Часть 3

Первое, что Драко услышал, придя в себя, был мелодичный звук женского голоса, который наполнял его необъяснимым блаженством, как будто он вплывал в другой мир. Прикосновение нежных пальцев вызвало дрожь его до сих пор бесчувственных век. Пальцы продолжали двигаться вдоль щеки, лаская. Он чувствовал чье-то тело, склоненное над ним, теплое дыхание на своем лице, а затем легкое прикосновение губ к своей щеке. — Дорогой Драко, я не буду знать ни минуты отдыха, пока ты не будешь моим. В ее словах звучали всхлипы. Он опять боролся с беспамятством: кто этот ангел, зовущий его из темноты? Он чувствовал его парение над ним; с большим усилием он поднял веки. Темнота рассеялась, и он увидел перед собой занавес из темно-каштановых волос. — Мне кажется, что я и так твой, дорогая, — прошептал он ей сухими губами. — Драко, ты проснулся! — выдохнула Гермиона, вглядываясь в его лицо широко открытыми карими глазами. Глаза девушки были так близко, что он мог рассмотреть чуть ли не каждую ее ресничку. И все же он не мог сосредоточиться. Драко. Да, его зовут Драко. Острая боль пронзила его голову, когда он слегка повернулся, чтобы рассмотреть вскочившую с кровати девушку. Волосы ее упали каштановой гривой, обрамляя бледное лицо, на котором выделялись карие глаза. Она выглядела, как дикое существо из леса, готовое исчезнуть при малейшем движении. — Сэр, я так рада, что вы пришли в себя! — раздался еще один женский голос. Он повернул голову и увидел круглое сияющее лицо женщины, которая прижимала руки к своей обширной груди. — Мистер Стенфилд, я уверен, что мы все очень рады вашему чудесному выздоровлению. Драко медленно перевел взгляд на мужчину в темном костюме для верховой езды, стоящего в ногах кровати. Его разум все еще был затуманен сплошным хаосом, но он сумел рассмотреть презрение в глазах мужчины. — Я — лорд Кормак Маклагген, ближайший сосед Гермионы. — Его полные губы скривились в легкой улыбке. — Я хочу поздравить вас и Гермиону с помолвкой. Обе женщины затаили дыхание. Драко повернулся слишком быстро, боль пронзила глаза, разрушая видение. Заметив его гримасу, женщина помоложе — кажется, Гермиона? — снова скользнула к его кровати. — Не утомляйся, — проговорила она. — Сейчас мы уйдем. Я вернусь чуть позже, чтобы покормить тебя. — Спасибо, — выдохнул он, когда она, увлекая всех за собой, вышла из комнаты, осторожно закрыв дверь. Драко стал рассматривать маленькую сводчатую комнату. Изящные занавески, коробка розового дерева для драгоценностей и несколько флакончиков духов на комоде говорили о том, что это женская обитель. Заметив тусклое зеркало над умывальником, он откинул покрывало. Ему пришлось приложить гораздо больше усилий, чем предполагалось, но Драко преодолел это короткое расстояние. Держась за дубовую поверхность умывальника, он всматривался в свое отражение. Спутанные светлые волосы обрамляли сильное лицо, кожа была покрыта кровоподтеками. Нос и рот удлинились. Он не был недоволен увиденным. Просто на него смотрел незнакомец. Да и все вокруг было незнакомо ему: место, комната, люди. Закрыв глаза, он попытался что-нибудь вспомнить. Но у него ничего не получилось. Снова открыв глаза и рассматривая незнакомца в зеркале, Драко вспоминал, что же он знает. Его зовут Драко. Да, это… правильно. Он был помолвлен. Вернувшись в пустоту своих мыслей, он каким-то непостижимым образом вспомнил, что не любит свою невесту. Проклятье! Почему он не может вспомнить! Его гнев отозвался такой острой болью, что он задержал дыхание. Волна слабости нахлынула на него. Ему не оставалось ничего другого, как, повернувшись, снова лечь в узкую постель. Через несколько минут дверь медленно отворилась. Вошло то волшебное существо, которое, несмотря на поднос с чашей супа, огромным куском хлеба и стаканом молока, было почти невесомым. Рассмотрев содержимое подноса, он поднял правую бровь. Но тут же пожалел об этом: острая боль отозвалась в голове. — Я бы предпочел бренди. — Его голос прозвучал громче, чем прежде. Тонкое лицо девушки засияло улыбкой, наполнив искорками карие глаза, глубокие ямочки появились по обе стороны ее вишневых губ. — Я и не сомневалась в этом, — рассмеялась она, и ее мелодичный голос отозвался в его больной голове. — Но, пока не пришел доктор, боюсь, что не смогу предложить тебе этот напиток. Поставив поднос на подставку позади кровати, она расправила салфетку под его подбородком. — За доктором пошел дядя Артур. — Гермиона, как долго мы помолвлены? Его прямой вопрос согнал с ее лица улыбку, и он увидел на ее виске пульсирующую жилку. «И как я мог не любить такое очаровательное существо?» — Драко, я должна сказать… Но ее прервал звук открывающейся двери. — Гермиона, пойди встреть доктора, он пришел нашего больного. Боль отбросила Драко назад, когда он попробовал подняться. — Джордж! — с облегчением вырвалось у него. Наконец-то хоть один знакомый человек! Его восторг длился секунды. Жилистый человек с огненно-рыжими волосами покачал головой. — Нет, парень, я — Артур Уизли, дядя Гермионы. Разочаровавшись, Драко закрыл глаза, нахмурив густые брови. Он знал кого-то по имени Джордж, который был очень похож на дядю Гермионы. — Ну, сэр, давайте-ка посмотрим, как наши дела. Голос доктора вернул его в новый мир, в котором был мужчина, заставивший напрячь его память, и невеста, выглядевшая испуганной до смерти. Бросив на него прощальный взгляд, в котором была тревога, она вышла из комнаты. Незнакомый доктор улыбался. — А теперь, сэр, расскажите мне, как вы себя чувствуете. Драко поймал на себе пристальный взгляд Артура Уизли, прежде чем его глаза остановились на дальней стене. — Мне кажется, что какое-то событие лишило меня памяти. — Медленная речь испугала его. В следующую минуту он улыбнулся, усаживаясь поудобнее в подушках. Эти слегка саркастические нотки были его. — Я не помню ни этого места, ни того, кто я. — Гермиона, что ты наговорила? Этот несчастный был изумлен, когда услышал о вашей помолвке. Я едва не провалилась на месте от стыда! Для чего ты рассказала лорду Кормаку такую возмутительную ложь? Молли досаждала Гермионе вопросами, пока они шли из спальни. Попалась в собственную сеть! Но ей незачем бояться Молли. Она все поймет, когда Гермиона объяснит все ей и незнакомцу. — Лорд Кормак был… — при одном воспоминании о его прикосновении она содрогнулась. — … несносным. И… и все получилось само собой. — Она сама удивилась своей лжи. — Я подумала, что, если Драко не придет в себя, я использую его жеребца для разведения и заложу его кольцо, пока мы будем искать его семью. А так как он пришел в себя, я все ему расскажу и буду ждать его суда. Я уже хотела сказать ему, но меня прервали. — И слава Богу, что вас прервали, если вы собирались сказать моему пациенту что-либо, что расстроило бы его! — суровый голос доктора заставил Гермиону замереть на месте. Его взгляд испугал ее. — В чем дело? Ему что стало хуже? — Нет-нет, Гермиона. — Артур успокаивающе положил руку на ее плечо. — Послушай, что скажет нам доктор Сметвик. Доктор обвел их всех строгим взглядом. — Мы столкнулись с серьезной проблемой. С очень серьезной проблемой! — Он сделал решительный кивок головой. — Ранение повлекло за собой потерю памяти у мистера Стенфилда. Все, что он помнит, — это имя Драко, друга Джорджа, который был очень похож на Артура, и свою помолвку с Гермионой. — Что? — Сердце Гермионы пропустило удар. Воздух, казалось, разрядился вокруг нее, она вздохнула. — Но мы не… Подняв ладонь, доктор остановил поток ее слов. — Я не знаю, что здесь происходит, молодая леди. Я знаю только, что лучше для моего пациента. Потрясений быть не должно. Что бы ни случилось! — подчеркнул он, поймав изумленный взгляд Гермионы. — Какой бы ни была правда о его прошлом, он должен вспоминать все сам. В противном случае, боюсь, что это приведет к воспалению мозга. Вот тогда мы потеряем его. — Он смягчил свои слова улыбкой. — Теперь давайте ему все, что он пожелает. Я слышал, что он говорил что-то насчет бренди. Немножко ему не помешает. — Я сейчас же принесу! — Подобрав подол юбки, Молли побежала вниз по узким ступеням. — Я буду его навещать. — Посмеиваясь, доктор спускался за ней. — Если вы будете следовать моим указаниям, в моем присутствии необходимости не будет. Не теряя времени, Артур уставился на Гермиону из-под густых песочных броней. — Гермиона, девочка, расскажи мне всю правду. Она рассказала ему, все так быстро, как только могла, ощущая, как чувство вины жжет ее душу. Всхлипывая, она закончила. — Гермиона, девочка, предоставь лорда Кормака мне! Долги твоего отца также и мои долги. Он старался осуществить мечту нашей юности. — И думал обо мне. — Она схватила протянутые руки дяди. — Он хотел оставить мне что-нибудь существенное взамен того, что, как ему казалось, я потеряла. Я только хочу, чтобы мы не потеряли того, чего он добился тяжелым трудом. — Гермиона, девочка моя, мы найдем способ рассчитаться с лордом Кормаком. Даже сгоревшая конюшня не будет нам помехой. Согретая его прикосновением и словами, она кивнула. — Сначала мы должны подумать о нашем долге Драко. Я клянусь, что помогу ему вернуть память, чтобы признаться в своей лжи. Он поймет меня, правда, дядя? Человек, который остановился, чтобы помочь незнакомым людям справиться с пожаром… Увидев появившуюся Молли, Гермиона замолчала, а затем схватила у нее графин с бренди и стакан. — Я отнесу сама. Теперь ею руководила вина и новая цель. Широко улыбаясь, она открыла дверь. Драко поднялся на кровати выше, так что были видны его волнообразные мускулы в разрезе ночной рубашки Артура. Она с трудом отвела от него взгляд. Очевидно, он поверил в ее ложь и держался вполне естественно. Но этого никак нельзя было сказать о Гермионе. — Новое лекарство для вас от доктора, сэр. — Она присела в реверансе, передавая ему стакан, стараясь побороть свое напряжение. Внимательно наблюдая за ней, он выпил содержимое стакана. Уголки его длинного рта поднялись в улыбке: — Еще одно вернувшееся воспоминание. Я люблю бренди гораздо больше молока. Опускаясь в кресло позади кровати, она ответила ему улыбкой, почувствовав облегчение. — Я знаю, что ты не помнишь очень многого, И хочу помочь тебе вернуть память. За те несколько минут, что ее не было, его выразительные глаза стали смотреть гораздо осмысленнее. Он остановил свой ясный взгляд на ее лице. — Твой дядя сказал мне, что я в вашем доме в Нагорье. Расскажи мне о происшествии. Как долго я здесь нахожусь? Когда мы стали женихом и невестой? Предостережение доктора звучало в ее ушах, она осторожно подбирала слова: — Я не хочу терзать тебя воспоминаниями, доктор сказал, что они должны возвращаться постепенно. — Она ушла от его вопроса. — Не хочешь ли ты послушать о случившемся? Ты вел себя так смело в то утро! — Ее мягкий голос приобрел силу, она верила, что, рассказывая об этом, она может быть правдивой. — Конюшня была сущим адом, но ты был бесстрашен. Мы бы не смогли спасти всех лошадей без твоей помощи. Ты выводил двух последних жеребят, когда на тебя упало бревно. Он нахмурился: — Я чувствую, что я люблю лошадей. Все были спасены? — Да, благодаря тебе! Ты помнишь своего жеребца? Он самый прекрасный из всех арабских скакунов, которых я когда-либо видела! Его прикрытые глаза превратились в узкие щели, он размышлял. — Проклятье! Ничего не помню. В его открывшихся глазах Гермиона увидела разочарование, такое же, как и в его голосе. Испугавшись белой линии, появившейся вокруг его рта, она пыталась найти способ успокоить его. — He мучай себя. Память вернется постепенно. Вдруг, воодушевившись, она быстро подошла к коробке с драгоценностями и вернулась к постели с тяжелым кольцом в руке. — Это твое кольцо. Оно тебе напоминает что-нибудь? Осторожно взяв кольцо, он провел кончиком пальца по гербу, ощутил тяжесть золота. — Оно кажется хорошим. Слишком богатое для меня. — Он посмотрел на нее печальным взглядом. — Но оно ни о чем не говорит мне. Храни его. Оно будет мне только мешать, когда я буду работать. Потянувшись, он взял ее руку, положил кольцо на ладонь и накрыл его пальцами. — Завтра я встану. Нужно восстанавливать конюшню. Мысль, что он собирается помогать им, сразила Гермиону. — Ты не должен этого делать. Тебе нужно отдыхать и восстанавливать силы. — Я верну силы быстрее, если буду на ногах. — Он расправил свои широкие плечи, рубашка распахнулась шире, она увидела мускулистую грудь. — Моя обязанность, как твоего будущего мужа, помогать тебе. Более того, разве этот дом не будет нашим, после того как мы поженимся? Чувствуя невозможность произнести еще одну ложь, Гермиона просто кивнула, испугавшись охватившей ее паники. — Уже слишком поздно. Тебе нужно отдыхать. Увидимся утром. Она выбежала из комнаты, но у двери оглянулась и увидела, как он нахмурившись смотрит ей вслед. И ее он тоже не помнит! Конечно же, нет. Но почему он принял их помолвку с такой легкостью? Даже говорил, что это одно из немногих его воспоминаний. Должно быть, он действительно с кем-то помолвлен, кто-то, должно быть, беспокоится о нем, скучает. Открыв сжатый кулачок, она всмотрелась в золотое кольцо. Она знала, что делать. --------------------- — Что же мне делать? — причитала леди Астория, расхаживая по абиссинскому ковру в комнате для утренних приемов и доме Малфоев. Ее шаги были так энергичны, что лиловые оборки ее платья развевались, открывая ботинки. — Завтра большой бал у леди Лонгботтом, а Драко не вернулся! Негодяй! Все общество слышало мои угрозы разорвать помолвку. Мне сообщили о пари у Забини, что я сделаю это до полуночи! Как же мне быть? Ее последний возглас был таким громким, что Криви выглянул из холла. Ее светлость леди Малфой постаралась заглушить свои тревоги о сыне Драко и заняться другой проблемой — леди Асторией, его невестой. — Тори, дорогая, скажи мне, что бы ты хотела сделать? — Я хочу поехать на бал к леди Лонгботтом! Пылающее лицо Астории было глубоко печальным. Эта девушка была не правильным выбором для Драко. Несмотря на то, что их семьи дружили уже веками и их брак был решен давным-давно, Драко не заставляли следовать этому обычаю. Неужели он поверил, что из этой бесформенной глины он сможет вылепить свой собственный сосуд? Она хотела только, чтобы Драко имел то, что имели она с его отцом. Есть ли где-нибудь женщина, которая может завладеть его вниманием? Леди Малфой знала, что, если такая женщина существует, ей придется бороться со многими препятствиями, устроенными ее сложным сыном, но приз, если будет выигран, стоит того. Раздраженная девушка, стоящая перед ней, не была женщиной ее сына. Она знала это так же хорошо, как и то, что Тори достойна лучшей участи. Понимая, что ее молчание может быть воспринято как грубость, леди Малфой улыбнулась. — Тори, я полностью понимаю твое положение. Конечно, ты могла бы попросить одного из твоих поклонников заменить Драко. Но это только даст пищу для новых разговоров. Без сомнений, у Забини поспорят на то, что ты выбрала другого. — Итак, вы видите, что я в безвыходном положении! — Девушка искренне, всхлипнула, ее глаза наполнились злыми слезами. Леди Малфой поднялась, чтобы утешить ее. В этот момент бесшумно отворились двери. — Ваша светлость, к вам лорд Поттер, — объявил Криви глубоким голосом, придававшим важность каждому произнесенному им слову. — Какой случай! — вздохнула леди, откидываясь на спинку зеленого бархатного дивана. — Ты посетишь бал с лордом Поттером. Он троюродный кузен Драко. Для него будет так естественно быть доверенным лицом Драко в его отсутствие. Она увидела, как эта идея уже нашла свое одобрение в глазах Астории, прежде чем Поттер вошел в комнату. — Гарри, мы как раз говорили о вас. Леди Астория и я надеемся, что вы окажете нам огромную услугу. — Для двух таких очаровательных дам — все что угодно! — заявил он с галантностью. — Мы хотим, чтобы вы были доверенным лицом Драко и сопровождали завтра леди Асторию на бал к леди Лонгботтом. Только на мгновение зеленые глаза Гарри наполнились тревогой, спустя минуту он успокоился. — С большим удовольствием. — Он сделал поклон в сторону Астории. — Хорошо. — Астория сменила гримасу. — С нетерпением жду этого, сэр. — Кивнув, она вышла из комнаты. Леди Малфой встретилась глазами с Гарри, и они оба понимающе улыбнулись. — Старина Драко будет «за», когда вернется, — рассмеялся Гарри. — Вы что-нибудь слышали о нем, леди? Лондон — такое унылое место без него. Тревога вернулась. Это совсем не в правилах Драко быть таким беззаботным. Обычно он сообщал ей обо всех местах своего пребывания, или, по крайней мере, один из его слуг всегда находился с ним. Но даже Кроули, который нетерпеливо ждет в Хогвартсе, не знал, где Драко. Казалось, что ее сын исчез.