Глава 2

      Малфой, кое-как добравшись домой, так как аппарировать с травмами было опасно, зашёл в гостиную. Там уже сидели мать и Блейз.       — Драко! — воскликнула женщина.       Руки матери мягко обнимали его. Тепло, которым чуть ли не светилась миссис Малфой, завораживало. Она притягивала. Ей хотелось раскрыться, показать душу. Ей хотелось доверять.       Однако доверять ей следовало лишь тем людям, что не хотели причинить вреда еë семье и близким. Драко до сих пор помнит, как отец привëл какого-то коллегу и тот рассказал Нарциссе обо всех своих коварных мыслях. На следующий день мистер Малфой отправился на похороны.       — Всë хорошо, мам, правда.       — Нет, чëрт возьми, нехорошо! — Блейз вскочил со стула, опрокинув его.       — Diabhal, cara, избавь меня от своих нравоучений, — Забини никогда не нравилась идея с гонками, и он задалбывал этим Драко. Его пугала не нелегальность данного мероприятия, а то, как Малфой терял голову, иногда выкидывая такие виражи, что его друзья хватались за сердце.       — Во-первых, — миссис Малфой строго взглянула на сына, — не смей использовать мой родной язык для ругательств, а во-вторых, daor Блейз прав.       Драко закатил глаза и громко фыркнул. Его раздражало, что мать поддерживала друга. Хоть где-то в глубине души он и понимал, что весьма халатно относится к жизни, снаружи он лишь отмахивался от их предупреждений и советов.       Рядом раздался хлопок. Тео. Наконец-то. В одной руке он держал колбу с розовой сверкающей жидкостью, а в другой золотой кубок.       — Та-ак, — протянул Нотт, — это тебе выпить, а это на полочку.       Драко удивлённо вскинул брови.       — Это была несложная победа, — он взял кубок. — Ну и зачем мне понос единорога?       — Это, — Блейз протянул ему зелье, — не дресня единорога, а эликсир для твоих бедных костей, которые, как мне кажется, скоро будут состоять из зелий.       Малфой открыл колбочку. Сделал глоток. Жидкость оказалась слишком сладкой и густой.       — Níl sé go maith a cheat, Блейз. Скажи, вот тебе было не лень собирать это из-под единорогов?       — Non conosco L'irlandese, — Забини начало раздражать, что он не понимает пятьдесят процентов речи друга.       — Что?       — Может, хватит переключать языки? — Теодор обожал смотреть, как его братья пытаются доказать друг другу что-то. При этом один делает это на ирландском, а другой на итальянском.       Вдруг Драко резко опустился на стул, согнувшись пополам. Боль, цепляясь и сдавливая органы и кости, проползала по всему телу. Голова закружилась, в глазах потемнело. Так же резко, как наступила, боль закончилась. Перед Малфоем на коленях сидела мать и обеспокоенным взглядом смотрела на него. Синева спала с руки. Кость срослась. Лопатка теперь не болела.       — Попей воды, будет легче, — Тео протянул хрустальный стакан.       Драко сделал пару глотков. Его отпустило. Как и троих людей рядом.       — Теперь точно всë хорошо, — он упрямо посмотрел на Блейза.       Забини лишь покачал головой. Он никогда не был особо серьёзным человеком, просто к концу недели усталость брала верх. Тем более первая неделя месяца со всеми прилагающимися.       Драко, увидев кислые лица друзей, вскочил и толкнул каждого в плечо. О, да. Вот так началась малфоевская гоночная карьера. С этих догонялок, которые были у братьев с самого детства. Трое двадцатидвухлетних парней сейчас просто носились по всему Малфой-мэнору, обгоняя друг друга и сворачивая в разные коридоры.       Драко, бежавший впереди, завернул в западное крыло особняка. Здесь он почти никогда не был, так как тут находятся кухни, спальни для эльфов и другие служебные комнаты. Ещë здесь была огромная лестница. И вела она совсем не в сказку, а в леденящие подвалы, таившие в себе бесконечные пытки невинных, к рвущим на куски душу крикам непростительных, к таким близким голубым глазам, испорченным не сходящими с них слез.       Он тряхнул головой. Воспоминания об ужасах войны почти пропали, но всë же иногда являлись во снах кошмарами. Однако жизнь Драко наладилась, и он наслаждался ею, отрываясь на полную.       Драко ворвался в комнату, не успевая закрыть дверь. За ним влетели Блейз и Тео. Они вместе упали на кресла-мешки и залились заразительным смехом.       — Ладно, ладно, — Забини поднял руки в примирительном жесте. — Признаю, бегаешь ты и правда быстрее меня.       Тео кивнул, соглашаясь. Малфой легонько стукнул друга в плечо и встал, оглядывая комнату. Он никогда здесь не был.       Они находились в огромном зале. Справа от входа было три ряда кресел из тëмного дуба, обтянутых чëрным бархатом. Дальше были расставлены самые разные музыкальные инструменты. Тут были и маленькие аккуратные скрипки, и классические гитары с вырезом катавей, и даже несколько маракасов, украшенных красочными мексиканскими узорами. Слева были несколько кресел-мешков чëрно-серого цвета, небольшой журнальный столик и внушительных размеров сцена. По бокам от неë тянулись две лестницы. Кулисы были выполнены из того же чëрного бархата, что и сиденья в зале. На сцене было две барабанные установки и роскошный чëрный лакированный рояль.       От этой комнаты у Драко захватывало дух. Когда он был маленьким, его музыкальным образованием занимались лучшие учителя Британии. В уже более взрослом возрасте он научился играть на разных гитарах. Осознавая, что умеет извлекать музыку из всего, что здесь есть, он с гордостью проходил между рядами инструментов, нежно касаясь кончиками длинных пальцев их поверхности.       Парень поднялся по ступеням на сцену и подошëл к самому прекрасному предмету — к роялю. Руки, вспомнив заученные движения, легко запорхали по клавишам, воспроизводя ненавязчивую мелодию.

***

      Гермиона вернулась домой. «Паршиво», — единственная мысль, промелькнувшая в голове, прежде чем девушка, сняв униформу, легла на кровать. Казалось, тело было пропитано усталостью. Каждая клеточка еë истощённого организма ждала отдыха, ждала этого момента, когда можно просто лечь и нормально поспать.       Однако ебаный сон решил, что сейчас не время. Зарычав от злости, Гермиона резко встала. Несколько прядок волос упали ей на лоб. Один. Один выходной. И именно сегодня еë организм протестовал против сна.       Что могло помочь ей хоть немножко отдохнуть? Натянув первые попавшиеся майку и штаны, она вышла во двор своего маленького домика.       Золотистый автомобиль красиво переливался в утреннем свете до сих пор тëплого солнца. Вроде, собравшись как-то в поход с Джинни, в который они, кстати, так и не пошли, она купила компактный раскладной шезлонг. С тех пор прошло несколько месяцев, а она так и возила его в багажнике.       Даже тут у Гермионы был порядок. Она не просто скидывала сюда вещи, нет. Тут стояли разные коробочки и сумки для хранения. Слева от шезлонга она заметила весьма потрёпанную чëрную спортивную сумку. Аккуратно открыв еë, девушка открыла рот от удивления и внезапно появившейся идеи.       В сумке лежали черные штаны карго. Более спортивной формы, нежели те, что она носила сейчас. Она отложила брюки и достала немного потëртую y2k чëрную худи. Следующим лотом был чëрный шлем. Девушка тихонько сползла на землю.       Сейчас она держала не обычные вещи, сейчас в еë дрожащих руках лежало воспоминание о той жизни, к которой было больно возвращаться. К жизни до войны.       Гарри и Рон — лучшие друзья, с которыми она проводит много свободного времени, смеясь над их шутками и упрекая за безразличие к куче домашнего задания. Джинни — лучшая подруга, которой она не объясняла, «как дожить до завтра», а всего лишь обсуждала девушек из параллели.       Мама, дарящая редкие улыбки в их морально убитом доме. Отец. Просто отец, избивающий жену и грозящий дочери. Но в хорошем настроении просто папа, обучающий Гермиону вождению, психологии и воспитывающий в дочери характер.       Солëная дорожка соскользнула с еë щеки. Она быстро стëрла еë ладонью.       Она просто ещë не оправилась от травм прошлого. Сначала безжалостный отец, потом война, разбитые мечты, снова отец и вот теперь жизнь сурка. Класс. Так и не скажешь, что это жизнь человека, до ужаса любящего жить, дышать и получать эмоции, очень яркие эмоции.       Решение пришло мгновенно. Гермиона забежала в дом и, скинув домашний наряд, надела до дрожи во всëм теле родную одежду. В прихожей еë ждали любимые чëрно-белые джорданы. На дне сумки, которую она оставила валяться на траве, лежала пара перчаток без пальцев. Быстро натянув их, Гермиона подошла к гаражу. По правде сказать, здесь она бывала редко. Последний раз — около двух лет назад. Когда только-только переехала сюда.       Из темноты гаража на неë смотрел Kawasaki Ninja H2R. Один из самых лучших спортивных мотоциклов. Также один из самых дорогих. Однако Гермиона совсем не жалела, что потратила все данные министерством деньги на него и машину. Она улыбнулась. Наверное, сейчас ей это необходимо.       Девушка надела шлем. Когда дом был заперт, и замочек на ключах от Range Rover закрыт, она посмотрела на простирающуюся впереди дорогу. Самая важная деталь. Гермиона присела на одно колено перед мотоциклом, прислонившись лбом к нему. Вдох.       — Ну что дружок, пора.       Перекинув одну ногу на другую сторону, она завела мотор. Пара секунд, ветер в ушах и абсолютно счастливая Гермиона.

***

      Блейз завороженно смотрел на то, как пальцы Драко, размеренно двигаясь, создают шедевр. Классическая мелодия лилась из инструмента, поражая своей утончённостью и величием. Малфой закончил игру и хрустнул шеей.       — Это было прекрасно, — Тео даже выпрямился.       — А на чëм ещë ты умеешь играть? — Блейз надеялся на ответ «на всëм», так как его друг играл на инструментах так же великолепно, как и водил.       — Гитары, все, скрипки и барабаны, — обведя взглядом комнату, ответил Драко.       — Охренеть, я хочу услышать, — Забини и Нотт смотрели на него, как на самого Мерлина.       — Не сейчас.       Теодор, встав с кресла, подошëл к гитарам и выбрал одну цвета дуба с металлическими струнами. Поставив аккорд и проведя пальцами по струнам, он резко заглушил звук.       — Слушайте, — медленно протянул Тео, — а может, нам группу забабахать?       — Что?       — Нет, ну, если так подумать, — парень стал наигрывать тихую мелодию, — я владею гитарой и барабаном, у Блейза хорошо поставленный голос и барабан, про тебя я вообще молчу, — он слегка кивнул в сторону Малфоя.       — Ну и что? Нам же придётся песни придумывать, нужно будет найти гримёров, стилистов и так далее, — Драко, взяв гитару, подстроился к звучанию Тео.       — Ну, нам не обязательно придумывать песни. Магические песни слушаются только после полностью выпитой бутылки огневиски, а магловские у нас не звучат, можно их продвинуть, — Блейзу начала нравиться задумка.       — Позовём Дафи и Пэнси, они устроят тебе и грим, и костюмы, и декорации, — Тео закончил песню и отложил гитару, уставясь на Драко.       Малфой лениво водил пальцами по грифу. Он ещë с детства имел мечту стать популярным певцом. Оттуда и была мотивация к занятиям музыкой и вокалом. А что если рискнуть? Может, стоит исполнить мечту?       В подвале его мозга зашевелилась спрятанная в потрёпанную коробку цель. Идея с названием группы, еë состав и песни в репертуаре, всë это всплыло чёткими образами в его сознании. Щелчок. Теперь отброшенная лет в пятнадцать мечта стала идеей-икс.       — Давайте.       — Драко, это будет твоя группа, ты готов к этому? — Блейз посмотрел прямо в ледяные глаза.       — Да.       Он прекрасно понимал, что, будучи талантливым, он обречëн на лидерство. Однако так ли страшен этот приговор? Нет. Ему не страшно. Вот только в мыслях он был не один. С ним была девушка. Солистка. Его правая рука, второй главный голос.       — Нам нужна солистка, — он внимательно изучал поржки на грифе, затем поднял взгляд и уставился вперёд, — девушка. Второй лидер. Королева, — тихо добавил он.       Нет у него знакомой девушки с музыкальным образованием, которой он мог бы довериться, как… как… себе. Парни опустили головы. Они были наслышаны его детских речей.       — Если нам нужна Королева, значит, теперь мы Dracs? — Тео молча сидел, погруженный в себя.       — Да, — идеальное название для <i>Его группы.       — У меня есть предположение насчёт того, кто бы стал ей, — Нотту срочно нужно было переговорить с несколькими знакомыми девушками.       — Хорошо, — Драко кивнул.       — Значит, кастинг? — Блейз хитро улыбнулся.       — Походу. Тео, надеюсь, мы сможем увидеть претенденток в скором времени.       — Будет сделано, сэр, — смеясь, ответил Теодор.

***

      На следующий день.       «Мисс Гермиона Джин Грейнджер — обладательница ордена Мерлина, героиня войны, лучшая работница отдела Магического правопорядка в направлении Магической полиции — сегодня ночью со своим отрядом задержала банду нелегальных гонщиков, устраивающих заезд прямо на Уайт-холл. В числе задержанных были известные лица магического мира: такие, как Теодор Нотт, Блейз Забини и Драко Малфой. Мистер Забини и мистер Нотт в своих показаниях рассказали, что мистер Малфой заставил их прийти поддержать его. Их отпустили. Мисс Грейнджер взяла мистера Малфоя под личный контроль».       Да, после ухода Риты Скитер «Пророк» стал обычной новостной газетой без всяких сплетен и двусмысленных текстов. Новая девушка по имени Шерон Мэннинг была принята публикой очень тепло.       Гермиона прочитала следующую статью. Кажется, она была про кухню Италии, и девушка решила вечером побаловать себя лазаньей. Она давно не готовила нормальные блюда, обычно на завтрак пила кофе, обед вылетал из еë дня, а ужинала она разогретыми в микроволновке полуфабрикатами.       На телефон пришло уведомление. Писал босс.       «Грейнджер, вчера ты сработала оперативно. Я не знаю, зачем тебе вся эта морока с Малфоем, но это теперь твоë дело, моë лишь выделить тебе сто галеонов. В качестве компенсации и благодарности за работу».       Через пару секунд высветилось сообщение от банка. Ответ начальнику всегда был в буфере.

      «Всегда готова служить полиции».

      Гермиона собралась и выехала на работу. Доехав до отдела, она припарковалась и вышла из машины.       Десяток людей с камерами тут же окружил еë. Вопросы летели со всех сторон.       — Это правда, что вам удалось задержать бывших Пожирателей Смерти за нелегальные гонки?       — Мисс Грейнджер, можно пару вопросов?       — Вам выделили дополнительную плату за ваш подвиг?       — Какие были ваши первые впечатления после того, как вы задержали своих бывших однокурсников?       Она подняла вверх руку. Голоса стихли.       — По очереди, пожалуйста, — во-первых, их отдел был в хороших связях с «Пророком», и у них был контракт, по которому все сотрудники были обязаны отвечать на вопросы журналистов из газеты. Конечно, если те были не провокационными. Во-вторых, ей было совершено не лень это делать, к тому же там было всего лишь десять человек.       — Мисс Грейнджер, вам выделили дополнительную плату за ваш подвиг?       — Да, мистер Кэмпбелл выделил мне достаточно крупную сумму.       — Вы назовёте еë?       — Сто галеонов.       — Спасибо, — темноволосая девушка сделала пару снимков и удалилась.       — Мисс Грейнджер, какие чувства вы испытали, когда задержали бывших однокурсников?       — Ничего особенного.       — Спасибо, мисс Грейнджер! — парень с красивыми русыми волосами, рассыпавшимися по лбу, также удалился, записав что-то в блокнот.       Она ответила ещë на пару вопросов и двинулась в сторону здания. Приложив пропуск к турникету, она пошла к лифтам. Люди вокруг уже бегали с толстыми папками.       Гермиона зашла в лифт. Она нажала кнопку десятого этажа, двери закрылись. На самом верхнем этаже было куда меньше народа. Это не удивительно. Здесь был только кабинет мистера Кэмпбелла, еë кабинет и большое помещение для еë команды. В этот раз ключ не заедал, и девушка быстро скрылась за дверью. Вот она. Еë клетка. И разбитая мечта.       Ещë с детства Гермиона любила детективные книги. Она читала о том, как сыщики раскрывали самые запутанные дела, как в страшной перестрелке с преступниками они владели оружием словно своей рукой, как не боялись пойти в логово мафии и так далее. Она мечтала, что, когда вырастет, станет крутым копом.       Однако судьба решила иначе. После Хогвартса еë идея не затерялась среди многих вроде ГАВНЭ. Жаль только, что, будучи в шаге от поступления в МАП (Магическая Академия Полиции), она узнала, что такое коррупция и «мой папа там работает». Тут ей смогли помочь лишь еë титул героини войны и Гарри, который поговорил с главой Академии.       Но это было только началом. Гермиона думала, что еë поставят в пару с каким-нибудь опытным копом, который обучит еë секретам этого нелёгкого дела. Нет, всë было не так. Еë почти сразу определили заместителем начальника отдела, дали отряд и кипу бумажной работы. Редко были случаи, когда она выезжала на дело. За последний год не больше пяти раз.       И теперь, сидя за столом и перебирая сотни протоколов, она хотела бросить всë к чëртовой матери. Жажда эмоций, адреналина и яркой жизни буквально кипела внутри неë.       Гермиона закрыла глаза. С неë хватит. Нужно что-то предпринимать. Не сразу, конечно, кидать в лицо начальника заявление об увольнении, но и не сидеть сложа руки.

***

      Воскресенье. Утро.       Гермиона сладко потянулась в кровати. Будильник ещë не прозвенел. За окном непроглядный туман. Начало нового дня было вполне сносным. Встав с постели, Гермиона спустилась на кухню. Сегодня ей хотелось готовить.       Она поставила чашку в кофемашину, а пока напиток готовился, девушка достала из морозилки слоëное тесто. Когда оно было достаточно мягким, она чуть-чуть раскатала его и нарезала на маленькие треугольники. Примерно полчаса, и перед Гермионой был кофе и крохотные круасанчики.       Довольная собой, она принялась завтракать. За стеной послышался тихий хлопок. Наверное, почта. Быстро сбегав за Пророком, Гермиона села обратно. Она пробежалась глазами по первым нескольким статьям. На пятой странице был размещëн еë снимок, сделанный девушкой-репортёром возле отдела. Под фотографией был небольшой текст.       «Гермиона Грейнджер, недавно задержавшая нелегальных гонщиков на одной из центральных улиц города, ответила на несколько вопросов, касающихся дела. Во-первых, мы узнали, что мисс Грейнджер получила денежное вознаграждение за отлично выполненную работу, не входящую в общий план еë деятельности. На этом настоял директор отдела мистер Эдриан Кэмпбелл. Во-вторых, мисс Грейнджер поделилась своими впечатлениями после происшествия. По еë словам можно понять: несмотря на то, что в числе задержанных были еë бывшие однокурсники, она не испытала никаких особенных эмоций. Однако после того, как мисс Гермиона Грейнджер взяла мистера Малфоя под личный контроль (что известно из рассказа мистера Кэмпбелла) среди публики начал распространяться слух о тайных отношениях между героиней войны и наследником одной из самых влиятельных чистокровных семей магического мира. Свой поступок мисс Грейнджер отказалась комментировать».       Гермиона закрыла газету, не дочитав статью, так как еë телефон уже начал разрываться от уведомлений.       «Миона, привет!»       Она тяжело выдохнула.

«Привет, Рон!»

      «Слушай, не хочешь встретиться? Мы уже давно нормально не общались, нужно всë исправить».

      «Ну, давай, у меня около отдела есть неплохой парк, может, там прогуляемся?»

      «Хорошо, тогда я заскочу за тобой в семь, будь готова».

      «Буду ждать)»

      Да уж, день обещал быть насыщенным. Оставалось только надеяться, что вечер не будет испорчен.       Изображение чата сменилось серым экраном, кнопками «выключить» и «отложить» и неприятной повторяющейся мелодией будильника. Гермиона поморщилась и отключила его.       Полностью собравшись, она вышла из дома. Погода была тëплой, но ветер всë портил. Уткнуться бы сейчас в шарф. Но на Гермионе лишь классическая белая рубашка и чëрное осеннее пальто с гравировкой отдела на вороте.       Она быстро села в машину и выехала со двора. Любимое радио встретило еë подборкой волнующей классической музыки.

***

      18:48       Гермиона вышла из кабинета, заперев дверь. По пути к выходу она встретила нескольких работников. Те удостоили еë короткими кивками и разошлись по своим делам.       На улице начался лëгкий моросящий дождь. Деревья покачивались. Люди, одетые во всë серо-чëрное, с мрачными лицами спешили кто куда. На протяжении жизни она видела этих людей и думала, что ни за что на свете не станет такой же. Забитой работой, забывшей ежедневную радость и улыбку. Но вот сейчас она стоит почти во всëм чëрном. С кучей невыполненных задач на столе. С непонятной тяжестью на душе. Куда же подевался еë огонëк? Ответ: его потушили. Потушили не только окружающие, но и самые близкие. Каждый внëс в еë костëр каплю воды. Найти бы снова спички или зажигалку. Или пожар.       Тихо вздохнув, Гермиона вжалась в пальто и спустилась по ступеням. Интересно, где Рон?       Витая где-то в пространстве своей головы, она отошла в сторону от здания МПБ (Магическая полиция Британии). Фонари почти не освещали этот участок. Рядом стоял офис какой-то компании. Переулочек был очень узкий, справа небольшая кафешка, закрывшаяся ещë несколько часов назад, дальше небольшой закуток с мусорным контейнером.       Дверь кафе, украшенная минималистичными изображениями и искусственными лианами, была милой. Гермиона никогда не была тут. Она подошла ближе и стала читать объявления на входной табличке.       Со стороны мусорного контейнера послышался неприятный шуршащий звук.       — Фу, крысы, — вслух фыркнула Гермиона.       — Я бы так не выражался, милочка, — из того места, откуда шëл звук, вышел ужасный мужчина. Его грязные волосы чëрными нитями свисали с головы, промокшая одежда напоминала мешки.       — Дерзкие ныне девки пошли, да, Джеймс? — следом за мужчиной показался молодой паренëк в оборванных джинсах и старой запачканной толстовке.       — И не говори, Марвин, — ехидная улыбочка показала жëлтые гниющие зубы.       Правой рукой Гермиона нащупала палочку. Резкий рывок, и паренëк уже лежит на асфальте.       — Экспеллиармус! — еë древко откатилось куда-то назад. — Всë. Игры окончены, кисонька. Тш, тш, тш, а теперь убери свою ручку от пистолета, — он заметил еë неловкую попытку. Блять.       Сердце билось с огромной скоростью. Единственным выходом оставалось бежать. Однако успеет ли она добежать до угла, не попав под заклинание? Вряд ли. Страх мелкой дрожью пробежался от макушки до пяток. Мурашки покрыли руки и шею. Где носит Рона? Он должен был ещë минут десять назад стоять около еë отдела.       Вот чем обернулось долгое сидение в кабинете. Она за себя постоять не может! Хотя в Академии с помощью одной только бейсбольной биты, даже не пистолета, она могла вырубить пятерых человек. А тут и палочка была, и пистолет.       Глаза начали намокать. Слезы отчаяния, обиды и разочарования потихоньку скатывались по лицу. Второй раз за три дня. Когда она успела так расшатать нервную систему?       Увидев еë слезы, некто по имени Джеймс опустил свою палочку.       — Киса, иди ко мне. Папочка тебя успокоит, — он противно захихикал.       Гермиона, воспользовавшись его секундной ошибкой, рванула с места. Пару метров она промахнула одним шагом. Как только она завернула за угол, в дерево, стоявшее напротив, прилетел голубой луч.       На лестнице, покуривая магловскую сигарету, сидел Рон.       — Рон! — она вскрикнула и кинулась в открытые объятия.       Колючий серый свитер неприятно царапал кожу, а сильные руки стискивали еë, не давая дышать. Но эта сила скорее создавала впечатление неумелой и глупой, нежели согревающей и мощной.       — Бросай курить, это очень вредно, — шмыгнув носом, сказала Гермиона.       Уизли кинул сигарету на землю и наступил на неë кожаным ботинком.       — Я не курю, с чего ты взяла? — он смешно поднял брови.       — От тебя табаком несёт.       — Да ладно тебе! — он небрежно махнул рукой, задев щеку Гермионы. На кончиках его пальцев была влага. — Ты что, плачешь?       Не тот это человек, по крайней мере, не сейчас, которому она хочет рассказать что-то.       — Оу, нет. Дождь идëт, вот и лицо намокло.       Внезапно она вспомнила про палочку. Блять. Гермиона повернула голову. Хитрый взгляд ненормально широких зрачков следил за ней. В тонких пальцах ублюдка была еë красивая палочка.       — У то-того, у не-него, — она нервно дëргала края старого свитера. — У него моя палочка, Рон! Помоги, пожалуйста!       — Ну, Миона, — он взял еë руки свои. — Не я же в полиции работаю.       Она жалобно смотрела на него своими тëплыми шоколадными глазами. Будто что-то вспомнив, Рон успокаивающе провëл рукой по еë спине. Он достал из кармана своих брюк палочку и направился к мужчине. Когда между ними была буквально пара метров, Джеймс кинул древко Гермионы, Уизли схватил его и, развернувшись, пошëл к удивлëнной девушке.       — Что ты ему сказал? — она до сих пор не отошла от шока. Как этот, прости Мерлин, кто-то согласился отдать еë палочку так быстро?       — А должен был? Ладно, держи и пошли, — все его движения были обрывистыми и нелепыми.       — Спасибо.       Они молча шли по дорожкам. В лужицах кружились листья. Гермиона то и дело оглядывалась, когда сухие ветки кустов обламывались под напором ветра. Темнота пожирала все красивые виды парка.       — Слушай, у меня сейчас весьма трудное время и не хватает денег, чтобы отдать долг одному важному человеку, и я хотел бы по…       — Ладно, сколько нужно?       — Двести галеонов.       Перед ней лежала большая сломанная ветка. Гермиона споткнулась о какой-то сучок и упала, больно ударившись коленом. Да что ж такое…              — Смотри, пожалуйста, под ноги, — он обвëл еë взглядом.       — Я найду деньги, — может, общая проблема поможет вернуть былое тепло? По крайней мере, Гермиона надеялась на это.       — Миона, ты не представляешь, как поможешь мне! Сколько времени тебе нужно?       — Давай я отдам их, когда мы встретимся в кафе, хорошо?       — Что? — она совсем забыла: ни Гарри, ни Рон не знают.       — Мы с Джинни подумали, что было бы хорошо встретиться всем вместе. Я поговорила с нашим бывшим однокурсником Теодором Ноттом, он владеет сетью кафеен и поможет с местами. Они есть только в конце месяца, — она произнесла это всë на одном дыхании.       — Оу, ладно, буду ждать, — он хлопнул еë по плечу и развернулся к правому выходу из парка.       — Рон!       — М?       — Ты… Ты не мог бы проводить меня до машины. Я боюсь, этот тип не ушëл.       — Да ладно тебе, Гермиона! У тебя сейчас и палочка есть, и пистолет, а мне ещë в бар нужно успеть, он скоро закроется, — он скривил лицо.       Ничего не ответив, она развернулась и стала идти в сторону парковки.       — Ну что ты как ребëнок, честное слово! Что за детские обиды? Миона!       — Пока, Рон.       Детские обиды. Ну, конечно. И опять она виновата. Как же еë всë задолбало. Как же хочется просто лечь, закутаться в плед и ощущать себя на месте.

***

      Огромный зал был освещён красивыми голубыми огнями. В маленьких стеклянных сферах, подвешенных к потолку, светились и переливались искорки. По всему периметру были расставлены небольшие столики с рыбными тарелками, тарталетками с разными видами икры, чипсами нори с вишнëвым соусом или салатом из манго и авокадо, а также разнообразными напитками. На стенах были красивые декорации в виде морских волн. В дальней части была организована площадка для пляжного волейбола с голубым песком. В центре был танцпол.       Яркая вечеринка сопровождалась весëлыми криками гостей. Блейз выбежал из волейбольной зоны, его бежевые футболка и шорты были покрыты голубыми песчинками. Он глотнул Май Тай и вернулся к игре.       В зал зашли Малфой и Нотт. Драко надел белую хлопковую рубашку с маленькими деревянными пуговицами и песочного цвета брюки. Тео выбрал бежевые шорты и оверсайз рубашку с коротким рукавом цвета мокрого асфальта. Это были цвета, включённые в дресс-код пляжной вечеринки внутри Малфой-мэнора.       — Так, ну и кто из этих красавиц здесь по работе? — Драко подошëл к группе девушек, скопившихся около стола с закусками.       — Лесли Лайонс, Кэтрин Мэлоун, Филиппа Найт и Вивьен Шарп, — Тео представил их.       Лесли оказалась рыжеволосая девушка с глубокими карими глазами. Малфой внимательно смотрел на неë. Нет. Рыжие волосы он ненавидел из-за ассоциации с Уизли, а глаза чем-то были похожи на… Впрочем, неважно. Кэтрин была хорошенькой. Большие зелëно-голубые глаза были слегка подчëркнуты тушью, что прекрасно обращало на них внимание. Может быть, она. Филиппа была маленькой девушкой, она была Драко по локоть. Красивая внешность не спасла бы еë. Конечно, предпочтение отдавалось девушкам чуть ниже Малфоя, но не настолько. А вот Вивьен будто вышла из его головы. Кудрявые русые волосы и медовые глазки. Модельная фигура и приветливая улыбка. Теперь осталось узнать о еë музыкальных способностях.       — Мисс Мэлоун и мисс Шарп, пройдёмте за мной. Лесли, Филиппа, наслаждайтесь вечером.       Малфой, развернувшись, шёл к выходу из зала. Тео уловил, как Вивьен гордо, даже с ноткой брезгливости, кинула уверенный взгляд на свою соперницу. Драко не любит таких людей. Интересно, что она сделает, если не подойдет ему?       Оторвавшись от волейбола, Блейз подошёл к другу.       — Оу, уже отобрал самых горячих? — девушки удивлённо уставились на него.       — Во-первых, cara a chara, подходящих по внешним данным, а во-вторых, ты с нами не идёшь.       — Это ещë почему? — Забини слишком сильно ждал этого важнейшего события. Правда его цели отличались от изначальной, но всë же не зря он так и крутился возле Теодора с расспросами: «А кто придëт?», «Я их знаю?» и «Они хорошенькие, а, Тео?»       Оттянув его за рукав в сторону, Драко заговорил.       — Сегодня может вернуться отец, — он сглотнул. — Мама будет меня искать. Сразу же отправляй мне патронус.       — Понял, — и вот так вот менялись личности в этом человеке. Сейчас он Блейз, а при необходимости мистер Забини.

***

      Нотт сидел на кресле. Из его палочки вырывался большой кот. Пройдя пару метров туда и обратно, он улёгся на колени Тео.       — Драко, ну, заведи ты кого-нибудь, мне уже скучно с патронусом водиться, — он ныл словно ребëнок.       — Тебе не кажется, что сейчас не тот случай, чтобы уговаривать меня на питомца? — после провала Кэтрин, Вивьен отошла в дамскую комнату, и они уже полчаса ждут еë возвращения.       — Мы с Блейзом уже не первый год тебе твердим одно и то же. Знаешь, как классно иметь собаку?       Девушка вошла в музыкальный зал, обнаруженный братьями недавно и теперь носивший титул студии. Она неуверенно поднялась на сцену.       Драко поставил локти на колени. Вивьен начала петь странную песню. Еë голос не был похож на голос человека, имевшего хоть какие-нибудь связи с вокалом. Малфой был разочарован.       Ну а пока разъярённая девушка высказывала своë недовольство, активно жестикулируя руками, Тео успел опустошить добрую половину огневиски.       — Откуда ты еë взял? — смотря на бутылку, спросил Драко.       — У тебя в комнате, — друг улыбался.       Блять. Пьяный Нотт — это самый опасный и одновременно самый гениальный Нотт. Однако, что именно придëт сегодня, угадать было невозможно.       — Слушай, может, Грейнджер позвоним? У тебя ведь есть телефон?       — Тео, ëб твою мать, какая нахер Грейнджер? Или ты думаешь, у неë есть музыкальный талант?       — Нет, ну а вдруг? Ты не можешь знать точно.       — Ну, попробуй, — он кинул смартфон Тео, хотя это было опасно.       Парень быстро набрал еë номер. Не ожидавший этого Драко аж взбодрился. Пошли гудки.       — Ты откуда еë номер знаешь?       — У неë в машине был на картонке, типа: «Если мой автомобиль вам меша… — Малфой хотел перехватить телефон. Лишние проблемы ему сейчас не нужны. Но Грейнджер молодец, сука быстро ответила.       — Слушаю, — голосок у неë неважный, конечно.       — Привет, Герми, — Драко ни разу не слышал подобное сокращение еë имени. Странно, но ему нравилось. — Это Тео, надеюсь, помнишь такого?       — Угу, как забыть вашу компашку, — Гермиона шмыгнула. Несмотря на весëлый посыл, фраза звучала как-то мрачновато, как будто она плакала. — У тебя есть телефон?       — Нет, это телефон Малфоя. А ты случайно не имеешь ничего общего с музыкой?       — Что? — этого Гермиона никак не ожидала и улыбнулась. — Ну, я отлично закончила музыкальную школу, а что?       Глаза Драко округлились. Этого ещë не хватало. Он начал мотать головой в стороны и одними губами говорить «нет». Но Тео лишь махнул рукой и, что-то говоря Грейнджер, вышел из студии.