни облачка в небе, солнечные лучи мягко скользили по траве, разогревая зелёное поле. В воздухе витал лёгкий запах золотоглазок, смешанный с ароматом свежескошенной травы.       Тревога, тенью следовавшая за ней с самого прибытия в Хогвартс, в очередной раз ослабила хватку. На губах Элли заиграла улыбка, когда она заметила вдали приближающиеся фигуры Мэйры и Абраксаса. Те, смеясь и перебрасываясь репликами, неспешно шли по дорожке и впервые за всё это время казались почти… своими.       Элли, не удержавшись, побежала им навстречу, чувствуя, как с каждым шагом внутри становится теплее. Проходящие мимо ученики бросали взгляды с интересом, с удивлением, но ей было всё равно. Впервые за это время ей просто хотелось смеяться.       — Вот и мы! — радостно крикнула Мэйра, кивнув на метлу, которую Абраксас держал в руке.       Это была «Comet 180» — модель из последних довоенных партий. Подрезанный хвост с аккуратно выгнутыми ветками намекал на высокую манёвренность. Абраксас протянул её Элли, как будто вручал фамильную реликвию, с достоинством, без излишнего пафоса.       — С-спасибо… — пробормотала она, принимая метлу. — Даже не верится, что я держу в руках настоящую Комету.       — Без сантиментов, — отрезал Малфой, но уголок его рта дёрнулся в искренней полуулыбке.       И это восхищение со стороны Элли было настоящим. Даже несмотря на более быстрые и совершенные модели из её времени, держать в руках эту было чем-то из рода фантастики.       На фоне всеобщей радостной атмосферы в голове Элли возник закономерный вопрос, который она поспешила озвучить:       — А как учителя отнесутся к тому, что мы пойдём летать за пределы замка?       Мэйра и Абраксас переглянулись и натянули лукавые улыбки.       — Ну, вообще-то… нам нельзя летать за пределами замка, — Мэйра пожала плечами, и в её голосе скользнула нотка предвкушения. — Но нас это никогда не останавливало.       — Есть один тайный выход, — подхватил Абраксас, небрежно кивнув в сторону. — Старый тоннель под теплицами. Мы с Мэйрой пользовались им пару раз.       — Но ты же не из пугливых, Элли? — хихикнула Мэйра.       Элли кивнула, сжала пальцы на рукояти метлы. Да, совесть внутри чуть-чуть протестовала, но желание отвлечься было сильнее.       — В Колдовстворце я часто пренебрегала правилами… — прошептала она. — Самое время продолжить эту славную традицию.       — Я знала, что ты не подведёшь, змейка! — с улыбкой подмигнула смуглая волшебница. — Но нам нужно скрыть мётлы, иначе попадёмся, не дойдя даже до теплиц.       Мэйра вытащила палочку и, взмахнув ею, наложила дезиллюминационные чары. В следующую секунду мётлы словно растворились, став частью ландшафта.       Тоннель был широким и прохладным, как самый настоящий старинный проход, вырубленный в камне, с арками, сводами и мхом, покрывающим стены. Он тянулся далеко вперёд, словно коридор, по которому когда-то ходили волшебники прошедшей эпохи. Под ногами лежал неровный камень, а над головой тянулись своды, с которых свисали корни. Воздух внутри был влажным, с привкусом времени и земли.       Они шли молча, и шаги глухо отзывались в пустоте. И вот, наконец, впереди свет. Они вышли наружу, и всё сразу изменилось. За чертой школы воздух совсем был другим, менее плотным и более свободным. Трава колыхалась от вечернего ветра, на горизонте шумели деревья. А прямо перед ними открылся завораживающий вид на замок, парящий над озером в тёплом свете заката.       Элли осторожно оседлала Комету, пока Мэйра уже вычерчивала в небе виражи. Абраксас с земли не скупился на комментарии, сопровождая каждый её манёвр язвительным замечанием. Как она вообще его терпит?       — Если повторишь это на следующем матче, я лично попрошу Альфарда выкинуть тебя из команды! — крикнул он, щурясь от закатного солнца.       — Ну да, ну да! Прямо после тебя! — крикнула Мэйра в ответ, не сбавляя скорость.       Элли медленно набирала высоту. Ветер путался в волосах, старые деревья внизу шумели, и всё это сливалось в одно — свободу.       — Давай устроим гонку? — прокричала Мэйра, подлетая ближе. — До Хогсмида и обратно!       — Хочешь проиграть на глазах у Малфоя? — с лукавой усмешкой бросила Элли.       — Ох, дерзость! Ну посмотрим!       Они рванули одновременно. Элли вжалась в метлу, чувствуя, как та отзывчиво подаётся вперёд. Шум воздуха обжигал уши. Комета слушалась идеально, угадывала каждый поворот, каждую мысль, и это было редкое ощущение, когда магия и инстинкт сливались в одно.       Они мчались над лесом, над тонкими нитями дорожек и зелёными полями. С высоты всё казалось игрушечным, как макет, созданный для волшебников, чтобы они чувствовали себя гигантами.       Мэйра, оглянувшись через плечо, усмехнулась и прибавила скорости. Но Элли догоняла. Она прищурилась, наклонилась ниже, почувствовала, как потоки воздуха обтекают тело. Впереди показался шпиль таверны в Хогсмиде. Мэйра уже тянулась вперёд, чтобы первой обогнуть его, но Элли, собрав всю волю в сжатый импульс, рванула резко вверх, сделала почти вертикальный кульбит и спикировала вниз, срезав путь. Метла пронеслась у самой земли, подняв за собой лёгкий вихрь пыли и сорванных листьев. Кто-то из прохожих ахнул, отпрянув в сторону, а после крикнул парочку бранных слов вслед удалым летуньям.       Ветер щёлкал по лицу, рука инстинктивно контролировала каждое движение, всё подчинялось её воле. Почти идеально.       Почти.       На обратном пути, когда она обогнула верхушки деревьев и снова вырвалась вперёд, что-то изменилось. Метла дёрнулась — не резко, но с явным сопротивлением. Как будто воздух стал гуще. От прежней гармонии полёта не осталось и следа. Но, даже несмотря на странности в управлении, Элли всё же пересекла воображаемую финишную черту первой.       — Что за…! — воскликнула Мэйра, резко тормозя и крутясь в воздухе. — Ты обогнала меня?!       Абраксас, наблюдавший с земли, едва заметно хмыкнул и кивнул. И это едва уловимое движение значило больше, чем бурные аплодисменты, ведь одобрение Малфоя было редкой валютой.       — Вот это было… блестяще, — выдохнула Мэйра, выравниваясь рядом.       — Д-да… — растерянно пробормотала Элли, пытаясь сконцентрироваться на управлении.       — Слушай… — Мэйра немного замялась, убирая волосы с лица. — Я чуть не забыла. Друэлла просила передать: завтра вечером… не заходи в комнату сразу после ужина. Просто… погуляй где-нибудь, ладно?       — Как скажешь, — ответила Элли почти автоматически, потому что в следующую секунду метла резко дёрнулась вбок. Так резко, что она едва удержалась, чуть не потеряв равновесие.       Пальцы судорожно сжались на рукояти. Комета дёрнулась вверх и тут же сорвалась вниз, входя в штопор.       — Мэйра?! — выкрикнула Элли, напрягая всё тело, чтобы вернуть контроль. Метла не слушалась.       — Элли?! Что происходит?! — донёсся голос подруги, полный тревоги.       — Я не управляю ей! — выкрикнула Элли, вцепившись обеими руками. Комета вела себя словно бешеная. Она моталась, опуская нос всё ниже, стремясь к земле.       Воздух давил на грудь. Она пыталась вспомнить контрзаклинание, но паника перекрывала сознание. До земли оставались считаные метры, когда послышались два резких голоса.       — Арресто моментум!       — Фините Инкантатем!       Рывок. Резкая, почти болезненная остановка, и ощущение, словно что-то невидимое удержало её в воздухе на грани. Она зависла, дрожащая, пальцы едва не соскальзывали с ручки метлы. Мэйра, всё ещё парившая в небе, тяжело выдохнула и стёрла капельку пота со лба. Медленно, пошатываясь, Элли спустилась вниз и ступила на землю. Ноги не слушались, дыхание сбилось.       — Жива? — голос Абраксаса прозвучал ближе, чем она ожидала. Он стоял с палочкой в руке и следил за ней.       — Спасибо… — проговорила Элли, поднимая на него взгляд. — Вы… вовремя.       Он нахмурился, затем пожал плечами.       — Не льсти себе. Я волновался за метлу. Это Комета, а не какая-нибудь дрыга из школьного арсенала.       Элли фыркнула, но не сдержала лёгкой улыбки.       — Конечно… Не дай Белобог, я повредила твою святыню.       — Именно, — бросил он, но взгляд задержался на ней чуть дольше обычного. Тот случай, когда глаза говорили не то же самое, что и язык.       Мэйра подлетела, приземлилась рядом, от волнения почти забыв, как ставить метлу вертикально.       — Элли! Это было… Это выглядело ужасно!       — Уже всё хорошо, — взгляд девушки скользнул по Комете. — Просто… метла…       — Кто-то заколдовал её, — перебила Мэйра.       Элли молча перевела взгляд с метлы на Абраксаса. Подозрение вспыхнуло мгновенно, но она тут же подавила его, понимая, что мысль могла родиться от злости, а не логики. Элли натянула на лицо маску спокойствия, как будто всё было в порядке.       — Мы бы рассказали об этом декану Слизнорту… Но ты ведь понимаешь, что тогда нас самих накажут за полёты вне территории школы? — замялась Мэйра, перекидывая древко из одной руки в другую.       Уже позже, на обратном пути к замку, Элли никак не могла отпустить сегодняшние события. В голове крутились разговоры, мелькали лица, вспоминались детали, на которые она раньше могла не обратить внимания. Подозрение всё ещё сидело внутри, но уже не казалось таким обоснованным. Она почти убедила себя, что просто перенапряглась. Мэйра и Абраксас не вызывали сомнений, они были искренни, какими бы неожиданными ни были их поступки.       И всё же что-то не давало покоя. Не страх, не недоверие, скорее, ощущение, что она чего-то не понимает. Как будто картина ещё не полностью сложилась, и где-то есть кусочек, которого не хватает.

***

      — Люмос… — прошептала Элли.       Мягкое сияние палочки разлилось по каменным плитам, выхватив из тьмы очертания кроватей и чемоданов. Её соседки уже беззаботно спали в кроватях, только у Элли были свои планы на сегодняшнюю ночь.       Она накинула школьную мантию поверх ночной рубашки, застегнула её и мельком взглянула в зеркало. Пара прядей выбивалась из распущенных волос, губы пересохли, под глазами следы усталости. Спать сейчас было бы разумнее. Но она выбрала другое.       Элли покинула комнату, тихо прикрыв за собой дверь.       В гостиной царила приглушённая тишина, нарушаемая лишь редким потрескиванием углей в камине. Глубокие тени от кресел и колонн делали помещение почти неузнаваемым. Она уже собиралась пересечь зал, когда у выхода раздался голос:       — Поздновато для прогулок.       Том Реддл стоял у каменной арки, как будто случайно задержался на пару секунд дольше, чем собирался. Элли едва заметно вздрогнула, но тут же справилась с собой.       — Туалет. Если тебе нужно подтверждение, могу составить отчёт, — пробормотала она, не останавливаясь.       Его взгляд скользнул по ней — спокойный, но слишком пристальный, чтобы быть случайным. Он не ответил. Только открыл дверь и вышел в коридор. Минуту спустя, когда шаги стихли, Элли наложила на себя дезиллюминационные чары.       — И обувь… — прошептала она почти беззвучно, накладывая заглушающее заклинание на подошвы.       Коридор за пределами гостиной был тёмным и прохладным. Факелы вдоль стен горели неровно, отбрасывая зыбкие тени, в которых легко было увидеть движение, даже если его не было. Пустые ниши казались глубже, чем днём, а старинные неподвижные гобелены живыми.       Она выбрала самый короткий путь к библиотечному крылу. Один из поворотов вёл в коридор, где стены от пола до потолка были увешаны портретами. Волшебники и ведьмы на них мирно дремали, кое-кто посапывал, кто-то бормотал во сне неразборчивые фразы.       Элли шла медленно, едва касаясь пола. Тишина здесь казалась осязаемой, почти хрупкой. Нарушить её значило быть замеченной, а значит провалиться.       Сердце стучало быстро, но не от страха, а от чувства того, что она делает что-то запретное, но необходимое. Ни один преподаватель, ни староста не попались ей на пути. Только коридоры, впитавшие в себя столетия тайн, и глубокие тени, что отступали от приглушённого света её заклинания.       Когда наконец показалась знакомая арка библиотеки, она на мгновение задержалась, чтобы убедиться, что никого нет поблизости. Затем шагнула вперёд и почти бесшумно проскользнула внутрь.       Как и ожидалось, Том уже был там. Из-за книжных стеллажей до Элли донёсся негромкий разговор. Судя по голосам, он говорил с мадам Пергамм — старушкой-библиотекаршей. По её сморщенной коже и впалым глазницам можно было предположить, что она работает здесь уже целое столетие.       — Мистер Реддл, — с усталым раздражением произнесла она, — часы намекают, что приличные юноши давно в постелях.       — Ваша правота неоспорима, мадам, — отозвался Том с безупречной вежливостью. — И, поверьте, мне самому куда приятнее быть в компании Морфея, чем в этой сырой тишине. Но я дал слово профессору Слизнорту закончить конспект. А нарушать слово гораздо хуже, чем выйти за рамки распорядка. Вы ведь согласны?       — Слова, слова… — проворчала Пергамм, но голос её уже смягчился. — Только вчера вы уверяли, что закончите всё до заката.       — И вот я — с повинной, — легко отозвался Том. — Но только вы умеете так хранить порядок в книгах, мадам, что любой исследователь чувствует себя здесь как дома.       — Льстите, мистер Реддл.       — Ни в коем случае. Я говорю лишь очевидное. Никто так не заботится о магической литературе, как вы. Именно поэтому мне и спокойнее работать под вашим покровительством. Даже ночью.       Пергамм фыркнула, но уже без злобы. Она на мгновение задержала взгляд на юноше, взвешивая.       — Только не говорите, что снова полезете в Запретную секцию.       — Что вы, мадам, — Том сделал полушаг назад, театрально подняв руки. — Лишь один трактат по старинным заклинаниям. Его нет в открытом доступе, но, конечно же, я не посмею без вашего разрешения.       — Вечно вы особенный, — вздохнула она. — Как будто вам нужно больше знаний, чем остальным.       — Не больше — просто… точнее, — мягко возразил он.       Мадам Пергамм ещё секунду колебалась, потом с тихим вздохом достала из кармана связку ключей и протянула ему.       — Закройте за собой. И, умоляю, не будите справочники. Один из них в прошлый раз цитировал Батильду Бэгшот до самого утра. Ссылками.       — Разумеется, мадам. Ваш порядок — для меня закон, — Том с лёгкой полуулыбкой склонил голову. — Всё будет так, словно меня здесь и не было.       Её шаги стихли, сопровождаемые тихим бормотанием о наглых студентах и скором выходе на пенсию. Когда дверь закрылась, тишина, воцарившаяся в библиотеке, казалась почти священной.       Наблюдать за этим диалогом было… странно. Даже мадам Пергамм, несмотря на ворчание, поддалась его тону. Он знал, как вести себя. Знал, какие слова говорить и как заставить слушать.       Том сразу же направился вглубь библиотеки, к решётке под замко́м, прихватив с собой связку ключей, оставленную библиотекаршей.       Элли поспешила за ним. Пульс стучал уже где-то в горле, когда она подобралась прямо к нему за спину. Кровь хлынула к лицу, и дыхание стало поверхностным. Он отворил дверь решётки и шагнул внутрь, а Элли юркнула следом, затаив дыхание.       Запретная секция оказалась меньше, чем она представляла: три узких прохода между высокими, плотно заставленными стеллажами. Здесь пахло пылью и старым пергаментом. Пол был чистым, будто только что вымыт заклинанием. Воздух стоял тяжёлый, неподвижный, как в пустой аудитории перед экзаменом.       Том медленно шёл вдоль полки, не спеша выбирая книги. Он извлёк один из увесистых фолиантов, пролистал несколько страниц, нахмурился. Всё в нём, в движениях, дыхании и взгляде, казалось, говорило, что он здесь один.       Элли двигалась тенью в обход, вдоль параллельного стеллажа. Книги здесь были древними, их заголовки почти стёрлись. Её пальцы скользнули мимо потёртых корешков, пока взгляд не зацепился за обложку, выделявшуюся из остальных. Чёрная книга. Без названия. На корешке — змея, свернувшаяся кольцом и пожирающая собственный хвост. Символ ударил в память, и сердце пропустило удар. Тот артефакт, от прикосновения к которому её старый мир рухнул.       Она сняла книгу с полки. Переплёт был тёплым, словно дышал. Пахло гарью и чем-то… металлическим. Элли приоткрыла её и сразу почувствовала, как что-то в груди кольнуло. Чёрная славянская вязь текста напоминала «Кляты чрьныхъ волхвовъ», ту самую книгу из цикла Чернобожников, которую она тайком читала в Колдовстворце, но здесь строки не складывались в цельный смысл и распадались на обрывки.       Она перелистнула дальше и замерла. Многие страницы были грубо выдраны. На некоторых чернели следы копоти. Кто-то пытался уничтожить часть знаний, и возможно, ту самую, которая могла бы ей помочь. Сердце стучало как бешеное. Она с трудом перевернула ещё один лист. На полях, наспех выведенная карандашом, тянулась короткая приписка, единственное, что ей удалось разобрать: «Путь петлёй замкнётся…»       — Всё ещё на пути в туалет, Элли? — прозвучало откуда-то из-за стеллажа. Голос был спокойный, чуть насмешливый. — Надеюсь, там тоже такая любопытная коллекция книг.       Книга чуть не выпала из рук. Элли резко захлопнула её и как ни в чём не бывало вернула на полку. Пальцы скользнули по обложке, прощаясь.       — Я бы мог предложить тебе сопровождение, — продолжил голос уже ближе, — но ты выбрала следовать за мной, как призрак.       Том шагнул в проход между стеллажами, глаза блеснули в полумраке. Он поднял палочку.       — Гоменум Ревелио!