«Обычная жизнь?»

             Школа — место, где ещё ни разу не бывала Синтия. Там должны находиться люди примерно её человеческого возраста. С ровесниками ей тоже не посчастливилось общаться при жизни, поэтому она не сильно знает, чего стоит ожидать от пубертатников. Её подготовили: показали фото некоторых учеников и учителей, посоветовали задерживать дыхание и еле как надели на неё линзы. Медные глаза ещё как-то смотрелись по-человечески, а вот оранжевые вызвали бы лишнее внимание.       В машине приятно пахло, то есть вообще никак. Это намного лучше, чем машинные ароматизаторы, въедающиеся в чуткое обоняние вампира.       — Не прекращай следить за контролем, — даёт напутствия Эдвард за рулем, — Я постараюсь находиться рядом и читать твои мысли.       — Как обнадеживает, — Синтия улыбается с издевкой, — Я находилась в окружении людей. Детишек трогать не собираюсь.       — Тебе просто повезло, что сегодня нет физкультуры.       Каллен пытался разболтать девушку. Может, она не хочет этого показывать, но по ней видно, что она переживает. Слишком много перемен случилось за эти недели, а ведь им ещё столько предстоит сделать. Через зеркало он наблюдает за ней. Элис вчера весь вечер выбирала ей наряд для школы, но девушка всё же предпочла обычные джинсы и темно-красный свитер. Сестра, конечно, не обиделась, но отставать от неё не собирается.       — Элис едет с Джаспером, Эммет с Розали. Все желают остаться при своих мыслях хотя бы пятнадцать минут.       Кромер уверена, что он услышал её внезапные мысли про Джаспера. Кажется, что что-то его с Элис объединяет, это легко заметить даже обычному человеку. Почему-то она думала, что её отправят именно с Уитлоком. Наверное, за последнее время он слишком часто оказывался рядом, и из-за этого сложилось такое мнение. Хотелось бы отдохнуть от его присутствия, но сейчас она наедине с телепатом.       Ему должно быть было скучно столько лет ездить в школу в одиночку. С этими мыслями девушка выходит из серой машины. Погода была примерно такая же.       Школа. В нос сразу ударил весь спектр запаха подростков. Столько молодой крови, столько лиц и заинтересованных взглядов. Все Каллены приехали почти одновременно. Их недосемейка вызывает ехидные перешептывания и присвистывания. Неуютно. Тяжело. Спрячьте.       — На самом деле к этому быстро привыкаешь, — Эдвард стоял рядом и не ступал первым, — Для людей мы выглядим очень красиво, а значит мы здесь в виде куколок с витрин, которые им не по зубам.       Он сопровождал её везде: помог с расписанием, рассказал местонахождение кабинетов и показал её шкафчик. Дальше оставил прямо у входа в класс литературы, а сам ушел на биологию. Люди везде, за каждым льётся сладкий шлейф. Она это чувствует даже с задержанным дыханием. Все смотрят на неё, когда Синтия быстро находит свободное место подальше от окна. Рядом с ней сидела девушка, которая только минуту сдерживала своё любопытство. Ровно через шестьдесят секунд она резко оборачивается к ней.       — Привет, ты должно быть Саманта? О твоём приходе все болтали. Тебя приютил Карлайл? Не слишком ли поздно? Но да, пожить с Калленами и я была бы не прочь, — эта девушка не переставала болтать, круча на пальце прядь русых волос, — Ой, точно. Меня зовут Джессика, меня здесь все знают. Можно сказать, я знаменитость школы, — она смущенно улыбается, не скрывая наигранность в действии, — Видимо, ты тоже не болтливая. И как Карлайл умудряется найти таких подростков с бледной идеальной кожей?       Точно, Джессика. Про неё Розали рассказала сразу. Делиться с ней чем-то личным уж точно не стоит — весь город в последствии про всё прознает. Звонок спасает девушку от нападения школьницы. Кромер уже задумывалась убить эту болтушку, чтобы та хоть немного помолчала. Но, кажется, даже после этого она продолжила бы задавать вопросы об уходе за вампирскими волосами.       — Но волосы у тебя отпад.       — Спасибо, — единственный раз ответила девушка.       Последующее время она молча слушала преподавателя. Некоторое она уже знала, слушать его было интересно только ей. Многие парни оборачивались в её сторону, кто-то даже кидал ей записки, но все их перехватывала соседка по парте. И как же так случилось, что сесть ей приспичило с ярой сплетницей? Эммет рассмеётся, когда узнает это.       Если исключить вечное напряжение в теле из-за жажды, то Синтии даже нравится здесь находиться. В этом месте столько людей, с которыми она может поговорить. Здесь возможно узнать что-то, что она ещё не успела вычитать из своей библиотеки и узнать, как же ведет себя нынешнее поколение. Они глупы, легкомысленны и разные. Они живые. Синтия им завидует.       — Какой следующий предмет? — Джессика разворачивала уже четвертую прилетевшую записку, наплевав на увлеченный рассказ преподавателя, — Ты очень понравилась Эрику.       — Биология, — Кромер записывала в тетрадь некоторые интересные фразы мужчины с сединой.       Она старательно делала вид, что не замечает на себе частые взгляды со стороны средней парты. Парень азиатской внешности наблюдал за ней, словно перед ним находился редкий музейный экспонат. Некомфортно. Почему-то она думала, что никто даже не заметит её появления, но бледнолицые золотоглазки были им по душе. Синтия никогда не любила лишнее внимание со стороны парней. Этому её научила биологическая мать когда-то давно. Очень дано.       Впечатление от первого дня в школе ухудшилось ещё сильнее, когда на биологии осталось свободное место только рядом с Эриком. Да, тот самый азиат.       На короткой перемене она пересеклась с Эдвардом. В нём она увидела спасательный круг, но он лишь пожал плечами с улыбкой. Прочитать её мысли можно было и по потерянному лицу. Он лишь пожелал ей удачи. Это плата за помощь с убийством вервольфа — обычная жизнь.       — Слушай, Каллены все не такие уж и разговорчивые. Может, хотя бы ты разрешишь сделать статью о теб...       — Нет, спасибо, — перебивает девушка и открывает учебник по просьбе учителя.       — Тогда сходим в ки...       — Нет.

***

      Столовая. Сначала Синтия слегка растерялась, но Джессика сразу повела её к еде. Она не прекращала болтать, затрагивая тему из школьного меню, но девушке было откровенно всё равно. Это пища не для неё. Ей незачем здесь задерживаться.       Взяв пару яблок, она как можно вежливее попрощалась с одноклассницей и направилась к столику, откуда уже махала ручкой Элис. По пути ей вновь кто-то присвистывал, но незнакомцы прекращали в ту же секунду, как ощущали на себе злобные взгляды других Калленов. Она новенькая, но не стоит забывать, с кем она сюда приехала. Странные, безумно красивые, но нестандартные "подростки".       Синтия садится между Эдвардом и Джаспером и прямо перед Эмметом. Последний не переставал улыбаться, зная, через какие испытания ей пришлось пройти за эти часы. Все вокруг были ей чужими, но в окружении вампиров ей было немного спокойнее. Выпить чью-то кровь хотелось не так сильно.       — Удивлён твоей выдержкой, — хвалит слева Уитлок.       Впервые за этот день она с ним видится. Рубашка, кудри — всё на месте, только ещё к этому прибавилось максимально напряженное тело. Спина прямая, словно под натяжением, а взгляд слегка притуплён. Кромер думала, что это ей тяжело справляться, но сейчас перед ней ситуация похуже.       Джаспера передергивает. Школьники с любопытством наблюдают за этим, но вновь возвращаются к своим разговорам, встретившись с взглядом Розали.       Горло вновь прожгло, будто на несколько секунд его окутало пламя. Следом ненавязчивое тепло и заглушаемая жажда. Парню стало намного легче, пусть и несколько секунд ему нужно было помучиться. Синтии стало его жаль, столько терпеть эту ходящую потенциальную еду сложно. Джаспер же не сдержал короткую улыбку. Неужели мисс "дай мне побыть в одиночестве" сейчас просто так помогает ему? Он должен быть ей очень благодарен.       — Благодарю, — шепчет, но остальные ребята всё равно слышат их.       Эдвард задумчиво вертит вилку, когда Элис с веселящим любопытством наблюдала за этими двумя. Одни Розали с Эмметом были не в курсе происходящего, но и вмешиваться в это всё не сильно желали. У них было на уме одно — побороться и поскорее избавиться от опасности.       — Согласны после уроков устроить спарринг? Мы уже давно не развлекались, а подготовиться к бойне нам точно следует, — Эммет уже начал разминать шею, хотя они ещё находились в школе, — Не боитесь, дядя Эммет будет поддаваться.       — Я никогда не проигрывал, помнишь? — блондин показывает брату клыки, улыбается и кивает, — Давно не играли в войнушки. Я согласен.       Все поддерживают затею брата. Их обычная размеренная жизнь вампира давно не предоставляла возможности вспомнить старые времена. В каждом из них находился фитиль, и, как уже известно, вампиры быстро вспыхивают. Будь тому причиной настоящее пламя или сумасшедшие затеи — в любом случае кто-то да пострадает.       Они продолжают болтать на отстраненные темы, но Синтия их почти не слушала. Скрестив ноги и руки, она продолжала смотреть на алое яблоко. Чистое, сверкающее, определенно выращенное с химикатами. Стол белый, достаточно удобный, стулья не совсем. Девушка отвлекала себя любыми мыслями, чтобы немного отвлечься. Напряжение закипало, контролировать силу было тяжело.       И Джаспер это чувствовал, начиная с растущих нагнетенных эмоций слева, заканчивая горячим покалыванием в горле. Эдвард оглянул их, а затем тоже насторожился.       — Джаспер, отведи Саманту на историю. Тайлер порезался, — телепат быстро схватил бедные фрукты и выкинул в ближайшую мусорку, — Да и время идти на уроки.       И Саманта следует указаниям. Она старается не смотреть на столик в дали столовой, где сидел темнокожий парень. Тайлер даже сам не почувствовал легкого ранения, когда девушку резко пробило. Было страшно признавать, что она зачем-то захотела вновь ощутить запах блондина, но ощутила в итоге чью-то кровь.       Джаспер встаёт, почти невесомо касается пальцами её лопатки и ведёт по коридору. Ученики засматриваются, громко перешептываются, но вампирам уже абсолютно плевать. Всё равно им скоро в очередной раз заканчивать школу и переезжать, а потом возвратятся они только тогда, когда все эти подростки умрут то ли от старости, то ли от болезней, то ли от несчастного случая. Эти люди по большей части не имели для них ценности, но и отбирать их жизни они себе не позволят.       Уитлок думает, что с даром Синтии рядом он может наконец-то расслабиться, но сама девушка не сильно справляется с собой. Она держит себя в руках, но лучше поскорее скрыться от этого места. Не стоит забывать, что в столовой также находились и созревшие девушки, имеющие определенные циклы. В таких местах стоит забыть о дыхании.       — Я могу идти сама, — Кромер делает шаг в сторону, — Спасибо.       Холодные пальцы ускользали, больше не прикасались к спине. Она заходит в класс, быстро находит свободную парту на задних местах и садится. Хотелось лечь на стол и забыться в тишине, но рядом кто-то подсаживается. Каллен. Хейл. Прирожденный Уитлок.       — Вообще-то я тут один сижу, но так уж и быть, — он улыбается, оголяя один клык всего на секунду.       Звонок.       На этот раз девушка не решалась вдыхать воздух. Скрестив руки у груди, она внимательно слушала преподавателя. Он говорил уверенно, увлеченно, но слушали его только единицы. Сейчас они проходят гражданскую войну. Как же иронично.       Джаспер по правую сторону что-то шептал одними губами. Вампир предугадывал слова учителя, попадая в каждую букву заранее. Синтия что-то уже знала, но не в таких подробностях. Возможно, ей должно быть за это стыдно, но её жизнь в восьмисотых была слишком нагружена заботами, о войне тогда она ничего не хотела знать.       Кромер знает, что её отец пошел на неё, но с ним она никогда не общалась, ведь тот умер ещё до её рождения. Она знает, что это был статный бородатый мужчина, имеющий прекрасные черные волосы и толпу поклонниц. Видя его фотографии, она не была удивлена, что её мать не смогла забыть его. Но про собственную дочь и сына забыть всё-таки смогла.       — Однажды майор – навсегда майор? — девушка решила пошутить, чтобы отвлечься от внезапных воспоминаний. Он это сразу понял.       — Материал всегда лучше усваивается на практике, — поддерживает разговор Уитлок.       Он практически идеально знаком с историей, в некоторых событиях даже участвовал, но этот предмет до сих пор оставался для него интересным. Ему льстит, что его любимый предмет внимательно так слушала новоиспеченная сестра. Даже непривычно, что их уже восемь. Ещё непривычнее, что между этими двумя уже нет такого большого напряжения, как когда-то было. Стоит вскоре поболтать с Элис. Уж слишком довольной и молчаливой стала Каллен.       — Но таким дохлячкам на войне делать нечего, — он смыкает губы, сидит к ней профилем слегка серьёзный, — Поэтому мы помогаем тебе.       Она пронзительно смотрит на него. Эти слова должны были обидеть или хоть немного задеть темноволосую, но она лишь вновь вернулась к рассказу учителя. Он был прав, ведь с виду и не скажешь, что она способна крушить деревья и сжигать что-то или кого-то. Невысокий рост, щуплые ручки и ножки — такой её навсегда запечатлел создатель. Худую, щуплую, уставшую и нестабильную. Уже и не вспомнить, когда она имела пухлые щеки и массивные бедра. Сан-Антонио забрал у неё всё.       Если у неё хоть что-то было.       Техас. Достаточно большой город. Когда-то она была невероятна красива для тех времен, ухажёры росли вместе с ней, заменяли друг друга по очереди, но Аканта их не подпускала к себе. Играя на скрипке в баре, она радовалась спокойным часам и ухаживала за братом. Шли годы, за ними ушла и жизнь.       Джасперу тяжело. В горле тепло накатывается волнами, видимо, из-за легкой затуманенности Кромер. Что-то внутри неё засело старой печалью и невесомой ностальгией. Он поворачивает голову, смотрит в её опущенные веки. Он часто думал, что был бы рад обменяться с Эдвардом дарами, чтобы наконец не только понимать чувства людей, но и их причины. Её задели его слова? Не похоже. Ему хотелось залезть к ней в голову и узнать причины темных дум, но остаётся только сидеть и гадать, что же с ней случилось.       — Эммет бьёт не думая, бежит на таран. Думаю, что ему надрать зад ты сумеешь, — он переводит тему, надеясь, что это поможет ей сбежать от грусти.       Она посмотрела на него, вскинув одну бровь. Он такого мнения о ней? В ответ блондин вопросительно нахмурился, а после мгновения раздумий подмигнул.       Синтия опешила, уже две брови были вздернуты. Проходит секунда, и оба тешатся тихими смешками. Да чтобы этот вояка и вечно остолбеневший в школе вампир просто так подмигнул ей? Какая-то слишком детская забава для столетних, но от этого улыбка расплывалась только шире.       Словно обыкновенные подростки, они пытались скрыть смех на задних местах. Джаспер рад, что смог развеселить её, но и сам не мог перестать смеяться из-за глупого поступка. Но, наверное, если бы она на это никак не отреагировала, то он бы просто молча уткнулся в свою стыдобу. Синтия же сама не знала, почему её это так рассмешило. Невольно она заглядывается на него такого яркого. Ямочки, сверкающие клыки, прищуренные глазки и содрогающиеся широкие плечи.       Ученики моментально оборачиваются в их сторону, даже мужчина за учительским столом запнулся в своём бесконечном монологе. Нужно быстро прийти в себя.       — Улыбайся чаще, — вдруг произносит девушка, — Тебе подходит больше, чем вид отмороженного подростка.       Уитлок еле сдержал смеха. Все Каллены с пониманием относятся к тому, что ему сложно спокойно себя вести в окружении людей, от чего и притупленный взгляд сопутствовал его в школе. Синтия же сразу это подметила. И сразу помогла ему избавиться от жажды хотя бы на истории.       — Кромер, — обращается к девушке преподаватель, — В каком году завершилась реконструкция юга?       Смешки и улыбки закончились. Это её первый день в школе, так что лучше ей произвести впечатление хорошей ученицы, но никак не беззаботной школьницы.       — В разных штатах она завершилась в разное время, но принято считать её завершение компромиссом семьдесят седьмого года.       Учитель одобряюще кивает и продолжает урок, перед этим что-то записав себе в блокнот. Когда же мужчина обернулся к классу спиной, чтобы написать на доске очередную дату, к ней оборачивается с первых парт Эрик. Синтия думала, что он решил просто лишний раз на неё поглазеть, но наперекор её предсказаний азиат кидает в её сторону очередную записку. Видимо, урока литературы ему не хватило.       Бумажка летит прямо в её сторону. Из любопытства девушка уже хотела протянуть руку, но перед её лицом возникает ладонь Уитлока. Он ловким движением поймал послание и в тот же момент отправил её в другую сторону. Выжидающие взгляды и попадание прямо в мусорку у входа в класс. Джаспер одобрительно хлопает себя по груди. Хороший бросок.       И урок на этом заканчивается. Время готовиться к спаррингу.       Каленны одновременно подходят к машинам. Синтия неуверенно делает шаг в сторону от блондина первой, направляясь к уже ждущему Эдварду. Джаспер проводил его недолго взглядом и сел в свою машину, где уже сидела Элис.       — Элис, не против поболтать? — спрашивает тот, зная, что она не откажет.       В машине Синтия думает, что этот день был не так уж и плохо. Школа, неугомонные подростки, накрашенные девушки и приставучие парни. Это могла бы быть и её жизнь. Спокойная и со своими временными проблемами обычная жизнь. Звучит как та самая мечта, которая всё время тешит фантазию, но никогда не сможет стать явью.       — А потом влюблённость, тусовки, ранняя беременность и присмотр за внуками, — встревает Эдвард в её размышления, — Звучит как мечта, но нам не дали выбора. Не сближайся с людьми, вампирам не место рядом с ними.       Он внимательно следит за дорогой и вслушивается в её мысли. Так делать нельзя, но это самый легкий способ получше узнать нового члена семьи.       — Им очень повезло, — девушка открывает окно, наконец вдыхая лесной воздух, — Я родилась в совершенно другое время и в другом месте, наверное, как и многие из вас. Так что у нас никогда не было выбора.       Эдвард молчал, зная, что она совершенно права. Его самого ждала ранняя смерть из-за болезни, но Карлайл по удачным или нет обстоятельствам оказался рядом. Ему тоже не дали выбора между жизнью и бессмертием. Всё равно их всех встретила смерть.       — Это поколение должно брать всё, что им даёт эта жизнь.