Глава 111
28 февраля 2026, 13:20С точки зрения Джейн Аррен.
«Этот Робар слишком хорошая партия, потому что, хотя он и не дворянин, он явно имеет твердую власть над всеми горными кланами. А недавно он и вовсе стал одним из оруженосцев Эймона. Она может обрести большую власть, если научится шептать ему на ухо», — подумала я. Я была удивлена тем, что Эймон решил предоставить такую власть дочери Герольда.
«Несмотря на то, что вождь горных кланов не сравнится с Бриндоном Хайтауэром, последний не входит в ближайшее окружение Эймона и, следовательно, не будет иметь никакого влияния для свершения возможного предательства», — удивленно подумала я.
— Я знаю, но так решил мой кузен, — вернула меня к реальности Перра. Эта глупышка просто не понимала, какая у нее появилась возможность повысить свой статус в новой иерархии, которую Эймон установил в Рунном Камне.
Но что-то в словах Перры не давало мне покоя.
Несмотря на то, что Эймон имел большую власть в Долине, он всегда проявлял некоторую сдержанность в применении этой самой власти.
Мне казалось, что он просто решил публично унизить Герольда.
«Герольд никогда бы не согласился на такую помолвку, если бы это зависело от него, ведь его брат погиб от рук горных варваров», — подумала я, уверенная в этом. С каждой минутой это брачное соглашение становилось все более странным.
— А твой отец что-нибудь сказал? — как бы невзначай спросила я. Последующая реакция Перры убедила меня в том, что я шла по правильному пути.
И правда, что-то тут было не так.
Перра мгновенно опустила глаза и замолчала, поэтому я подтолкнула:
— Я твоя подруга, ты можешь рассказать мне все.
Она колебалась довольно долго, затем оглянулась по сторонам, прежде чем наклониться, как будто боясь, что кто-нибудь может ее услышать, и прошептать:
— Мой отец был изгнан.
Я подняла брови и широко раскрыла глаза от внезапного удивления.
Я никогда не слышала, чтобы в Долине происходило что-то подобное.
«Так вот почему он молча уехал несколько дней назад, забрав с собой большую часть своих слуг. Я думала, что ему дали поместье, которым он будет править, но нет. По крайней мере, теперь я могу окончательно вычеркнуть его из списка своих потенциальных союзников», — подумала я, полностью отказываясь от идеи привлечь его на свою сторону.
«Этот дурак не смог защитить даже себя и своих близких», — подумала я.
— Как давно? — спросила я Перру потрясенным тоном, притворяясь, что ничего не знала.
— Несколько дней назад, — ответила Перра, печально глядя в пол.
— Какая ужасная новость, — сказала я, притворяясь потрясенной тем горем, через которое проходит ее семья.
— Но почему никто не знает об этом? — искренне поинтересовалась я. Ведь я не слышала, чтобы кто-то обсуждал его изгнание.
— Кузен Эймон решил не предавать это огласке. Он решил сохранить честь моего деда, но рано или поздно все выплывет на поверхность. Я слышала, рыцари обсуждали слухи. Пройдет совсем немного времени, и все узнают, что мой отец разозлил моего кузена до такой степени, что тот отправил его в разрушенную башню, где он проведет остаток своей жизни. Вместо убийства он выбрал изгнание, — объяснила Перра.
«Должно быть, Эймон нашел в столице доказательства связей Отто Хайтауэра с Герольдом», — подумала я.
«С его падением умрет моя надежда когда-нибудь освободиться от своих цепей», — подумала я.
«Арнольд будет мучить Джессамин до конца ее жизни, а мне придется сидеть и ждать того дня, когда я услышу, что она случайно упала с лестницы, когда он потеряет к ней интерес. Я уверена, что так и будет», — сказала я себе, убежденная, что Арнольд принял предложение дома Редфортов только для того, чтобы навредить мне.
— Мне жаль тебя, — сказала я, заключая Перру в объятия и думая о том, как бы мне сбежать и помочь Джессамин.
***
С точки зрения Эйгона Таргариена
— Здесь так много людей, — сказал я, удивленный той толпой, что пришла на празднование дня рождения моего кузена.
Криган кивнул в знак согласия, но Марк только пожал плечами. Нисколько не удивленный, он сказал:
— Сегодня же именины принца, Бронзового дракона.
Я закатил глаза на его очевидное замечание. Он словно считал меня младенцем, который ничего не понимал.
«Как мама», — подумал я, нахмурившись.
— Перестань разговаривать со мной, как с маленьким. В прошлом году пришло не так много людей. Были только семья, офицеры ордена Бронзовых щитов и мы.
— Но ты ведь маленький, — рассмеялся Марк, уклоняясь от ответа на мои слова.
— Ты ведь не обиделся? — спросил он, когда увидел, что я повернулся к нему спиной.
Обычно мне нравились его шутки и непринужденное поведение, но сейчас я был серьезен, а он обращался со мной как с ребенком.
Меня это раздражало, и я перестал с ним разговаривать.
— Ладно, большой мальчик. Если тебе интересно, почему в этом году здесь так много людей, то все просто: в Долине сейчас царит мир, — объяснил Марк.
— Мир? — спросил Криган, удивленный словами Марка, как и я.
— В прошлом году в Долине шла война. В этом году в Долине царит мир, поэтому все пришли засвидетельствовать свое почтение принцу. Все логично, — ответил Марк, глядя на нас как на идиотов.
— В Долине не было войны, — твердо сказал я.
— Как ты можешь быть таким невежественным, будучи принцем? — спросил Марк, громко рассмеявшись. Он сделал это специально, чтобы выбесить меня.
Я недовольно прищурился, но ничего не ответил. Я не желал доставлять ему удовольствие и злиться.
И когда он понял, что не дождется от меня никакой реакции, он, наконец, объяснил:
— Дом, сидящий за столом справа, – это дом Графтонов. Принц заставил их предоставить сотню своих лучших торговых судов и двадцать военных кораблей, чтобы держать в страхе «мерзких дикарей-язычников», что сидят слева от нас.
Криган нахмурился, услышав это ругательство, и Марк, бессильно подняв руки в ответ на недовольство мальчика, объяснил:
— Так их называют. Это наименее оскорбительный термин из тех, что я слышал.
Я тоже нахмурился, размышляя. Мой взгляд блуждал по столам, поскольку я все еще не мог найти связи между нападениями, защитой и... подарками на день рождения моего кузена.
Кузена…
И тут я все понял.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!