Скорбь 5.2

      Я не могла пошевелиться. Не могла дышать. Металл давил со всех сторон, и я билась в панике, колотя по нему ладонями. Я кричала, звала на помощь — в ответ слышался только смех.              Сдавленный вскрик сорвался с губ, когда я резко села, хватая ртом воздух. Комната была тёмной, чужой. На несколько секунд я не понимала, где нахожусь. Потом воспоминания вернулись.              Моя комната. Новый дом. Я всё ещё не привыкла к нему.              Я сделала несколько дрожащих вдохов и провела рукой по волосам. Кожа с отвращением ощутила, как пряди липнут к пальцам, насквозь пропитанные потом. Простыни — такие же мокрые. Я скривилась.              — Прекрасно. Ещё и кошмары, — хрипло пробормотала я. Голос будто обожгло изнутри, словно я и вправду кричала во сне.              Откинув одеяло, я с трудом высвободила ноги из спутанных простыней. Взгляд на часы — три часа ночи.              Я тихо поднялась и направилась к двери, стараясь не издавать ни звука. Я знала, что уже не смогу уснуть.

***

      Первой на кухню спустилась Лили, за ней — Дина. Обе выглядели слишком выспавшимися для такого утра, и я одарила их недобрым взглядом, прежде чем начать рыться в шкафчиках в поисках тарелок. Через пару минут появился Тео — тоже бодрый, как ни в чём не бывало. Где эти чертовы тарелки?              — Всё в порядке? — спросила Лили, с тревогой в голосе.              — Всё нормально, — пробормотала я, захлопнув дверцу шкафа с излишним раздражением. — Просто плохо спала. Кошмары.              Я потянулась за хлопьями, как раз в тот момент, когда вниз спустилась Кайден, держа на руках Астер. Девочка радостно издавала какие-то детские звуки, а вот сама Кайден выглядела уставшей.              — Тоже не спала всю ночь? — спросила я, продолжая искать злосчастные тарелки. Нас одарили целой горой посуды, но тот, кто её расставлял, явно не имел ни малейшего представления о логике.              — М? — она моргнула, потом широко зевнула. — Да нет, спала как убитая. Просто чувствую себя выжатой. Пройдёт, когда немного погреюсь на солнце.              — М-м, — отозвалась я рассеянно. — Ладно, позавтракаем, я приму душ — и потом займёмся делом. Не уверена, что смогу чем-то сильно помочь, но… да где, чёрт побери, эти тарелки?!              Тишина.              Я обернулась и увидела Лили, стоявшую у открытого шкафчика, который я, клянусь, уже проверяла. В её руке была тарелка, и она молча протянула её мне.              — Похоже, я устала сильнее, чем думала, — пробормотала я, принимая миску и насыпая хлопья. — Извини.              — Это всего лишь тарелка, Тейлор, — Лили покачала головой. — Если хочешь, иди ещё немного поспать. Я пока сделаю пару звонков.              Я залила хлопья молоком и села за стол.              — Нет, всё нормально. Если душ не поможет — тогда подремлю.              Я начала жевать яркие сахарные хлопья, и с каждым хрустом становилось чуть легче.              Душ тоже помог — горячая вода смыла остатки кошмара, и, выйдя на улицу, под утреннее солнце, я наконец почувствовала себя человеком.              — Лиза не звонила? — спросила я, вытирая волосы полотенцем. — Говорила, почему опаздывает? Я думала, она уже будет здесь.              Лили покачала головой:              — Нет. И в приюте никто не отвечает. Я звонила несколько раз — тишина.              Я нахмурилась.              — Странно. Ну ладно, это по пути так что мы можем заехать туда.              Я посмотрела на Кайден, Астер и Тео, потом — на Дину.              — Места будет мало, так что Лили за рулем, — объяснила я. — Вы трое сядете сзади.              На мгновение взгляд Кайден скользнул в сторону Лили, и я вспомнила то, что она рассказала мне прошлой ночью. Но та лишь коротко кивнула.              — Хорошо, — сказала она. — Эта Лиза сможет нам помочь?              — Да. Она поможет с планом, — ответила я, направляясь к машине.              На то, чтобы выехать, ушло несколько минут — нужно было закрепить детское кресло, прежде чем мы все втиснулись внутрь и тронулись в путь.              Я устроилась рядом с Диной, прижалась лбом к холодному стеклу и ненадолго прикрыла глаза, позволяя себе немного расслабиться.              На полпути я достала телефон и набрала номер, который дал мне Колин — способ связаться с ним напрямую. Нужно было предупредить, что мы уже едем.              — Что? — из телефона раздался уставший, раздраженный голос.              Я моргнула, удивлённая его тоном.              — Колин, мне нужно...              — У меня нет времени слушать твою болтовню, — перебил он резко. — Я и так занят разгребанием твоих ошибок.              Связь оборвалась. Я уставилась на телефон, не веря услышанному.              — Это было... странно, — пробормотала я, погасив экран и убрав его в карман.              — Что именно? — спросила Лили, повернувшись ко мне.              — Колин, — пожала я плечами. — Видимо, не в духе. Спрошу у него лично.              — Не в духе? — переспросила она, приподняв бровь. — Он, конечно, может быть чересчур серьёзен, но злым я его никогда не видела.              — Может, что-то пошло не так с его проектом прошлой ночью, — задумчиво произнесла я, нахмурившись, вспоминая короткий разговор.              — Кто знает, — протянула Лили рассеянно. — Хотя, если подумать, твоя привычка действовать, а потом думать частенько создаёт ему проблемы.              Я уставилась на неё.              — Что?              — А? — она моргнула, словно очнувшись. — Я... ничего не говорила.              — Говорила, — сказала я. — Ты сказала, что я — проблема для Колина.              Лили посмотрела на меня так, будто у меня выросла вторая голова.              — Я этого не говорила. Для него ты не проблема.              — Ты сказала... — начала я, но она перебила:              — Ты — проблема для всего города. Твой отец, наверное, сбежал просто, чтобы избавиться от тебя.              — 95,7% вероятности того, что она права, — вставила рядом Дина, как ни в чём не бывало.              — Почему вы это говорите? — выдохнула я, ошеломлённая тем, как они со мной разговаривали.              — Тейлор? Тейлор!              — А-а! — я дёрнулась, когда кто-то положил руку мне на плечо. Лили стояла рядом, перегнувшись через Дину, и обе выглядели обеспокоенными.              — Ты задремала и что-то бормотала, — сказала Лили. — Всё в порядке?              Я сглотнула, пытаясь успокоить дыхание. Задремала? Это не было похоже на сон.              — Прости, — наконец сказала я, потерев лицо ладонями. — Видимо, я устала сильнее, чем думала.              — Хочешь, я поговорю с Лизой, пока ты немного поспишь? — предложила Лили.              — Нет, всё в порядке, — я покачала головой, отгоняя странные ощущения после сна, и нахмурилась, глядя в окно. — Мы уже приехали?              — Я остановилась, чтобы проверить, как ты, — ответила Лили. — Но да. Мы почти на месте.              — Отвези Кайден к Колину, — сказала я, глубоко вдохнув. — Я дойду пешком. По дороге поговорю с Лизой.              — Ты уверена? — спросила Лили, по-прежнему с тревогой в голосе.              Я кивнула.              — Прогулка пойдёт на пользу. Сейчас как-то душно, слишком тесно.              — Я пойду с тобой, — сказала Дина, переводя взгляд с меня на Лили.              — Если хочешь, — ответила я, открывая дверцу. — Заберу Лизу и потом встретимся с вами.              — Будь осторожна, — нахмурилась Лили. По её выражению я видела, что она всё ещё переживает, но я была уверена — немного свежего воздуха мне не повредит. Прибрежный ветер здесь всегда достаточно резкий, чтобы избавиться от сонливости.              — Конечно, — ответила я, кивая, пока Дина выбиралась из машины следом за мной.              Лили отъехала, и я на мгновение замерла, позволяя утреннему бризу взъерошить волосы.              — Ты уверена, что с тобой всё в порядке? — спросила Дина.              Я открыла глаза и встретила её взгляд — тот же тревожный, что был и у Лили.              — Да, всё нормально, — кивнула я. — Пойдём к приюту. А потом я куплю тебе мороженое.              Дина расплылась в улыбке, и мы двинулись по улице в сторону убежища Лизы.              После нескольких минут ходьбы я почувствовала себя бодрее. Когда мы свернули на улицу, где находился приют, остатки сонливости ушли, и голова прояснилась.              — В школе хоть немного полегче стало? — спросила я, чтобы поддержать разговор.              — Парни перестали вести себя как идиоты. Ну, почти, — ответила она. — А вот девочки всё такие же глупые. Или завистливые.              — Завистливые? — я удивлённо приподняла бровь.              — Ага, — кивнула она. — Парни, конечно, всё ещё глазеют, но хотя бы не спрашивают глупостей. А девочкам это не нравится. Ну, большинству. Остальные просто навязываются в друзья, заискивают. — Дина бросила на меня взгляд искоса, и в нём мелькнула лёгкая усмешка.              — Почему? — спросила я. — И что это за взгляд?              — Они подлизываются, потому что знают, что я знакома с тобой, — Дина закатила глаза. — Все хотят встретиться с самой Тейлор Эберт.              — Со мной? — переспросила я, фыркнув. — С какой стати им вообще хотеть встретиться со мной?              — Эм, потому что ты крутая, — ответила она, будто это было очевидно. — Ты, вообще-то, надрала зад Левиафану.              — Это было не так уж впечатляюще, — возразила я.              Дина снова закатила глаза.              — 95,7% вероятность того, что ты зануда, Тейлор.              Меня будто холодом окатило.              — Почему именно такой процент?              Она пожала плечами.              — Придумала. Это же шутка.              Я натянуто рассмеялась и потрепала её по волосам.              — Ладно, ладно. Значит, девочки в твоей школе просто устроили какой-то клуб фанаток меня. Так что насчёт мороженого — какое хочешь?              Дина бросила на меня выразительный взгляд — явно заметила, как я сменила тему.              — Фисташковое с ириской.              — Фу, гадость, — скривилась я. — Такое вообще существует?              — Готова поставить двадцатку, что такое есть, — усмехнулась Дина, глядя на меня с вызовом.              — Во-первых, — я строго посмотрела на неё, — кто тебя вообще научил спорить на деньги?              — А во-вторых, я никогда не стану принимать пари у человека, который видит будущее.              — 80% того, что ты умнее, чем кажешься, — ответила она, расплывшись в улыбке.              — А вот сейчас ты просто хамишь, — проворчала я.              — 67% вероятность того, что ты права, — парировала Дина.              — Так, прекращай это, — сказала я, но уголки губ всё равно предательски дрогнули.              — Серьёзно, кто тебя этому научил? — спросила я уже мягче.              — 99,6% вероятность того, что с Лизой что-то случилось, — вдруг сказала Дина, побледнев. Её пальцы вцепились в мою руку, когда я проследила за её взглядом.              У здания, где находился приют, уже собиралась толпа. Сквозь редкие просветы между людьми я видела разбитые окна. Но хуже всего было то, что внутри клубилось что-то тёмное — густая масса теней, словно кипевшая и временами вырывавшаяся наружу через осколки стекла.              Лиза.              — Что за… — выдохнула я, не отрывая взгляда от здания и делая шаг вперёд.              Дина всё ещё держала меня за руку, пальцы крепко впились в мою ладонь. Я обернулась к ней.              — Дина, можешь подождать здесь, пока я узнаю что случилось? — спросила я.              Её губы чуть шевельнулись, будто она пыталась что-то сказать, потом она покачала головой и только сильнее сжала мою руку.              — Дина?              — Я должна остаться с тобой, — произнесла она глухо, оглядываясь с каким-то болезненным выражением. — Цифры...              Цифры? Чёрт. Значит, она уже что-то увидела.              — Ладно, — сказала я. — Тогда не отпускай мою руку.              Она кивнула, и мы пошли дальше. Я начала проталкиваться сквозь толпу, которая всё ещё скапливалась перед приютом. Люди шептались, отступая, когда я проходила мимо.              Наконец я остановилась у самого входа, глядя на разбитую дверную раму и осколки стекла, рассыпанные по тротуару.              Не отпуская руку Дины, я шагнула вперёд — в сам приют.              Как только мы пересекли границу клубящейся тьмы, зрение исчезло. За ним — и звук.              Но я не испугалась. Я уже знала это ощущение — тяжесть, будто мир давит на тебя со всех сторон.              И я помнила, как в прошлый раз пыталась этому сопротивляться. Тогда это было трудно.              Сейчас — нет.              Моя сила прикоснулась ко тьме, и через некоторое время тьма рассеялась. Звук и цвет вернулись.              — Что здесь произошло? — тихо спросила Дина, глядя на обломки мебели рядом с нами.              — Не знаю, — ответила я, чувствуя, как тревога за Лизу нарастает с каждой секундой. — Но мы ничего не узнаем, пока не сможем нормально видеть.              Я сосредоточилась, — вспоминая, как в прошлый раз удалось оттолкнуть тьму, добавив к этому то, что я скопировала у Штормтигра.              Воздух закружился вокруг нас, вихрь избавился от остатков тьмы вернув нам обзор и открывая перед нами картину полную разрушений.              Всё внутри было разбито вдребезги. Столы и стулья превратились в кучу щепы.              Повсюду лежали люди — кто-то стонал, кто-то шевелился, но, к счастью, все, кого я видела, были живы.              Только Лизы нигде не было.              — Держись рядом, — сказала я, пробираясь сквозь беспорядок к её кабинету.              Дверь была расколота, и сквозь обломки я заметила руку.              Дина двинулась следом, пока я отбрасывала в сторону остатки стола.              Лиза лежала ничком.              — Лиза? — позвала я, коснувшись её плеча. Она не реагировала, и я чуть сильнее подтолкнула её. — Лиза?              В тот же миг она дёрнулась, отползая назад с хриплыми выкриками, будто отмахиваясь от чего-то невидимого.              Движения были неловкие, болезненные — рука свисала под странным углом, явно сломана.              Я замерла, когда увидела её лицо — всё в синяках и запёкшейся крови.              — Лиза! Это я, Тейлор! — сказала я, подняв руки, стараясь говорить спокойно.              — …ейлор? — пробормотала она едва слышно.              — Да, я, — кивнула я. — Что случилось? Тот, кто это сделал, всё ещё здесь?              — …тебя… — прошептала она, но слова утонули в хрипе, и я не разобрала смысла. Я уже хотела переспросить, когда за спиной что-то мелькнуло.              Резкий порыв движения заставил меня инстинктивно схватить Дину и рывком прижать к себе, заслоняя её от удара. Из шкафа неподалёку вырвалась фигура в тёмной одежде, замахнувшись чем-то тяжёлым.              Моя сила среагировала мгновенно — движение остановилось, затем отразилось и усилилось, отбросив нападавшего назад. Он врезался в стену и проломил её своим телом.              — Останься с Лизой, — приказала я, выпрямляясь.              — Но… — начала Дина.              — Я знаю, — перебила я. — Но мне нужно убедиться, что он никому не навредит. Я буду на виду, обещаю.              Дина кивнула и присела рядом с Лизой, шепча что-то успокаивающее, пока я осторожно двинулась вперёд, следя за проломом, куда улетел нападавший.              Тени вспухли и хлынули между нами, устремляясь ко мне.              — Серьёзно? — сказала я, злость прорезала голос. — Это всё, на что ты способен? Это не сработает.              Я рассеяла тени прежде, чем он успел дотянуться до меня, — как раз вовремя, чтобы заметить, как мужчина вырывается вперёд.              Вспышка света отразилась от чёрного шлема — и в тот же миг лёгкий поворот головы отправил его в стену слева.              — Это тоже не сработает, — бросила я. — Неприятно, когда тебя швыряют, да?              Я не знала наверняка, что это он сделал с Лизой, но логика подсказывала — он виновник произошедшего.              — Сука, — прорычал голос из-под шлема. — Всё из-за тебя.              — Конечно, вини меня, — я пожала плечами. — Так мне только проще будет сделать то, что собираюсь.              Я ударила каблуком по полу — бетон под ним вздулся и разошёлся, выбросив его прочь. Он перекувырнулся, вскрикнув от боли.              — Звучит неприятно, — заметила я с притворной жалостью. — Звучит так же, как когда ты ломал Лизе руку? — Я едва не сорвалась на крик, подойдя ближе.              Он дёрнулся, пытаясь ударить ногой, но моё поле вспыхнуло предупреждением — и его ногу резко дёрнуло назад. Раздался хруст.              — Это, наверное, больно, да? — сказала я, когда в ответ посыпались новые ругательства. — Ну ничего, в таком состоянии ты далеко не уйдёшь. Так что лежи и жди, пока кто-нибудь придёт и наденет на тебя наручники.              Он снова выругался и, опираясь на проломленную стену, попытался подняться. С ещё одним сдавленным проклятьем он начал хромать прочь.              — А вот этого не надо, — бросила я и толкнула ногой перевёрнутый у моих ног ящик с бутылками. Тот сорвался с места, взвился в воздух и со звоном врезался в него, разлетаясь по полу. Он рухнул — и в этот раз уже не поднялся.              Я развернулась к Лизе и Дине.              — Она в порядке? — спросила я.              — Кажется, да, — ответила Дина. — Она всё бормочет, но вроде бы в сознании…              — Чёрт, — выдохнула я, запуская руку в карман. Нашла телефон и сразу набрала номер Колина.              — Тейлор? — отозвался он почти сразу. — Что случилось?              — Я в приюте на двадцать третьей, — сказала я спокойным тоном, который дался с трудом. — Здесь преступник, его нужно забрать. И нужна скорая.              — Насколько всё плохо? — спросил Колин.              — Мою подругу сильно избили, сломана рука. Еще куча пострадавших. Не знаю, есть ли погибшие, — ответила я и закрыла глаза, хотя лицо Лизы всё равно было передо мной. — Тот, кто, думаю, за это отвечает, без сознания. Он жив. На этот раз я не добавила тебе проблем. — Я поморщилась, услышав собственные слова. Неужели тот кошмар в машине так меня задел?              — Эм… спасибо? — произнёс Колин растерянно.              — Забудь, — вздохнула я. — Просто почти не спала прошлой ночью. Извини. Но нам действительно нужна помощь, и как можно скорее. Она в очень плохом состоянии.              — Уже отправляю людей, — сказал он, и голос его стал немного отстранённым, как будто он уже координировал действия. — Ты останешься на месте?              — Да. Присмотрю за этим ублюдком, — ответила я, бросив взгляд на тело, всё ещё лежащее неподвижно у стены.              — Они будут через пять минут, — сообщил Колин и отключился.              Я погасила экран телефона и убрала его в карман. Затем опустилась на колени рядом с Лизой, осторожно взяла её за здоровую руку. Она не отреагировала, но я крепче сжала её пальцы — просто чтобы она чувствовала, что я рядом. Следила за её дыханием, за лёгким, едва заметным движением груди.              Почему он это сделал? Я бросила взгляд на неподвижное тело нападавшего. Волна ярости поднялась внутри, и мне пришлось усилием воли сдержать желание подняться и добить его.              — Она будет в порядке? — тихо спросила Дина.              — Ты не знаешь? — удивилась я.              Дина покачала головой.              — Не хочу снова смотреть на цифры.              Я приподняла бровь. Она всё ещё была бледна.              — Что ты увидела раньше?              Её лицо совсем побледнело, губы сжались в тонкую линию. Потом она медленно покачала головой, отказываясь отвечать.              Я посмотрела на неё с тревогой, но на все мои попытки разговорить её она больше не реагировала.              Спустя несколько минут появилась Дэника — тот самый агент СКП, с которым я познакомилась после того, как впервые спасла Дину. С ней приехали и парамедики.              — Выглядишь усталой, — сказала я, поднимаясь ей навстречу.              — Ты тоже, — усмехнулась она устало. — Последние сутки сплошной кошмар. Имперцы опять устраивают разборки.              Я отвернулась, скрывая гримасу. Не добавила ли я Колину проблем, когда впустила Чистоту и по сути согласилась ей помочь?              — Просто не выспалась, — ответила я, стараясь звучать спокойно.              — Знаю, как это бывает, — заметила Дэника, опуская взгляд на мужчину, которого я вырубила.              — Это он?              — Ага, — кивнула я.              Она присела рядом, быстро надела наручники на его запястья, затем выпрямилась.              — Уведите этого типа. Если начнёт буянить — пеной его.              Несколько агентов в форме подошли и потащили мужчину прочь.              — С ней всё будет в порядке, — сказала Дэника, заметив, куда я смотрю. Парамедики как раз хлопотали возле Лизы. — Хочешь поехать с ней в больницу? Я могу вызвать Панацею, если понадобится. Хотя, скорее всего она и так будет в больнице.              — Поехать с ней — хорошая идея, — ответила я, потом нахмурилась. — Чёрт, мне нужно позвонить Лили.              — Это та, что живёт у тебя? — уточнила Дэника.              Я кивнула.              — Я видела, как она приходила, — продолжила та. — С женщиной и двумя детьми?              — Они самые, — подтвердила я.              Один из парамедиков поднялся и подошёл к нам.              — Мы сейчас переложим её на носилки и доставим в больницу. Здесь мы сделали всё возможное.              — Мы можем поехать с ней? — спросила я, кивнув на себя и Дину.              Парамедик взглянул на меня, и глаза у него чуть расширились.              — Конечно, мисс Эберт, без проблем.              — Спасибо, — сказала я, наблюдая, как медики аккуратно перекладывают Лизу на носилки и уносят её. Остальные парамедики осматривали тех, кто остался в приюте, пока мы выходили. Лизу погрузили в скорую, и нам с Диной освободили место рядом.              Я откинулась головой к стенке машины, чувствуя, как тревога за Лизу буквально душит меня.              — 93,6% того, что всё это твоя вина, — сказала рядом Дина.              Я резко повернула голову и уставилась на неё.              — Что ты сейчас сказала?              — Я сказала, что это не твоя вина? — ответила она с ноткой замешательства и вгляделась в меня. — Ты уверена, что всё в порядке? Ты сегодня с утра какая-то нервная.              Я глубоко вдохнула.              — Всё ещё не отпускают кошмары, наверное.              — Хочешь поговорить об этом? — тихо спросила она.              Я не могла дышать. Не могла двигаться. Руки били по двери, а в ответ — только смех...              Я мотнула головой.              — Нет.              — Вам что-нибудь нужно? — спросил один из медиков, бросив на меня внимательный взгляд. — Вы очень бледная. У меня есть что-то от тошноты…              — Нет, спасибо, — покачала я головой. — Просто… плохие воспоминания.              Он кивнул, но посмотрел с беспокойством, прежде чем вернуться к приборам, закреплённым вдоль стенки скорой.

***

      Ожидание, — самая отвратительная вещь на свете. Лизу увезли в операционную, и врачи сейчас пытались исправить всё, что могли. Эми здесь не было — я даже звонила ей, но попала только на автоответчик.              — Тейлор! — позвала Лили, быстро подходя ко мне. За ней следовали две знакомые фигуры.              — Филип, Шона, — произнесла я, ошеломлённая. — Что вы здесь делаете?              — Решили проведать тебя, — улыбнулся Филип. — Слышали, ты без нас не скучала, а, chica?              — Ты в порядке? — спросила Шона, обняв меня. — Ты выглядишь…              — Да, знаю, — перебила я, отворачиваясь к двери, за которой была Лиза.              — С ней всё будет хорошо? — тихо спросила Лили.              — Надеюсь, — выдохнула я. — От Эми пока ни слова.              — Думаю, её уже вызвали, — сказала Лили, положив руку мне на плечо. Я кивнула и села рядом с Диной. Остальные последовали примеру — и мы просто ждали.              Минут через двадцать из-за двери вышел уставший хирург.              — Мисс Эберт? — уточнил он. — Мы сделали всё, что могли. Травмы серьёзные, поэтому Лиза останется в реанимации на ночь. Как только будет возможно, мисс Даллон займётся её лечением.              — Она в сознании? — спросила я.              Он покачал головой:              — Боюсь, нет. Из-за повреждений и наркоза она пробудет без сознания ещё какое-то время. Но если хотите, я распоряжусь, чтобы вас сразу уведомили, как только что-то изменится.              — Да, пожалуйста, — попросила я. Врач позвал медсестру, и та быстро записала всю необходимую информацию.              — Пойдём, — сказал Филип, положив руку мне на плечо. — Я понимаю, ты переживаешь, но ты выглядишь так, будто вот-вот упадёшь. Давай хоть немного перекусим.              — Я… — начала я возражать, но потом сдалась. — Да, пожалуй, это неплохая идея.              Через несколько минут я уже сидела на диване, сжимая в ладонях чашку горячего чая. С моего места открывался вид на кухню, где Филип колдовал у плиты — в нелепом фартуке и шефском колпаке, размером почти с голову.              Интересно, кто вообще ему это выдал?              — Итак! — торжественно провозгласил он, размешивая что-то на сковороде. — Перед вами древнейший рецепт, передававшийся из поколения в поколение ещё до того, как испанские захватчики осквернили мой народ.              — Началось, — вставила Шонна, закатив глаза. — Сейчас расскажет, что блюдо подавали исключительно ацтекской знати, последним потомком которой он, разумеется, является.              — Ты так говоришь только потому, что у тебя нет великих предков, chica… — начал он в ответ.              — А ты не знал? — перебила она с самой сладкой улыбкой. — Моя прапрапрабабушка была самой настоящей царицей Нила.              — Мой дед — Тэнно Хэйка, — заявила Лили, закатив глаза, когда остальные уставились на неё непонимающе. — Император Японии? Вы вообще что-нибудь помните из уроков истории?              — Мы не изучали языческие страны, — пробормотал Филип, а затем повернулся ко мне. — А ты, Тейлор? Есть кто-то знаменитый в роду?              — Нет, — ответила я. — Только я, пожалуй.              — О, Тейлор не нужны знаменитые предки, — протянула Шона с притворной небрежностью. — Она и так уверена, что мир вращается вокруг неё.              Я моргнула, чувствуя, как внутри кольнуло.              — Я вовсе так не думаю.              — Нет? — приподняла бровь Лили. — А кто тогда ожидал, что СКП приберёт за ней, когда она устраивает бойню или поджигает доки?              Я резко повернула к ней голову.              — Я ничего подобного не ожидаю!              Разве?              Мысль скользнула в сознании, когда я вспомнила, как мало сделала, чтобы исправить хаос после своей схватки с Лунгом.              — Да забудьте вы про доки, — вставил Филип. — Лучше поговорим о том, что она настолько чокнутая, что нас сюда отправили за ней присматривать.              Я покачала головой, вжимаясь в спинку дивана, будто могла спрятаться в ней.              — Что вы... что вы сейчас сказали?              — Мы сказали, что нас снова оторвали от семей, — ответила Шона холодно. — Всё ради того, чтобы нянчиться с чудовищем.              Мои губы дрогнули, но звука не последовало.              — Пожалуй, я была права, — бросила Лили, скрестив руки. — Твой отец, наверное, и правда сбежал, чтобы избавиться от тебя. Наверное, рад, что больше не должен тянуть такую обузу.              Филип покачал головой:              — Думаю, дело не в этом. Скорее — он просто брезгует. Наверное, увидел, как ты летала и дралась с Лунгом, и понял, что его дочь — урод.              — Урод? — повторила я, резко вставая. Чашка выскользнула из рук, ударилась о пол и разбилась вдребезги. — Вы правда так обо мне думаете?              — Нет, — тихо сказала Шона. — Не урод. Монстр.              — Нет, не монстр, — поправила Лили. — Обуза. Всё рушит и ничего не делает, чтобы исправить содеянное.              Филип шагнул ко мне с левой стороны.              — Урод, который выживает при температурах, от которых любой другой кейп бы уже сгорел.              Шона шагнула ко мне справа.              — Монстр. Именно это люди видят, когда смотрят на тебя.              Я покачала головой, отступая.              — Нет.              — Нет? — передразнил Филип моим голосом. — Отрицаешь очевидное? Да ты просто уродка.              — Обуза, — резко бросила Лили.              — Монстр, — повторила Шонна.              Дыхание сбилось. Они медленно подходили заставляя меня отступать, пока спина не уперлась в холодную стену.              — Монстр.              — Обуза.              — Уродка.              Я зажала уши ладонями, пытаясь заглушить их голоса.              — Я не такая! — выкрикнула я.              Но слова не стихали — били, словно молотами, каждое больнее предыдущего. Я металась взглядом между ними, чувствуя, как глаза жжёт от слёз.              Почему они это говорят? Почему именно они?              На лицах застыла ненависть, и вдруг — почти синхронно — они разошлись в стороны, оставив между собой узкий проход.              Оттуда вышла Дина.              — Дина… — сказала я, стараясь вытеснить из головы эхо этих слов. — Скажи им, что они ошибаются…              Я замолчала, когда на её губах появилась злорадная усмешка.              — 100% того, что ты уродка, обуза и монстр, — произнесла она.              Я закричала, рванув вперёд, пока поток слов продолжал звучать. Колени ударились о что-то, и я почувствовала, как активируется моя сила. Открыв глаза, я увидела, как журнальный столик разлетелся на щепки.              — Чёрт, Тейлор?! — услышала я чей-то крик и метнулась глазами вокруг. Филип, Лили и Дина смотрели на меня с изумлением. Шона стояла напротив дивана, где я только что сидела, держась за плечо, из которого торчал осколок дерева.              Она глубоко вдохнула, а Филип прочистил горло:              — Знаю, шутки Шоны ужасны, chica, но устраивать истерику после короткого сна из-за одной шутки — это слишком.              Сон? Ещё один кошмар? Я снова огляделась, не в силах вымолвить ни слова.              Уродка. Обуза. Слова раздавались в голове, а взгляд невольно остановился на руке Шоны. Монстр.              Я рванула к лестнице, игнорируя их крики: "Подожди!" Коридор кружился вокруг, когда я распахнула дверь своей комнаты и захлопнула её за собой. Закрыв дверь на замок, я споткнулась в темноте и направилась к кровати. Стук заставил меня вздрогнуть, их голоса умоляли выйти.              Я забралась на кровать, зарывшись под одеяло. Когда это не заглушило их звуки, я использовала свою силу — и наступила тишина. Одеяло натянула на голове, блокируя оставшийся свет.              Обуза. Уродка. Монстр.