вера

была когда-то твоею тенью, читала звёзды, плела слова, мне не хотелось ни стать сильнее, ни отказаться от волшебства, покинуть эти тропинки сада, забыть про светлый родимый дом, и мне казалось — ничто не надо, ведь всё пока что так хорошо. потом приходит к нам тьма сраженья и говорит: не придёт рассвет. я, не привыкшая к пораженьям, ей отвечала со злобой: «нет», я не хотела свой милый город оставить в жгучем огне войны, но зла лицо было слишком гордым, и в этом нет ведь моей вины — что я была до поры столь слабой, была всего лишь чужая тень, мне были чужды огонь и храбрость, и тьма, что кроется там, на дне. и я, увидев еë, боялась. но бой я приняла всё равно. бывает — сильным ты был лишь малость, но изменяет тебя одно, и воскресает внутри такое, что люди стержнем стальным зовут, я ощутила себя героем — такие в книгах весь мир спасут, но мир от сказок далёк реальный, он, к сожалению, тяжелей; и я скиталась меж чуждых далей, и было нечем меня согреть, тогда я стала сама огнивом, своей свободой, своей судьбой, и я впервые была счастливой, и я впервые была — герой. свобода слова, свобода мысли. для этих чувств не набраться слов. бежало время легко и быстро, заходы солнца сменял восход, прошли недели — и я столкнулась опять со страхом своим в лицо, но слишком многое изменилось и завершилось своим концом, взамен былых отгоревших истин во мне родилась вторая я — свобода слова, свобода мысли во мне поныне огнём горят, я — видишь? — стала самой собою, но не за что-то, а вопреки. сдавайся, милый, ведь с этим боем не будет больше тебя и тьмы. была когда-то твоею тенью. по венам нашим тëк общий яд. но в этой битве теперь я верю мне суждено победить тебя.