ПРОЛОГ

— Малфой, слышал ли ты хотя бы слово из того, что я тебе только что сказала? Вглядываясь в прекрасный овал лица своей невесты Драко, лорд Малфой вспомнил два совершенно разных эпизода. Первый эпизод отозвался в его сердце острой болью. Даже после тринадцати месяцев со дня смерти отца память о нем вызывала у Драко прилив печали. Теперь ему будет недоставать этого источника силы и мудрости. Второй эпизод был скорее насмешкой над самим собой. Ему вспомнились слова его будущей свояченицы Дафны, однажды брошенные ему: «Больше всего на свете я мечтаю о том, чтобы в тот момент, когда твое сердце будет безраздельно принадлежать женщине, она разбила бы его на мельчайшие кусочки». «Нет, этого не будет никогда! Никогда ни одной женщине не удастся овладеть моим сердцем!» — Малфой, и ты удостаиваешь меня лишь этой насмешливой улыбкой в самом разгаре бала у леди Блэк! — Его невеста забылась настолько, что не заметила даже, как с ее ноги соскользнула туфля. Как обычно, красота леди Астории Грингаттс была слегка испорчена надутыми губками. Все его друзья, да и все высшее общество, находили эту ее привычку очаровательной. Вообще-то такая редкая красавица могла бы претендовать на то, чтобы весь мир был у ее ног. Но Драко это начинало раздражать. — Тори, если ты уронишь свою туфлю еще хоть раз, весь зал будет уверен, что мы ссоримся, — проговорил он, растягивая губы в улыбке и сузив глаза. Она судорожно обмахнулась веером, расписанным голубыми незабудками и посмотрела по сторонам. — Нас никто не слышит, — подняв подбородок, она ослепительно ему улыбнулась. — Каждый занят самим собой. А ты не танцевал со мной в этот вечер ни единого танца! Пожав плечами, он обернулся, лениво рассматривая людской водоворот бального зала. Гостей собралось так много, что порой было трудно понять, кто есть кто. Эти светские сборища всегда казались Драко утомительными. Но обязанность есть обязанность, и ее нельзя игнорировать, тем более теперь, когда он стал лордом. Так, по воле матери и согласно своим собственным намерениям он окунулся в жизнь светского общества, чтобы найти себе жену. Преемственность, должна быть сохранена. И в тридцать лет уже самое время обзаводиться наследниками. Он слегка смягчился. — Если ты устала, дорогая, то мы можем уехать немедленно, — поддразнил он ее, намереваясь пригласить ее на следующий тур вальса. — Да, уезжаем сейчас же! — резко ответила она. Он был сильно удивлен ее заявлением и искренне рассмеялся. — Боже мой, Тори! Я никогда бы не подумал, что ты добровольно покинешь такое мероприятия до его завершения. — Ты сделал все возможное, чтобы у меня разболелась голова. — Ее губы искривились.– Надеюсь, ты собой доволен! — И с гордо поднятым подбородком она покинула зал под пристальными взглядами присутствующих. Он последовал за ней. Щеки ее пылали. Свет канделябров отражался на ее золотых локонах, а изящество, с которым она себя держала, свидетельствовало, что перед вами настоящая леди. Сначала ее обиды и выходки казались Драко забавными. Сейчас же он начинал думать, не скрывается ли за этим что-либо еще. Но отступать уже поздно. Помолвка — это обет, который не может быть нарушен никогда. Улыбаясь и грациозно кивая толпе, собравшейся перед домом, Астория спустилась по ступеням. Драко хотел было убедить себя еще раз в правильности выбора невесты — так хорошо Тори играла роль леди, как она все испортила. — Надеюсь, что на балу у леди Лонгботтом ты будешь более внимателен, Малфой, — прошипела она. Он не ответил, пока они не оказались в экипаже, где ему неожиданно пришла идея сказать: — Меня там не будет, моя дорогая. — Что это значит? — В ее крике, который был хорошо слышен всем собравшимся вокруг ландо, не было ничего от леди. — Завтра я уезжаю в Шотландию. В школу Хогвартс мне необходимо встретиться с профессором Снейпом. — Воодушевленный этой идеей, он слегка коснулся кончика ее носа.– Не волнуйся, Тори, я вернусь перед свадьбой. — Перед свадьбой! — Она в изумлении прижала руки к груди. — А как же бал у леди Лонгботтом? Ведь это самое важное событие сезона! — Неужели? — Он не мог удержать презрительной улыбки. — Наша помолвка не дает тебе права игнорировать и бросать меня, когда тебе этого захочется.– Ее голос поднимался с каждым словом. — Поездка в Хогвартс займет у меня всего две недели. — Желая побыстрее отъехать от дома, он тронул кучера за руку. — Без сомнения, один из твоих поклонников будет счастлив оказаться на моем месте и не позволит тебе скучать. Но кучер оставался на месте, перед входом, освещаемым фонарями. — Если ты не будешь сопровождать меня на бал к леди Лонгботтом, я объявлю о расторжении нашей помолвки, — грозно заявила она.– Ты слышишь меня? — Слышу. И не только я, но и все присутствующие. Ее бледно-голубые глаза расширились от ужаса, когда она вдруг поняла, что они окружены гостями, которые с интересом прислушивались к их разговору. Бросив ему взгляд, полный неподдельного отвращения, она забилась в самый дальний угол экипажа и закрылась веером. — Рон! — Рычание Драко, наконец, привело кучера в чувство, и они покатили вперед. Гости отступили назад, уступая дорогу. Игнорируя их заинтересованные лица, Драко непринужденно расположился в экипаже, пока лошади не свернули за ближайший угол. Он вновь наклонился вперед и тронул плечо Рона. — Остановись здесь! Доставь леди домой. Я пройдусь до дома пешком. — Он повернулся к Астории и поцеловал ее руку. — Доброй ночи, Тори. Увидимся, когда я вернусь. И, конечно, я соглашусь с любым твоим решением по поводу нас. Драко посмотрел ей в лицо и уловил момент, когда она поняла, что проиграла. Он должен был испытывать угрызения совести, что так умело поставил ее на место. Но почувствовал только облегчение. Его шаги наполнились новой энергией. Наконец-то! Вот она, возможность избежать этого брака. Драко прошел прямо в свое крыло дома. Разбудив камердинера, приказал подготовить вещи к отъезду до рассвета. Симус не задавал вопросов о причинах такого неожиданного решения; он слегка приподнял брови и поинтересовался, нужны ли его светлости багажные повозки. — Нет! — Он был охвачен предчувствием свершения чего-то значительного. Ему хотелось ощутить на своем лице бодрящий ветер и чувствовать под собой мощного коня. — Я еду верхом, не ищи меня, пока не доберетесь Хогвартса. Он натянул на себя одежду для верховой езды. Теперь, когда Драко решил уехать, ничто не должно препятствовать его отъезду. Но прежде чем уехать, он должен зайти в библиотеку. Выпив залпом стакан вина, он сел за темный ореховый стол, чтобы написать записку для матери. Драко не хотел ее будить в эти ранние часы. Как будто прочитав его мысли, мать стояла перед ним. Запах роз наполнил воздух. Ее белые волосы были собраны в длинную косу, открывая ее невероятно красивое даже в этом возрасте лицо с голубыми сияющими глазами. — Я знаю, что ты уезжаешь в Шотландию. Если ты не вернешься через две недели, Астория расторгнет помолвку. — Мягкая речь матери едва ли могла его разозлить. Он никогда не мог понять, как ей удается всегда все знать. — Мельница сплетен крутится даже в эти часы! — Он подошел к матери, чтобы поцеловать. — Я не сомневаюсь, что ты знаешь, что будет завтра, не говоря уже о том, что было два часа назад. — Не волнуйся, дорогой, я понимаю, что ты должен уехать. Что ни делается, все к лучшему. — Ты хотела этого брака, мама, — сказал он мягко. — Это было решено до того, как ты появился на свет, но никто не сможет заставить тебя, Драко. — Она подошла к книжному шкафу и, найдя том в темном кожаном переплете, протянула ему. — Ты собираешься в большое путешествие. — Мама, я… Слегка ущипнув его за щеку своими изящными пальцами, она пристально посмотрела в глаза сына. — Скажи, а ты сам знаешь, что ищешь? Серые глаза встретились с голубыми. Теперь, как, впрочем, и всегда, было невозможно сказать ей неправду. — Нет. Но я буду знать, когда это найду. Тогда я вернусь исполнять свой долг.