Глава 1. Очень приятно

THE PEOPLE’S QUILL НА ПРЕМЬЕРЕ ЛЮБИМОЙ КРИТИКАМИ «ОФЕЛИИ» СЫН ФЛИМОНТА ПОТТЕРА СТОЛКНУЛСЯ С ПОДАЮЩЕЙ НАДЕЖДЫ ЗВЕЗДОЙ ЛИЛИ ЭВАНС

      Судя по кассовым сборам, кинопремьера самого ожидаемого фильма года «Офелия» была весьма оживленной. На приеме присутствовали известные люди, начиная от звезды «Мстителей» Скарлетт Йохансон и заканчивая известным режиссером «Офелии» Флимонтом Поттером, появившимся в сопровождении супруги Юфимии Поттер – талантливой бывшей актрисы Болливуда и их пятнадцатилетнего сына Джеймса Поттера, в столь юном возрасте уже известного своей харизмой. Но, к сожалению, ему лишь предстоит первая роль в кино.       Публика, включая нас, The People’s Quill, с нетерпением ожидала заявления старшего Поттера и возможности взглянуть на динамику между актерами. Все внимательно следили за подающей надежды талантливой актрисой Лили Эванс, юной звездой, дебютировавшей в «Офелии» спустя всего несколько лет занятий в театральном кружке в её маленьком родном городке. В фильме Эванс играет Амелию Рапир, младшую сестру Офелии Рапир, которую играет 21-летняя Эммелина Вэнс.       Однако мы были абсолютно шокированы. Вечер закончился неожиданно. Обычно Эванс являла образец благопристойности и нетрадиционной красоты, а тут была запечатлена убегающей в ярости с красной ковровой дорожки. Источники с премьеры подтверждают, что перед исчезновением видели её разговаривающей с Поттерами. Согласно снимкам наших фотографов, Эванс вполне спокойно общалась с Флимонтом Поттером – режиссером «Офелии» − и его супругой Юфимией. Похоже, причиной дурного настроения Эванс стал их сын, поскольку они хмуро переглядывались, однако доподлинно причины неизвестны. Ведь всего за несколько мгновений до этого было замечено, как Джеймс Поттер целовал руку Эванс, хотя не похоже, что она была от этого в восторге.       Пока еще только предстоит выяснить, что вызвало её ярость. Мы можем лишь строить догадки. Действительно ли Лили Эванс так мила, как принято считать? В самом ли деле Джеймс Поттер – тот очаровательный молодой человек, которого мы думали, что знаем? ***       Вечер только начинался, когда Лили Эванс взглянула на открывшуюся её взору сцену, выглядевшую как картинка из книги.       Вокруг толпились люди, как папарацци, так и селебрити. На неё указывали мигающие вспышки фотокамер и огни потолочных светильников. По её фигуре струилось шелковое голубое платье, чуть ниже колен пушились тюлевые юбки. И, конечно, самое главное – её каблучки выразительно цокали по красной ковровой дорожке.       Для Лили все это было в новинку.       На прошлой неделе она и представить не могла ничего подобного. Исключительно по наитию она пришла на прослушивание на роль своей мечты – жизнерадостной сестры в экранизации её любимой классической книги детства. Однако всего спустя несколько недель её собственная сестра вручила ей трубку, а человек на другом конце провода назвался Флимонтом Поттером.       Это была первая страница в новой главе её жизни с Лили Эванс в главной роли.       И вот сегодня она на премьере фильма, на съемках которого провела сотни часов, облаченная в сшитое на заказ платье, которое стоило больше, чем её родители платили за аренду квартиры в месяц.       Это, мягко говоря, пугало.       Но она высоко держала голову, не проявляя никаких признаков слабости. Было трудно приспособиться к беспощадному вниманию СМИ, чаще пустому и разрушительному, нежели поддерживающему. Лили поклялась больше не давать им поводов. Она родом из бедной семьи, где не было актерских талантов, у неё не идеальная фигура, этого более чем достаточно.       Она оживилась, заметив всего в двух шагах от себя Флимонта Поттера в компании женщины с тронутыми сединой волосами, уложенными шелковистыми волнами. По оливковой коже женщины и царственной красоте Лили догадалась, что это, должно быть, Юфимия Поттер.       Рядом с Поттерами стоял юноша-подросток примерно возраста Лили. У него была смуглая кожа теплого оттенка, очень похожая на кожу матери, однако растрепанные, черные как смоль волосы достались ему от отца. Очевидно, это Джеймс Поттер, о подвигах которого много раз с такой любовью рассказывал его отец. − Привет! – весело произнесла Лили, плавно вступая в разговор Поттеров.       Флимонт радостно поприветствовал её: − Лили! Рад тебя видеть! – и приветственно пожал руку.       Юфимия, которую Лили прежде никогда не видела, сияла улыбкой: − Вы, должно быть, знаменитая Лили Эванс? Рада познакомиться с вами, дорогая. Вы очень талантливая актриса. − Для меня это так много значит, спасибо! – выпалила Лили, вкладывая смысл в каждое слово. Юфимия Поттер, известная болливудская и голливудская актриса, снявшаяся в большем количестве кассовых хитов, нежели Дженнифер Энистон, делает ей комплимент? Неужели она умерла и попала на небеса? – Встреча с вами – это моя сбывшаяся мечта, вы мой кумир, правда! − О боже, − со смехом отмахнулась Юфимия. – Спасибо, дорогая. − Конечно, это…       Кто-то прочистил горло, и Лили испуганно обернулась. Она совершенно забыла, что рядом есть кто-то еще, и теперь прямо перед ней стоял Джеймс Поттер, с безразличным выражением сунув руки в карманы.       Лили немедленно ощетинилась. Зовите ее чересчур критичной особой, но все её встречи с парнями такого сорта, как этот – которые держались так, будто целый мир был у их ног – заканчивались исключительно плохо. Не говоря уже о высокомерном и резком поведении и вмешательстве в разговор. − Лили Эванс, очень приятно, − сухо произнесла она, протягивая руку.       Не помешало бы произвести хорошее впечатление на сына Флимонта. Будь она проклята, если подбросит кость СМИ и даст им повод для негативного внимания.       Джеймс долго смотрел изучающим взглядом на её руку, достаточно долго, чтобы она смутилась и, как следствие, начала злиться. Наконец, он взял её руку в свою, наклонился и неловко поцеловал тыльную сторону ладони.       Лили удивленно моргнула; не похоже, что он рад встрече с ней, но его родители казались довольными, поэтому она решила, что он решил соблюсти этикет, как полагалось в среде богатых людей.       Вспышка рядом ознаменовала фотографов поблизости, и Лили подумала, что они интересуются Флимонтом и Юфимией. − Джеймс Поттер. Это мне очень приятно, − протянул он таким тоном, словно ему было как угодно, но только не приятно. − Джеймс, − строго вмешалась Юфимия. – Почему бы не попробовать еще разок?       Джеймс закатил глаза, а Лили про себя усмехнулась. Похоже, её первоначальная оценка оказалась верной: перед ней был всего лишь избалованный, заносчивый мальчишка. Как ему удалось всех одурачить и произвести впечатление обаяшки, было выше её понимания. − Меня зовут Джеймс Поттер, − он театрально приклеил на лицо такую широченную ухмылку, что она едва не поморщилась. – Так рад познакомиться с тобой, Эванс. Я просто в восторге!       Теперь Лили уже откровенно хмурилась. Вот гребаный придурок. − Верно, в восторге, − насмешливо отозвалась она, уже не заботясь о том, что фотографы запечатлеют её явно сердитый взгляд. − Джеймс! – ошеломленно воскликнул Флимонт, его обычная легкая улыбка сменилась хмурым взглядом. – Извини, обычно он не такой капризный, просто… − Итак, теперь мы рассказываем ей историю моей жизни? – язвительно поинтересовался Джеймс, вскинув руку, чтобы взъерошить волосы. – Как же частная жизнь и личные границы? – он оглядел её с головы до ног и, кажется, не впечатлился. – Вряд ли она задержится в профессии: у детей-актеров всегда короткая карьера.       Лили ахнула в шоке. Ну и парень! − Похоже, у тебя свои проблемы, но нет необходимости вымещать их на мне, − она скрестила руки на груди и хмуро взглянула на него. – Тебе-то что? Завидуешь, что у меня есть талант, а ты просто живешь на папины деньги?       Он резко выдохнул, и Лили с извращенным чувством триумфа поняла, что попала в точку. − Прекратите, вы оба! – воскликнул Флимонт, потрясенно переводя взгляд с одного на другую.       Сердце Лили упало; этот короткий разговор, вероятно, разрушил её возможную карьеру.       А ведь она пыталась выставить себя в положительном свете перед СМИ. Бедная актриса-выскочка против любимого сынка известного режиссера? Они же ее сожрут.       Лили бросила свирепый взгляд на Джеймса, ответившего ей тем же.       Проклятье, это он во всем виноват.