Глава 14. Брат и сестра в деле

      Вся рабочая неделя проходила гладко, Амалии удавалось избегать Ацуши и почти отсутствовать в офисе выезжая со своими коллегами на задания, а если и день выдавался безвыездным, девушка могла прятаться в кабинете Ёсано, болтая или даже помогая ей заполнять бумаги и журналы. Если же даже у женщины не находилось работы, она спускалась в кафе.       Но сегодня все пошло по одному месту. С ранено утра, Куникида был не в самом лучем расположении духа. Начиналось все хорошо, Дазай, казалось пришел вовремя, однако это было фатальной ошибкой, детектив вел себя как обычно, но Доппо закипал с каждым действием, мужчина даже к рукоприкладству прибег. И в конце, решил преподать урок всем. Всего за двадцать минут офис опустел, все отправились на задания, осталось лишь четверо. Она, Куникида, Дазай и Ацуши. — Амалия, Ацуши, — резко проговорил он, заставив вздрогнуть, — Вы отправляетесь в третий полицейский участок, там нужна помощь в архиве. — Но, Куникида-сан… — тихо проговорила девушка, мужчина прекрасно понимал, почему она избегает его, когда ругал за отсутствие на рабочем месте пришлось рассказать. — Никаких «Но»! — резко воскликнул он, — А ты, — он указал на Осаму, — Отправляешься на задание один, что бы отчет не на кого было спихнуть, вот тебе вся информация, — мужчина кинул ему папку, намереваясь попасть в лицо детектива, но тот ловко перехватил её, — Быстро, все.       Делать было нечего, Амалия еще хотела как-то повздорить, мол, какого хрена настроение ему испортил Дазай, а страдают все, но её мягко потянули за собой, заставляя все слова остаться при ней же. — Я ему устрою, в понедельник, на пять минут опоздаю, нет, на час, что бы больше хрен посмел на меня голос повышать, — ругалась себе под нос Амалия, — И вообще, я фотограф, за каким хреном я иду в этот архив. — Куникида-сан и в правду сегодня перегнул, — проговорил Ацуши, что не был злым, скорее просто принимал ситуацию как факт. — Перегнул? Да он не просто перегнул! Он…он, да я даже не знаю как сказать, что бы не ругаться! — злость била по всему телу, со стороны, девушка сейчас выглядела словно гном, идет громко топая, руки сжаты в кулаки и она чуть сгорбилась, недовольно зыркая на каждого прохожего. Новая волна гнева захлестнула, когда она услышала смешок со стороны парня, — Что? — рявкнула она резко останавливаясь. — П-простите, вы очень смешно идете… — прикрывая рот ладонью, он попытался скрыть улыбку. — Я тебя ударю, — угрожающие проговорила она, демонстративно поднимая кулак. — Простите.       Весь оставшийся путь они проделали в тишине. В участке, их встретили с распростертыми объятьями, похоже полицейские, были единственными, кто радовался плохому настроению Куникиды. Их проводили в архив, где подробнее объяснили, что им нужно сделать. Работы было немало. Такое чувство, что в этом месте, никогда не убирались и все дела складывали как попало. Им относительно повезло, полицейский участок новый, ему всего лет пять-шесть, от чего вместо нескольких десятков полок, их встретили всего десять, по пять на каждого. — Господи, почему нельзя все изначально нормально ставить, — забираясь на стремянку пробубнила Амалия. Из-за того, что эти идиоты сразу не делают как надо, ей придется, наверное сотню раз, спускаться и подниматься по этой лестнице с тяжеленными папками.       Ацуши же приступил к работе молча, но судя по редким, тяжелым вздохам он был примерно такого же мнения. Первая полка далась легко, от чего настроение немного приподнялось, значит, есть вероятность, что они тут не на долго. Если бы можно было еще включить музыку и открыть окно на проветривание, было бы просто идеально, но им строго на строго запретили это делать. С окном понятно, солнечные лучи, все дела, но музыка! «Ладно, надо занять себя чем нибудь еще», — подумала девушка. — Ацуши, расскажи о себе, — бросила она, просто так из любопытства. — О себе? — удивился парень. — Да, где рос, что любишь, что не любишь и так далее, — на самом деле она даже не собиралась слушать, так просто, что бы фоном были хоть какие нибудь звуки, помимо скрежета картона.       Но когда Накаджима начал свой рассказ, ее план полетел по швам, в какой то момент, она осознала, что просто пялится на папки и слушает его, очень внимательно. Где он рос она прекрасно знала, но вот остальная информация была для нее новой, казалось бы, они же так долго были вместе, но за этот год так много поменялось. Музыку он в детстве не слушал, попросту негде было, а сейчас любит слушать спокойную музыку, зачастую без слов, в свободное время учится и читает, а гуляя по Йокогаме обязательно посетит торговый район. — А любимое блюдо? — тихо поинтересовалась Амалия. — Отядзуке, помню, когда я впервые встретил Дазай-сана и Куникиду, съел порций тридцать наверное, — посмеялся парень, — Думал, с голоду помру. — После того как тебя выгнали, ты бродил по улицам? — чуть повернувшись, Амалия поджала губы, расплакаться тут еще не хватало. — Да… ночевал в храмах, думал, тигр-людоед преследует меня, куда бы я ни пошел, а это оказался я, — он печально улыбнулся, — А потом, увидел утопленника в реке и прыгнул спасать его. — А это оказался Дазай, да? — она чуть хихикнула. — Да! Я его спас, а он мне: «Я что? Выжил? Черт!» и посмотрел на меня так недовольно. — Хорошо, что спас, ты добрый, — отвернувшись, она резко смахнула слезу с щеки и принялась за дело. Может, к черту? Рассказать? — А вы? — Я? Да обычная жизнь, все как у всех, только родители погибли, когда маленькая была, — поспешно проговорила Амалия. — Тоже из детского дома? — удивился детектив. — Да, но мне повезло, — вздохнув она подумала, прежде чем продолжить, — Я с братом туда попала, в обиду меня не давал. — Наверное он очень сильный и добрый. — Да, как ты. — Ч-что вы! — она не видела, но точно слышала, что он повернулся, она бы тоже так сделала, но глаза, предательски заслезились вновь. Черт, — Я вовсе не сильный, мне еще учится и учится! — Знаешь, мой брат говорил: «Пока в твоем сердце есть добро и ты не смотря на все будешь защищать своих близких — значит ты сильный», — голос предательски дрогнул, что не ускользнуло от чувствительных ушей тигра. — Вам грустно о нем говорить? — он подошел, и положив руку на плечо чуть сжал. — Накатывает иногда, — кивнула она, чуть повернувшись, — Я… потеряла его. — Мне очень жаль, — немного отступив, он чуть приподнял руки, но словно передумав, резко сжал их в кулаки. Накаджима видела это, если бы… если бы только все сложилось по другому? Какая бы у них была жизнь?       Раздумывая над этим, захотелось разреветься в голос, не сдержавшись, она сама обняла парня. Тот сначала опешил, а потом ответил. — Прости, просто… ты очень его напоминаешь, — сказала она, шмыгнув носом. — А я думал, что вы меня невзлюбили, по этому поскорее уходите из офиса, как только я прихожу. — Нет, это не так.       Голова резко запульсировала, зажмурив глаза, Ацуши чуть отступил, но девушка не разомкнула объятия. — Прости, еще немного, — голос ее был тихим, прозвучал на задворках сознания, а потом кабинет архива и вовсе померк в глазах, и перед ними предстала новая. Он в детском доме, в библиотеке, очередное наказание, перебрать все книги и выставить их в алфавитном порядке. Только он был не один, рядом стояла сестра, она что-то рассказывала, подавая ему книги, белые волосы собраны в хвост, а глаза горят, точно, их возили на экскурсию. Параллельно рассказу и помощью, она успевала показывать ему фотографии, от чего он счастливо улыбался. — Я пыталась уговорить директора взять тебя, но ты же знаешь… — грустно проговорила она, опуская голову. — Ничего, все в порядке, — отмахнулся парень, — Когда мы с тобой выйдем, будем хоть каждый день на экскурсии ходить, да? — он слез с небольшой лестницы и заключил ее в теплые объятия. — Да и ты будешь покупать мне мороженное, — кивнула она. — Буду, конечно буду.       Когда глаза открылись, он вновь был в полицейском участке, но, лежал. Резко сев, он почувствовал, как закружилась голова, от чего болезненно поморщился. — Не так резко Ацуши, у тебя кровотечение, — Куникида выглядел немного нагруженным. — Куникида-сан? Что вы тут делаете? — Проверял как идет работа, на часах уже шесть вечера, а вы все не закончили, — недовольно бросил он. — К-как шесть? — он немного заметался, выискивая часы. И в правду, шесть тридцать. — Амалия сказала, что ты упал в обморок, нашатырь не помог и тебя положили отдыхать, — тут же объяснил мужчина, — Завтра, будешь за нее она закончила всю работу и уже дома. — Конечно…       Как только парень оказался у себя в комнате общежития, голова вновь разболелась, он уже подумал пойти к Ёсано, но та, благо прошла через несколько минут, только вот из носа снова хлынула кровь. Что за видения? Он помнил все, место, разговоры, но не лицо человека на против и кем же ему приходится.