Часть 18

Боря останавливается и стягивает с себя бежевую зипку. — Возьми. Это первое, что Боря сказал ей за последние пятнадцать минут. Они почти молча гуляют по городу без особой цели, и Рита иногда ловит на себе его удивленный взгляд. Словно он не верит, что она рядом и не собирается убегать от него со всех ног. Рита немного посопротивлялась для приличия, но зипку с благодарностью взяла. С погодой они оба не угадали — весна тут могла быть коварной. Правда на Борю в одной футболке смотреть было больно. — Может, зайдем? — она показывает на афиши у кинотеатра. Смотреть сегодня особенно нечего, как почти и всегда. Рита уже не помнит, когда последний раз ходила в кино. Но сегодня ей хочется посидеть с Борей рядом и не говорить. И в этом у них, судя по всему, сплошное совпадение. — Что смотреть будем? — Что угодно. Вот с Петровым что-то. Я как раз пушкинскую взяла. — Давай я… — Да ладно, Борь, — отмахивается Рита. — С тебя пиво. Он покупает им две банки пива в полуподвальном магазине рядом, и Рита прячет их в сумку, хотя у них почти никогда не досматривают. Они заходят в почти пустой зал и садятся на последний ряд ровно посередине, над проектором. В иной ситуации это было бы романтично, но сейчас у них не свидание, а скорее попытка скрыться ото всех куда подальше. Фильм с Петровым оказывается очередным ремейком советского фильма, который Рита смотрела в глубоком детстве пару раз с бабушкой. От яркой мешанины на экране побаливают глаза, и Рита в какой-то момент прикрывает их, облокачиваясь на борино плечо. На некоторое время она находится где-то между реальностью и сном, из которого выныривает, когда на экране начинается неожиданно громкая любовная сцена. Рита смотрит на слюнявые поцелуи Петрова с главной героиней на ковре и понимает, что больше всего ей хочется утащить Борю куда-нибудь и бесконечно ебаться. Дело не в сцене и уж точно не в Петрове, просто им обоим нужно занять свои мысли чем-то другим. Особенно Боре, чье напряжение Рита чувствует физически. Буквально секунду она думает о том, что можно накинуть ему на колени зипку и подрочить — он в трениках, в зале темно и никого нет, — но быстро отказывается от этой идеи. Это все равно будет быстро и неловко, а Боря еще может подумать, что для нее это обычная программа. — У нас же пиво есть, — неожиданно вспоминает Боря. — Я бы щас нажрался. Одной банкой нажраться не получается, но их обоих немного попускает. Рита даже начинает интересоваться происходящим на экране, на несколько секунд отбрасывая весь миллион мыслей, которые мучали ее последние несколько часов. — Мне кажется, я это смотрел, — говорит Хэнк, когда начинаются титры и включается неприятный яркий свет. — Сюжет знакомый. — Борь, пойдем еще куда-нибудь, — не выдерживает Рита. — Пойдем. Ты куда хочешь? — Наедине побыть. Хэнк смотрит на нее, явно не сразу понимая, что именно она имеет в виду. — На базу сейчас идти не вариант. — Знаю. Ладно, можем просто погулять. Забей, я просто… — Да нет, — Хэнк мотает головой. — Я же тоже хочу. Вроде ее не должно это удивлять, это совершенно нормально. Хэнк не единственный, кто бы не против остаться с ней наедине, таких людей полгорода, не самое большое достижение. И все равно Рита довольно улыбается. — Есть идея, — Хэнк берет в руки телефон, что-то проверяя. — Полчаса пройтись придется. *** — Ты уверен, что он не придет? — Ему не до гаража, — покачал головой Боря. – Да даже если узнает, что я здесь, не думаю, что злиться будет. Только ворчать будет, чтобы презервативы брал. — А ты взял? — смеется Рита. — У меня с собой просто нет. Я постоянно не ношу. Боря встает как вскопанный, и по его лицу понятно, что нет, не брал. — Блин, прости. Давай просто посидим тогда в машине. Почти весь гараж занимали красные жигули с открытым капотом. Боря сказал, что отец любил ковыряться в них, когда было время. Сейчас, конечно, он был занят совсем другим. — Можно и без презервативов. Рита заныривает на заднее сидение, стараясь не обращать внимания на странный запах, который есть только в древних машинах. Внутри мало места, но особого выбора нет, впереди им с Борей даже целоваться будет неудобно, не говоря об остальном. Боря садится рядом и притягивает ее к себе. — Не больно? — Зажило все почти. Я соскучился. Они целуются долго, словно добирая за вчерашнее, пока Боря не отрывается от нее и не выпаливает, пряча глаза: — Рит, я сказать хотел. Если что случится, я тобой буду. — Что случится? — ей кажется, что все возможное уже произошло. — Ну, если ты забеременеешь. Рита даже не знает, чего ей хочется больше — растечься лужицей от умиления или рассмеяться. — Борь, от такого не беременеют. — Мы же без защиты. Всякое бывает. Рита качает головой и убирает волосы под резинку. Получается не очень аккуратный пучок, но лучше, если они будут лезть в рот. — А. Ты это. — Ты против? Конечно, Рита не думает, что он откажется, кто от такого отказывается? Она спрашивает лишь из желания подразнить. Хэнк приспускает штаны с бельем до колен, и Рита замечает еще один синяк на внешней стороне бедра. Но она старается не обращать на это внимание. Вряд ли Боре сейчас нужна ее жалость. Светлые волосы в паху, как и в их первый раз, не убраны, но это не проблема, тем более она не собирается строить из себя что-то и брать глубоко. — Тебе так неудобно, — то ли спрашивает, то ли заключает Боря. — Тут удобно и не выйдет. В машине и правда очень тесно, непонятно, куда день ноги и свободную руку. Хэнку и самому не очень удобно, но Рита надеется, что удовольствие от отсоса это перекрывает. Она берет член в руку и облизывает, прежде чем взять в рот. Получилось бы лучше, если бы она просто поставила его у стены и села на колени, но они уже тут. Поэтому Рите приходится помучиться, прежде чем найти позу, где шея не затечет за две минуты. Рука Хэнка придерживает ее за голову. Как она и ожидала, он не пытается ее контролировать, позволяя делать все самой. Ему нравится, Рита это чувствует. Она не знает, в первый раз это или нет. После того разговора об Ольге Васильевне ей так и не стало понятно, было ли у него что-то с ней или нет. Но спрашивать, особенно после случившегося, Рита больше не собиралась. Если бы они были в кровати, Рита бы, наверное, засунула руку между ног, но сейчас ей куда легче думать только о Боре. Она быстро доводит его до оргазма, а потом они несколько секунд тратят на то, чтобы найти какую-нибудь тряпку, которой можно было бы вытереть его футболку и ее волосы, которые Рита каким-то образом умудрилась испачкать. — Прости, — говорит Боря, приглаживая выбившуюся из прически прядь. — Я случайно. — Знаю, — Рите скорее смешно, а не противно. — Я буду воспринимать это как комплимент. Но Боря не отвечает на ее улыбку улыбкой и выглядит так, словно ему дали леща, а не отсосали. — Ты чего? Рите вдруг на секунду кажется, что сейчас он все-таки ее пошлет. Тогда леща Хэнк получит. На прощание. — Я просто поверить не могу, что ты еще здесь. Слишком хорошо. — А где мне надо быть? — Не знаю. Где-нибудь от меня подальше.