Глава 5. Дома

      Всемогущий не был уверен в том, чего ждать, когда вместе с Незу отправился по домашнему адресу ребенка. По дороге директор коротко сообщил ему, что мальчика зовут Мидория Изуку и он имеет склонности к аналитическому и стратегическому мышлению. Дальнейшее им обоим предстояло узнать самостоятельно.       Сейчас они оба уже около получаса сидели на диване в гостиной и пили чай, который им приготовила немного нервная, но очень милая зеленоволосая женщина. Всемогущий, сделав первый глоток, дополнительно убедился в том, что видимо пришел в дом своего фаната.       Герой задумчиво рассматривал висящие на стенах фотографии ребенка, с тревогой отмечая как с годами его улыбки становились все менее искренними, напоминая его собственные. Наконец раздался звонок в дверь, сигнализирующий о приходе Айзавы и мальчика. Женщина поспешила открывать и несколько секунд спустя Всемогущий и Незу услышали ее встревоженный голос.       - Изуку?! Что случилось? Это кровь?       Герой смог услышать, как щелкнули зубы химеры, сидящей рядом с ним. Они сами не нашли признаков того, что мальчик подвергается насилию в семье и не находится в безопасности в собственном доме. Но, похоже, что весь улов на этот раз достался Айзаве, который медленно ввел мальчика в комнату, попросив его мать принести аптечку.       Всемогущий несколько секунд рассматривал худощавого подростка. На его лице и зеленых кудрявых волосах действительно виднелась кровь, а его одежда была помята и повреждена так же, как и другие его вещи. Взгляд ребенка с настороженностью и страхом скользнул по нему и остановился на химере. Незу сверкнул хищной улыбкой.       - Приятно познакомиться с тобой лично, Мидория Изуку, – жизнерадостно заявил директор.       - Г-господин Незу?! – глаза мальчика расширились, он сделал инстинктивный шаг назад и наткнулся на стоящего за его спиной Айзаву – П-простите.       Всемогущий чуть нахмурился, ощущая панику ребенка, который попытался отступить подальше, но в итоге чуть не упал. Айзава успел поймать его своим шарфом, но это только вызвало новый эмоциональный взрыв у мальчика, который в итоге обмяк в руках мужчины.       - Проблемный ребенок, – вздохнул подпольщик и распорядился. – Освободите диван. Мне нужно осмотреть его ранения, которые он получил до того, как я нашел его.       Незу, кивнув, перебрался в кресло, а Всемогущий подошел к мужчине, чтобы помочь ему перенести ребенка.       - Будь осторожен. У него сильный ожог на левом плече. Как минимум, – предупредил герой.       Всемогущий кивнул и помог ему опустить мальчика на диван. Айзава быстро и осторожно снял с ребенка школьный пиджак и рубашку. Всемогущий не сдержал вздоха, когда увидел многочисленные шрамы и свежие и полузажившие ожоги, покрывающие его худощавое, но мускулистое тело.       - О боже, Изуку… - слабый голос женщины раздался со стороны входа в комнату.       Герои коротко переглянусь. Они все достаточно хорошо умели читать людей, чтобы заметить боль и шок в глазах женщины, когда она смотрела на обожженное тело сына. Всемогущий взял у нее из рук аптечку и помог сесть на другое кресло, прежде чем подойти к Айзаве и протянуть ему лекарства.       Шота коротко кивнул и принялся осматривать тело мальчика. Это, конечно, была далеко не пара-тройка ссадин и ожогов. Скорее уж пара-тройка десятков. Но, к счастью, ничто из этого не представляло серьезной угрозы для его здоровья. Он также обратил внимание на следы явно длительных тренировок, о существовании которых начал подозревать еще на квесте.       Наконец мальчик пошевелился, приходя в сознание. Он попытался подскочить и отстраниться, но Шота твердой рукой удержал его на месте.       - Тише, проблемный ребенок, не дергайся. Никто не причинит тебе вреда, – произнес он, поймав испуганный взгляд мальчика, тот чуть расслабился.       Никто не проронил ни слова, пока подпольный герой смазывал противоожоговой мазью все отметины на теле мальчика.       - Почему? – наконец нарушил молчание шепот ребенка, на его глазах выступили слезы.       - Потому что мне не все равно, – ответил Айзава. – Я хочу быть уверен в том, что ты в безопасности. Настолько, насколько это возможно в твоей жизни.       Ребенок всхлипнул и, заплакав, прижался к мужчине, уткнувшись лицом в его оружие захвата. В первый момент Айзава опешил от такой реакции, но затем чуть смягчился и осторожно провел пальцами по кудрям мальчика.       - Ты хочешь стать героем, но рыдаешь по любому поводу, – беззлобно хмыкнул мужчина. – У тебя точно нет слезоточивой причуды?       - Полагаю, это наследственное, – негромко сказала женщина, стирая рукой собственные слезы. – Мне жаль, что я передала ему это, но не смогла передать причуду. И из-за этого его мечты о героизме стали недостижимыми.       - Мэм, я понимаю, что современное общество склонно навязывать всем и каждому представление о том, что причуда определяет героя, но мы в Юэй полагаем иначе, – заговорил Незу, отставляя в сторону чашку, его взгляд скользнул по мальчику. – Я видел твои результаты в рамках олимпиады за последние три года, Мидория. Твои навыки анализа довольно любопытны.       - Это просто хобби, – тихо прошептал мальчик, отчаянно краснея и пугливо сжимаясь под взглядом химеры. – Все считают это жутким и бесполезным, потому что беспричудный человек не может ничего знать о причудах. Но… Но это все, что у меня есть.       - И это вполне может стать неплохой отправной точкой, – заметил Незу. – Хороший аналитик – это очень ценный человек в геройской индустрии.       - Я… Я не смогу стать аналитиком, – прошептал мальчик, понурив голову. – На курсы аналитики и теории причуд не принимают таких, как я. И кроме того, это не совсем то, чего я бы желал, если бы я смог найти вход в героику.       - А чего бы ты желал? – негромко спросил Всемогущий, глядя на мальчика.       - Я… - мальчик отчаянно покраснел, герой послал ему поддерживающую улыбку в надежде, что он сможет продолжить свою мысль, и тот выпалил на одном дыхании – Я… Я хочу спасать людей. С улыбкой, как Всемогущий.       Слова мальчика почти породили эхо в молчании комнаты. Ребенок покраснел еще сильнее (хотя казалось куда уж больше) и закрыл голову руками, зажмурившись. Защитный жест, призванный стать преградой для насмешек или избиения. Айзава и Незу переглянулись, верно истолковав ожидаемую мальчиком реакцию.       Всемогущий же почувствовал, что его сердце пропустило удар. Он мог сказать, что слова этого ребенка были искренними и вышли прямо из его сердца. На долю секунды в его глазах зеленые кудри подростка обратились в золотые вихры, и герой сглотнул подкатившую к горлу кровь, потому что увидел в сидящем напротив него ребенке самого себя.       - Я рад, что ты не забываешь об этой стороне героизма и ставишь ее выше всего остального, мальчик мой, – мягко произнес Всемогущий и ребенок поднял на него робкий взгляд. – В наши дни такое мировоззрение стало редкостью, что печально.       - Не ожидал, что мы сойдемся во мнениях, Яги, – сухо заметил Айзава. – Учитывая сколько раз ко мне в класс попадали подростки, убежденные в том, что геройство – это надирание задниц злодеям и позирование перед прессой.       Всемогущий почувствовал, что жар опалил его худые щеки. Незу чуть откашлялся, прерывая неловкий момент между двумя героями.       - Полагаю, что все мы в той или иной мере ценим подобные взгляды, отличающиеся от шаблонных, – заметил он. – И я думаю, что это верная мотивация. Но я все же хотел бы еще раз вернуться к твоему анализу, Мидория. Ты сказал, что считаешь это своим хобби. Ты начал этим заниматься в средней школе, после участия в олимпиаде?       Изуку покачал головой.       - Нет, я занимаюсь этим уже давно, – неуверенно произнес он, запуская пальцы в волосы. – Не знаю, лет с шести-семи, наверное.       - Раньше, – чуть улыбнулась женщина. – Твои первые записи у меня датированы пятью годами. Ты тогда еще только-только научился писать.       Мальчик густо покраснел после слов матери, а Незу заинтересованно дернул хвостом.       - Ты ведешь записи своих анализов? – спросил он, и Изуку, покраснев сильнее, неуверенно кивнул – Можно взглянуть?       - Д-да, – голос мальчика дрогнул.       Он, чуть дрожа, потянулся к своему потрепанному рюкзаку и, покопавшись в нем, вытащил на свет не менее потрепанную тетрадь со следами подпалин. Все еще дрожа, он неуверенно позволил химере взять блокнот.       Незу с интересом открыл его, обратив внимание на порядковый номер тома, превышающий десяток, и пролистал, читая записи, сделанные мальчиком. Блокнот содержал анализ всех недавно дебютировавших героев, включающий в себя описание их костюмов и вспомогательных устройств, причуд, особых приемов, стилей боя и общения, потенциальных слабостей и рекомендаций по их преодолению.       - Это действительно впечатляет, – заявил Незу, блестя глазами. – Я вижу, что эта тетрадь нумерована числом 13. Полагаю логичным допустить, что существуют и номера с первого по двенадцатый.       Изуку неуверенно кивнул.       - Могу я одолжить их? С возвратом, разумеется. Я бы хотел иметь возможность ознакомиться с их содержанием более подробно, а не в спешке, – попросил директор, и Айзава тихо застонал про себя.       В последний раз на его памяти Незу выглядел столь заинтересованным, когда на геройской сцене возник герой-аналитик сэр Ночноглаз. А теперь он явно положил глаз на Мидорию.       Подросток тем временем выскочил из гостиной и скрылся в своей комнате, отправившись на поиски своих записей с анализами. Наконец он вернулся, неся в руках целую стопку тетрадей.       - Первые блокноты самые ранние и устаревшие, – словно извиняясь произнес мальчик. – По многим героям я обновлял информацию впоследствии.       О, Айзаве точно не нравилось, как загорелись глаза Незу, когда тот увидел блокноты. Ребенка надо было спасать, пока химера не наложила на него свои лапы. Вот только… Нужно ли это самому мальчику? Ведь у того не было причуды и этот анализ был его единственным инструментом, с помощью которого он пытался пробиться туда, где видел свое призвание.       В этом был его потенциал, а Айзава не был тем недалеким глупцом, кто имел нерациональную привычку растрачивать его. И это могла быть взаимовыгодная сделка, в рамках которой Незу получал развлечение, а Мидория - шанс проявить себя перед теми, кого мог заинтересовать его талант аналитика.       Шота искоса бросил взгляд на подозрительно притихшего Всемогущего. Герой почти не разговаривал с тех пор, как он и Мидория пришли, словно уйдя в свои мысли. И окончательно замкнулся в себе, после разговора о мотивации к героизму.       Они просидели в гостях еще около получаса, прежде чем покинуть семью Мидории. Незу восседал на плече Всемогущего, нагрузив героя номер один блокнотами мальчика. Он пообещал вернуть их после изучения, а также посоветовал его матери подержать мальчика дома пару дней, пока он разбирается с тем, что произошло в его школе. И Айзава был полностью готов помочь директору в этом.       Подойдя к машинам, на которых они все приехали к дому мальчика, Незу взглянул на Всемогущего.       - Ты вернешься с нами в Юэй? – спросил он.       - Нет, – покачал головой герой. – Я бы… Я бы хотел навестить кое-кого. Думаю, мне нужно спросить совета. Но я бы хотел встретиться с вами позднее. И, возможно, с мальчиком тоже.       - Тогда я буду ждать тебя через пару дней, Всемогущий. Я обещал Мидории, что верну ему его блокноты, поэтому можешь использовать их как повод увидеть его, – глаза Незу блеснули. – Полагаю, эта встреча была тебе интересна, не так ли?       - Она дала мне много поводов для размышления, вы правы, – кивнул герой. – Я благодарен за то, что вы дали мне эту возможность.       Незу усмехнулся и махнул лапой в знак прощания.       - Увидимся, Всемогущий, – сухо попрощался Айзава и забрался на водительское сиденье, предварительно убрав блокноты мальчика на заднее.       Всемогущий чуть приподнял руку, прощаясь, и наблюдал за тем, как машина уехала. Сев за руль своей, герой несколько секунд не двигался, но затем глубоко вздохнул и завел мотор. Ему нужно было добраться в одно место в другом городе, а день уже начал медленно клониться к вечеру.