Часть 50

      I

             Фред и Джордж в своей благословенной Мерлином предусмотрительности прихватили во время вылазки в магазин небольшой арсенал всевозможных вредилок, которых хватило бы на пару месяцев саботажа режима Амбридж. Северус отказался набивать карманы изделиями близнецов, Гермиона не очень представляла, что каждое из них собой представляет, зато Джинни снарядилась на полную катушку. Самим Умникам Уизли, кажется, не терпелось презентовать свой товар тем редким аврорам, кто еще не был с ним знаком.       — Некоторые неопробованные новинки, конечно, можно назвать немного… негуманными, — задумчиво протянул Фред, оглядывая ворох вредилок на столе.       По словам эльфов, ставших их глазами и ушами в Министерстве, после десяти вечера Министра обычно уже не беспокоили и это было лучшим временем добраться до него, не привлекая к себе внимания. Поглядывая теперь на часы, Гермиона надеялась, что все пошло по плану и Северус успел добраться хотя бы до Атриума.       Было условлено, что близнецы с Роном доберутся с помощью эльфов до Аврората, а Гермиона и Джинни отправятся к Кингсли. Действовать им всем предстояло очень тихо, быстро и осторожно — поднять тревогу значило подвергнуть опасности жизни многих и многих беззащитных служащих, ничего не подозревающих о скорых событиях. Поначалу Фред и Джордж хотели отправиться за Артуром и Перси, чтобы перенести их в «Нору», но, обсудив этот вариант, были вынуждены отказаться от этой идеи: если что-то пойдет не так, за их исчезновение скорее всего накажут невиновных.       Даже с учетом всей аврорской рати, численное превосходство оставалось за Долоховым и его прихлебалами. Невыразимцев привлекать к делу Снейп по-прежнему отказывался категорически и из-за банальной нехватки зелья, и по причине отсутствия доверия к ним. Если вспомнить, что Долохов почти поселился в архивах Отдела Тайн в последние дни, опасения выглядели не такими уж и надуманными.       Чем ближе была минута отправки в Министерство, тем сильнее все начинали нервничать. К беспокойству Гермионы за Гарри, Артура и Перси добавилась совершенно особая тревога за Северуса, на котором, к тому же, еще лежала и львиная доля ответственности за их общий успех. Он отправился раньше всех, и Гермиона, не удержавшись, попыталась обнять практически необъятное незнакомое тело священника из Эксетера, нимало не стесняясь присутствия друзей. Снейп же поспешил вывернуться и удрать как можно скорее.       — Нервничаешь? — спросила Джинни, помогая подруге справиться с волосами и упрятать их под повязку, больше всего напоминающую обычную маггловскую бандану.       — Еще бы, — честно призналась Гермиона.       — Мне кажется, я перед битвой за Хогвартс так не волновалась — просто не успела тогда понять, что к чему.       — И я…       Парни ожидаемо делали вид, будто им все нипочем. Фред даже посетовал на то, что Снейп вывел Руквуда из строя раньше времени и теперь нет никакой возможности поквитаться с «рыхломордым уродцем» за взрыв и последовавшее за ним обрушение стены.       — Должен признать, — сказал Джордж перед самым отбытием в окружении трех домовиков, должных общими усилиями доставить его в Министерство, — Грюм бы нам сейчас ой как пригодился.       Это была самая ужасная аппарация в жизни Гермионы, несравнимая даже с экстренным побегом с Гриммо с Яксли на хвосте. Фидо и Тэбби не зря опасались, что с аппарацией могут возникнуть проблемы из-за ослабления и их магии. Обычно дело ограничивалось одним тошнотворным мгновением и к этому можно было привыкнуть. Но сейчас все затянулось на несколько секунд сумасшедшей круговерти, будто бы они тащились в пробке по проклятущей М25.       Гермиона едва устояла на ногах, когда ее и Джинни выкинуло посреди хорошо знакомого кабинета Кингсли. Шагнув назад, чтобы не упасть, она чудом не наступила на одного из домовиков, одновременно сжимая палочку и оглядывая кабинет. Они были втроем, никаких наемников — эльфы не подвели.       — Привет, Кингсли, — борясь с тошнотой, поприветствовала старого товарища Гермиона.       Министр выглядел откровенно паршиво. Всего за несколько дней он постарел на десяток лет: обычно гладко выбритое лицо покрывала щетина, на блестящем черепе тоже начал пробиваться черный пушок — удивительно, но оказывается, Бруствер брил голову не из-за начавшегося облысения, — под глазами залегли совсем уж черные тени, а лицо в целом будто стекло вниз, как бывает у стариков.       Джинни только и смогла, что помахать ему рукой, другой зажимая рот.       — И откуда Северус взял сердце чистокровного волшебника? — устало спросил Кингсли, обнимая разом обеих девушек.       — Кхм, давай поговорим об этом потом? — засуетилась Гермиона, демонстративно поглядывая на часы и малодушно надеясь, что объясняться с Бруствером придется Снейпу. Опустив взгляд на шестерку эльфов, она благодарно улыбнулась им. — Спасибо вам, господа.       Зашушукавшись между собой, домовики почтительно поклонились и растворились в воздухе с характерным хлопком.        — Какой у вас план? — Кингсли провел по лицу ладонью.        — Фред, Джордж и Рон отправились к аврорам, — подала голос Джинни, присев за огромный стол для совещаний. — Если все пойдет, как мы задумали, они разделятся на группы, каждая из которых отправится в один из отделов, чтобы освободить заложников, и останутся там для охраны.        — А Снейп?        Гермиона коротко и наверняка нервно хохотнула.        — О, тебе понравится. Он прикинулся Флэтворфи и решил зайти со, скажем так, нынешнего парадного входа.        Кингсли вытаращился на нее.        — Откуда у него частица этого ублюдка?        — Ниоткуда. Мы с Роном просто нашли маггла, отдаленно напоминающего Флэтворфи.        — Он сказал, что пойдет за Долоховым в архив Отдела Тайн, — добавила Джинни. — Ты знаешь, что ему могло там понадобиться?        — Нет, — покачал головой Бруствер, тут же помрачнев еще сильнее. — Но, думаю, без Хайда он ничего не найдет, а архивариус подчиняется только Министру.        — И из-за этого вся суета? — вздернула брови Джиневра. — Должно быть, ему нужно какое-то очень паршивое дерьмо… Сначала вся эта заваруха с дементорами, теперь это.        — Будем надеяться, Северус не переусердствует и Долохову представится шанс поделиться своими планами. И очень кстати, что там рядом десятый зал заседаний.       — Мы думали, что к Визенгамоту отправится Робардс, а мы присоединимся к нему, когда сможем, — пояснила Гермиона. — Вряд ли же тебя оставили совсем без присмотра?       — О, нет, — хмыкнул Кингли. — Я бы счел это настоящим оскорблением. Но там всего двое, не думаю, что они станут проблемой. И, видимо, у вас все рассчитано по времени?       — Да, — скверно улыбнулась Джинни. — Все начнется за час до полуночи.       

      II

              Снейпу казалось, что его невезучесть в эту минуту достигла апогея. Надо же было вляпаться в такое дерьмо, едва ступив на порог. Заявись Флэтворфи чуть раньше, домовики бы успели предупредить о его появлении, десятью минутами позже — и Северус бы уже был на девятом ярусе, предоставив жирному кретину самому объясняться с новыми друзьями Долохова. Захотелось воздеть руки к невидимому небу и спросить, за что ему такое наказание.        Пока что у него еще был шанс отбрехаться. Начать махать палочкой сей же момент значило сорвать весь их план и подставить черт знает сколько сотрудников Министерства. На такие жертвы Северус пойти был не готов, даже принимая во внимание его невысокое мнение об абсолютном большинстве «коллег».       — Вы кто еще все такие? — пока что не поняв, что происходит и что перед ним его предполагаемый двойник, совершенно на него не похожий, возмутился Флэтворфи. — Почему вдруг прерывают мой отпуск из-за какого-то там якобы захвата Министерства?!       — Это я у тебя хотел спросить, боров, — все с тем же тяжеловесным акцентом ответил старший из наемников, полностью проигнорировав вторую часть вопроса.       — Я судья Визенгамота Барнабас Флэтворфи, идиот! Где там Долохов?       — Флэтворфи, говоришь?       Наемники медленно повернулись к Снейпу, уже набравшему воздух в грудь для не менее горячей отповеди.       — Что за чушь?! — грохнул он. Кем бы ни был обладатель его новой внешности, глотка и легкие у него были что надо. — Я уже сказал, что это я Барнабас Флэтворфи!       Будучи не понаслышке знаком с несдержанностью судьи, Северус совершенно не удивился, когда тот направил на него палочку. Знать о новых особенностях магии в Министерстве Флэтворфи было неоткуда, и Снейп последовал его примеру, вскинув палочку для защиты. Судя по пассу, его планировали припечатать банальными оглушающими чарами, но ничего ожидаемо не случилось. Боров, как метко окрестил нового гостя незнакомый наемник, тут же предпринял вторую попытку, на что Северус уже изобразил невербальную попытку защититься, и, когда вновь ничего не произошло, недоуменно уставился на свою волшебную палочку.       — Какого дьявола?! — взревел он. — Это что за шуточки?!       — Где Долохов?! — Северус старался не отставать от оригинала в возмущении.        Четверка наемников обменялась короткими смешками. Заговорив между собой, они предоставили двум «судьям» разбираться между собой самим, однако волшебники, вышедшие из школьного возраста, не слишком-то были склонны к вульгарному рукоприкладству — особенно чистокровные снобы. Прислушавшись к разговору, Снейп не смог с уверенностью опознать язык, на котором говорили наемники, — речь показалась ему одновременно и певучей, и до нелепости смешной.       — Значит, хочешь видеть Долохова? — вновь посмеялся главарь. — Будет тебе Долохов.       И Северуса, и Флэтворфи с обеих сторон подхватили под локти и потащили по направлению к лифту. Внутренне ликуя, Снейп для видимости упирался изо всех сил, как и настоящий судья, не пренебрегающий еще и бранью. Разумеется, Антонин не мог не узнать Флэтворфи, и оставалось очень мало времени, чтобы придумать выход из сложившейся ситуации, — но, по крайней мере, у него получилось не поднять шум в Атриуме, который непременно встревожил бы уже должно быть подрасслабившихся захватчиков.       Появление Флэтворфи в некоторой степени оказало Северусу услугу: даже с учетом невозможности колдовать его наверняка должны были обыскать. Не то чтобы маленькая табакерка в кармане его многострадальной мантии заслуживала самого пристального внимания, но вот ее содержимое определенно могло заинтересовать его оппонентов, прояви они чуть больше любопытства и предусмотрительности.       Украдкой сунув руку в карман, когда кабина лифта мягко тронулась, унося их вниз, Северус нащупал ту самую табакерку. Времени было предельно мало, ведь спуститься предстояло всего на один уровень. Тэбби говорил, что редких невыразимцев, кому не повезло оказаться в Министерстве в злополучный вечер, распределили по другим отделам, а значит, девятый уровень скорее всего был свободен и несколько неподвижных тел привлекут внимание далеко не сразу…       Перуанский порошок мгновенной тьмы в свое время сослужил добрую службу Малфою-младшему, но близнецы все равно продолжили импортировать его в Англию, и Снейпу достоверно было известно, что большая его часть раскупалась отнюдь не школьниками, желающими досадить Филчу.       Посмеивающиеся над их с Флэтворфи довольно вялой перебранкой, в основном ограниченной угрозами, что будет, когда Долохов опознает настоящего судью, наемники упустили момент, когда Северус одним коротким движением выбросил вверх горсть черного порошка.       Из рукава в ладонь скользнула палочка. Кабина мгновенно наполнилась черным непроницаемым дымом, в котором и сам Северус ничего не видел, зато отлично слышал вопли на странном незнакомом языке, перемежающиеся руганью Флэтворфи. Подобной подзаборной брани Снейп не слышал со времен довольно давнего визита в один из притонов. Чей-то локоть припечатал его под ребра, в темноте коротко моргнула вспышка какого-то заклинания, и тут же над головой загремела крыша кабины. Уже начав короткий замах, Снейп почувствовал удар упавшей панели по плечу… Было тесно, неповоротливая туша не позволяла двигаться быстро, но он, не мудрствуя лукаво, упер палочку в ближайшего к нему человека — судя по недавней диспозиции и воплям, это был главарь наемников — и от души приложил его Обездвиживающим, тут же пригнувшись как можно ниже и прикрываясь одеревеневшим телом, с особым тщанием пряча палочку, чтобы со стороны не были заметны вспышки.       Следующим стал жирдяй Флэтворфи: во-первых, он был удобной целью, мимо которой тяжело промахнуться; а во-вторых, продолжал блажить над ухом Северуса и пытался дотянуться своими лапами хоть до какой-то его части, наверняка не осознавая, кого именно собирается схватить. Будь Снейп сейчас в своем настоящем облике, его давно бы ухватили за волосы.       Издав тихий знакомый всем служащим Министерства звон, лифт остановился на девятом уровне, и Снейп поспешно и наугад взмахнул палочкой в сторону, где, как ему казалось, были двери, надеясь заблокировать створки, — при свете у него оставалось ничтожно мало шансов. И кто знает, есть ли на этаже еще противники кроме Долохова в архивах. Северусу в толчее таки прилетело чьим-то коленом в скулу, отчего загудело в голове. Он прекрасно понимал, что с момента отправления из Атриума прошло едва ли больше десяти секунд, но, как и бывает в любой заварухе, казалось, будто время тянется очень медленно. К тому же ему со школьных времен за такой ничтожно короткий промежуток не прилетало столько тычков и затрещин.       Вновь навскидку бросив Оглушающее, по звуку глухого удара Снейп понял, что попал в цель. С другой стороны мелькнула очередная вспышка, видная будто бы очень издалека в ночи, вместе с ней раздался короткий окрик. Наверняка предупреждающий. И, судя по очередному звуку удара, запоздалый. Рано или поздно Северусу должно было повезти — один из наемников угодил в своего же товарища.       Он в очередной раз, уже практически расслабленно, направил палочку в сторону единственного оставшегося наемника, и с облегчением вздохнул, слушая, как тот сползает по стенке.       Часто и надсадно дыша, Северус скинул с себя тяжелое неподвижное тело, должно быть принявшее на себя парочку заклятий в качестве щита. Впрочем, его состояние нимало не заботило Снейпа. Поднявшись, он набрал полную грудь воздуха, восстанавливая дыхание и приходя в себя. Сердце глухо стучало где-то в ушах, саднила ушибленная скула, а плечо ныло после удара потолочной плитой. Вокруг до сих пор царила непроницаемая темнота, и Северус на ощупь попытался добраться до заблокированной им же решетки, то и дело спотыкаясь об обездвиженные тела и чуть не загремев носом в стену.       — Проклятый хряк! — вновь ругнулся он на ни в чем не повинного обладателя своего временного облика. Одно утешение — действие Оборотного скоро должно было кончиться.       Совладав с решеткой, Северус наконец вывалился в темный коридор, едва освещенный редкими тусклыми светильниками. Но картина неприветливого облицованного черными панелями коридора была давно привычна Снейпу — даже интерьеры Отдела Тайн были призваны нагонять уныние не только на визитеров, но и на сотрудников. Видимо, именно поэтому невыразимцы не так часто в принципе появлялись в Отделе.       Мрак перуанского порошка выплыл в коридор вместе с Северусом, словно живое существо.       Поисковые чары не показали чужого присутствия, но еще оставался архив, к которому неприменимы были обычные законы ни магии, ни физики. Постоянно прислушиваясь и оглядываясь по сторонам, Северус связал оглушенных противников и отлевитировал их в ближайший кабинет, в обычное время занятый начальником Отдела — самым бесполезным сотрудником, выполнявшим лишь общие административные функции. Нимало не стесняясь, Снейп не заботился об осторожной доставке и даже пару раз будто невзначай не вписал Флэтворфи в дверной проем. В конце концов, если Блэку можно было пропахать его, Северуса, головой потолок тоннеля к Визжащей Хижине, почему он сам должен стараться? Логика, разумеется, не идеальная, но сойдет. И это небольшое развлечение позволило немного скоротать время в ожидании конца эффекта Оборотного зелья.       Усевшись в кресло своего номинального начальника, чью фамилию даже не помнил, Северус бросил взгляд на настенные часы. По его прикидкам, через несколько минут он должен был избавиться от успевшего надоесть рыжеватого толстяка и вернуть себе собственный облик, пусть не слишком-то презентабельный.       Давая себе небольшую передышку, Снейп собирался как следует обдумать дальнейшие действия. Жизнь показала, что для успешного долгосрочного планирования нужно быть Альбусом Дамблдором. У Северуса же вечно что-то шло не так, и он давно научился импровизировать либо полагаться на других, зачастую более удачливых людей.       Его целью был Долохов. До их встречи в «Мечтах» Снейп никогда не сталкивался с ним в дуэли. Порой среди Пожирателей случались открытые конфликты, но Северус старался держаться от подобных глупостей подальше: Темный Лорд не поощрял конфронтации среди ближнего круга, и легко можно было впасть в немилость. Вдобавок ко всему Снейп предпочитал не показывать так называемым соратникам ни свои сильные стороны, ни слабые, стараясь вместо этого наблюдать. По крайней мере, с тех пор, как с него слетела спесь юности, уступив место предусмотрительности.       Что и говорить, Долохов всегда был блестящим дуэлянтом. Сам Грюм не смог одолеть его в девяносто шестом, от его руки погиб Люпин. Если бы не Silencio, Гермиону ждала мучительная смерть во время их с дружками безумной вылазки в Министерство… Чтобы совладать с Антонином, потребовалось мастерство Флитвика, которого всегда недооценивали из-за его внешности и мягкого характера. Но была, разумеется, у Долохова и своя Ахиллесова пята.       Прощупав его во время их короткого сражения, Северус был почти уверен, что совладает со стариком. Особенно если ему кое-кто поможет…       В мыслях за короткие минуты отдыха Снейп все равно то и дело возвращался к Гермионе. Он волновался за нее — чертовски волновался и уговаривал себя не посылать патронуса разузнать, как у нее дела, прекрасно понимая, что все испортит.       Если с ней что-нибудь случится, он проклянет Бруствера, Уизли, Поттера… Да кого угодно.       Первым делом Северус почувствовал, что нестерпимо начала чесаться голова — на место залысин возвращались волосы. Суставы выкрутило — по сравнению с обращением в волка это было ничто, — одежда повисла на нем мешком, а ботинки грозили свалиться с ног. Превращение завершилось быстро, и Снейп с облегчением уставился на свои руки, глупо желая убедиться, что все в порядке.       Вернуть одежду в первоначальное состояние было куда проще, нежели возиться с клоунским нарядом Флэтворфи.       Северус не до конца понимал, как именно устроены архивы Отдела Тайн, но явно не просто так ему ни разу не встречался там хоть кто-нибудь из невыразимцев. И ему как-то нужно было добраться до Долохова… А помочь с этим мог человек, которому и сам Снейп не очень-то нравился.

III

      Элемент неожиданности и в самом деле на их стороне — с людьми за дверями кабинета Министра они разделались быстро и без особого труда. По одному на каждого, после чего Бруствер, не церемонясь, перетащил тела к себе в кабинет, просто ухватив их за шиворот.       — Давно хотел их поколотить, — пояснил он, брезгливо отряхивая огромные ладони. — Ну, хоть так.       Джинни одобрительно хмыкнула и, приоткрыв дверь, выглянула в коридор. Они с Гермионой вполне могли выдать себя за подручных Долохова, но вот с Кингсли все было куда сложнее. Им предстояло добраться до Аврората — преодолеть лишь один уровень, только вот Бруствер не мог не привлечь внимание.       — Там парочка уродов бродит туда-сюда, — поморщилась Джинни. — Если их тоже убрать, это наверняка заметят остальные.       — Тогда попробуем проскочить, — пожал плечами Кингсли. — Тут недалеко выход на лестницу. Вы идите как ни в чем не бывало, а я пройду под дезиллюминацией.       — В Министерстве есть лестницы? — удивилась Джинни.              — Конечно, — кивнула Гермиона. — Лифты придумали в середине девятнадцатого века, до этого же нужно было…       — Да, да, очень интересно, — перебила ее подруга. — Идти-то куда?       Они с Джинни вышли из приемной, стараясь делать вид, будто тоже патрулируют коридор. Гермиона придерживала капюшон, хотя в этом не было необходимости.       — Сними ты его, — прорычала Джинни, — странно нам вот так ходить в капюшонах.       Пришлось признать ее правоту. И очень вовремя: им навстречу как раз из-за угла вышел патруль. Гермиона с трудом нашла в себе силы кивнуть им с нейтральным выражением.       Завернув за угол, они огляделись и проскользнули в малоприметную дверь, почти слившуюся со стенными панелями, за которой начиналась темная лестница. С появлением лифтов лестницы позабросили, и теперь здесь в основном лишь курили или жаловались друг другу на начальство.       — Где там Кингсли? — проворчала Джинни, приложив ухо к двери.       — Тише, — шикнула Гермиона, крепко сжимая в руке палочку.       Дезиллюминационные чары отнюдь не были панацеей в их случае, но лучше, чем ничего, и в коридорах с приглушенным светом вполне могли сработать. Прислушиваясь к малейшему шороху, Гермиона была готова сорваться с места на помощь Кингсли при первой необходимости.       — Мать моя!.. — Джинни рявкнула и отскочила назад, выставив перед собой палочку на манер шпаги, когда открылась дверь.       — Это я. — Кингсли поспешно снял с себя чары. — Спокойнее.       — Ты долго, — нервно заметила Гермиона, поглядывая на наручные часы.       — Ждал, пока одни пройдут, потом был второй патруль… Да неважно, — отмахнулся Министр. — Идем уже.              Широкие лестничные пролеты отзывались эхом на каждом их шагу, и Кингсли, издав страдальческий вздох, сотворил Заглушающее заклятие.       — Извини, — хором выпалили девушки.       — А может, и хорошо, что вы обе отказались идти в Аврорат…       К тому времени, когда они добрались до Аврората, там уже все было окончено: на полу сидели семеро связанных наемников в окружении толпы разгневанных авроров, спорящих между собой, что с ними делать. Создавалось впечатление, что от расправы авроров удерживает только Робардс, которому и самому ничуть не меньше хотелось сделать что-нибудь незаконное.       — Гарри! — крикнула Джинни.       Должно быть, она сама держалась в последнее время из последних сил, не зная, что происходит с Гарри. Наверняка заверения домовиков о его благополучии не очень-то ее успокаивали.       Поттер молча протолкался через толпу коллег к Джинни и крепко обнял, прижимая к себе и ничуть не стесняясь окружающих.       — Ты что тут делаешь?! — услышала Гермиона возмущения друга.              — Тебе задницу прикрываю.       Кингсли уже переговаривался с Робардсом, Джинни и Гарри были заняты друг другом, и Гермиона подошла ближе к Министру, не желая мешать друзьям. Ей не хватало Северуса, но, еще когда они строили планы, она понимала, что не стоит идти с ним — иначе Снейпу пришлось бы постоянно отвлекаться на нее, и это могло подставить под удар и их, и весь план. Стоило признать, сама Гермиона точно так же беспокоилась бы за Северуса.       — Я уже разделил парней на группы, чтобы отправиться в отделы, — вещал Гавейн, не особо обращая внимание на то, что среди парней были и женщины, которые, впрочем, ничуть не возражали.       — Хорошо, хорошо. — Кингсли потер лысину. — Мы с тобой пойдем в Визенгамот.       — Мы идем с вами, — влезла Гермиона. Робардс перевел на нее тяжелый взгляд, и Кингсли упреждающе выставил руку, не давая ему возразить.       — Гавейн, не кипятись.       — Снейп тоже где-то тут ошивается?       — Да, в Отделе Тайн. Кажется, он пошел за Долоховым.       — Очень надеюсь, они там друг друга поубивают, — хмыкнул Робардс. — Мисс Грейнджер…       — Сэр, — подал голос Гарри, — я ручаюсь за Джинни и Гермиону, и сам буду за ними присматривать. Привет, — он тепло улыбнулся Гермионе.       — Мерлин, — простонал глава Аврората, — вы меня в могилу вгоните. И хорошо, если только меня.