Дом.

Перед тем, как окончательно осесть в какой-нибудь «тихой гавани», Барселона надумала пригласить Балазара к себе, на родину. Познакомить со всеми. Рассказать о своих приключениях соклановцам, поведать о том, как вместе избавили Балазара от крови Баала, от его проклятья. И самое главное, поделиться, что объединяет Балазара и Барселону кроме этого. – Я им понравлюсь? - уже не первый раз за день тревожно сверяется Он и дергает Ее за одеяние, будто дитя. Впервые – не за плащ от доспеха. Он так редко видит ее не в доспехах. Почти все время она скрывает себя под металлическим панцирем. А если Она не в своей металлической броне, то скорее предстанет перед ним нагая, чем в чем-то легком и повседневном. – Конечно, - терпеливо отвечает Она, - они будут только рады. Отпразднуем все! – Намечается праздник? - такого на своей памяти Он точно не может припомнить. Все воспоминания о гуляниях и застольях настолько туманны и призрачны, как сон, что Балазар на минуту задумывается, а действительно ли эти картины из прошлого настоящие? Самое время создавать новые. Вдвойне волнительно и ценно создавать их в кругу своих сородичей. – Коготь точно захочет устроить пир, - Барселона нагнулась к прилавку с овощами и фруктами - негоже возвращаться домой с пустыми руками. А с этим можно будет подсобить в подготовке драконьего пиршества. Она берет картофель, много картофеля, а еще острый перец и морковь. Из фруктов – только яблоки. Потом – много специй, будто приготовилась мариновать целого кабана на шашлык. Продуктовая корзина в руках Балазара уже готова проломиться от тяжести. Чтобы прокормить пару драконорожденных нужно много еды, что уже говорить о целой общине! Люди, эльфы, полуэльфы, и остальные человекоподобные опасливо озираются на драконорожденных, даже здесь, в пригороде Врат Балдура. Балазару кажется, что все они пялятся именно на него. Дракон-альбинос! Да еще и с такими хищными отметинами, страшными кроваво-красными глазами… народ будто читает Балазара как открытую книгу, повествующую о его злодеяниях из прошлого. Барселона старается вовремя замечать эти взгляды и загораживать своим огромным телом избранника: видя горящий яростным пламенем взгляд драконорожденной, народ быстро возвращался к своим делам. – Я так редко видел тебя такой, - неожиданно подмечает Он, плетясь позади избранницы и глядя как колышется от ходьбы каждый сантиметр ее тела, не скрытый под одеждами. Она резко останавливается и оборачивается к нему. Глаза круглые от удивления. – Какой такой? – Не в доспехе. Тебе идет… это вот все, - он как всегда с трудом подбирает слова. Пока Она стоит перед Ним вполоборота, Ему выпадает шанс еще раз немного Ею полюбоваться и оценить одеяние: это простой топ, напоминающий только обернутую вокруг шеи и груди ткань яркого оранжевого цвета, и летние зауженные к низу брюки-шаровары на восточный манер с прорезями по бокам под поясом. Смотрится элегантно даже на мужественном теле. – Спасибо. Это наше одеяние. Хочешь, тебя также оденем? - они возобновили свой поход в сторону выхода и продолжили диалог на ходу. – В-ваше? – В стиле нашего племени. Наши предки ходили все в золоте и камнях, но сам понимаешь, это не очень практично, и почти ничего не прикрывает. Просто золотые цепочки… А еще ночью в таком холодно. – О, я бы посмотрел на такое, - Он представил себе описанную Барселоной картину: древние драконорожденные, все в золоте исполняют вокруг костра некий ритуальный танец, и затем это все действо закономерно перетекает в оргию. Удобно, когда твои одеяния не мешают соитию. И почему в понимании Балазара оргия – это неотъемлемый ритуал в любом условном празднике?.. Но лучше уж это, чем жертвоприношения. – Понимаю, наши женщины особенно привлекательны в одеждах предков. На празднике вознесения Багамута ты обязательно увидишь их. Самые изящные представительницы рода будут удостоены чести выступить с танцем для всех. – Ты будешь среди них? - Он нетерпеливо сглатывает слюну. – Нет, - Барселона сдерживает прорывающийся смешок, едва не роняя корзинку с овощами и специями, - не настолько я «изящна» для этого. Он замолчал, задумавшись. За это время они вдвоем почти вышли за территорию пригородного базара. Уже вечером они прибыли в обособленное поселение, откуда и ведет свое происхождение Барселона. Издалека виднеются темные на фоне солнечного заката силуэты могучих драконорожденных. Балазар пытается запомнить каждый, приметить отличительные черты. На подходе к реденькому забору Барселона приветственно вскидывает ладонь. – Всем привет! Драконорожденные, что первыми удостоились чести увидеть Барселону, тут же побросали свои будничные дела и устремились ее приветствовать. Пока что все из них имеют достаточно темные оттенки кожи. Черные? Воцарился восторженный гул вокруг драгонборн-паладина. Она приветствовала каждого сородича и произносила его или ее имя, а еще успевала представить Балазара. – Клоу, Тис… Как давно я вас не видела! – Барселона! - вскрикивает черная женщина-драгонборн, с намного более изящной фигурой и ветвистыми рогами, чем у Барселоны. – Как ты выросла! А как накачалась! Прямо груда мышц! - восторженно подмечает другая, похожая на первую, и хватает Барселону за плечо когтистыми руками, намереваясь оттащить куда-нибудь в сторону. – Это все служба! - только и успевает вставить Барселона. – А это твой красавчик? Белый! Из хижин и домиков вокруг повылезали и остальные. Тут-то Балазар, наконец, сложил все пазлы в единую картину: Барселона, оказывается, ведет свое происхождение из рода черных драконов! – Барселона, так ты из черных?.. или ты приемная? - как бы попытался пошутить Он. Их к этому времени уже оттащили к костру, куда уже приволокли огромный котел и целую разделанную тушу кабана. – Да… я из рода черных драконов… разве я ни разу не говорила об этом? - засмущалась Барселона. – Нет, - Он мотнул головой, - не рассказывала. – Что-ж, теперь ты знаешь, - Она вскинула руки и пожала плечами. – Вот уж не сказал бы по тебе, - задумчиво протянул Он и перевел взгляд на пламя. Темно-бирюзовая чешуя Барселоны играла золотом, как и всегда в присутствии пламени. Балазар со всей возможной своей скрытностью вплотную прижался к избраннице и положил ладонь ей на талию, аккуратно прижимаясь. – О-ой, какая красивая пара! - внезапно возникла новая девушка-дракон с черной чешуей и желтыми глазами. Она материализовалась, и тут же накинулась на вновь прибывшую пару с крепкими объятиями. – С-спасибо, - в унисон поблагодарила ее парочка смущенных от обвалившегося на них внимания драконов, отличных от общей темной толпы. Странно, думал Балазар, все местные одеты обыкновенно просто, по-крестьянски, в отличие от Барселоны. Где же эта «наша» одежда? Балазар по какой-то несвойственной ему наивности рассчитывал увидеть всех в изысканных шелках и с наполовину открытыми взору телами. Видимо, Барселона решила выделиться на фоне своих приземленных собратьев и пощеголять в “почти историческом” наряде. Вот бы Она делала так чаще, чем раз в целую вечность. Он бы сам не отказался примерить что-нибудь такое, на древний манер. Маленькие представители общины пристали к Балазару. Людей видели, полуросликов и эльфов тоже за свою относительно короткую жизнь повстречать успели. А вот белоснежных драконорожденных – никогда! Диковинка в этой небольшой, но преисполненной уютом обители. Балазар бросал жалостливые взгляды на Барселону, умоляя о помощи. Он с детьми дел не имел от слова совсем. И усмирить их рвение к новым познаниям под силу только женщине с мощным материнским инстинктом… коим Барселона, увы, не была одарена, как и большинство прочих воинов родственной закалки. Да и к тому же она отвлеклась на разговор с престарелым драконом. Она почтительно называет его «Старейшина». Он учтиво и аккуратно расспрашивает ее о пережитых приключениях, пока другие женщины готовят пиршество на костре. – Балазар, - спокойно обращается престарелый дракон. На левом глазу у него бельмо, а вся длинная черная морда испещрена шрамами, на рогах видны глубокие сколы. Видимо, такой же бывалый воин-рыцарь, как и Барселона, но с еще более внушительным и кровопролитным опытом. – Барселона попросила дать вам мое благословение, - почтенный старец протянул ладонь к белому дракону и положил к нему на плечо, - так как ее родителей нет среди нас, это придётся сделать мне. Балазар проглотил язык и все слова вместе с ним. Его глаза в испуге округлились и он резко кивнул. Поднимать взгляд алых глаз обратно на Нее и старейшину пока побоялся. Она подлетела к Нему, чтобы усмирить накатывающее волнение. Обняла, погладила тыльной стороной ладони по носу и подняла Его взгляд на себя. Он сделал два глубоких вдоха, кивнул еще раз. – Д-да, конечно, - ответил он и улыбнулся, глядя в желтые глаза избранницы. Она одарила его самой доброй на свете улыбкой и легко вздохнула, еле слышно прошептав «спасибо». – Тогда увидимся перед рассветом с вами обоими, - пожилой драгонборн спешил куда-то откланяться, - а пока развлекайтесь. Они встретились на отдаленном холме за пределами драконьего поселения незадолго перед рассветом. За горизонтом уже заливаются первые лучи солнца. Барселона предстает перед Балазаром в том самом «их» одеянии: это только цепи, золотые или позолоченные, сплетенные в подобие костюма для наложниц на восточный манер. Этот водопад из металлических звеньев совсем ничего не прикрывает. Но он и не предназначен скрывать великолепие драконьего тела, для которого создан. Однако Барселона предусмотрительно подшила к «юбке» полупрозрачный кусок ткани, прикрывающий чешую промежности. Все остальное сверкает золотом, кое-где изумрудами, рубинами, сапфирами. Он, в отличие от Нее, одет только в поясные «ритуальные цепи». При виде Нее у Него перехватывает дыхание. Его обнаженный торс становится жертвой трепетного внимания со стороны Барселоны, как и Его прекрасное белое лицо с величественной короной в виде множественных рогов. Бернард – старейшина – возникает между ними, одетый в ритуальную мантию и с жертвенным клинком Драконьей Крови в ладони. Молчание. Но сердце отбивает монотонный ритм в перепонках, не давая слушать тишину предрассветного мира. Как будто целый оркестр ритуальных барабанов где-то вдалеке играет аккомпанемент этому действу. – Балазар, - обращается Бернард, - встань перед нашей дочерью на колени. Белый драконорожденный повинуется. Он протягивает ладонь к Барселоне, не дожидаясь дальнейшего приказа старейшины и прикладывается к тыльной Ее стороне лбом. – Береги ее как самый ценный дар, - Бернард перехватывает ладонь Барселоны и надрезает Драконьим кинжалом. Жестом старейшина показывает, что должна делать женщина: начертать на лбу Балазара особый символ. Барселона несмело повторяет. Раненая ладонь горит от пореза, ведь кожа там нежная и чувствительная. Кровавые щит и меч теперь нарисованы на лбу и носу Балазара, иначе говоря – круг и продольная линия. Затем брачующиеся поменялись местами - Барселона опустилась на колени, а Балазар начертил на ней символ собственной кровью. Он протянул к Ней руку, помогая встать. Они обняли друг друга и губы их вытянутых лиц соприкоснулись в подобии человеческого поцелуя. Взялись за руки. – Теперь вы связаны до скончания времен ритуалом наших предков – Древних Драконов. Будьте счастливы, - Бернард попрощался с парой и ушел, унося с собой жертвенный кинжал. У Барселоны и Балазара еще осталось время до того, как встанет солнце, чтобы завершить бракосочетание так, как положено. – Барселона, - Он сцепился ладонями с Ней и заглянул партнерше в глаза, – спасибо, что прошла весь этот кровавый путь со мной. Я… Она прерывает Его речь, пока Он не изошелся на сантименты окончательно. – Тс-с, любимый, - она выделяет это обращение интонацией. Теперь, когда в нем не осталось и толики чистого зла, Она может позволить себе слабость, позволить проявить уязвимость перед ним, не беспокоясь о том, что этим воспользуется Темный Соблазн. – «Любимый», - повторяет за Ней Он, смакуя это слово. – Да. Я вижу, что ты хочешь сказать. Я вижу, какие чувства рвутся из тебя. Ты можешь не говорить ничего. Но я хочу, чтобы ты знал: я испытываю тоже самое. А теперь… – Нам нужно завершить эту ночь, - они соприкоснулись лбами. «Барабаны» продолжают отбивать свои праздничные ритмы в их перепонках. Время будто замедлилось. Они долго нежатся так, и хочется еще дольше. Однако им необходимо успеть завершить все до того, как займется утро. Ну почему нельзя, чтобы это мгновение наедине длилось вечность? Это мгновение идеально: чувство любви между драгонборнами здесь достигло своего пика: идеальное понимание, полное принятие, непререкаемая готовность пойти против всего мира ради партнера, если понадобится. Они опускаются на колени, снимают все то, что хоть и сомнительно, но все-таки ограждало их от полной наготы. Барселона ложится на спину и тянет за собой Балазара. Он смотрит Ей в глаза, целует губы, шею, потом ниже и ниже. Барселона полностью Им очарована и расслабляется под Его не смелыми ласками. Без Темного Соблазна Балазар такой милый, такой настоящий, такой безопасный. Не страшно заглядывать Ему в глаза, сделать что-то не так. В прошлый раз Он делал ей очень больно, хотя она и не была против. Теперь Она верит, что боли больше не будет. Они хотят обойтись без слов «я тебя люблю», «ты мой» или «ты моя». Обходятся без слов вовсе. Они выше этого, ведь они – Драконы. Их любовь друг к другу перетекает в партнера с каждым взглядом и касанием чешуи о чешую. Это вихрь из бело-алых и бирюзово-золотых красок. Наивысшая точка в их отношениях была достигнута. Теперь им предстоит сделать все, чтобы не опуститься ни на толику ниже в этой системе координат. Это огромная работа для таких разных личностей, но в тоже время таких похожих созданий. – Хочешь м-маленького? - тихо, еле слышно спрашивает Он, готовый завершить «церемонию драконьего бракосочетания». Тут намечен прозаичный и закономерный «конец». – Милый, я не смогу забеременеть, - внезапно открывается Она, но так буднично, словно ничего экстраординарного не сказала. Его это не испугало. Ничего удивительного он не находит в том, что такая мужественная женщина не может иметь детей, она могла сделаться бесплодной, например, в результате обряда посвящения в паладины… Он не стал спрашивать. Барселона сама расскажет ему, если сочтет это необходимым, со временем. – Тогда у нас будет возможность подумать над этим потом… - Балазар уже начал фантазировать, как они вместе спасут какого-нибудь маленького драконорожденного из сиротского приюта от печальной участи. Вот он, настоящий героизм! Большое сердце Балазара встало на поистине светлый путь. Время Барселоне порадоваться за своего избранника. – Пока что я хочу насладиться нами. – Как скажешь, Барселона. Как скажешь.