Глава 27

С ​точки ​зрения ​первого ​лица. ​ ​С ​тех ​пор, ​как ​я ​имел ​дело ​с ​придворными ​интригами, ​прошло ​три ​года. ​И ​пусть ​я ​до ​последнего ​делал ​все ​возможное, ​чтобы ​навсегда ​дистанцироваться ​от ​них, ​мне ​пришлось ​вернуться ​к ​ним, ​чтобы ​не ​наступить ​на ​пятки ​величайшим ​лордам ​Вестероса, ​поддерживающим ​либо ​Рейниру, ​либо ​Алисенту ​Хайтауэр. ​ ​ ​Да, ​я ​игнорировал ​все ​просьбы ​моего ​дяди, ​но ​это ​не ​означало, ​что ​я ​не ​общался ​с ​ним ​или ​не ​был ​в ​курсе ​всех ​его ​проблем. ​ ​Потому ​что ​мое ​вмешательство ​сильно ​нарушило ​хронологию ​событий ​и ​политическую ​динамику ​королевства. ​ ​Расторжение ​помолвки ​со ​Девой ​Долины ​и ​совет, ​который ​я ​дал ​Деймону, ​ввергли ​королевство ​в ​конфликт, ​в ​котором ​больше ​не ​было ​Черных ​и ​Зеленых. ​На ​нынешний ​момент ​происходила ​полная ​неразбериха, ​в ​котором ​сегодняшние ​друзья ​и ​союзники ​могли ​воткнуть ​ножи ​друг ​другу ​в ​спины. ​ ​Что ​касается ​Джейн ​Аррен, ​то ​вместо ​того, ​чтобы ​оставаться ​Девой ​Долины, ​которую ​защищали ​все ​ее ​фавориты ​и ​преданные ​рыцари, ​она ​практически ​стала ​правой ​рукой ​Рейниры. ​ ​Их ​сблизили ​общие ​предки ​и ​похожие ​судьбы, ​в ​которых ​мужчины ​пытались ​вытеснить ​их. ​Они ​быстро ​сблизились ​и ​теперь ​помогали ​друг ​другу. ​ ​Поэтому ​Рейнира ​больше ​не ​оскорбляла ​дворян ​и ​не ​совершала ​ошибок. ​ ​Все ​это ​повлияло ​на ​развитие ​моих ​политических ​и ​экономических ​отношений ​с ​другими ​домами ​Долины. ​В ​конечном ​счете ​я ​решил ​их ​полностью ​заморозить, ​поскольку ​между ​аристократами ​стоял ​нетрудный ​выбор: ​или ​союз ​с ​принцем-лордом ​из ​вассального ​дома, ​или ​союз ​с ​великим ​домом ​королевства ​и ​наследницей ​престола. ​ ​Поэтому ​я ​решил ​подойти ​к ​делу ​по-другому. ​ ​Вместо ​того ​чтобы ​стремиться ​наладить ​хорошие ​отношения ​с ​вассалами ​Джейн ​Аррен, ​которые ​хотели ​беспрепятственно ​посадить ​ее ​кузину ​на ​трон, ​я ​дал ​указания ​своим ​людям ​значительно ​усилить ​свои ​армии ​под ​одним ​предлогом: ​ ​Мы ​якобы ​должны ​бороться ​с ​непрекращающимися ​вторжениями ​горных ​кланов. ​ ​ ​Что ​касается ​моего ​отца, ​то ​отношения ​между ​нами ​не ​изменились, ​за ​исключением ​того, ​что, ​последовав ​моему ​совету, ​он ​начал ​искать ​жену-валирийку, ​которую ​в ​конце ​концов ​нашел ​в ​лице ​Рейвины ​Веларос, ​дочери ​нынешнего ​триарха ​Рейторио ​Велароса. ​ ​ ​Понимая, ​что ​я ​уже ​изменил ​будущее ​и ​что ​больше ​не ​могу ​цепляться ​за ​свои ​поверхностные ​знания, ​я ​решил ​записать ​в ​блокнот ​всех ​потомков ​благородного ​происхождения. ​Так ​я ​помогу ​отцу ​быстро ​жениться ​во ​второй ​раз ​и ​ко ​времени ​Танца ​родить ​еще ​больше ​драконьих ​всадников. ​ ​Благодаря ​этому ​все ​перестанут ​так ​пристально ​следить ​за ​мной. ​ ​И ​каково ​же ​было ​мое ​удивление, ​когда ​я ​узнал, ​что ​Сейра ​Таргариен ​все ​еще ​жива ​и ​родила ​целых ​семерых ​детей: ​четыре ​мальчика ​и ​три ​девочки. ​ ​ ​Все ​они ​были ​бастардами, ​но ​это ​не ​помешало ​мне ​отправить ​письмо ​моей ​двоюродной ​бабушке, ​чтобы ​она ​приняла ​необходимые ​меры ​для ​признания ​законнорожденной ​дочери, ​которую ​она ​зачала ​от ​триарха ​Рейторио ​Велароса. ​ ​Деймон ​был ​не ​против ​жениться ​на ​ней, ​поскольку ​хотел, ​чтобы ​как ​можно ​больше ​драконьих ​всадников ​сидело ​у ​него ​под ​пяткой. ​ ​Особенно ​после ​нескольких ​беременностей ​Алисенты ​Хайтауэр ​и ​объявленных ​помолвок ​между ​мной ​и ​Лейной ​и ​Рейнирой ​и ​Лейнором. ​ ​Обе ​свадьбы ​будут ​проведены ​в ​конце ​этого ​года. ​ ​«Я ​бы ​предпочел ​сыграть ​свадьбу ​в ​более ​интимной ​обстановке, ​но ​таково ​«настоятельное» ​желание ​короля ​и ​моего ​будущего ​тестя, ​Морского ​змея», ​— ​подумал ​я. ​ ​— ​Принц ​Эймон ​Таргариен, ​наездник ​Урракса ​и ​повелитель ​Рунного ​Камня, ​— ​произнес ​сильный, ​грубоватый ​голос, ​от ​которого ​я ​вздрогнул ​и ​вернулся ​к ​настоящему ​моменту. ​ ​— ​Лорд ​Рикон ​Старк, ​хранитель ​Севера, ​— ​быстро ​поприветствовал ​я. ​ ​— ​Что ​привело ​вас ​к ​северу ​от ​Перешейка, ​ваше ​высочество? ​— ​грубо ​спросил ​он, ​не ​выказывая ​мне ​никакого ​почтения. ​ ​Я ​обдумал ​все ​способы, ​которыми ​мог ​заставить ​его ​преклонить ​передо ​мной ​колени, ​но ​в ​конце ​концов ​сдержался ​и ​ответил ​со ​слабой ​улыбкой: ​ ​— ​Я ​хотел ​бы ​обсудить ​с ​лордом ​дома ​Старков ​дальнейшеее ​развитие ​наших ​отношений. ​Я ​не ​хочу, ​чтобы ​Север ​следующей ​зимой ​страдал ​так ​же ​сильно, ​как ​и ​прошлой. ​Но ​если ​вы ​предпочитаете ​ответить ​негодованием ​за ​милость, ​которую ​я ​вам ​оказываю, ​не ​стесняйтесь, ​я ​слушаю. ​ ​Лорд ​Винтерфелла ​устремил ​на ​меня ​строгий ​взгляд ​своих ​серых ​глаз. ​Но ​мгновением ​позже ​он ​подал ​знак ​одному ​из ​своих ​людей, ​который ​принес ​мне ​хлеб ​и ​соль. ​ ​*** ​ ​С ​точки ​зрения ​Рикона ​Старка. ​ ​Меня ​по-настоящему ​встревожил ​визит ​Эймона ​Таргариена, ​потому ​что ​я ​знал, ​что ​он ​вспомнил ​о ​нас ​только ​потому, ​что ​хотел ​использовать ​в ​играх ​южан. ​ ​ ​«В ​играх ​за ​власть, ​которые ​часто ​заканчиваются ​огнем ​и ​кровью», ​— ​подумал ​я, ​услышав ​громкий ​рев, ​что ​сотряс ​стены ​замка. ​ ​ ​— ​Я ​должен ​вам ​кое ​в ​чем ​признаться, ​— ​начал ​принц, ​беря ​кубок ​с ​вином, ​который ​подала ​ему ​служанка ​Аманда. ​Своими ​словами ​он ​отвлек ​меня ​от ​моих ​мыслей. ​ ​ ​«Последний ​бочонок ​дорнийского ​вина... ​Беннард ​будет ​припоминать ​мне ​его ​несколько ​месяцев». ​ ​— ​Я ​здесь ​не ​только ​из-за ​игр ​южан. ​ ​ ​Я ​недоверчиво ​приподнял ​бровь ​и ​пошутил: ​ ​— ​Соскучились ​по ​снегу? ​ ​ ​Принц ​улыбнулся, ​покачал ​головой ​и ​ответил: ​ ​— ​Конечно, ​нет, ​драконы ​предпочитают ​более ​теплый ​климат. ​Мне ​кажется, ​что ​нам ​необходимо ​укрепить ​связи ​с ​северными ​домами. ​ ​ ​Я ​приподнял ​бровь, ​удивленный ​его ​словами, ​а ​затем ​спросил: ​ ​— ​Но ​почему? ​ ​ ​— ​Потому ​что ​я ​считаю, ​что ​северяне ​ценят ​верность ​больше, ​чем ​южане, ​— ​ответил ​принц ​Эймон. ​ ​— ​Значит, ​мы ​возвращаемся ​к ​играм ​южан, ​— ​парировал ​я, ​слегка ​улыбнувшись. ​ ​ ​— ​Все ​в ​королевстве ​вращается ​вокруг ​игр ​южан. ​Но ​я ​искренне ​восхищаюсь ​историей ​и ​твердой ​рукой ​дома ​Старков, ​который ​управляет ​Севером. ​ ​ ​Я ​приподнял ​бровь, ​а ​затем ​спросил: ​ ​— ​Вы ​знаете ​историю ​дома ​Старков? ​ ​ ​— ​Конечно, ​не ​так ​хорошо, ​как ​вы, ​но ​мне ​нравилось ​читать ​истории ​о ​Брандоне ​Строителе, ​Брандоне ​Крушителе ​и ​Джоне ​Старке. ​Но ​я ​должен ​признать, ​что ​больше ​всего ​восхищался ​Брандоном ​Кровавый ​Клинок. ​Некоторые ​источники ​называют ​его ​предком ​основателя ​вашего ​дома, ​Брандона ​Строителя, ​— ​объяснил ​принц, ​к ​моему ​великому ​удивлению. ​ ​ ​— ​Очень ​немногие ​северяне ​помнят ​имена ​моих ​предков. ​Я ​никогда ​бы ​не ​подумал, ​что ​южанин ​окажется ​более ​осведомленным ​о ​моих ​предках, ​чем ​некоторые ​из ​моих ​собственных ​вассалов, ​— ​сказал ​я, ​по-настоящему ​впечатленный. ​ ​ ​Принц ​улыбнулся ​и ​ответил: ​ ​— ​Потому ​что ​я ​искренне ​восхищаюсь ​образом ​жизни, ​фольклором ​и ​единством ​Севера. ​ ​— ​Хорошо, ​тогда ​позвольте ​мне ​показать ​вам ​Винтерфелл, ​если ​хотите? ​— ​предложил ​я, ​вставая. ​ ​— ​С ​большим ​удовольствием, ​— ​согласился ​принц, ​следуя ​за ​мной. ​