Часть 40

      Увидев тесный семейный круг Воропаевых, конвоирующий красотку в вечернем платье явно запредельной стоимости, Жданов слегка притормозил, отстав от родителей, который на всех парах, улыбаясь вовсю, спешили поприветствовать друзей. Ну и познакомиться с невестой Сашеньки, о которой ей рассказала Кира. Сам Андрей предпочел ничего им не говорить — помочь в этой ситуации они ему ничем не могли, а вот отругать его — вполне. Но тем не менее от задуманного он отступать не собирался. Пусть радуется… невеста из каморки! Его время еще настанет! До него донеслось радостное щебетание мамы и Кристины: — Вот, познакомьтесь!.. — Очень приятно! — кажется, голос матери не был искренним. А вот и папа… — Катя, вы отлично выглядите!       Неужто узнал? А он вот при первой встрече — нет… Да, обидно, что у него не столь хорошая зрительная память! — Спасибо. Мне тоже очень приятно познакомиться с вами в новом качестве… — Андрей услышал Катерину, и его прошиб холодный пот.       Этот голос… кажется, его звучание задевало в нем какие-то струны души… Тьфу! Какая ещё душа? Хотел он ее, просто безумно! Засадить этой недотроге, заставить кричать от наслаждения. И чтобы не выпендривалась, а смотрела на него влюбленными глазами, как в июле! Резко выдохнув, Андрей подошел к родителям и Воропаевым. Надо срочно сбросить это наваждение! — Добрый вечер! — радостно сказал он, выдав широкий смайл во все тридцать два зуба. — Привет, дядька! — не менее радостно сказала Кристина и полезла обниматься. — Какой же ты молодец, так классно всё организовал! — Спасибо, родная! Так приятно, что ты оценила! — Да, Андрей, молодец! — поддержал отец. — Спасибо, па! Сашка, привет! Екатерина Валерьевна… — натужная на этот раз улыбка далась Андрею нелегко, но он справился. Даже кивнул! — Здорово, Андрей, — ленивый голос Воропаева доставал до печенок, вызывая рвотный позыв. Но ему пришлось пожать протянутую руку. Правую, потому что левой гребаный Сашенька держал Катю за талию, а Пушкарева нежно прижималась к нему… Бесят! — Добрый вечер, Андрей Павлович… — и снова этот голос. Жданов, держаться! — Добрый, Катерина Валерьевна. Вы сегодня затмили всех, а то ли еще будет! — Вы преувеличиваете, но спасибо за комплимент, — вежливая улыбка чуть тронула ее губы, более ничего. И слава богу! Отвернулась к Кристине, не удостоив его лишним взглядом. — И я! Я очень рад вас всех видеть! — вылез Ромка вовремя и принялся обниматься с Воропаевыми. Но Пушкарева с ним обниматься не стала и, предупредив его к ней движение, подала руку, которую недовольный Малиновский чмокнул. — Добрый вечер, Роман Дмитриевич. — Катя, а вы сейчас где-то работаете? — спросила Маргарита. — Конечно, — отозвалась Пушкарева, сдержав удивление. Это ее сейчас такой постановкой вопроса в иждивенки записали, получается? Ну, ладно… — На пенсию-то мне вроде бы рано…       Милая улыбка, которой сопровождалась эта фраза, убрала улыбку с лица Ждановой. А Саша рассмеялся, Кира подхватила. — Не спеши, Катюш, успеешь, — сказал довольный Воропаев. — А работает моя невеста в «Икутсе». — Тоже секретарем? — не унималась Жданова. — Катя работает главным специалистом по фондовым рынкам, — раздался новый мужской голос. Петр Проскурин пожаловал. Под руку с женой Эллой. — Всегда буду благодарен Андрею, что он мне ее рекомендовал. Секретарем такой талант работать никак не должен, это все равно что забивать гвозди микроскопом. — Всем добрый вечер! — Здравствуй, Петя, — кисло улыбнулась Маргарита. Похоже, она уже записала Катю во враги. Как хорошо, что общение со Ждановыми вовсе не обязательно для нее! Саша так ей и сказал, и она ему верила. — Здравствуй, Эллочка! — Здравствуйте, — несколько высокомерно произнесла Проскурина, — всем… — Привет-привет! — снова вылез Малиновский. — Петь, будь осторожен! Возможно, я захочу украсть твою прекрасную жену! — Не советую, — усмехнулся Проскурин. — Плохо кончишь…       Кристина рассмеялась, Кира тоже, Катя сдержала улыбку. Ну и серпентарий! А она-то считала Сашеньку хамом и циником! — Катюш, пойдем, тут где-то были канапе. Мы еще не со всеми поздоровались, да? — он тут же напомнил о себе, и Катя с благодарностью на него посмотрела. — Шампанского возьмите! — напутствовала Кристина. — А я помню, что ты не употребляешь алкоголь. Я тоже сегодня не буду. Ну, хочешь поздороваться с подружками? — Ну… подружки — это громко сказано, — вздохнула Катя. — Но поздороваться надо, конечно. — А со мной, Екатерина Валерьевна, нет желания поздороваться? — перед ними возник Зорькин. Воропаев протянул ему руку, тот пожал. За ним подоспела Виктория. — Николай Антонович, — манерно произнесла Катя, сдерживая смешок, — вы сегодня ужасно представительны! Добрый вечер, Вика! — Всем привет! Вы отпадная пара! — сказала Клочкова. Она ухватила Колю под руку, оба выглядели вполне счастливыми. — Вообще-то вы тоже, — ответил любезностью Воропаев. — Сыграем свадьбу в один день? — А… в какой у вас? — нахмурился Зорькин. Наверное, приготовился считать расходы на праздник… — Вообще хорошая идея! Что скажешь, Викки? — Ну вы ж не завтра? — недоверчиво спросила она. — Мы еще заявление не подавали, — беспечно произнес Саша. — Так, зондирую почву на будущее! Но рад видеть ваш энтузиазм. — Так! Ник! Нам надо поговорить! — строго сказала Виктория и утащила Колю в один из коридоров. Катя и Саша немного похихикали над ними: забавный дуэт получился у Клочковой с Зорькиным. И снова двинулись по направлению к ресепшну. — Здравствуйте, Александр Юрьевич! — практически хором произнесли секретарши. — Здравствуйте, дамы, — улыбнулся он. — Девочки, привет. Вы меня не узнали, да? — Катя тоже улыбнулась. — Нет, а должны были? — подозрительно спросила Маша. — Амура, а карты сегодня никаких неожиданностей не предсказывали? — Вообще было дело… — протянула Шура и наклонилась, чтобы приглядеться. — Да я же Катя! Катя Пушкарева! Ну? Хотя да, где вам помнить — пару дней общались-то… — Катя? Вы — Катя? — неверяще переспросила Татьяна. — Та самая Катя? — Да не может быть! — потрясла головой Света Локтева. — Катюш, правда ты? — Правда она. Но вот эту фамилию ей носить осталось недолго. Максимум пару месяцев… — не преминул похвастаться Воропаев. — Катька… — недоверчиво прошептала Маша. — Ой, какая ты стала-то! — Классная! — Ты прямо модель!       Комплименты посыпались со всех сторон. Но Кате они казались какими-то ненастоящими. Может, слишком уж удивились девочки, а может — их смущало присутствие Александра? — А как вы?.. — наконец, излив первые восторги, спросила Амура, так и не сформулировав вопрос до конца. — А ее когда Андрей Павлович уволил, мне посчастливилось как раз заехать сюда. Вот мы и столкнулись… практически у входа… — И больше не расставались, да? — романтичная Татьяна уже была готова расплакаться от умиления. — Нет, потом расстались, а снова столкнулись примерно недели три назад. Я вот тоже ее не узнал. Вот так всё и случилось. — И вы прям женитесь? — спросила Тропинкина. — Прям да, — улыбнулась Катя и протянула руку с кольцом на безымянном пальце. — Вау! — присмотрелись подружки. — Вот класс! — Спасибо, девочки! Я так рада вас всех видеть! — Кать, а мы-то как рады! — А ты к нам вернешься работать? — Нет, я работаю в другом месте сейчас, — она покачала головой. — Но ты будешь приходить просто так? — с надеждой спросила Амура. — Я и правда сегодня раскинула, и выпала неожиданная встреча с прошлым, причем у нас всех! — А давайте в «Ромашке» соберемся завтра? — предложила Таня. — Боюсь, у меня уже обед закончится, пока я только еду туда… — вздохнула Катя. — Тогда после работы?       Катя посмотрела на Воропаева. — Отлично, я тебя встречу и подвезу! — сказал он и кивнул. — Значит, договорились? В шесть? Нет, наверное, в семь… — В шесть, завтра пятница, мы до пяти! — Точно! Кать, ты сможешь к шести? — Да, девочки! Я с удовольствием! — Ой, у нас тоже столько новостей! — сразу дала вводную Татьяна. — Ну и ты нам расскажешь, да? — Конечно, девочки! Все-все расскажу! — Ой, вы смотрите, что там творится! — Мария перевела взгляд на площадку около входа в демонстрационный зал. Там и правда было весело! — Вообще обнаглели модели эти! Как их только пустили-то сюда!       Андрей Павлович стоял, окруженный аж пятью стройными красавицами в весьма откровенных нарядах. Но радости на его лице не было… почему-то…