20.

2 июня 2002 года   «Уважаемый мистер Снейп,   Сообщаем Вам, что дата и место проведения собрания изменены. Министерство ожидает Вас 4-го июня. На место Вас доставит тот же портключ, что прилагался к предыдущему письму.   С уважением, Министр Магии Великобритании, Гермиона Джин Грейнджер-Малфой»   Северус сидел за своим столом и уже, казалось, в тысячный раз перечитывал строчки, выведенные каллиграфическим почерком молодой девушки. Этот стиль письма мужчина узнал бы даже с закрытыми глазами. Такой же почерк он видел на протяжении семи лет почти каждый день и мог бы с уверенностью назвать отправителя, даже если бы он не оставил свою подпись. Впервые за несколько лет он получил весточку от той, которая до сих пор занимала его сердце. Поначалу он не верил, что это послание было действительно адресовано ему. После командировки он оборвал связи со всеми знакомыми. Он вел отшельническую жизнь в Паучьем Тупике, не надеясь, что хоть кто-нибудь его однажды вспомнит. То путешествие оставило на его душе неизгладимые следы. Ему единственному удалось выбраться оттуда в здравом рассудке и не лишившимся магических сил. Мрачная атмосфера, в которой их всех держали, быстро начинала сводить с ума, а неожиданные исчезновения лишь подливали масла в огонь.    План побега Снейп начал продумывать сразу после первой встречи с Верховным. Невозможность трансгрессии была основной проблемой. Северус много дней ломал голову, пытаясь преодолеть эту преграду. Он скитался по бесконечным лабиринтам, пытаясь найти границы действия заклинания. Дело усложнялось тем, что портключ перенес его непосредственно в ту комнату, где он в дальнейшем проживал. Таким образом, он физически не мог запомнить путь от входа в убежище до его опочивальни. При каждой попытке трансгрессировать, заклинание переносило его в обеденный зал. Казалось, его эксперименты никогда не увенчаются успехом. Северус всегда носил с собой сверток бумаги, на котором схематично обозначал карту подземелья. В начале своего пути он и представить не мог, в насколько запутанном пространстве он оказался.    В один из дней, выбрав новый маршрут, он наткнулся на сооружение, подобное лифту. Осмотрев конструкцию, он понял, что все механизмы в нем исключительно маггловские. Снейп провел тщательный анализ на предмет наличия охранных чар, но, к своему удивлению, не обнаружил ничего подобного. Никто и не удосужился наложить на лифт какие-либо заклинания. Провозившись там весь день, он смог разобраться, как запустить питание, чтобы прибор мог работать. Все это изучение пришлось проводить вручную, чтобы ничего не испортить и не упустить единственный шанс на побег. Когда приборы загорелись, подсказки начали всплывать сами по себе. Компьютер вывел на экран полный механизм запуска лифта. Северус не стал терять ни секунды, чтобы вернуться за вещами. Его главная помощница, волшебная палочка, была при нем, а больше ему ничего и не требовалось. Он, строго следую инструкциям, запустил машину и занял одно из сидячих мест. Когда обратный отсчет был закончен, и лифт вдруг тронулся, мужчина поразился, что такую конструкцию могли соорудить магглы. Он мчал на бешеной скорости, отчего тело буквально вжимало в сиденье. Он чувствовал, что его глаза вот-вот должны были вылезти из орбит. Все это было похоже на затянувшийся акт трансгрессии.    Северус потерял счет времени. Казалось, подъем длился уже целую вечность. Но вдруг он почувствовал резкое облегчение. Его перестало мутить, пропало ощущение, что все его органы были перекручены, а лифт начал понемногу сбавлять скорость, пока полностью не остановился. Мужчине потребовалось не больше минуты, чтобы прийти в себя. Он не сомневался, что кто-то наверняка услышал лязг ржавых цепей, несших его на путь спасения. Осмотревшись вокруг, он не заметил ничего, кроме снега, конца которому не было видно до самого горизонта. Отряхнув свою мантию и проверив наличие палочки в кармане, он тут же попытался трансгрессировать, что удалось с первой попытки. Открыв глаза, он даже удивился, что находится в своем доме, а не в обеденном зале.    С тех пор он так и не выходил на улицу. Сезоны года сменялись за окном один за другим, но он так и не осмеливался покинуть свою обитель, боясь, что за ним все еще может идти слежка. Это путешествие оставило на его психике неизгладимый отпечаток. Он стал еще большим параноиком. Даже крики детей, изредка доносившиеся с улицы, каждый раз заставляли его вздрагивать. Он знал, что если бы за ним кто-то охотился, то наверняка уже выдал бы себя, но все равно не мог заставить себя сделать ни шагу за порог. Два с половиной года он не выходил из дома…   И теперь это. Это письмо. Первое за долгое время. И именно оно пробудило в Снейпе желание жить снова. Даже если теперь от него требовалось вернуться к социуму, он готов был сделать это, чтобы хоть одним глазком увидеть ее.     Дважды он мирился с мыслью о том, что умрет в одиночестве, и дважды одна юная ведьма возвращала его из пучины отчаяния. Северус был готов отдать что угодно, лишь бы снова встретиться с ней. Сначала Гермиона приходила к нему во сне каждую ночь, как и когда-то. Она винила его во всех бедах: что он бросил ее, растерзал сердце в клочья, воспользовался ей как шлюхой. Потом сюжет изменился: девушка ползла за ним на коленях, умоляя вернуться, обещая быть его рабыней, выполнять любые просьбы – что угодно, лишь бы он остался с ней. Северус и сам был не против этого, но почему-то в итоге всегда покидал ее. А потом стало совсем наоборот – теперь он бегал за ведьмой, но она почему-то всегда оказывалась на шаг впереди. И только спустя месяц эти пытки прекратились. Он больше не видел ее. Каждую ночь перед отходом ко сну он надеялся, что Грейнджер придет к нему, но этого не случилось ни в первую ночь, ни в сотню последовавших за ней.    В тот день, когда Северус вернулся из своего безумного путешествия, он нашел на пороге своего дома около двадцати нетронутых писем, которые, по-видимому, присылались чуть ли не ежедневно. Все они выглядели одинаково, из чего профессор сделал вывод, что написаны они были одним человеком. Он надеялся, что это именно Гермиона беспокоилась о нем. Когда способность здраво мыслить вернулась к мужчине, он обнаружил, что его предположение было неверным.    На каждом конверте красовалось одно и то же имя, но принадлежало оно совсем не той, которую он ожидал. Почерк был идеальным, но все же не тем… Прочитав все письма в хронологическом порядке, Северус отметил, что их содержание постепенно менялось. Первые несколько штук были идентичными:   «Уважаемый профессор Снейп,    Вы отбыли столь неожиданно, не потрудившись объясниться. Поэтому теперь прошу подробно изложить причину вашего отъезда в письменном виде.   Искренне ваша,  Минерва Макгонагалл, Директор школы чародейства и волшебства Хогвартс»   Письмо, датированное пятью днями позже гласило:    «Профессор Снейп,   Я все еще жду от вас отчет о вашем безответственном отъезде. Вы подводите не только учеников, которым предстоит сдавать экзамен по вашей дисциплине, но и меня. Я снова вынуждена вести занятия по двум предметам, что не входило в мои планы. Я уже не молода, и поэтому прошу вас вернуться к исполнению своих обязанностей, и, если вы не соизволите ответить, привести значимый аргумент в свою пользу.    С уважением,  Минерва Макгонагалл, Директор школы чародейства и волшебства Хогвартс»   Через неделю было отправлено еще несколько штук, но они уже утратили официальный тон:    «Северус!    Скажи на милость, как долго ты собираешься испытывать мое терпение? Знаю, у тебя характер не сахар, но я думала, что ты меня хоть немного уважаешь.    Профессор Макгонагалл»   «Северус,    Ты не ответил ни на одно из десяти моих писем! Почему? С тобой все в порядке? Тебе нужна помощь?   Минерва»   «Сев, пожалуйста, ответь! Я начинаю беспокоиться. Куда ты пропал? Я не видела тебя почти две недели.»   Последнее было самым лаконичным:    «Надеюсь, ты жив.    Твоя Минерва»   Взвесив все «за» и «против», Северус решил все-таки отправить ответ. Ему было приятно, что хоть кто-то беспокоится о нем. Он любил профессора практически как мать, и именно поэтому так тяжело сейчас было осознавать, что, написав последнее письмо, Минерва, наверное, окончательно сдалась. Снейп не хотел вдаваться в подробности. Он решил дать женщине понять, что он в безопасности, и с ним все в порядке.    Насколько это можно считать порядком.    «Уважаемый Директор,    Прошу освободить меня от занимаемой мной должности (что вы, должно быть, уже сделали) по личным причинам. Я жив и здоров. Боюсь показаться невежливым, но прошу больше не присылать мне писем, во избежание неприятностей.    Выражаю искреннюю благодарность вам за беспокойство.    Северус»    Завернув лист бумаги в самолетик, Снейп наложил на него чары невидимости. Мужчина открыл форточку, стараясь не издать ни звука и запустил его в воздух. Теперь самодельный летательный аппарат станет видимым, лишь достигнув стола получателя.    Окончательно разорвав последнюю ниточку с внешним миром, Северус прошелся по дому и закрыл занавески на каждом из окон. В воздух взмыло невероятное количество пыли от давно нетронутой ткани. Приложив титанические усилия, мужчина вспомнил заклинания, которым учила его мать, чтобы тот мог быстро наводить чистоту в свой комнате, если отец пьяный вдруг нагрянет с проверкой. За считаные минуты дом снова стал пригодным для жилья, и теперь профессор мог хоть ненадолго насладиться свободой. Нежданные воспоминания о детстве нагрянули невероятной волной, заставив мужчину погрузиться в глубокую меланхолию, в которой он и прибывал до того дня, когда сова вдруг постучалась клювом в его окно, протянув лапу, к которой было привязано министерское письмо.   *** 4 июня 2002 года.    Портключ перенес Северуса на огромную поляну, которая в солнечный день наверняка выглядела волшебно. До ушей доносился звук движения воды, но в пределах видимости мужчина не обнаружил ни одного потенциального источника. Должно быть, это была значительных размеров река, течение которой, разбиваясь о камни, издавало этот шум.    Когда он только оказался здесь, не было видно ни следа присутствия людей. Неподалеку стоял только полуразрушенный замок. Не придумав ничего лучше, Снейп двинулся в его сторону. Не могло же какое-то собрание быть обычным пикником. Он понятия не имел, что там будет происходить и зачем его вызвали. Единственной причиной, почему он решился посетить это мероприятие, была возможность вновь увидеть Гермиону. Блокнот, который был ее последним подарком, он вместе со всеми вещами оставил в том зловещем подземелье, поэтому способов связаться с ней без помощи совиной почты он не нашел. С Макгонагалл все было гораздо проще: тот самолетик он отправил, точно зная конечную цель, поэтому не беспокоился за его сохранность, а вот в комнате Грейнджер он ни разу не бывал, поэтому и не мог доставить ни одной весточки таким же способом. Совы днем вызывали слишком много подозрения, да и к тому же у него не было собственной птицы, чтобы донести послание. Страх быть пойманным недоброжелателями перевесил желание написать той, что была бы скорее всего и не рада его письму.    По мере приближения к ветхому строению, мужчина заметил, что оно вдруг начало преображаться. Сначала все стены вдруг восстановились, а когда до ворот в самую высокую из башен оставалось не больше пятидесяти метров, Снейп увидел какого-то человека, сновавшего туда-сюда прямо у входа. В тот же момент он остановился и повернул голову, заметив мужчину поблизости. Северус узнал его.    Черт, Малфой!    Снейп был готов поклясться, что увидел, как его глаза сощурились, выдавая, что юноша тоже понял, кто перед ним. Когда мужчина приблизился достаточно, чтобы завести разговор, парень выкрикнул первый:    — Профессор Снейп! Не ожидал увидеть вас здесь, — выражение лица Малфоя было беспечным, но в его глазах светилось что-то недоброжелательное, что выдавало наигранность его эмоций.    — Здравствуй, Драко. — В силу своего возраста у Северуса получалось гораздо лучше контролировать свои истинные чувства.    — Давно не слышал о вас, — продолжил юноша. — Не знал, что вы приглашены. В любом случае, прошу следовать за мной. — Драко развернулся на каблуках, не дожидаясь ответа, и поспешил в сторону входа на территорию.    Преодолев кованые ворота, мужчины оказались во внутреннем дворе, периметр которого был обнесен высокими каменными стенами. Поляна, по которой они шли в сторону высоких дверей из темного дерева, лишь слегка уступала по размерам той, на которую Снейпа перенес портключ. Тучи, уже давно покрывавшие небо, делали обстановку более зловещей, однако Северус не чувствовал никакой угрозы жизни и теперь мог хоть немного расслабиться. Паренек, которого было не заткнуть во времена, когда он был учеником профессора, не проронил ни слова. Они шли в полной тишине всю дорогу от ворот до комнаты, куда был распределен мужчина, постоянно поднимаясь и спускаясь по бесчисленным лестницам. Казалось, сооружение было вдвое больше Хогвартса, и Снейп искренне надеялся, что ему больше не придется преодолевать этот путь. По правде говоря, он уже успел запутаться во всех этих коридорах.    Однако нельзя было сказать, что Северус был в ужасе от выбранного для встречи места. Замок, хоть и был выстроен, вероятнее всего, несколько веков назад, смог произвести на него впечатление. Стены были украшены в лучших традициях средневековья, хотя некоторые элементы и выдавали, что были родом из современной эпохи. Темные полы были выстланы крупными каменными плитами и отполированы так, будто по ним до сей минуты не ступал никто живой. Своей блестящей поверхностью они отражали потолок, что визуально еще больше расширяло и без того огромное пространство. Должно быть, если на них попадут лучи солнца, они будут выглядеть как гладь черного озера.    По мере продвижения вглубь помещения, на стенах начали изредка появляться движущиеся картины, подобные тем, что когда-то украшали Хогвартс. Возможно, некоторые из них и впрямь были привезены оттуда. Погрузившись в размышления о мрачной красоте внутреннего убранства замка, Снейп чуть не врезался в юношу, который резко остановился у ничем непримечательной двери, похожей на ту, что была установлена на входе в само здание.    — Мы на месте, — коротко сказал Малфой. — Сегодня день прибытия, поэтому ничего важного не назначено. Вы можете быть свободны до завтрашнего утра. Можете передвигаться по территории замка как вам вздумается. Только не заблудитесь. Я не путеводитель и больше не буду отводить вас в опочивальню. Ужин состоится в восемь часов вечера в зале у главного входа. Если не захотите почтить нас своим присутствием, можете попросить домовика принести еды в вашу спальню. До скорой встречи, — резко закончил свою тираду юноша и сразу же удалился. Северус не успел опомниться, а следов присутствия мальчишки уже не было.    Должно быть, моему присутствию не сильно рады.   Сделав такое умозаключение, Снейп коснулся ручки двери и беспрепятственно проник в свою новую обитель. Наверное, замки здесь не предусмотрены с расчетом на то, что каждый присутствующий в состоянии самостоятельно наложить Запирающие чары. Комната была не сильно просторной. Напротив двери было два окна, доходивших практически до потолка. Посередине между ними стоял стол из черного дерева вместе с приставленным к нему стулом, а у левой стены кровать, над которой свисал балдахин цвета индиго. Темный платяной шкаф находился в углу справа от двери, а рядом с ним — ветхие книжные полки, которые грозились упасть, если посетитель вдруг хлопнет дверью чуть сильнее, чем обычно. Мужчина идеально вписывался в эту обстановку, будучи столь же мрачным не только снаружи, но и внутри.    С того дня, когда на его столе появилось министерское письмо, он еще глубже ушел в себя. В его голове днем и ночью крутились мысли о Гермионе: что он скажет ей, и захочет ли она вообще его слушать. Ему было искренне интересно, насколько она изменилась. Пережив множество трудностей в столь юном возрасте, девушка и так была мудрой не по годам. И что же тогда с ней могло статься теперь?   Снейп подошел к окну, погрузившись в свои мысли, и открыл его настежь. Лишь набрав полные легкие воздуха, мужчина снова почувствовал себя живым. Как же ему этого не хватало. На высоте шестого этажа, где находилась его комната, ветер гулял не на шутку. Это сразу напомнило ему о временах, когда они с Гермионой проводили кучу времени на Астрономической башне. Теперь в его жизни нет не только радости от ее присутствия, но и даже пачки сигарет, которыми она его угощала, чтобы спастись сейчас от угрюмого настроения.        *** 5 июня 2002 года.    — Рада видеть всех присутствующих, — начала Гермиона, стоявшая в самом центре залы, в которой собралось около двухсот волшебников. Северус не был уверен, что знал каждого из них. Окинув всех взглядом, он мог поклясться, что лишь пара человек показались смутно знакомыми ему. — Вам должна быть известна причина, по которой мы все здесь собрались. Над магическим миром вновь нависла угроза, и вы, величайшие умы нашего времени, должно быть, в силах решить ее.    Снейп никак не мог оторвать взгляд от той, кому принадлежал этот властный голос. Да, это было неуместно, но он никак не мог прекратить пялиться. Он не видел ее столько лет. По правде говоря, эта девушка множество раз являлась ему во снах, но они лишь отражали облик той, что он запомнил, а не той, которой она являлась теперь. Слава Мерлину, его отличное зрение и память позволили уловить различия. Лицо Грейнджер еще больше осунулось. Если бы он встретил эту ведьму на улице, он едва смог бы дать ей двадцать два года. А он точно знал, что ей двадцать два. На ее лбу уже залегли морщины, не соответствовавшие ее возрасту. Мешки под глазами по размеру превышали те, что были там в самые трудные времена.    Признаться честно, Северус был полностью оторван от окружающего мира и смутно представлял себе, что происходит вокруг него. Он знал, что еще до его кошмарной командировки, без вести пропало несколько сильных волшебников. Насколько он понимал по обрывкам фраз Министра, доносившихся до его сознания, погруженного полностью в собственные размышления, они до сих пор не были найдены.    — Каждый день в полдень мы будем собираться здесь для обсуждения ваших предложений. — Снейп не заметил, когда речь девушки подошла к концу. Он осознал это лишь когда в помещении повисло долгое молчание. Никто не смел проронить ни звука. Из нее будто полностью выкачали воздух. Настолько пустым показалось ему пространство.    Северус вновь обвел взглядом комнату и вдруг заметил еще одно знакомое лицо, от которого его сердце сжалось. Минерва Макгонагалл стояла в первом к Грейнджер ряду в противоположной стороне залы. Видимо, он настолько долго и бесстыдно пялился, что его заметили. Он вдруг обнаружил, что профессор смотрит прямо ему в глаза. Несмотря на нагрянувшее смущение, Снейп не стал отводить взгляд. Сколько бы он себя не убеждал, он скучал по своей покровительнице. Ведь именно она незаметно оберегала его от нападок Джеймса Поттера во время его собственного обучения. Она оказалась ему настолько же близкой, как мать. В конце концов, именно она настояла на том, чтобы он вернулся к преподаванию после войны.   Кучка волшебников, заполнивших комнату, вдруг начала рассасываться, а он так и стоял в полном оцепенении, пялясь в одну точку. Но он даже не заметил этого. Его мысли полностью погрузились в воспоминания о прошлом. Вдруг мужчина почувствовал прикосновение к собственному плечу.    — Здравствуй, Северус, — послышался будто отдаленно знакомый голос. — Северус, ты меня слышишь? — После этой фразы он будто вышел из транса. Он резко повернулся к источнику звука и увидел перед собой все то же строгое, но доброе лицо.    — Здравствуйте, профессор. — Он едва удержался от того, чтобы заключить женщину в объятия, что вообще-то не было ему свойственно. Видимо, некоторое время собственноручного заточения давало о себе знать.    — Я так рада тебя видеть! — Минерва сама набросилась на него с объятиями, на что он не успел должно среагировать.    Так они стояли, посреди пустого холла. Женщина повисла на шее мужчины, который сохранял свою обыденную стойку: смирно, с руками, заведенными за спину. Вдруг такая поза показалась ему неловкой, и он ответил на объятие.    Он сжал профессора так, будто это была их последняя встреча. Он давно не испытывал никаких прикосновений, и теперь это казалось ему самым настоящим ощущением в мире. Северус наконец почувствовал каждую клеточку своего тела. Он вновь почувствовал себя живым человеком, а не набором тканей, обреченным на существование.   — Я тоже рад вас видеть. Вы не представляете насколько. — Только и вырвалось из его уст.    — Я очень переживала о тебе после твоего последнего письма. — Макгонагалл наконец отстранилась от него, и он увидел, как она вытерла выступившие слезы. — Как же ты заставил меня понервничать! — Последняя фраза сопровождалась ударом кулаком в грудь. Это не было больно, скорее играючи.    — Извините меня, профессор. Я не хотел, чтобы кто-то беспокоился. Я думал, оно, наоборот, утешит вас. — С обычной сдержанностью ответил Снейп.    — Ах, ну как же! Я должна была и сама догадаться! Я так хочу послушать обо всем, что с тобой произошло. Уверена, у тебя были непростые времена. Как ты смотришь на небольшую прогулку? — ее тон не предполагал отказов, поэтому Северусу оставалось только принять ее руку под свой локоть и следовать за ней.    Казалось, они обошли всю территорию необъятного замка к тому времени, когда солнце начало клониться к закату. Снейп поведал ей историю своего небольшого, но невероятно травмирующего путешествия, а профессор, в свою очередь рассказала ему обо всем, что он пропустил, спрятавшись от всего мира под давлением паранойи.