Эпилог

Джен увидела название дома и отдала его тёте Мод. Она, в свою очередь, отдала его Кэролайн, которая отказалась, сказав, что дом был отдан ей. Тётя Мод и Кэролайн не решили, что делать с сигарами. Пока что они поместят их в подвал тёти Мод. Мэдисон нашла коллекционеров сигар и дала им список, чтобы они могли узнать, стоит ли им продавать их. Алекса сказала, что MM на самом деле может быть первой буквой настоящего имени ковбоя Мальборо. Теперь они знали всю историю. MM работал водителем, укладывая битум возле аэропорта, пока ждал Трева. Затем приехали Алекса и Джен, и он сбежал, пока его позже не арестовали. Так что Трев и MM больше никогда не встречались. MM останавливался у Трева, когда они ещё были в деле. Когда он узнал о кончине Трева, всегда отличавшегося авантюризмом, MM рассказал об этом месте Файну, и тот проверил его. Файн увидел место, где оно могло бы стать временным убежищем, когда ему нужно было залечь на дно, поэтому он использовал место Трева бесплатно. MM понятия не имел, что эти сигары всё ещё существуют. В течение следующих нескольких дней тётя Мод принимала друзей своей племянницы и наслаждалась их обществом, а они — её. Кэролайн осталась с ними на выходные, но в тот понедельник ей пришлось лететь обратно на работу в Мельбурн. Алексе, Джен и Мэдисон нужно было сделать в Веллингтоне одно — пойти в полицейский участок, чтобы дать показания о Файне. Они совещались с Гарри, Гартом и Кираном, которые были поражены поворотом событий. Файн был возмущён, а его адвокат уже работал над его освобождением. Кирану всё ещё нужно было получить неопровержимые доказательства против Файна, чтобы гарантировать, что против него можно будет возбудить веские дела. На данный момент следователи предъявили Файну обвинения в серьёзных угрозах, нанесении телесных повреждений и незаконном задержании. Полиция Веллингтона обнаружила у него запрещённые наркотики. Те, которые он планировал передать следователям, полиция также предъявила ему обвинения в этом. По крайней мере, это могло бы удержать Файна под стражей. Аркен Лопе выздоравливал после почти смертельной передозировки. Он плакал, узнав, что его друг Майло Сифе не выжил. Он сотрудничал с Кираном в том, что знал о Сабино и банде Stallion Gang. Кирану ещё предстояло оценить роль Лопе в распространении наркотиков и, если таковые имели место, привести к передозировке и/или смерти других людей. Отель в Мельбурне пересмотрел свою политику, и в связи с произошедшими там событиями были внесены изменения. Они потеряли доверие к некоторым своим сотрудникам с тех пор, как смерть Мики раскрыла их правонарушения. Кассир по имени Хильди, с которой брала интервью Алекса, и администратор по имени Фина, с которой говорила Джен, были ценны для расследования, и они сотрудничали с Кираном. Алекса и Джен попросили его поговорить с руководством от их имени, чтобы не увольнять их, но дать им второй шанс даже на испытательном сроке. Другие сотрудники теперь были готовы помочь с тем, что знали, если это означало, что нелегальные наркотики будут удалены из отеля. И их честность сейчас и их желание помочь отелю также могли дать им второй шанс. Гарт выяснил, что сеть банды «Жеребец» была шире, чем предполагалось на первый взгляд. Файн был лишь одним из лидеров, работавших как в Лос-Анджелесе, так и в Мельбурне. «Мальборо Ковбой» был мозгом операции и заложил основу, когда банда только начинала свою деятельность. Через несколько лет он понизил себя до должности консультанта до своей смерти несколько месяцев назад. Были и другие лидеры, работавшие в разных местах за пределами и внутри США. Конечно, будет нелегко покончить с бандой «Жеребец». Гарт, Киран и Гарри продолжат работать вместе с другими департаментами и подразделениями, чтобы выслеживать и останавливать подпольные лаборатории, которые производили смертельные нелегальные синтетические наркотики. *** Окленд, Дом Алексы — Мэдисон вернулась в Окленд с Алексой и Джен. Она провела с ними несколько дней, затем улетела обратно в Мельбурн. Она заметила небольшую разницу с друзьями, они, казалось, стали добрее друг к другу. Она не спрашивала и не смела спросить. Наконец, Алекса и Джен остались одни и предались своей любви. Это не было чем-то мимолётным. Это было не просто похоть и тоска. Их моменты были особенными, определёнными только ими. — Алекса, мне нужно тебе сказать... — начала Джен. — Ты уходишь, я знаю, — тихо ответила Алекса. — Только временно. Выслушай меня. А что, если ты вернёшься со мной в Лос-Анджелес? — нервно спросила она. — Джен, моя жизнь здесь, — заявила Алекса. Она лежала на спине, заложив руки за голову, и смотрела в потолок своей спальни. — Дорогая, мы знаем, что твоя жизнь — убийство. Куда бы ты ни пошла, эти ребята дадут тебе дело, которое они не смогут раскрыть, — съязвила Джен. — Я серьёзно. Оставайся со мной на полгода, а потом я вернусь с тобой на полгода. Алекса усмехнулась. — Ты не можешь быть вдали от работы шесть месяцев. — Послушай, я проработала в полиции десятки лет. Думаю, мне пора подавать на пенсию. Мне просто нужно получить пенсию, — объяснила Джен. Она лежала на боку и смотрела на Алексу ярко-голубыми глазами. — Подожди, сколько осталось до твоего выхода на пенсию? — Она посмотрела в эти глаза и на преданность в них. — Думаю, года два или чуть меньше. — Почему бы тебе не закончить это, чтобы ты могла нормально уйти на пенсию? — Милая, я больше не могу быть вдали от тебя. Я люблю тебя. И слишком много лет было без тебя, — решительно сказала Джен. Алекса на некоторое время замолчала. Осмелится ли она признаться в своих чувствах, зная, что ничего не было определённо? Она повернулась к ней лицом. — Джен, дорогая, я не знаю, смогу ли я остаться в Лос-Анджелесе на полгода. Главное — закончить карьеру как следует. Джен прижалась к ней. — А что, если я скоро вернусь? Я попрошу Гарта приставить меня к Гарри на полгода. Он мне должен за то, что не доверял мне. А когда я наконец выйду на пенсию, мы сможем открыть здесь детективное агентство, если хочешь. — Никакого агентства. Я на пенсии. Может, не будем загадывать далеко вперёд? — размышляла Алекса. Джен приподнялась на локте и посмотрела на Алексу. — Ты не уверена насчёт нас? Наступила более длинная пауза. — Я не знаю, что сказать. Ты же знаешь, ты первая после Гэри... — она замолчала. — Хм, ладно, я поняла. Конечно, мне нужно вернуться и доложить об этом деле. Закончить дела, которые у меня ещё есть там. Потом я вернусь. Ты не можешь поехать со мной хотя бы на три месяца? — заявила она. Она легла обратно, уставившись вверх, но не глядя ни на что. — Разве не прошёл всего месяц или два с тех пор, как я вернулась из Лос-Анджелеса? — Да, верно. Я хочу найти способ заставить нас работать, — задумчиво сказала она. — Я уверена в тебе. Я была бы несчастна без тебя. — Вот видеозвонки, помнишь? — попыталась пошутить Алекса. На самом деле она знала, что им будет трудно не оставаться вместе, если у них действительно серьёзные отношения. Любовь на расстоянии действительно может работать; она заставляет пары больше скучать друг по другу и заставляет их дольше оставаться вместе, всегда качественно проводя время, когда они находятся в одном месте. Однако это было по-другому; они стали старше и действительно хотели компании друг друга. На этом им пришлось закончить последний разговор. На следующий день Джен попрощалась с Алексой и Офи, которая была там, когда они вернулись из Веллингтона. Они крепко обнялись. Чувство потери витало в воздухе. *** Тело Мики Палмеры было доставлено обратно в США после возвращения Джен. Последовали похороны и погребение, все расходы взяла на себя полиция Лос-Анджелеса. Её семья была в отчаянии, и им была оказана финансовая помощь. Джен обратилась к семье и горячо извинилась. Она не знала, понимают ли они её лепет. Она регулярно звонила Руне за консультациями, поскольку боролась со смертью Мики. Мэдисон восстановили на полную ставку в Мельбурне, пока не закончится её терапия с Руной. Ей было бы полезно продолжать жить с семьёй в это время. Как только она и её семья почувствуют себя в безопасности и будут готовы, Мэдисон сможет вернуться к Алексе в Окленде. Алекса месила тесто, готовясь испечь ещё одну партию хлеба для себя и Рубена. Она ходила и бегала трусцой. Она съедала свой здоровый завтрак. Она разговаривала с Офи. Она делала всё по привычке. Гарри ещё не донимал её делами. Это была её обычная жизнь. Джен сходила с ума от тоски по Алексе. Теперь, когда их отношения поднялись на новый уровень, было трудно вернуться к простым видеозвонкам. Она честно поговорила с Гартом об их проблеме, и теперь они поняли друг друга. Если бы Алекса была в Лос-Анджелесе, Джен полностью призналась бы Гарту в их отношениях и попросила бы перевод на следующие шесть месяцев. На данный момент она всё ещё размышляет о подаче заявления на досрочный выход на пенсию, даже если она будет получать меньше обычной выплаты. Она пыталась связаться с Алексой, а её телефон продолжал проигрывать запись «вне зоны доступа». Джен всё время вспоминала, когда они были вместе в последний раз, сказала ли она что-то, что обидело Алексу. Или, может быть, она поняла, что у них ничего не получится, или что она совершила ошибку, и решила прекратить общение с Джен. Она была обеспокоена, встревожена и просто на грани. Около 7 вечера возле её дома постоянно гудела машина. Она уже была в бешенстве, а это сводило её с ума ещё больше. Джен открыла дверь и увидела белую машину. Она незаметно коснулась кобуры с пистолетом. — Эй, что происходит? — Она стояла на обочине, глядя на водителя, у которого было опущено окно. Водитель смущённо посмотрел на неё и сказал: — Я водитель Uber. Женщина попросила меня продолжать сигналить. — Какая леди? Водитель повернулся к человеку рядом с ним. Джен подошла ближе и наклонилась, чтобы заглянуть. В это же время появилась Алекса. — Спасибо, приятель, — сказала она водителю. — Ты можешь дать чаевые водителю, Джен? — Она вышла спереди, открыла заднюю дверь и схватила свой багаж с заднего сиденья. Джен, конечно же, дала чаевые водителю. Она рассмеялась от удивления и восторга. Машина уехала, оставив двух женщин стоять там. Джен бросилась к Алексе, и они обнялись. — Я вернулась, — прошептала Алекса на ухо Джен. — Добро пожаловать домой, — ответила Джен.