Ритуал воскрешения

Харуки, Шидо и Махиру больше нет. Эта мысль словно вырезала сердце из груди ножом. Липкая противная смесь паники и отчаяния заполнила его до краёв. Весь мир превратился в выженное поле, на котором с неба сыпался пепел. «Это я во всём виноват.» Это не более чем констатация факта. Ему дали выбор, он его сделал. И теперь трое людей, за которых он нёс ответственность, мертвы. И никого, кроме себя самого, он винить не может. Всё кончено… Харуки, Шидо и Махиру больше нет. Эс встал и поплёлся в свой кабинет. В очередной раз. Рутинные рабочие дни для него давно слились все в один. Он даже не особенно осознавал, что он делает. Просто что-то делал, чтобы делать хоть что-то. Для него это был единственный способ хотя бы ненадолго справиться с рвущей душу на части тревожностью. Он просыпался и засыпал с одной мыслью, которая разъедала лёгкие изнутри кислотой. Становилось трудно дышать и на глазах выступали слёзы. Этой пытке не было конца. Эс просто жил, как мог, каждый день борясь с самим собой за право это делать. Привычные мантры о великой миссии Милграма и большой ответственности надзирателя с каждым днём помогали всё хуже. Сидя за своим рабочим столом, он молча заполнял документы, не понимая даже, что именно пишут его руки и почему именно это, а не что-то другое. Внезапно его взгляд упал на полку шкафу-стенки напротив стола. На ней стоял винный бокал с трещиной в чаше. «Я могу дать тебе способность воскрешать мёртвых.» Эхом прозвучали в голове давно забытые слова. Эс встал, подошёл к полке и взял в руки бокал. По телу прошла знакомая дрожь. Эс вдруг почувствовал дикий голод — первым порывом было броситься на кухню. Но он не успел ничего сделать, это ощущение длилось меньше секунды. Затем всё исчезло. Эс понял, что сосуд греха «узнал» своего контрактора. Дьявольская Пожирательница была здесь и она знала, что он вспомнил про бокал. «Но ведь я никогда не собирался его использовать…» Это было последней надеждой. Ему так хотелось хотя бы в последний раз увидеть Харуку, Шидо и Махиру… — Баника. — требовательно позвал он. «О, явился всё-таки! — раздался в голове приятный женский голос. — Чего тебе нужно?» — Как воскрешать мертвецов с помощью твоего бокала? — спросил Эс. «Вот чего ты захотел! Всё-таки умер кто-то? Очень жаль. Ну что ж, слушай: для начала нужно наполнить бокал либо кровью, либо красным вином; но лучше всё-таки кровью. После этого полей ею труп и прикажи ему восстать — неважно, какими словами, лишь бы они имели соответствующий смысл. Если хочешь воскресить конкретного человека, то лучше позвать по имени, но это не обязательно. Всё понял?» — Понял. — Эс поставил бокал на полку. «Лучше дождусь ночи, чтобы никого не испугать.» — подумал он.

❦ ════ •⊰✧⊱• ════ ❦

Пробило десять часов. Эс вышел из комнаты и направился в свой кабинет. Там он взял с полки бокал и на цыпочках прокрался на кухню. Откуда взять кровь, надзиратель понятия не имел. Да и, всё же, ему было страшновато. А вот красное вино на кухне хранилось — Казуи когда-то заказывал бутылку. Эс вытащил его из буфета и, немного подумав, на всякий случай взял с собой нож. «Лучше пойду сначала к камере, иначе расплескаю по дороге.» Он пошёл в паноптикум. Камеры умерших заключённых были превращены в своего рода склепы. Хоронить их было негде, а проводить кремацию означало бы устроить пожар и выжечь в помещении весь воздух — система вентиляции не выдержала бы такой нагрузки. Так что им ничего не оставалось, кроме как запереть трупы в собственных камерах и как можно герметичнее их закрыть. Эс дрожащими руками вставил ключ в скважину шестой камеры. Замок щёлкнул. Надзиратель с большим трудом открыл заклинившую дверь. Всю мебель из камеры вынесли. Махиру лежала прямо на полу по центру камеры, одетая в белое платье, которое, на самом-то деле, больше напоминало свадебное, чем траурное. Часть плоти на её лице уже сгнила, но остальное осталось целым. Едва войдя, надзиратель почувствовал, что в камере очень холодно. По-видимому, Милграм помог сохранить их тела, обеспечив в «склепах» низкую температуру, чтобы их можно было похоронить после конца суда. Эс, нервно часто дыша, поставил бокал на пол, открыл бутылку и наполнил его вином. Затем он взял его и поднял над Махиру. — Шиина Махиру… Вернись к миру живых! — приказал он и опрокинул бокал. На белом платье расцвели кроваво-красные цветы. Снова появился солоноватый металлический запах — вино превратилось в кровь. Красные пятна исчезли, словно вписавшись в тело девушки. Махиру шевельнулась. Эс невольно попятился. Девушка встала. — Махиру?.. — неуверенно позвал он. Махиру не отвечала. Она стояла, пошатываясь и смотрела на него пустыми сгнившими глазницами. — Махиру… Подойди ко мне. Махиру неловко сделала несколько шагов, приблизившись к Эсу. Она всё ещё ничего не говорила. Она не дышала. И Эс понял, что это не Махиру. Это просто безмозглая зомби, готовая выполнять любые его приказы. Бокал поднимал мертвецов, но не возвращал их души в тела. Махиру сейчас была где-то далеко — вероятно, в раю… Перед ним стояла бездушная марионетка. Глаза Эса наполнились слезами. Он чувствовал себя обманутым. Это было невыносимо. Зажмурившись и собрав волю в кулак, он ударил девушку ножом. Махиру упала и больше не двигалась. Эс пулей вылетел из камеры. Сердце у него сжималось от боли. Он понял, что с помощью бокала умерших не вернуть. Ему не хотелось даже вспоминать о том, что он видел. Теперь… Нужно было немедленно пойти на кухню и восполнить потраченную энергию — грех настойчиво требовал платы за свою силу.

❦ ════ •⊰✧⊱• ════ ❦

Часы тихонько тикали на стене. Эс сунул в рот очередную ложку торта. «Заплатить» оказалось сложнее, чем он предполагал — он уже не помнил, сколько съел, но однозначно много. А сытым он себя всё ещё не чувствовал. «Больше в жизни даже не притронусь к этой штуке. Она бесполезна, зато проблем от неё много.» Он посмотрел на стоящий на столе бокал и с горьким вздохом снова принялся за торт. Только когда торт был доеден полностью и на тарелке не осталось ни крошки, Эс наконец почувствовал себя лучше. Внезапно ему в голову пришла странная мысль. «Баника говорила, что я имею устойчивость к любым ядам…» Он ещё раз взглянул на бокал. «Интересно, а могу ли я есть человеческую плоть? Какова она на вкус?» Неожиданно для него самого, эта идея показалась ему просто чудесной. Когда ещё удастся на такое пойти? Надо пользоваться, раз уж выпал шанс… Он взял тот же самый нож и снова направился к камере Махиру. Там он опустился на колени рядом с трупом и аккуратно вырезал кусочек мяса из её плеча. «Что же я творю…» — мелькнуло у него в голове. На какую-то секунду ему показалось, что он услышал звонкий смех Баники. Эс взял этот кусочек двумя пальцами и положил в рот. Махиру была восхитительна на вкус. Похоже, её тело впитало в себя всю сладость её преступления. Да, именно такой и должна была быть на вкус Любовь. В голове у него заклубился чёрный туман. Он уже не думал насколько это безопасно и насколько этично — ему хотелось ещё. Их личности слились воедино и породили существо, исполненное дикого извращенного голода до человеческой плоти. Это тело уже не контролировал его истинный хозяин. Демон получил то, чего хотел.