Маковое Поле

Высокие тёмные деревья, кронами уходящие ввысь, тревожно возвышались над головой, едва пропуская тусклый свет алого диска луны. В непроходимом лесу царила давящая гробовая тишина. Только вот она не пугала так сильно, как внезапные шорохи. Тут, в такой час, при всём желании не встретить ни души, однако... тогда чьи глаза так пристально наблюдают из темноты? Тихие шаги укутанной в плащ Ангелии отпечатывались на сырой земле рядом с чужими немного странными следами. Помимо отпечатков ботинок на вытоптанной глиняной дорожке были заметны выдранные клочки травы и длинный след, словно от тяжелого мешка. Но самым неприятным во всей этой мрачной картине был запах. Ужасный запах гнили и разлагающихся тканей. Неужели на землях Вольвелона и правда есть такое ужасное место? Ангелия, с нескрываемым отвращением на лице, ступала по размягченной, оттого рыхлой земле. - Отвратительно, - хмуря брови и прикрывая нос не сдержала возмущения святая, огибая очередное дерево. Ведение, что девушка получила у Поместья Алых Слёз в то время не казалось ей таким уж и жутким, однако кто знал, что находится здесь на яву куда невыносимее. Единственное, что заставляло её шагать дальше было лишь четкое чувство боли где-то в груди. Святая оглянулась на сокрытую во мраке ночи тропу за спиной и напряженно вздохнула. Хоть сочувствие и сострадательность - не лучшие черты личности Ангелии, именно они делают её святой. Девушка просто не могла не прийти сюда, не откликнуться на зов ведения. Но не стоит забывать и о Софите... Почему то, несмотря на жуткие догадки Ангелии, её все еще не покидало чувство, что этой демонице можно доверять. Только как она может верить отродью тьмы? Глупо было даже полагать, что Софита никак не связана с культом Облитиуса... Во всяком случае, сегодняшняя ночь покажет правду. Святая фыркнула погрузившись в свои мысли, но вдруг её что-то отвлекло. Луна отсвечивала от тёмно-алого, почему-то поблескивающего, пня красного орешника. Золотые глаза святой сощурились, когда она заметила лохматую макушку за ним. Осторожно ломая влажные ветки ногами, Ангелия настороженно обошла кривой пень, с каждым шагом дыша всё тише и тише. Как вдруг, перед святой показалась хрупкая бездыханная девушка, в разорванном нежно голубом платьеце, испачканном грязью и кровью. Лицо бедняги было таким спокойным, что казалось, будто та просто спит. Ангелия не долго думая осторожно протянула руку к лицу девушки, создавая сияющие потоки святой энергии. В горле встал ком. Святая невольно вспомнила, как когда-то давным-давно, около трёх столетий назад, когда культ Облитиуса только набирал силу, сучилось нечто похожее. Тогда, на окраине леса она так же обнаружила тело белокурой девушки, что стала жертвой обмана оккультистов, только душа той девчушки... Внезапно лежащее на земле тело невинной дернулось, и посиневшая рука крепко вцепилась в запястье Ангелии. Не успела святая испугаться, как по телу пробежали мурашки от леденящего душу голоса за спиной: - Попалась. . . . Немного времени времени прошло, как Ангелия покинула стены Поместья Алых Слёз, звенящая пустота этого места сменилась плотным напряжением. Даже горгульи попрятались по углам, остерегаясь хмурой хозяйки. Как бы печально не было, но о недоеденном стейке Софита позабыла сразу же после ухода Ангелии. Её голова кипела, а мысли были наполнены тем, о чем самой демонице думать не хотелось. Она понимала переживания святой, понимала логику ее догадок, но могла ли Ангелия быть не такой... поспешной в своих выводах? Софита глубоко вздохнула. "Люди боятся тьмы, молятся, чтобы её избежать... однако, зачем тьмы боятся если можно связать себя с силой, что породила её?" Софита, как и любой, кто связан с Культом, прекрасно знала это изречение. Изречение, положившее фундамент, основу Культа Облитиуса еще несколько сотен лет назад. Дуэйн Эгарт - так звали первого человека, осмелившегося пойти наперекор Создательнице, вдохновленного этим суждением. Со временем у него появились последователи, ученики. Тогда суждения переросли в утверждения, а утверждения подкрепились практикой, заключениями договоров с темными силами и выполнением их порой жестоких требований. Пока в один из дней не появились... догматы. Культ Облитиуса довольно быстро развивался, и первая багровая церковь была выстроена на тридцатилетие самого Эгарта в его поместье, спрятанная от глаз верующих в Богиню. У оккультистов были свои традиции и ритуалы, однако мало кто знал насколько далеко могли заходить эти кровавые игры Культа... Пока однажды освежёванное тело Дуэйна Эгарта не нашли подвешенным в той самой багровой церкви. Для многих это стало сигналом и поводом прекратить зверские обряды, от чего культ распался два столетия назад. Но... Кто сумел его возродить теперь? Софита помотала головой, поднялась с кресла и направилась к выходу. Кем бы она не была сейчас, она хорошо помнит то, что сделало ее такой. Она хорошо помнит то, почему всем сердцем ненавидит Культ Облитиуса. И сейчас, когда Ангелия так смело убежала в гущу Западного Сильвиума, Софита обязана её найти. Желательной ещё живой и здоровой. . . . Ангелия вздрогнула и дернула рукой, но не успела избавится от руки покойницы, а когда послышались шаги и голос за спиной, золотые глаза святой на секунду загорелись божественным светом и тут же потухли - что-то не позволило ей использовать святую силу... Культ Облитиуса и его Багряная Церковь являются естественным противниками Фиделической церкви. Тёмная энергия, которой поклоняются оккультисты, есть противопоставление святой силы, а Разрушитель - Создательнице. И для Ангелии побороть тьму не было бы проблемой, если бы не одно но: Уильям Де ла Круа - отче Фиделический и отец Ангелии никогда не относился к девушке как к любимой дочери. Его мотивы были темны, а меры воспитания жестоки. Ещё с самых юных лет, когда золотая яблоня наконец-то налила плоды золотых яблок, а Ангелия встала на пост святой, Уильям обнаружил интересную закономерность: если силу святой смешать с тёмной энергией, то та испытает боль. И чем больше будет влито тьмы тем больнее будет святой. Уильям назвал это «вынужденными наказательными мерами воспитания», но за что? За банальные мелочи и проступки? Ангелия хорошо помнит эти моменты. Она также помнит, как её верные помощники и защитники - крылья - пытались помочь ей, защитить, однако перечить главе церкви, увы, они не могли. После таких дней святая всегда ослабевала, как и в этот раз, когда перед самым появлением Софиты в лавре, отец вновь... Сейчас Ангелия больше всего жалела, что отправила свои крылья на задания в разные концы империи. Пульсирующая боль сдавила виски и перед глазами всё начало плыть. - Глупышка, - послышался смешок откуда-то из деревьев, и на святую направился град зачарованных стрел. Остатки божественной силы Ангелии создали защитный барьер, отбрасывая стрелы в сторону, пока та старалась поспешно освободить руку из лап девушки. Однако укрыли её они ненадолго. Тетива вновь натянулась и стрелы рассекли воздух.Только вот, стоило этому произойти, как со стороны Ангелии наперерез врагу полыхнул огненный импульс, отбросивший летящие орудия в стороны. Из-за окровавленного пня, будто из воздуха, появился силуэт, стремительно приблизившийся к Ангелии. "Успела" - пронеслось в голове подоспевшей Софиты. Она цепко ухватила святую за руку и уже хотела утянуть её за собой в сторону, как ей помешала девушка, все еще мертвой хваткой удерживающая Ангелию рядом с собой. Софита, не медля ни секунды, взмахнула второй рукой, в которой тут же появился рубиновый клинок, однако позади неё тут же оказался один из оккультистов, блокирующий атаку. Демоница оттолкнула его ногой, и все же полоснула «подставную жертву» клинком, вырывая из ее хватки Ангелию. Мимолетно взглянув на святую, Софита оттолкнула ее поодаль, закрывая собой. Демоница прищурила глаза, шумно выдыхая. Пару столетий назад оккультисты бы при одном взгляде на неё разбежались прочь, но ныне... даже понятия не имели против кого встали. И это одно из последствий её затворничества. Отбивая атаки группы оккультистов, Софита нахмурилась. Пара ударов и их количество весьма сократилось, но стоило только девушке обернутся на святую, чтобы убедится в ее сохранности, как ногу пронзила режущая боль, покрывавшая фарфор её кожи трещинами. Стрела. Демоница вскрикнула, все еще старательно отбиваясь от множества людей. Она понимала, что потеряла навыки и с раненой ногой долго не протянет, потому провела рубиновым клинком по своей ладони и ударила рукой о влажную землю. Жидкость тут же воспламенилась, словно кто-то бросил спичку в сухую траву, окутывая собой врагов. Софита поднялась и отряхнула руку. Когда пламя утихло, она заметила, что подставная «мертвая» девушка, которая ранее держала Ангелию, не поддалась пламени. Она спокойными шагами направлялась к Софите, глядя на Ангелию за ее плечом. Демоница тут же ринулась в бой, скованная болью в теле, но продолжавшая наносить удары. Оккультистка лишь рассмеялась, бросаясь на раненную девушку. Они сражались в свете алого пламени, окутавшего поляну, окрасившего ярким светом последние мгновения жизни тех, кто выбрал путь тьмы. Ещё пара ударов зачарованным рубиновым клинком и демоническая выносливость сыграли на руку Софите - тело соперницы наконец рухнуло на землю. А следом за ей на колени упала и сама демоница. Ангелия, до сих пор не шевелившая пальцем наконец отмерла, вглядываясь в силуэты девушек. Она прищурила глаза, как тут же заметила, что побежденная мгновением ранее оккультистка собиралась нанести последний удар обессиленной Софите. В тот же миг глаза святой вновь засияли, а вместе с ними залилась золотым светом поляна, поглощая святой силой оставшееся алое пламя и жизни всех окультистов. Невредимой осталась лишь фигура в алом платье с небольшими рожками на голове. Откуда у Ангелии вновь взялись силы? Есть одно правило для любого обладающего святой энергией: Богиня ответит только на мольбы о благополучии ближнего, игнорируя эгоистичные желания. Силы тьмы притягивают озабоченных собой, невзирая ни на кого, в то время как божественные отзываются лишь на искреннее желание помочь людям вокруг. Ангелия выдохнула и свет вокруг потух, оставляя лишь блёклое сияние алой луны. Опомнившись, она тут же сделала несколько спешных шагов навстречу Софите протягивая к ней руку. - Как ты? - взволнованно спросила святая. - Сойдет, - отмахнулась демоница, заговорив впервые за эту встречу, и тут же поморщила нос. Она приняла руку Ангелии, поднимаясь на ноги. Тело Софиты не являлось человеческим, поэтому будучи сосудом - фарфоровой куклой, созданной рукой повелительницы Рэйны, такие раны не могли повлиять на жизнь девушки. Однако это не мешало ей чувствовать боль связывающую её тело и душу. Софита оглянулась, на удивление спокойно взглянула в золотые глаза, после чего тихо произнесла: - Идем. Думаю пора рассказать тебе кое что. Она мягко потянула святую за рукав ризы и тихими шагами направилась в направлении, которое казалось она знала единственная. Лишь только они покинули поляну, вновь погружаясь в темноту леса, Софита заговорила: - Думаю ты помнишь песню, что пели нам ведьмы. И возможно догадываешься о ком она. Ангелия едва заметно кивнула, отводя ветви лесных деревьев рукой. Софита глубоко вдохнула и начала рассказ: - Около трех сотен лет назад я была обычной девушкой из деревни неподалеку, как сказали ведьмы, была той самой «сестрой». Ничего не было во мне из того, что есть сейчас. И вот в один день, когда к нам приехали путешественники-чародеи я встретила одного юношу. Софита опечалено опустила глаза, сморщив нос. Ангелия взглянула на неё, но не издала ни звука, дожидаясь продолжения. Они шли по темному лесу, на минуту погрузившись в тишину. - Все было как у всех влюблённых, - продолжила Софита: - пока однажды, он не пригласил меня на маковое поле. Я в надежде на новую встречу под покровом ночи пришла к назначенному месту, но... ждал меня там не только он. Трое. Было трое людей в черных мантиях, что тут же схватили меня словно коршуны. А дальше... Ты сегодня сама видела жестокость оккультистов. Вот и я стала жертвой одного из их обрядов, переживая долгую и мучительную смерть. Софита чуть ускорила шаг, и раздвинула ветви перед Ангелией, открывая ей вид на большую поляну усеянную красными маками в свете алой луны. Святая удивлённо раскрыла глаза, смотря на прекрасное маковое поле со светящимися цветами на фоне иссиня-черного звездного неба. Она шагнула вперёд, чуть выше колена погружаясь в алые цветы, оборачиваясь на подходящую Софиту. Святая мягко коснулась цветов рукой и многозначительно произнесла: - Вот оно как. Но, кажется ты не знаешь эту историю полностью... Демоница обернулась на Ангелию с удивлением во взгляде. Святая лишь взглянула на окровавленную ногу Софиты и, нахмурив тонкие брови, слегка качнула рукой, от которой тут же светлыми потоками потекла божественная энергия на глазах излечивая трещины на ноге Софиты. Она взглянула в лицо девушки, кажется за долгое время смотря наконец как-то иначе... Без недовольства. - Тогда... чуть больше трёх сотен лет назад в церковь впервые попало сообщение о странном нападении на человека в лесной глуши, на маковом поле... - Ангелия взглянула на розоватые в отражении луны блёклые звёзды. - Она была так юна и красива, и я знала, как она хотела жить и быть любимой. Тогда, кажется, я впервые сделала, что-то противоречащее Фиделической церкви... Я даровала её душе силу, что помогла бы ей отомстить, тем кто это сделал. И единственное, что осталось, - Ангелия сняла со своей головы украшение, спадающее маленьким обсидиановым камнем на её лоб, и протянула его Софите, - это он. Демоница удивлённо распахнула глаза, с неверием глядя то на Ангелию, то на камушек. Пускай после «перерождения» Софита сильно изменилась как внешне, так и внутренне и уже не была уже той глупой девушкой, но она никогда не знала почему ритуал тех оккультистов не забрал ее душу навеки. Она всегда думала, что те ошиблись, и навлекли на себя беду. - Так вот почему... - Софита вновь опустила глаза, глядя на заживлённую ногу - ...их ритуал не завершился. Софита взглянула на Ангелию, но не выдержав немного отвернулась, скрывая влажные глаза. Тема ее судьбы, откровение Ангелии и всё, что произошло за последние пару дней не могли оставить демоницу равнодушной. Уголки губ дернулись вниз, но она все же сморгнула влагу и улыбнулась. - Спасибо, Ангелия - тихо произнесла демоница. Святая улыбнулась, чувствуя, как её энергия стала понемногу отчищаться. - Это моя работа,- Ангелия чуть улыбнулась и положила руку на плечо демоницы. - И ещё сегодня ты спасла мою жизнь, Софита. Кажется, теперь я у тебя в долгу. Ангелия тихо засмеялась, смотря как алые маки тихо мерцают, едва покачиваясь на ночном ветерке. - Отнюдь, - тихо посмеялась демоница и накрыла руку на плече своей - теперь мы квиты. Девушка прикрыла глаза, мягко улыбаясь. Алое море из маков степенно колыхалось, подсвечиваясь бледнеющей луной. Сегодняшняя ночь принесла как потери, так и обретения, раскрыв давние тайны и новые чувства. Однако же одну важную загадку только предстоит разгадать. Что на самом деле стало источником запаха гнили и сырости, который чувствовала Ангелия бродя по лесу? Кажется, или с Сильвиумом творится что то не ладное...