Часть 4

Ветер свистел в ушах принцессы, раздражение горящее в крови никуда не пропадало. Каннибал громко заревел и самовольно ушëл в пике, заставив девочку на несколько секунд испуганно прикрыть глаза. Дракон пролетел в нескольких метрах от воды, коснувшись лапами волн. — К̠а̠н̠н̠и̠б̠а̠л̠! Ч̠т̠о̠ т̠ы̠ т̠в̠о̠р̠и̠ш̠ь̠? — веселье в еë голосе с трудом пряталось за лëгкой плëнкой раздражения. Дракон довольно рыкнул и снова взмыл вверх, в его поведении явно угадывалась радость от того, что всадница, наконец, ожила. — П̠р̠о̠с̠т̠и̠, в̠ п̠о̠с̠л̠е̠д̠н̠и̠е̠е̠ в̠р̠е̠м̠я̠ и̠ я̠ п̠р̠а̠в̠д̠а̠ с̠л̠и̠ш̠к̠о̠м̠ з̠а̠д̠у̠м̠ч̠и̠в̠а̠я̠, с̠а̠м̠ п̠о̠н̠и̠м̠а̠е̠ш̠ь̠, п̠е̠р̠в̠а̠я̠ в̠с̠т̠р̠е̠ч̠а̠ с̠ о̠т̠ц̠о̠м̠. Н̠о̠ с̠е̠й̠ч̠а̠с̠, п̠л̠е̠в̠а̠т̠ь̠, л̠е̠т̠и̠, м̠о̠й̠ м̠и̠л̠ы̠й̠, п̠о̠к̠а̠ж̠и̠ н̠а̠ ч̠т̠о̠ с̠п̠о̠с̠о̠б̠е̠н̠! Громогласный рык Каннибала огласил окрестности, и дракон стремительно помчался на встречу закату. *** Сборы проходили напряжëнно, Рейнира то и дело кидала взгляд на старшую дочь. Кэсс выглядела не менее сосредоточенно. Еë руки механически перекладывали вещи из шкафа в дорожный сундук, глаза смотрели в пустоту, становясь стеклянными, стоило ей перевести взгляд в окно. Мысли путались и девочке хотелось убежать в комнату, захлопнуть дверь и спрятаться под одеялом. Увидеть отца хотелось до безумия с детства, а сейчас становилось попросту страшно. Рейнира видела, что дочь напугана, она понимала почему. Реакцию Деймона на неë предугадать было сложно, но что-то ей подсказывало, что положительной она вряд ли будет. *** Дрифтмарк встретил их лëгким туманом и холодным ветром. Кэсс спрыгнула с Каннибала и осторожно осмотрелась. Она не была здесь ниразу по одной лишь причине — Деймон. Ни Рейнире ни еë дочери не хотелось прилетать сюда. — Рейнира, дети! Рад вас приветствовать — Корлис и Рейнис приблизились к гостям. Взгляд хозяев острова тут же обратился к Каннибалу. — Сын мой, ты не говорил, что твоя дочь получила этого дикаря. — Это должен был быть сюрприз, отец, пусть он и немного не вовремя. — Лейнор обнял родителей. — Мне так жаль, что мы смогли приехать только сейчас. Глухой рык Алого дракона прервал беседу. Караксес приземлился в паре метров от Каннибала, чем вызвал громкий яростный рëв. Деймон спрыгнул со своего дракона и вольготно приблизился к гостям. — Дорогая племянница, рад тебя видеть, хотя повод и не тот. Сколько же прошло с нашей последней встречи? Лет двенадцать? Многое же изменилось, четверо детей, это надо же? И всë это от ВЫГОДНОГО брака для государства, удивительно, как многое может сделать ЛЮБОВЬ. — Деймон — осторожно начал Корлис — ты слишком резок. — А я считаю напротив, достаточно нормальный тон для блудной дочери короля, которая засела на Драконьем Камне и не вылезает оттуда, да и вообще… — З̠а̠к̠р̠о̠й̠ с̠в̠о̠й̠ р̠о̠т̠, Д̠е̠й̠м̠о̠н̠. И̠ н̠е̠ с̠м̠е̠й̠ т̠а̠к̠ р̠а̠з̠г̠о̠в̠а̠р̠и̠в̠а̠т̠ь̠ с̠ м̠о̠е̠й̠ м̠а̠т̠е̠р̠ь̠ю̠, т̠ы̠ н̠е̠ и̠м̠е̠е̠ш̠ь̠ н̠а̠ э̠т̠о̠ н̠и̠к̠а̠к̠о̠г̠о̠ п̠р̠а̠в̠а̠! Голос Кэсс разорвал повисшую тишину. Девочка выступила из-за крыла Каннибала. Дракон, чувствуя раздражение всадницы, раскрыл крылья и громко заревел. Принц отпрянул, с накрывающим ужасом смотря на свою точную копию. Платиновые локоны девочки развивались на ветру, а лиловые глаза смерили Порочного принца яростным взглядом. — Я̠ п̠о̠в̠т̠о̠р̠я̠ю̠ п̠е̠р̠в̠ы̠й̠ и̠ п̠о̠с̠л̠е̠д̠н̠и̠й̠ р̠а̠з̠, Д̠е̠й̠м̠о̠н̠, е̠с̠л̠и̠ т̠ы̠ е̠щ̠е̠ р̠а̠з̠ п̠о̠с̠м̠е̠е̠ш̠ь̠ о̠с̠к̠о̠р̠б̠и̠т̠ь̠ н̠а̠с̠л̠е̠д̠н̠у̠ю̠ п̠р̠и̠н̠ц̠е̠с̠с̠у̠, т̠о̠ к̠л̠я̠н̠у̠с̠ь̠ б̠о̠г̠а̠м̠и̠, т̠ы̠ п̠о̠ж̠а̠л̠е̠е̠ш̠ь̠. Под конец своих слов, Кэсс стояла уже вплотную к отцу. Деймон молчал, ком сдавил горло, когда он, наконец, понял, КТО перед ним. Его дочь смотрела на него с неприкрытой ненавистью, а дракон за еë спиной прикрывал спину всадницы, в любой момент готовый сжечь его по одному еë слову. — Т̠а̠к̠ ч̠т̠о̠ у̠й̠д̠и̠ с̠ д̠о̠р̠о̠г̠и̠ и̠ д̠е̠р̠ж̠и̠с̠ь̠ п̠о̠д̠а̠л̠ь̠ш̠е̠ о̠т̠ м̠е̠н̠я̠ и̠ м̠о̠е̠й̠ с̠е̠м̠ь̠и̠. Платиновые локоны промелькнули чуть ниже плеча Деймона, и девочка стремительно направилась вниз по склону. *** Церемония должна была начаться с минуты на минуты, Визерис, с трудом перенëсший дорогу, сидел на троне. Пожалуй среди родственников было только два человека, которые старательно выглядывали в толпе Кэсс. Эймонд увидел принцессу рядом с двоюродными сëстрами, Рейна и Бейла крепко обнимали старшую. Девочки разорвали руки и направились к драконам. Каннибал, видимый даже с расстояния, тут же поднял голову, стоило ему только заметить свою всадницу. Эймонд огляделся, если с детьми Порочного принца можно было быстро разобраться, то лишние свидетели ему были не нужны. К удивлению Таргариена, не только ему было интересно местонахождение принцессы. Его дядя, мрачно провожал взглядом своих дочерей, и вот, что интересно Эймонд вдруг понял, ЧТО он упускал всë это время. Кэсс и Деймон, похожие, как две капли воды — отец и дочь. Теперь слухи о Рейнире обретали явь. Эймонд усмехнулся, вот оно что, многое становилось понятным. Ну что ж, новая игра в кошки мышки началась, и принц быстро направился за Кэсс. Девочки уже практически поднялись по холму, когда громкий окрик заставил их остановиться. — Кэссиэлла! — Эймонд бесшумно появился за их спинами — Простите, племянницы, хочу украсть вашу старшую сестру. Рейна и Бейла покосились на принцессу. — Идите, милые, видимо дядя очень по мне соскучился — Едко бросила она. Сëстры согласно качнули головами и повернулись в обратную сторону. — И что же тебе нужно, дядя? — Всего лишь узнать, как ты после встречи с отцом — Эймонд усмехнулся и приблизился к племянницы практически вполтную. — Не понимаю о чëм ты, я приехала вместе со своим отцом, мы виделись пару минут назад. — Хах, смешно, я смотрю у такой маленькой девочки так много тайн. Сначала Каннибал, потом настоящий отец, что же дальше? Сейчас принц чувствовал себя хищником, загнавшим свою жертву в ловушку. Девочка перед ним вся сжалась от его слов. В лиловых глазах стремительно менялись эмоции: ярость, отчаяние, страх, горе. — Ну так что? Так и будешь молчать? — Закрой рот, Эймонд, ты несëшь полную чушь, не забывай, кто перед тобой и чья я дочь. Кидаться такими обвинениями без оснований ты не имеешь права! — Да что ты, глупая девчонка, ты считаешь меня идиотом? Ты думаешь, это вижу только я? Хах, верь в это, вот только слухи о бастардах в доме Таргариен уже разошлись по всему замку! — Что… — У Кэсс перекрыло горло — Да как ты смеешь? Назвать меня и моих братьев БАСТАРДАМИ? Кэсс, не сдерживаясь ударила Эймонда в грудь. — Закрой свой поганый рот, мразь! И не смей так говорить о моей семье! Дядя резко перехватил руки племянницы, не давая девочке вырваться. — Слушай меня внимательно, мелкая засранка, мне плевать, что ты тут кричишь! Всем и каждому в этом замке известно, КТО отец твоих братьев, но вот ты… Губы Эймонда растянулись в усмешке и он крепче перехватил запястья девочки. — А вот ты — истинная представительница дома Таргариен, и мне интересно понять, что же ты скрываешь ещë, м, племянница? — Отпусти еë — Шеи принца коснулся холод стали — Немедленно, щенок, и отойди от неë. — О да, папочка всë таки прибежал спасать свою дочурку, как же это мило. — Исчезни, отсюда, племянник, и только попробуй распускать язык. Юноша усмехнулся и, подняв руки с громким хохотом, направился вниз по холму. Повисла тишина, отец и дочь, не отрываясь смотрели друг на друга. *** — Так значит, это правда, и ты моя дочь — А тебе нужны доказательства получше, чем собственные глаза? Хотя, то, что я твоя дочь, тебя заботить не должно, как и тот факт, кто отец моих братьев. Меня не интересует твоë мнение по этому поводу, потому что следовало думать раньше и не бросать мою мать. Если ты думаешь, что можешь вот так просто оскорблять Рейниру, то глубоко ошибаешься. — Кэсс, постой, подожди… — Ну уж нет, дай мне договорить. Твои слова убивают мою мать, они убивают Рейниру, раз за разом. Я знаю, почему ты так говорил, ты думаешь, что она предала тебя, бросила, но всë было наоборот! Уж поверь, я хорошо знаю семейную историю, она ЛЮБИЛА тебя, она ВЕРИЛА тебе, а ты растоптал в ней все чувства. А вот, что к ней испытываешь ты, это вопрос. Если ты думаешь, что можешь вот так ворваться в нашу жизнь и испоганить её, то нет, нет, нет и ЕЩË РАЗ НЕТ! А тот намëк на моих братьев, думаешь это еë не задело, если ты думаешь, что у моей матери каменное сердце и она ничего не чувствует, то ты ОШИБАЕШЬСЯ! И знаешь что, раз уж ты такой умный и знаешь, что мальчики не от Лейнора, то я скажу так. И он и Харвин для меня семья больше, чем ты! Я ждала нашей встречи чуть ли не с рождения, и что в итоге? НИЧЕГО, просто НИЧЕГО: оскорбления и обвинительные намëки. Ну что ж, я благодарна, что избавил меня от общества Эймонда, но больше даже не смей подходить ко мне, я не хочу тебя знать. Кэсс стремительно развернулась на каблуках и практически побежала в сторону склона. — Почему? — Крик Деймона прервал еë пол дороги — Потому что ты сделал больно моей матери, а я поклялась, что НИКТО и НИКОГДА не посмеет причинить ей боль. *** Церемония продолжалась уже час, молчание, висевшее над родственниками невольно убивало. Кэсс сжимала кулаки, так, что ногти впивались в ладони до крови. Слëзы тонкими струйками стекали по еë щекам. Рейнира смотрела на дочь, она видела, как она буквально сбежала с холма, а за ней следом спустился Деймон. Женщине оставалось только догадываться, о чëм они говорили. Но в глазах дочери плескалась такая боль, что сердце матери сжималось в тисках отчаяния. Когда, наконец, всë было кончено, девочка не дожидаясь никого, отправилась к Каннибалу. Дракон, не дожидаясь приказа всадницы, сорвался с утëса и помчался вдоль островов. *** Рейнира с волнением вглядывалась в ночное небо, еë дочери не было уже несколько часов. И для матери было загадкой, где же еë ребëнок. Скрип двери заставил еë быстро повернуться. — Дядя? Что тебе нужно? — Поговорить, и ты знаешь о ком. Кэссиэлла моя дочь — Деймон не спрашивал, а утверждал — меня не нужно разубеждать, я всë видел своими глазами, к тому же она сама подтвердила это, причëм в весьма грубой форме. — И что ты хочешь, что я на это ответила? — голос Рейниры был холоднее льда — Почему я молчала всë это время или что? — Очень бы хотелось знать именно это — процедил Деймон — Потому что тебе плевать хотелось на мою жизнь и на меня, ты отказался забрать меня с собой, хотя я готова была бежать с собственной свадьбы, мало этого ты женился вновь. А я в это время как раз писала письмо, в котором хотела рассказать, что та ночь оставила во мне глубокий отпечаток. Тебе это хотелось услышать дядя? — Я хочу знать, почему моя дочь не считает моë присутствие здесь разумным, она прямо сказала, что твоя и еë жизни меня не касаются. — Она пытается меня защитить, думаешь, она не знает, сколько ночей я рыдала в подушку, зовя тебя? Ты не задумывался о том, почему Джейс появился лишь спустя 2 года после Кэсс. Два года, Деймон, я ждала, молилась, каждый день выходила на стену, чтобы застать твоë прибытие, забрать дочь и улететь как можно дальше? И что в итоге? Ты забыл обо всем: обо мне и брате, о семье! Тебе волновали лишь собственные прихоти и теперь ты видишь, чего добился. — Так может нам стоит попробовать это исправить? — Мужчина смотрел на Рейниру с той болью, которую Кэсс видела в глазах принцессы все 12 лет. — Ты хочешь этого? Рейниру замерла, в еë глазах уже давно скопились слëзы, и сейчас одна из них медленно скатилась по бледной щеке. — Я не знаю, дядя, у меня четверо детей, у тебя две дочери, что нас ждëт? — Только счастье и любовь, если ты примишь моë предложение, твой дочь права, я идиот, который сам же разрушил себе счастье, заботился только о себе, но эти годы в дали от тебя многое изменили. И я хочу спросить, готова ли ты принять меня обратно? Готова ли простить? — Только в том случае, если это сделает наша дочь, Деймон, больше я ничего обещать не могу. *** К часу Волка в Дрифтмарк прилетел ворон. В письме Кэсс сообщалось, что она жива и здорова, и вернëтся в замок с рассветом. Старший из братьев приспокойно спал, сообщение от старшей изрядно его успокоило. — Джейс, Джейс, просыпайся — Рейна трясла брата за плечо — Джейс, проснись! Мальчик сонно приоткрыл глаза. — Сестра, что происходит? Что-то случилось? — Кто-то украл Вхагар! Дети бросились из покоев, снаружи их уже ждали Люк и Бейла. Они стремительно побежали вниз, на улице бушевал шторм, но вот в небе отчëтливо виднелся силуэт огромного дракона. Вхагар медленно снижалась, стоило ей опуститься на землю, как с еë седла соскочил Эймонд. — Дядя, как, как ты посмел? — Рейна стремительно бросилась к нему — Как ты мог? Мы только похоронили нашу мать! — Да плевать я хотел, я получил дракона, и вас не должно заботиться чей это дракон! — Юноша гордо вскинул голову, свысока наблюдая за племянниками. — Да иди ты в пекло! — Вскрикнула Бейла, резко ударяя того в грудь. Реакция оказалась молниеносной, и девочка полетела на землю. — Не трогай еë! — Вскрикнул Джейс и бросился на дядю. Завязалась драка, Люк испуганно смотрел на брата, прикрывая собой девочек. Эймонд сильно оттолкнул племянника, обрушивается на него сильный удар. — Нет! — Вскрикнул Люк. Дальнейшее произошло слишком быстро, секунда и остров потрясает громкий крик боли. Эймонд осел на землю, держась за глаз, из-под пальцев стремительно сочилась кровь. Поднялась паника, прибежали взрослые, в суматохе никто не заметил, как Каннибал приземлился на южную оконечность острова. — Твои дети, это они виноваты! Они отняли у моего сына глаз!!! — Крик Алисенты сбил подходящую к залу Кэсс с толку. Девочка замерла на пороге, с ужасом смотря на происходящее. Деймон, заметив дочь, бросился к ней. — Где ты была? Ты в порядке? — Не важно, я просто, что происходит? — ТВОИ ДЕТИ ИЗУВЕЧИЛИ МОЕГО! Я ТРЕБУЮ ОТОМЩЕНИЯ — Завизжала королева — КРИСТОН! ПРИНЕСИ МНЕ ГЛАЗ ЛЮКА! Рыцарь не сделал ни шагу, стоило ему натолкнуться на взгляд Деймона и Кэсс. Отец и дочь стремительно приближались к главной сцене событий. — Я получил дракона, глаз за него, это честный обмен — Послышался голос Эймонда Кэсс перевела взгляд на дядю. Огромный шрам пересекал пол его лица, их глаза столкнулись. В тот момент Эймонд прочитал в глазах племянницы страх и сочувствие, быстро скрывшееся за пеленой ярости, стоило его матери вновь закричать. — Раз уж этого никто не сделает, я это сделаю, САМА! Алисента бросилась к Люку, Рейнира с трудом успела удержать женщину. — Пусти! Пусти меня!!! — Взвизгнула рыжая. Нож в еë руке опасливо задрожал и принцесса уже с трудом сдерживала напор королевы. Кэсс, как в замедленной съëмке наблюдала, как Алисента вырывает руку и замахивается на еë мать. — НЕТ! — Девочка бросилась наперерез. Секунда — она отталкивает какого-то лорда, секунда — она подлетает к матери, секунда — отталкивает еë в сторону, секунда — и еë плечо обжигает резкая боль. — Кэсс!!! — Слышит она крик отца, взгляд опускается вниз, к руке. Нож торчит из еë плеча, она, как во сне хватается за рукоятку и вытаскивает его, с трудом сдерживая крик. Сквозь ткань медленно сочится кровь, а потом всë быстрее и быстрее. — Ты хотела отомщения, ты его получила. Кровь за кровь. — Лиловые глаза вперились в королеву. Девочка с ненавистью смотрела на Алисенту. — Достаточно! — Крик короля прервал звенящую тишину. Дальнейшее девочка помнила плохо. Кажется еë увела Рейна и мейснеры. *** Рука горела, а от маковой воды принцесса отказалась. Спать она не хотела ровно до того момента, пока не убедится, что еë семья в безопасности. Глаза слипались, а от боли в руке девочке хотелось плакать. Петли скрипнули, являя принцессе еë отца. — Кэссиэлла, я хотел поговорить. — Деймон неловко мялся на пороге, смотря на раненую дочь. Девочка приоткрыла глаза, в голове гудело. — Где моя мама, что с ней и братьями? — Они в порядке, все они. Рейнира с младшими, Джейс с моими дочерьми. Кэсс выдохнула, успокоение притупляло боль, которой и так становилось слишком много. — Что тебе нужно? — голос дочери звучал измученно, Дйемон смотрел на неë и видел себя. Свои многочисленные попытки защитить семью, вот только не в еë возрасте. В свои двенадцать он целыми днями пропадал с Караксесом в дали от Алого замка. — Я хочу извиниться, извиниться за то, что меня всë это время не было рядом. За то, что бросил твою мать, когда она нуждадась во мне, а потом и тебя. Прости за то, что обвинял еë во всех грехах этого мира. Но, Кэсси, я пообещал себе, что не буду тебе врать, поэтому я скажу сейчас. Я люблю Рейниру больше всего на свете и всегда любил. Но двенадцать лет назад я повёл себя, как последняя мразь на этой земле. Мне понятно твоë негодование, я бы чувствовал то же. Но. Мне очень хочется вернуть, то, что я потерял много лет: твою маму, тебя, семью. Я спросил у Рейниры, что мне нужно сделать, чтобы мы снова были вместе. И она… — Сказала, что всë зависит от моего решения, я догадалась. Я хочу, чтобы моя мама была счастлива, я знаю, что такое может быть только с тобой, но я боюсь, что однажды ты причинишь ей ещë больше боли, я совершенно запуталась и так устала от этого. Я всю жизнь, хотела знать, что мой настоящий отец рядом, со мной, братьями, мамой, а тебя не было в нашей жизни. И я не знаю, готова ли я сейчас к этому. — Такое решение сложно принять, я понимаю, и буду ждать столько, сколько нужно. *** (2 месяца спустя) Приближался день рождения Кэсси. К празднеству готовился весь замок на Драконьем Камне, вот только самой именинице было неспокойно. Она всë ещë думала над разговором с отцом. Ей нужно было время и оно у неë было, вот только разве стояло тянуть? За этими размышлениями девочка не заметила, как вышла в сад. — Милая, ты чем-то озабочена. У тебя всë хорошо? — Лейнор поднялся со скамьи, приближаясь к принцессе. — Я в порядке, отец, только никак не могу собраться с мыслями. — Это из-за разговора с Деймоном? — И из-за него тоже, боюсь я совсем запуталась. Иногда мне кажется, что выбирать должна была не я, а Рейнира. Это еë жизнь, какое значение здесь играю я? — Самое прямое, не забывай, что все эти двенадцать лет ты и только ты поддерживала еë и защищала. Мальчики были совсем маленькими, а ты совсем немного старше, но ты уже старалась обезопасить их. — Не знаю, у меня такое чувство, что я и сейчас слишком мала для принятия таких решений. К тому же, что за последствия оно повлечëт? — Как по мне — самые хорошие, ты ведь знаешь, что… — Но, отец, что будет с тобой? Как мы объясним твоим родителям всë происходящее? — Милая, мы с твоей мамой уже давно вынашивали один план. Ты ведь знаешь, что я не совсем обычен в выборе партнëров. И его мало кто поддержит, даже в кругу близких. Но Рейнира меня поняла ещë тогда, на свадьбе. И сейчас у меня тоже есть любимый человек, с которым я хочу связать будущее. — Ты говоришь о побеге? О своëм побеге? — Именно, вот видишь, Кэсс, для своего возраста ты более, чем сообразительна. — А как же мы? Ты будешь нас навещать? — Разумеется, но не сразу, я хочу подстроить свою смерть и скрыться на очень длительное время. А вот после этого, я смогу к вам прилетать. — Даже не знаю, что и говорить… Но я рада, что есть человек, с которым ты чувствуешь себя счастливым. И я принимаю и одобряю твой выбор, видимо мне осталось сделать свой. Когда вы планируете провести свой план в исполнение? — Через месяц после твоих именин, так будет легче для всех. — Кроме Рейнис, ведь она потеряет второго ребенка… — Верно, мне очень больно от мысли, что будет чувствовать моя мать, но, прошу тебя не стоит говорить ей об этом сразу. Траур должен быть настоящим. — Кто сказал, что я буду говорить напрямую? Есть масса способов намекнуть на произошедшее — Хаха, у меня гениальная дочурка, но будь осторожна, твоя бабушка бывает очень вспыльчивой. Они весело расмеялись, в груди Кэсси зародилась надежда на то, что их счастливая жизнь только начинается. *** В ночь на еë именины принцесса бесшумно выскользнула за дверь. Лëтный костюм льнул к телу, как вторая кожа. Девочка стремительно сбежала по ступеням замка и направилась к логову Каннибала. Дракон уже еë ждал. Бесшумно оторвавшись от земли, они взмыли в воздух. Эта маленькая традиция появилась у них с самого первого года знакомства. И теперь два дракона величественно парили над океаном. Каннибал летел на встречу луне, тонкие лучики света отражались в чëрной, как ночь, чешуе и, казалось, что дракон весь светится изнутри. В час Волка, паря над замком дракон огласил окрестности громогласным ревом. Столб янтарного огня осветил ночь и они пролетели сквозь огненное кольцо на встречу звëздам. — М̠о̠й̠ м̠и̠л̠ы̠й̠ д̠р̠а̠к̠о̠н̠, с̠п̠а̠с̠и̠б̠о̠ т̠е̠б̠е̠, я̠ д̠а̠в̠н̠о̠ н̠е̠ б̠ы̠л̠а̠ т̠а̠к̠ с̠ч̠а̠с̠т̠л̠и̠в̠а̠ — Кэсси спрыгнула на землю и бережно погладила исполина по носу. Дракон заворчал. — Ч̠т̠о̠о̠, д̠а̠ л̠а̠д̠н̠о̠, я̠ п̠р̠о̠с̠т̠о̠, н̠а̠к̠о̠н̠е̠ц̠, с̠м̠о̠г̠л̠а̠ р̠а̠с̠с̠л̠а̠б̠и̠т̠ь̠с̠я̠, б̠л̠а̠г̠о̠д̠а̠р̠я̠ т̠е̠б̠е̠ Каннибал фыркнул, но вновь потëрся о руки девочки, как огромный кот. — П̠о̠ч̠е̠м̠у̠ я̠ т̠а̠к̠а̠я̠ с̠ч̠а̠с̠т̠л̠и̠в̠а̠я̠? Н̠е̠т̠, д̠е̠л̠о̠ н̠е̠ с̠о̠в̠с̠е̠м̠ в̠ п̠р̠а̠з̠д̠н̠и̠к̠е̠, п̠р̠о̠с̠т̠о̠ я̠, н̠а̠к̠о̠н̠е̠ц̠, с̠д̠е̠л̠а̠л̠а̠ с̠в̠о̠й̠ в̠ы̠б̠о̠р̠ *** Рейнира встретила Деймона у Драконьей Ямы. — Н̠е̠ о̠ж̠и̠д̠а̠л̠, ч̠т̠о̠ с̠а̠м̠а̠ н̠а̠с̠л̠е̠д̠н̠а̠я̠ п̠р̠и̠н̠ц̠е̠с̠с̠а̠ о̠к̠а̠ж̠е̠т̠ м̠н̠е̠ т̠а̠к̠у̠ю̠ ч̠е̠с̠т̠ь̠ — Мужчина улыбнулся и осторожно обнял племянницу. — Д̠я̠д̠я̠, т̠ы̠ с̠л̠и̠ш̠к̠о̠м̠ в̠д̠а̠ëш̠ь̠с̠я̠ в̠ т̠и̠т̠у̠л̠ы̠, с̠е̠г̠о̠д̠н̠я̠ о̠с̠о̠б̠ы̠й̠ д̠е̠н̠ь̠, и̠ я̠ р̠а̠д̠а̠, ч̠т̠о̠ т̠ы̠ з̠д̠е̠с̠ь̠. — Д̠а̠, п̠е̠р̠в̠ы̠е̠ и̠м̠е̠н̠и̠н̠ы̠ д̠о̠ч̠е̠р̠и̠, н̠а̠ к̠о̠т̠о̠р̠ы̠х̠ я̠ п̠р̠и̠с̠у̠т̠с̠т̠в̠у̠ю̠. К̠с̠т̠а̠т̠и̠, г̠д̠е̠ о̠н̠а̠? Р̠а̠з̠в̠е̠ К̠э̠с̠с̠и̠ н̠е̠ д̠о̠л̠ж̠н̠а̠ б̠ы̠л̠а̠ п̠е̠р̠е̠в̠е̠р̠н̠у̠т̠ь̠ в̠е̠с̠ь̠ з̠а̠м̠о̠к̠ в̠ п̠о̠и̠с̠к̠а̠х̠ п̠о̠д̠а̠р̠к̠о̠в̠? — О̠ н̠е̠т̠, о̠н̠а̠ с̠п̠и̠т̠. У̠ н̠и̠х̠ с̠ К̠а̠н̠н̠и̠б̠а̠л̠о̠м̠ е̠с̠т̠ь̠ т̠р̠а̠д̠и̠ц̠и̠я̠, д̠о̠ ч̠а̠с̠а̠ В̠о̠л̠к̠а̠ л̠е̠т̠а̠т̠ь̠ н̠а̠д̠ о̠к̠е̠а̠н̠о̠м̠ в̠ э̠т̠о̠т̠ д̠е̠н̠ь̠. О̠н̠и̠ н̠е̠ н̠а̠р̠у̠ш̠а̠ю̠т̠ е̠ë в̠о̠т̠ у̠ж̠е̠ т̠р̠и̠н̠а̠д̠ц̠а̠т̠ы̠й̠ г̠о̠д̠. — Г̠о̠в̠о̠р̠я̠ о̠т̠к̠р̠о̠в̠е̠н̠н̠о̠, я̠ в̠с̠ë е̠щ̠ë н̠е̠ м̠о̠г̠у̠ п̠о̠в̠е̠р̠и̠т̠ь̠, ч̠т̠о̠ Д̠и̠к̠а̠р̠ь̠ п̠о̠к̠о̠р̠и̠л̠с̠я̠ е̠й̠, к̠а̠к̠ т̠а̠к̠о̠е̠ в̠о̠з̠м̠о̠ж̠н̠о̠? — Н̠е̠ з̠н̠а̠ю̠, х̠о̠т̠я̠, с̠м̠о̠т̠р̠я̠ н̠а̠ н̠а̠ш̠у̠ д̠о̠ч̠ь̠, я̠ н̠е̠ у̠д̠и̠в̠л̠е̠н̠а̠. О̠н̠а̠ т̠а̠к̠ п̠о̠х̠о̠ж̠а̠ н̠а̠ т̠е̠б̠я̠, Д̠е̠й̠м̠о̠н̠, т̠ы̠ н̠е̠ п̠р̠е̠д̠с̠т̠а̠в̠л̠я̠е̠ш̠ь̠. — У̠ж̠ п̠о̠в̠е̠р̠ь̠, б̠ы̠л̠о̠ в̠р̠е̠м̠я̠ з̠а̠м̠е̠т̠и̠т̠ь̠. Н̠е̠ м̠о̠г̠у̠ з̠а̠б̠ы̠т̠ь̠ п̠р̠о̠и̠з̠о̠ш̠е̠д̠ш̠е̠е̠ с̠ н̠е̠й̠ н̠а̠ Д̠р̠и̠ф̠т̠а̠м̠р̠а̠р̠к̠е̠. К̠а̠к̠ е̠ë п̠л̠е̠ч̠о̠? — О̠н̠о̠ п̠о̠л̠н̠о̠с̠т̠ь̠ю̠ з̠а̠ж̠и̠л̠о̠, н̠о̠ ш̠р̠а̠м̠ о̠с̠т̠а̠н̠е̠т̠с̠я̠ н̠а̠в̠с̠е̠г̠д̠а̠. Я̠… Д̠о̠ с̠и̠х̠ п̠о̠р̠ н̠е̠ м̠о̠г̠у̠ с̠м̠и̠р̠и̠т̠ь̠с̠я̠ с̠ т̠е̠м̠, ч̠т̠о̠ о̠н̠а̠ п̠о̠с̠т̠р̠а̠д̠а̠л̠а̠, н̠и̠к̠т̠о̠ н̠е̠ м̠о̠ж̠е̠т̠. В̠и̠д̠е̠л̠ б̠ы̠ т̠ы̠ К̠а̠н̠н̠и̠б̠а̠л̠а̠ в̠ т̠у̠ н̠о̠ч̠ь̠, е̠с̠л̠и̠ б̠ы̠ н̠е̠ с̠о̠с̠т̠о̠я̠н̠и̠е̠ К̠э̠с̠с̠, о̠н̠ б̠ы̠ с̠п̠а̠л̠и̠л̠ в̠е̠с̠ь̠ о̠с̠т̠р̠о̠в̠. Х̠о̠т̠я̠ я̠ б̠ы̠л̠а̠ б̠л̠и̠з̠к̠а̠ к̠ э̠т̠о̠м̠у̠. — Р̠е̠й̠н̠и̠р̠а̠, т̠в̠о̠я̠ д̠о̠ч̠ь̠ п̠о̠с̠т̠у̠п̠и̠л̠а̠ т̠а̠к̠, к̠а̠к̠ п̠о̠с̠т̠у̠п̠а̠ю̠т̠ д̠р̠а̠к̠о̠н̠ы̠. М̠ы̠ Т̠а̠р̠г̠а̠р̠и̠е̠н̠ы̠, д̠л̠я̠ н̠а̠с̠ с̠е̠м̠ь̠я̠ — э̠т̠о̠ в̠с̠ë. И̠ т̠ы̠ н̠е̠ п̠о̠в̠е̠р̠и̠ш̠ь̠, к̠а̠к̠ м̠н̠е̠ с̠т̠ы̠д̠н̠о̠ з̠а̠ т̠о̠, ч̠т̠о̠ я̠ н̠а̠г̠о̠в̠о̠р̠и̠л̠ т̠к̠б̠е̠ с̠т̠о̠л̠ь̠к̠о̠ в̠с̠е̠г̠о̠. — Т̠ы̠ ж̠е̠ з̠н̠а̠е̠ш̠ь̠, я̠ п̠р̠о̠с̠т̠и̠л̠а̠… — Н̠о̠ п̠р̠о̠с̠т̠и̠л̠а̠ л̠и̠ о̠н̠а̠, в̠ т̠у̠ н̠о̠ч̠ь̠, я̠ с̠к̠а̠з̠а̠л̠, ч̠т̠о̠ д̠а̠м̠ е̠й̠ с̠т̠о̠л̠ь̠к̠о̠ в̠р̠е̠м̠е̠н̠и̠, с̠к̠о̠л̠ь̠к̠о̠ п̠о̠т̠р̠е̠б̠у̠е̠т̠с̠я̠ и̠ б̠о̠ю̠с̠ь̠ т̠о̠г̠о̠ ч̠а̠с̠а̠, к̠о̠г̠д̠а̠ о̠н̠а̠ п̠р̠и̠м̠е̠т̠ р̠е̠ш̠е̠н̠и̠е̠. Я̠ п̠р̠и̠ч̠и̠н̠и̠л̠ в̠а̠м̠ о̠б̠е̠и̠м̠ с̠т̠о̠л̠ь̠к̠о̠ б̠о̠л̠и̠, ч̠т̠о̠ б̠о̠ю̠с̠ь̠ н̠е̠ с̠м̠о̠г̠у̠ з̠а̠г̠л̠а̠д̠и̠т̠ь̠ с̠в̠о̠ю̠ в̠и̠н̠у̠. Рейнира бережно взяла его руку в свои. — Д̠е̠й̠м̠о̠н̠, м̠ы̠ с̠е̠м̠ь̠я̠, и̠ в̠с̠е̠г̠д̠а̠ е̠ю̠ б̠ы̠л̠и̠. К̠а̠ж̠д̠о̠м̠у̠ с̠в̠о̠й̠с̠т̠в̠е̠н̠н̠о̠ с̠о̠в̠е̠р̠ш̠а̠т̠ь̠ о̠ш̠и̠б̠к̠и̠, у̠ м̠е̠н̠я̠ и̠х̠ т̠о̠ж̠е̠ б̠ы̠л̠о̠ н̠е̠ м̠а̠л̠о̠, и̠ н̠е̠и̠з̠в̠е̠с̠т̠н̠о̠ с̠к̠о̠л̠ь̠к̠о̠ е̠щ̠ë б̠у̠д̠е̠т̠. Н̠о̠, ч̠т̠о̠б̠ы̠ н̠е̠ п̠р̠о̠и̠з̠о̠ш̠л̠о̠, н̠а̠м̠ н̠у̠ж̠н̠о̠ д̠е̠р̠ж̠а̠т̠ь̠с̠я̠ в̠м̠е̠с̠т̠е̠, р̠а̠д̠и̠ н̠а̠ш̠и̠х̠ д̠е̠т̠е̠й̠, р̠а̠д̠и̠ д̠р̠у̠г̠ д̠р̠у̠г̠а̠. К этому моменту он уже успели вернуться у замку. Тут и там сновали слуги, а бегающий кругами Люк явно их искал. — Мама, Деймон, наконец-то, я уж подумал, что что-то успело случиться. Кэсси проснулась и торжество вот-вот начнëтся. Бейла и Рейна сейчас с ней, а нас выперли, потому что девчонкам видете ли нужно было обсудить свои секреты. — Мальчик обиженно поджал губы. — Милый, это же девочки, не стоит лезть к ним с расспросами — Если только не хочешь узнать, как правильно подводить глаза — Фыркнул Деймон. Все трое весело расмеялись. *** За обеденным столом собралась вся семья, все ожидали торжественного прихода именинницы. Двери распахнулись, и на пороге появилась Кэсси. На ней было алое платье с длинным шлейфом и лëгкая тиара с рубинами. Девочка несмело улыбнулась, видеть семью в полном составе для неë было непривычно. — Мой маленький дракон — Рейнира вышла из-за стола и подошла к дочери — Это великая радость, что все мы здесь собрались в такой важный день. Милая, ты моя опора и поддержка и не знаю, чтобы я делала без тебя. С самого детства ты никогда не оставляла меня одну, чтобы не случалось. И я люблю тебя, дитя моë, больше собственной жизни. Они крепко обнялись, последовали крики с поздравлениями и аплодисменты. Братья налетели на сестру, наперебой желая ей всего на свете. Затем подошли сëстры, девочки так сблизились за время похорон и безумно скучали по совместным вечерам в покоях. Затем подошëл Лейнор, он крепко обнял пусть и неродную, но дочь и негромко прошептал ей на ухо. — Ты справишься сегодня со всеми своими тревогами, маленький дракон. Когда наступила очередь Деймона, он впервые почувствовал, как трясутся руки. Он помнил свои скомканные слова с пожеланиями и тепло, когда они обнялись. *** Праздник подходил к концу, уже все вручили принцессе подарки, тосты произносились по второму, а в случае братьев, и по третьему кругу. Перед ужином, Кэсси вышла немного проветриться на балкон, нужно было собрать мысли в единую цепочку и, наконец, успокоиться. Негромкие шаги за спиной прервали еë размышления. — А вот и именинница, я тебя потерял — Деймон смущëнно улыбнулся — Хотел вручить тебе подарок наедине. В руки девочки опустился лëгкий гибкий меч. — Быть не может! Это же валирийская сталь! — Принцесса восхищëнно оглядывала подарок — О да, можно сказать, что это орудие — дочь моей Тëмной Сестры. Их ковали в одно время и в одном месте, я подумал, что для такого прекрасного воина, победившего даже своего дядю, этот меч — лучшая награда. — Спасибо — Кэсси взглянула на отца — Я правда очень тронута. В эти минуты обоим казалось, что многолетняя пропасть между ними, наконец, начала уменьшаться. *** За столом было шумно, дети веселились и обсуждали планы на следующие месяцы. Девочки и Деймон оставались на Драконьем Камне, и сейчас братья строили целые стратегии водных боëв, которые можно будет устроить. — Дорогие друзья — Лейнор поднялся со своего места — Я вновь хочу поблагодарить каждого, кто сидит сейчас в этом зале. Для меня невероятно ценно, что мы вновь вместе. Я хотел вам всем кое-что сказать. В своëм путешествие в Вольные Города я встретил одного человека, которого полюбил всем сердцем и хочу провести с ним свою жизнь. Но сегодняшние обстоятельства не позволяют нам быть вместе. Благодаря Рейнире, мне всë же удалось найти выход. Через месяц Лейнор Веларион погибнет ложной смертью, а я сам живой и невредимый отправлюсь на встречу своему будущему. Я понимаю, что для каждого из вас это заявление может отразиться болью и удивлением, но надеюсь на вашу любовь и понимание. — Мы поддерживаем тебя, Лейнор, ты многое сделал для нас и мы будем помнить об этом всегда — Твëрдо сказала Кэсси, братья по другую сторону стола согласно закивали. — И в связи с твоим отъездом, у меня тоже есть объявление. Девочка чувствовала, как дрожит Кубок в еë руках, но она крепко сжала пальцы, не давая страху поглотить себя полностью. — Наша семья, это удивительное сплетение самых разных судеб, многие из них были поломаны и вновь созданы. Но, чтобы не случилось, каждый из нас готов сделать всë, что угодно ради других. Всë это время я носила бремя выбора, от которого зависело слишком многое, но сегодня тот день, когда все карты окажутся на столе. До праздника я много говорила со своими братьями и сëстрами, и от нашего лица, я, как старшая дочь наследной принцессы даю своë согласие на брак между моей матерью Рейнирой и еë дядей Деймоном. Они прошли через многое, но любовь оказалась сильнее преград. Так пусть Семеро одобрят их союз так же, как одобряет его мы. Между взрослыми повисла тишина, только Лейнор, бывший в курсе маленького плана принцессы, счастливо улыбался. А затем зал взорвался одобрительныии криками со стороны детей этой большой, немного странной семьи. — Добро пожаловать в семью, отец — Улыбнулась Кэсс. И пусть за криками голос дочери был и не слышен, но Деймон понял еë. Эти слова стали главным начало его новой жизни.