Письмо 8

22.10.1942 г. Здравствуй, Ваня! Ещё один месяц войны прошёл. Я пока ещё жива. Даже не зацепило ни разу. А вот моего коллегу, с которым я здесь работала, вчера похоронили. Шальной осколок попал прямо в голову; на дороге под бомбёжку попали. А он был от меня в метре, когда обстреляли. Шагни я ещё левее, то этот осколок пришелся бы мне. Сегодня мы могли бы с тобой праздновать нашу первую годовщину. Ночью мне снился тот самый день, когда ты мне сделал предложение. Снилось во всех-всех подробностях. Пока спала, думала, что это всё в самом деле происходит. Разрыв невдалеке разбудил, у меня в блиндаже всё хорошо слышно. Немцы сегодня с утра пораньше обстрел начали. Как и год назад, бомба прервала моё счастье… Чёртово колесо жизни… Да, Ваня, я уже вернулась на фронт. Сейчас по одному делу приехала на самую передовую. От того места, где я тебе пишу это письмо, окопы немцев всего в 200 метрах. Но мне не страшно это совсем. Такого я теперь не боюсь. Григорий Иванович пока в Москве, с Колей, поэтому ничего о них сказать не могу, не знаю. В прошлый раз я тебе рассказывала о том, что не спалось в Москве, потому что тихо вокруг. В последние три дня там всё же смогла поспать. Теперь вот думаю, что ж будет со мной после того, когда война закончиться… Хотя ещё неизвестно, кто первым закончится — война или я. На этом закончу это письмо. Спасибо, что выслушал меня. Всё также верю в нашу скорую встречу. Целую тебя крепко. Вся твоя Света.