Глава 60

С ​точки ​зрения ​Визериса ​Таргариена. ​ ​Корлис ​Веларион ​встал ​и ​разочарованно ​сказал: ​ ​— ​Если ​мы ​закончили, ​у ​меня ​есть ​дела ​поважнее. ​ ​— ​Мне ​жаль ​это ​говорить, ​но ​мне ​придется ​задержать ​вас, ​лорд ​Корлис. ​ ​Морской ​змей, ​уже ​направлявшийся ​к ​дверям, ​остановился. ​Он ​поднял ​бровь ​в ​сторону ​Эймона. ​ ​ ​Эймон ​неторопливо ​добавил: ​ ​— ​Я ​хотел ​бы ​обсудить ​с ​Советом ​еще ​несколько ​вопросов. ​Особенно ​закон, ​который, ​по ​моему ​мнению, ​значительно ​пополнит ​казну ​королевства. ​ ​«Вот ​и ​все. ​Сейчас ​Эймон ​нанесет ​последний ​удар ​по ​Корлису ​Велариону», ​— ​подумал ​я, ​ожидая ​увидеть ​реакцию ​последнего. ​ ​— ​Какой ​закон? ​— ​спросил ​я, ​изображая ​легкое ​любопытство. ​ ​ ​— ​О ​налогообложении ​предметов ​роскоши, ​ввозимых ​из ​Эссоса ​или ​торгуемых ​через ​Узкое ​море, ​— ​ответил ​Эймон. ​ ​ ​Украдкой ​наблюдая ​за ​Корлисом ​Веларионом, ​я ​заметил, ​как ​расширились ​его ​глаза, ​когда ​он ​услышал ​слова ​Эймона. ​ ​— ​Да, ​это ​помогло ​бы ​пополнить ​казну ​королевства, ​— ​согласился ​Джаспер ​Уайлд, ​поддерживая ​предложение ​Эймона. ​ ​ ​«Один ​из ​сторонников ​Алисенты», ​— ​подумал ​я, ​вспомнив ​его ​имя ​в ​списке, ​который ​дала ​мне ​Ларис. ​ ​Почувствовав ​мои ​колебания ​и ​видя ​молчание ​других ​членов ​Совета, ​Морской ​змей ​заговорил: ​ ​— ​Значит, ​вы ​примете ​этот ​закон ​без ​вопросов, ​несмотря ​на ​очевидную ​истину? ​ ​— ​Какую ​очевидную ​истину? ​— ​непонимающе ​спросил ​я. ​ ​ ​— ​Это ​атака ​исключительно ​на ​мой ​дом. ​Я ​вижу ​в ​ней ​почерк ​Деймона. ​Просто ​взгляните ​на ​того, ​кто ​внес ​это ​предложение, ​и ​вы ​все ​поймете. ​ ​«А ​он ​довольно ​сообразительный», ​— ​подумал ​я, ​удивленный ​тем, ​что ​он ​так ​быстро ​распознал ​правду. ​ ​— ​Ладно, ​учитывая, ​что ​я ​сын ​Деймона ​Таргариена, ​мое ​мнение ​больше ​не ​имеет ​значения. ​Но ​я ​полагаю, ​что ​мнение ​моей ​кузины ​крайне ​важно, ​поскольку ​она ​– ​дочь ​короля, ​ваша ​будущая ​невестка ​и ​королева, ​— ​сказал ​Эймон. ​Затем ​он ​повернулся ​к ​Рейнире ​и ​спросил: ​ ​— ​Что ​ты ​думаешь ​об ​этом ​предложении, ​дорогая ​кузина? ​Ты ​самая ​беспристрастная ​здесь ​и ​действуешь ​только ​в ​интересах ​трона. ​ ​ ​«Пришло ​время ​тебе ​взять ​на ​себя ​ответственность, ​дочь ​моя», ​— ​подумала ​я, ​слегка ​прищурившись. ​Я ​желал ​узнать, ​пойдет ​ли ​она ​на ​это ​и ​встанет ​ли ​на ​сторону ​Деймона. ​ ​Втайне ​я ​надеялся, ​что ​она ​откажется. ​ ​ ​Нет, ​я ​не ​хотел ​щадить ​сокровищницу ​Морского ​змея. ​Я ​надеялся, ​что ​ее ​замучают ​угрызения ​совести ​из-за ​союза ​с ​моим ​проклятым ​братом, ​направленным ​на ​то, ​чтобы ​наделить ​его ​большей ​властью. ​ ​ ​— ​Это ​было ​бы ​кстати. ​Дополнительные ​налоги ​позволят ​принцу ​Деймону ​построить ​оборонительные ​сооружения ​и ​флот ​для ​защиты ​королевства, ​что ​пойдет ​нам ​на ​пользу, ​если ​Триархия ​продолжит ​борьбу ​за ​контроль ​над ​Узким ​морем, ​— ​умно ​вывернулась ​она. ​ ​ ​Эймон ​поднял ​руки, ​как ​бы ​говоря: ​«Видите, ​я ​тут ​не ​при ​чем». ​Все ​закивали, ​включая ​меня. ​ ​ ​«Мне ​больно ​идти ​на ​поводу ​Деймона, ​но ​если ​это ​позволит ​моей ​семье ​обрести ​покой, ​пусть ​будет ​так». ​ ​— ​Скажите ​мне, ​что ​я ​сплю, ​— ​недоверчиво ​пробормотал ​Морской ​змей. ​ ​— ​Нет, ​вы ​не ​спите. ​Некоторые ​все ​еще ​заботятся ​о ​благополучии ​королевства ​и ​направляют ​имеющуюся ​у ​них ​власть ​на ​его ​процветание, ​а ​не ​высасывают ​его ​жизнь ​ради ​своих ​личных ​интересов, ​тщеславия ​и ​амбиций, ​— ​ответил ​Эймон. ​ ​*** ​ ​Начало ​флэшбэка. ​ ​— ​Идея ​проста: ​они ​думают, ​что ​ты ​слаб ​и ​легко ​поддаешься ​влиянию. ​И ​мы ​позволим ​им ​так ​думать ​дальше. ​ ​ ​Я ​нахмурился, ​не ​понимая, ​как ​это ​поможет ​нам ​победить ​в ​краткосрочной ​или ​долгосрочной ​перспективе. ​ ​Эймон ​продолжил: ​ ​— ​Используя ​этот ​ложный ​образ, ​который ​они ​сами ​создали ​о ​тебе, ​мы ​введем ​их ​в ​заблуждение. ​Они ​будут ​думать, ​что ​я ​– ​самая ​большая ​угроза, ​даже ​не ​подозревая, ​что ​именно ​ты ​дергаешь ​за ​все ​ниточки ​за ​кулисами. ​ ​— ​И ​как ​ты ​хочешь ​этого ​добиться? ​— ​спросил ​я, ​нахмурившись. ​В ​глубине ​души ​я ​чувствовал, ​что ​мне ​не ​понравится ​его ​план. ​ ​ ​— ​Я ​оправдаю ​ожидания ​каждого, ​— ​просто ​ответил ​он. ​ ​ ​— ​Как? ​— ​спросил ​я, ​ожидая ​дальнейших ​подробностей. ​ ​ ​— ​Очень ​просто. ​Рейнира ​хочет ​защитить ​свои ​права ​на ​трон, ​и ​я ​это ​устрою. ​Я ​буду ​громко ​и ​твердо ​отстаивать ​ее ​положение ​наследницы, ​вдалбливать ​это ​в ​умы ​знати. ​Все ​поймут, ​что ​доктрина ​исключительности ​освобождает ​нас ​от ​правил ​простого ​народа, ​— ​объяснил ​Эймон. ​ ​ ​— ​Не ​все ​с ​тобой ​согласятся, ​— ​ответил ​я ​своему ​племяннику. ​ ​ ​— ​Те, ​кто ​не ​согласятся, ​пострадают ​либо ​от ​моего ​клинка, ​либо ​от ​огня ​Урракса. ​Но ​в ​обоих ​случаях ​им ​понадобится ​мужество, ​чтобы ​выйти ​против ​меня, ​— ​решительно ​заявил ​он. ​ ​«Он ​серьезен», ​— ​подумал ​я, ​наблюдая ​за ​ним. ​ ​ ​— ​А ​что ​насчет ​слухов, ​мой ​принц? ​— ​спросил ​Ларис. ​ ​ ​— ​Я ​надеюсь, ​ты ​раскроешь ​мне ​имена ​главных ​сплетников, ​чтобы ​я ​мог ​пригрозить ​им, ​— ​сказал ​Эймон. ​ ​ ​«Он ​должен ​был ​быть ​ребенком ​Эйммы. ​ ​— ​Хотя ​это ​и ​вызывает ​у ​меня ​отвращение, ​мне ​придется ​согласиться ​на ​требование ​Деймона. ​Это ​усугубит ​их ​ложное ​представление ​о ​тебе ​и ​заставит ​их ​недооценивать ​тебя ​еще ​больше. ​ ​Я ​кивнул, ​понимая, ​что ​это ​необходимо. ​Но ​я ​был ​разочарован ​тем, ​что ​не ​смогу ​поставить ​Деймона ​на ​место. ​ ​ ​— ​Тогда ​я ​позабочусь ​о ​том, ​чтобы ​Харвина ​Стронга ​и ​его ​отца ​исключили ​из ​Совета ​и ​заменили ​Бриндоном ​Хайтауэром ​и ​его ​отцом. ​ ​ ​— ​Подожди, ​это ​мы ​не ​обсуждали, ​— ​перебил ​его ​я, ​быстро ​приходя ​в ​себя. ​ ​ ​— ​Таково ​условие ​королевы, ​— ​просто ​ответил ​Эймон, ​прежде ​чем ​добавить: ​— ​Если ​мы ​не ​удовлетворим ​ее ​просьбу, ​мы ​не ​сможем ​сбалансировать ​силы ​в ​королевстве ​или ​контролировать ​направление ​и ​интенсивность ​пламени ​конфликта. ​ ​ ​— ​Нет, ​я ​не ​стану ​возвращать ​Отто ​Хайтауэра. ​Этот ​гадюка ​сделает ​все, ​что ​в ​его ​силах, ​чтобы ​узурпировать ​власть ​Рейниры, ​— ​категорично ​заявил ​я. ​ ​ ​— ​Я ​не ​позволю ​ему ​это. ​И ​ты ​тоже. ​Не ​обманывай ​себя; ​мы ​не ​можем ​знать, ​кто ​подсыпет ​яд ​в ​кубок ​Лионеля ​Стронга, ​чтобы ​снискать ​расположение ​королевы. ​У ​тебя ​практически ​нет ​выбора, ​— ​объяснил ​Эймон. ​ ​ ​— ​Никто ​не ​зайдет ​так ​далеко, ​— ​удивился ​я. ​ ​— ​Они ​уже ​пытаются ​узурпировать ​власть, ​существующую ​десять ​лет. ​Они ​используют ​все ​доступные ​средства, ​помяни ​мое ​слово, ​— ​ответил ​Эймон. ​Казалось, ​он ​сам ​испытывал ​отвращение ​к ​методам, ​которые ​используют ​все ​эти ​пиявки. ​ ​ ​— ​Как ​мы ​дошли ​до ​этого? ​Отто ​он, ​несомненно, ​окажет ​негативное ​влияние ​на ​Эйгона, ​— ​сказал ​я, ​проводя ​рукой ​по ​лицу ​и ​тяжело ​вздыхая. ​ ​— ​ ​Потому ​что ​ты ​даешь ​своим ​советникам ​слишком ​много ​свободы. ​Не ​забывай, ​дядя, ​что ​мы ​всего ​лишь ​твои ​советники. ​А ​ты ​– ​король. ​В ​конце ​концов, ​именно ​ты ​принимаешь ​решение... ​не ​говоря ​уже ​о ​том, ​что ​все ​решения ​уже ​спланированы, ​— ​сказал ​Эймон ​с ​легкой ​ухмылкой. ​ ​ ​— ​О ​чем ​ты ​говоришь? ​ ​ ​— ​Я ​потребовал ​от ​Алисенты ​отправить ​Эйгона ​на ​Рунный ​Камень. ​Я ​воспитаю ​его ​как ​своего ​брата ​и ​сделаю ​из ​него ​хорошего ​человека, ​даю ​тебе ​слово, ​— ​сказал ​мой ​племянник. ​ ​ ​Я ​грустно ​улыбнулся ​при ​мысли ​о ​долгой ​разлуке ​со ​своим ​старшим ​сыном. ​Но ​я ​знал, ​что ​это ​к ​лучшему. ​ ​— ​Ты ​обо ​всем ​позаботился. ​ ​Эймон ​ничего ​не ​ответил ​и ​продолжил ​объяснять: ​ ​— ​После ​этого ​Алисента, ​скорее ​всего, ​навестит ​тебя. ​Она ​захочет ​убедить ​тебя ​отдать ​Эйгона ​под ​мою ​опеку. ​Убедись, ​что ​она ​поверила ​в ​то, ​что ​эту ​идею ​придумала ​она. ​И ​не ​стесняйся ​притвориться, ​что ​тебе ​это ​не ​нравится. ​ ​ ​— ​Это ​хороший ​план, ​но ​если ​я ​дам ​тебе ​слишком ​много ​привилегий, ​возникнут ​подозрения, ​— ​сказал ​я. ​Я ​беспокоился, ​что ​эти ​пиявки ​поймут, ​что ​мы ​в ​сговоре. ​ ​— ​Да, ​ты ​прав. ​И ​мы ​заставим ​их ​поверить, ​что ​ты ​любишь ​меня ​так ​сильно, ​насколько ​возможно. ​Но ​не ​настолько, ​чтобы ​не ​одернуть ​меня, ​когда ​я ​переступлю ​черту. ​Не ​сомневайся, ​— ​ответил ​Эймон. ​ ​Конец ​флэшбэка. ​ ​*** ​ ​«Да, ​мы ​обсуждали ​план ​заранее, ​но ​он ​заходит ​слишком ​далеко. ​Думаю, ​мне ​пора ​вмешаться», ​— ​подумал ​я, ​решив ​вмешаться, ​пока ​ситуация ​не ​вышла ​из-под ​контроля.