Глава 15

От ​третьего ​лица. ​ ​— ​РА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А! ​ ​Столица ​Семи ​королевств ​была ​разбужена ​мощным ​ревом ​черного ​дракона. ​Его ​тень ​была ​настолько ​велика, ​что ​накрыла ​почти ​треть ​столицы. ​ ​Когда ​появился ​этот ​неизвестный ​дракон, ​массами ​овладела ​паника. ​Но ​потом ​жители ​увидели, ​как ​дракон ​несколько ​раз ​облетел ​столицу, ​прежде ​чем ​мирно ​приземлиться ​в ​Драконьем ​логове. ​ ​Все ​успокоились ​и ​вздохнули ​с ​облегчением. ​ ​ ​*** ​ ​От ​первого ​лица. ​ ​— ​Какое ​удивительно ​бессмысленное ​появление, ​— ​пошутила ​мама. ​ ​ ​Я ​нахально ​улыбнулся ​и ​затем ​спросил: ​ ​— ​Но ​тебе ​ведь ​понравилось? ​ ​— ​Я ​бы ​так ​не ​сказала, ​но ​мне ​понравилось ​ощущение ​собственного ​величия, ​когда ​ты ​сидишь ​верхом ​на ​драконе. ​ ​Я ​улыбнулся. ​Мне ​было ​важно, ​чтобы ​она ​поняла ​мою ​связь ​с ​Урраксом ​и ​те ​ощущения, ​которые ​вызывал ​полет. ​Эти ​ощущения ​входят ​в ​список ​причин, ​по ​которым ​я ​отдалился ​от ​всех ​родственников ​в ​Рунном ​Камне. ​ ​От ​всех, ​кроме ​нее. ​ ​ ​Этот ​трепет ​от ​всемогущества ​испытывали ​далеко ​не ​все ​в ​этом ​мире. ​Именно ​это, ​на ​мой ​взгляд, ​привело ​к ​социальному ​расколу ​между ​Таргариенами ​и ​остальным ​миром. ​ ​Дракон ​тогда ​был ​не ​чем ​иным, ​как ​ядерной ​бомбой, ​управляемой ​человеком. ​ ​«Это ​неизмеримое ​чувство ​всемогущества ​может ​заставить ​тебя ​забыть, ​что ​ты ​всего ​лишь ​человек, ​микроскопическая ​крупинка ​во ​Вселенной», ​— ​подумал ​я. ​ ​ ​Я ​быстро ​слез ​со ​спины ​Урракса, ​как ​только ​мы ​приземлились ​во ​внутреннем ​дворе ​Красного ​замка. ​Затем ​я ​помог ​своей ​матери, ​на ​лице ​которой ​застыла ​улыбка, ​слезть. ​ ​Я ​слишком ​хорошо ​ее ​знал, ​чтобы ​понимать, ​что ​она ​не ​была ​традиционной ​придворной ​дамой, ​которая ​только ​и ​делает, ​что ​говорит ​о ​вышивке ​и ​тому ​подобных ​вещах. ​ ​Нет... ​моя ​мать ​была ​авантюристкой, ​и, ​если ​бы ​у ​нее ​не ​было ​меня, ​она ​бы ​ходила ​на ​охоту ​или ​защищала ​различные ​уголки ​нашей ​территории ​от ​горных ​кланов. ​ ​ ​«Что ​она ​все ​еще ​делает, ​но ​в ​меньшей ​степени», ​— ​подумал ​я, ​увидев, ​как ​лорд-командующий ​Королевской ​гвардией ​прибыл ​к ​нам. ​Я ​не ​видел, ​чтобы ​с ​ними ​прибыли ​члены ​королевской ​семьи. ​ ​— ​Его ​светлость ​король ​Визерис ​просит ​вас ​любезно ​извинить ​его. ​В ​настоящее ​время ​ему ​нездоровится, ​но ​позвольте ​мне ​проводить ​вас ​до ​ваших ​покоев, ​— ​сказал ​сир ​Гарольд ​Вестерлинг, ​командир ​стражи. ​Для ​того, ​кто ​умрет ​в ​следующем ​году, ​он ​выглядел ​совершенно ​здоровым. ​ ​Я ​не ​обиделся ​на ​отсутствие ​членов ​королевской ​семьи, ​потому ​что ​мы ​прибыли ​очень ​рано. ​Поэтому ​мы ​последовали ​за ​сиром ​Гарольдом ​в ​наши ​покои, ​на ​страже ​которых ​уже ​стояли ​воины. ​ ​Разумеется, ​я ​отправил ​в ​столицу ​отряд ​из ​двухсот ​рыцарей ​и ​трехсот ​гвардейцев ​несколькими ​волнами ​и ​под ​разными ​именами. ​Например, ​формально ​они ​были ​охранниками ​лавочников ​дома ​Ройсов, ​торгующих ​драгоценными ​мехами ​и ​крепкими ​качественными ​лошадьми. ​ ​В ​пределах ​Красного ​замка ​мне ​разрешалось ​иметь ​только ​пятьдесят ​рыцарей. ​Остальные ​разместились ​в ​городе, ​где ​я ​купил ​несколько ​домов ​и ​участок ​земли, ​на ​котором ​я ​строил ​казармы ​для ​своих ​людей, ​выглядящие ​как ​обычное ​поместье. ​ ​ ​— ​Благодарю ​вас, ​сир ​Гарольд. ​ ​ ​Он ​кивнул ​и ​ушел, ​а ​мы ​вошли ​внутрь ​покоев. ​Как ​только ​мы ​вошли, ​я ​рухнул ​на ​кровать ​и ​пожаловался: ​ ​— ​Не ​могу ​дождаться, ​когда ​вернусь ​в ​Рунный ​Камень. ​ ​ ​Моя ​мать ​закатила ​глаза, ​прежде ​чем ​сказать: ​ ​— ​Мы ​не ​пробыли ​здесь ​и ​четверти ​часа, ​а ​ты ​уже ​жалуешься. ​ ​ ​— ​Это ​место ​меня ​напрягает. ​В ​Рунном ​Камне ​все ​прекрасно, ​все ​слушают ​меня, ​все ​мирно-спокойно. ​Там ​я ​не ​боюсь, ​что ​меня ​отравят, ​— ​ответил ​я, ​раздраженно ​вздыхая. ​ ​«Чем ​дальше ​я ​от ​столицы ​и ​всех ​столичных ​интриг, ​тем ​мне ​спокойнее», ​— ​подумал ​я. ​ ​— ​Ты ​сильно ​преувеличиваешь. ​Помни, ​что ​мы ​должны ​пробыть ​здесь ​десять, ​может ​быть, ​двадцать ​дней, ​а ​затем ​вернемся ​домой. ​Чрезвычайно ​важно ​показать ​остальной ​знати ​Долины ​и ​даже ​всего ​королевства, ​что ​дома ​Ройсов ​и ​Таргариенов ​ладят, ​а ​ты ​силен. ​Это ​удержит ​стервятников, ​жаждущих ​крови, ​от ​нападок, ​— ​объяснила ​она, ​на ​этот ​раз ​серьезно. ​ ​— ​Не ​волнуйся, ​мама, ​я ​прекрасно ​понимаю, ​зачем ​мы ​здесь, ​— ​так ​же ​раздраженно ​сказал ​я. ​ ​Хотя ​я ​и ​жаловался, ​но ​именно ​я ​инициировал ​возвращение, ​и ​на ​то ​у ​меня ​была ​веская ​причина. ​ ​«Чтобы ​избавиться ​от ​этих ​совершенно ​абсурдных ​помолвок, ​с ​которыми ​ко ​мне ​пристают ​уже ​много ​лет», ​— ​мысленно ​добавил ​я. ​ ​*** ​ ​От ​лица ​Рейниры ​Таргариен. ​ ​ ​— ​Вы ​слышали ​новости, ​сир ​Кристон? ​— ​раздраженно ​спросила ​я. ​ ​ ​Сир ​Кристон ​Коль ​кивнул ​и ​ответил: ​ ​— ​Да, ​похоже, ​король ​решил ​выдать ​вас ​за ​вашего ​кузена, ​принца ​Эймона. ​ ​«Эти ​слухи, ​должно ​быть, ​распустили ​мои ​недоброжелатели ​ ​– ​те, ​кто ​хочет, ​чтобы ​наследником ​вместо ​меня ​стал ​мой ​кузен, ​принц ​Эймон. ​Но ​я ​им ​этого ​не ​позволю. ​Я ​буду ​бороться ​за ​свое ​место ​до ​самой ​смерти, ​если ​потребуется. ​Я ​не ​повторю ​судьбу ​тети ​Рейнис», ​— ​подумала ​я, ​сжимая ​кулаки. ​ ​— ​Не ​спросив ​моего ​согласия, ​он ​хочет ​выдать ​меня ​замуж ​за ​человека, ​который, ​судя ​по ​всему, ​Таргариен ​только ​по ​названию, ​— ​сказала ​я, ​злясь ​все ​больше ​с ​каждой ​минутой. ​ ​— ​У ​него ​есть ​дракон, ​ваше ​высочество, ​— ​парировал ​сир ​Кристон. ​ ​ ​— ​Только ​благодаря ​крови ​моего ​дяди. ​Дядя ​Деймон ​рассказал ​мне ​о ​своем ​сыне ​и ​сам ​сказал, ​что ​он ​Таргариен ​только ​по ​имени. ​Не ​будь ​у ​него ​дракона, ​он ​бы ​давно ​отрекся ​от ​него, ​— ​сказала ​я, ​презрительно ​фыркнув. ​ ​— ​Значит, ​вы ​против ​помолвки?! ​— ​удивленно ​спросил ​он. ​ ​— ​Конечно, ​я ​не ​выйду ​за ​него ​замуж. ​И ​ты ​мне ​в ​этом ​поможешь, ​— ​ответила ​я ​с ​лукавой ​улыбкой. ​Ведь ​я ​уже ​нашла ​решение ​всех ​своих ​проблем ​в ​Кристоне ​Коле. ​ ​— ​Я ​объявлю, ​что ​тот, ​кто ​сможет ​победить ​тебя ​на ​ближайшем ​турнире, ​получит ​мою ​благосклонность ​и, ​потенциально, ​руку ​и ​сердце. ​Пока ​никто ​из ​них ​не ​победит ​тебя, ​нам ​нечего ​будет ​обсуждать, ​— ​продолжила ​я, ​уверенная ​в ​силе ​сира ​Кристона ​Коля. ​ ​Никто ​из ​королевских ​гвардейцев ​не ​был ​сильнее ​моего ​щита. ​ ​ ​— ​Ваше ​высочество, ​это ​неразумно. ​Его ​светлость ​король ​поймет, ​что ​вы ​пытаетесь ​избежать ​брака. ​ ​— ​Но ​он ​не ​сможет ​мне ​помешать, ​потому ​что ​я ​заставлю ​своего ​кузена ​согласиться ​на ​участие ​в ​турнире ​в ​присутствии ​свидетелей, ​— ​ответила ​я. ​ ​ ​— ​И ​как ​вы ​это ​сделаете? ​— ​спросил ​сир ​Кристон ​Коль. ​ ​ ​— ​Пока ​не ​знаю; ​я ​все ​еще ​думаю, ​— ​ответила ​я. ​Я ​должна ​быть ​осторожна, ​чтобы ​мой ​план ​не ​привел ​к ​противоположному ​результату. ​ ​— ​Хорошо, ​я ​сделаю ​так, ​как ​приказывает ​ваше ​высочество, ​— ​сказал ​сир ​Кристон. ​ ​ ​«Отлично, ​а ​теперь ​давай ​посмотрим, ​как ​ты ​заставишь ​меня ​выйти ​замуж ​за ​твоего ​любимчика ​после ​его ​унижения, ​отец», ​— ​подумала ​я. ​ ​*** ​ ​Три ​часа ​спустя ​ ​От ​первого ​лица. ​ ​— ​Сюда, ​ваше ​высочество, ​— ​повел ​меня ​королевский ​гвардеец ​Аррик ​Каргилл. ​ ​ ​Я ​последовал ​за ​ним ​в ​сопровождении ​моей ​матери. ​Мне ​было ​любопытно ​узнать, ​зачем ​король ​созвал ​нас ​всех ​в ​тронный ​зал. ​ ​«Похоже, ​мой ​отец ​решил ​вернуться ​в ​столицу, ​чтобы ​попросить ​прощения ​у ​своего ​брата ​за ​свои ​действия», ​— ​подумал ​я, ​вспомнив ​рев, ​который ​слышал ​около ​часа ​назад. ​ ​Я ​не ​обращал ​на ​это ​должного ​внимания, ​потому ​что ​в ​столице ​собралась ​целая ​куча ​драконов. ​Эта ​эпоха ​знаменита ​своей ​путаницей. ​ ​Но ​чем ​больше ​я ​думал ​над ​этой ​возможностью, ​тем ​уверенее ​становился. ​ ​Когда ​мы ​вошли ​в ​тронный ​зал, ​я ​молча ​встал ​бок ​о ​бок ​с ​матерью, ​надев ​маску, ​которую ​выковывал ​все ​свое ​детство. ​ ​Герольд ​объявил ​о ​моей ​матери ​и ​мне, ​когда ​мы ​вошли ​в ​тронный ​зал: ​ ​— ​Лорд ​Рунного ​Камня, ​принц ​Эймон ​Таргариен, ​и ​его ​мать, ​принцесса ​Рея ​Таргариен. ​ ​Я ​почувствовал, ​как ​напряглась ​моя ​мать, ​когда ​герольд ​объявил ​ее ​принцессой ​и ​леди ​из ​дома ​Таргариенов, ​молча ​подразумевая, ​что ​она ​оставалась ​женой ​Деймона. ​ ​ ​Хотя ​она ​ничего ​не ​сказала, ​я ​знал, ​какое ​отвращение ​она ​испытывала ​к ​этому ​человеку. ​Но ​я ​пока ​ничего ​не ​мог ​с ​этим ​поделать, ​учитывая ​незначительность ​моего ​имени. ​ ​«Но ​не ​волнуйся, ​однажды ​я ​все ​изменю», ​— ​подумал ​я, ​сжимая ​руку ​матери.