Глава 1.

— Гермиона Грэйнджер! Девочка с копной непослушных каштановых волос, судя по всему, с нетерпением ждала своей очереди и не сомневалась в успехе. Услышав свое имя, она чуть ли не бегом рванулась к табурету и в мгновение ока надела на голову Шляпу. — ГРИФФИНДОР! — выкрикнула Шляпа. Для профессора зельеварения Северуса Снейпа, который сидел за преподавательским столом, все вдруг стало происходить, как в замедленной съёмке. Он нахмурился, что сделало его характерную морщинку между бровями ещё глубже. Черные глаза сверкнули недоумением и злостью. А в голове звенел лишь один вопрос до самого окончания торжества в честь начала очередного учебного года в школе чародейства и волшебства Хогвартс: «Что все это значит, Альбус?» *** — А ты как думаешь, мой мальчик? — Я пришел сюда не в шарады играть, а за ответами, — челюсть мужчины в темной мантии ходила ходуном, а на лбу проявились венки от ярости. — Ответ получить несложно, нужно лишь задать вопрос, — невозмутимость директора раздражала. — Хорошо. Как скажешь, Альбус. Вот тебе вопрос: почему девушке, чью смерть я оплакивал годами, сейчас одиннадцать и она только что прошла церемонию распределения, а, значит, теперь является моей студенткой? — с таким выражением лица темный маг вполне мог бы достать палочку и прямо сейчас пальнуть из нее Непростительным, но ему нужны были ответы. — Во-первых, с чего ты взял, что это она? Внешнее сходство и такое же имя ещё ни о чем не говорят… Северус уже собирался начать гневную тираду на тему «Ты за придурка меня не держи!», но Дамболдор поспешил продолжить: — Во-вторых, если это действительно так, разве ты и так уже ничего не понял? — профессор в серебристо-фиолетовых одеяниях развел руки в стороны в немногозначном жесте «чего ты от меня хочешь?». Снейп вдруг понял, как его тело сильно напряжено. Каждая мышца начала ныть, умоляя хоть немного расслабиться. Он рухнул мешком с картошкой в кресло для посетителей в кабинете директора. — Что мне теперь делать? Я не смогу видеть ее на своих уроках каждый день. Мне придется наблюдать, как она взрослеет. Как заводит друзей потом отношения, как она будет жить жизнь, в которой для меня нет места, потому что она моя студентка. А потом она «уколет палец веретеном и уснёт навсегда». Я даже не знаю, что страшнее: знать, что она умерла 8 лет назад, или наблюдать за тем, как она растет, зная, что она не доживёт до 20-ти лет, — Северус в отчаянии прикрыл глаза рукой. — У тебя есть несколько вариантов. Первый: можешь попытаться не допустить ее возвращения в прошлое. Но боюсь, что тут ты не властен. В противном случае, ты бы ее напросто не узнал сегодня. А может, тебя и вовсе бы сейчас здесь не было. Да и хочешь ли ты отказаться от своего прошлого, ради надежды на то, что девушка проживет чуть дольше, чем ей уготовано. Второй: можешь, заставить её себя ненавидеть, чтобы у неё не возникло мысли там в прошлом отдать за тебя жизнь. Но и тут тебя будет ждать неудача. Парадокс в том, что то, что для неё будущее, для тебя — прошлое, а, значит, константа. Поэтому остаётся лишь третий вариант — смириться и подчиниться воле судьбы. Ты ничего не сможешь изменить, как и она не смогла. Все так, как и должно быть. И, конечно, что бы не случилось, никто не должен знать, особенно Гермиона. Надеюсь, ты меня услышал. А пока ступай к себе и отдохни хорошенько. — Почему ты мне не сказал? — взмолился Снейп. — Добрых снов, Северус. Директор встал со своего места и направился в сторону своих покоев, намекая на то, что лимит ответов исчерпан.