Скорбь 5.3

      Лунг был мёртв, но пожар в доках продолжался. Я смотрела на руины — там когда-то был офис моего отца, теперь стёртый с лица земли одной из моих собственных атак. Я боялась разбирать завалы — боялась того, что могу найти под ними.              — Монстр, — донёсся чей-то голос.              Я проснулась от собственного крика. Взгляд сразу упал на часы — 6:30 утра.              "Хотя бы в этот раз я поспала чуть дольше," — подумала я, лёжа неподвижно и пытаясь успокоить дыхание. Всё тело было словно выжжено изнутри — пустое и тяжёлое. Желание снова накрыться одеялом и просто исчезнуть из этого мира было почти непреодолимым.              Я заставила себя не поддаваться, откинула одеяло и села. В голове всплыли события прошедшего вечера, и меня передёрнуло.              "Неужели я так сильно сорвалась из-за сна о шкафчике?" — я не думала о нём уже давно. Может, это чувство беспомощности — из-за того, что я всё ещё не знала, где мой отец? Или именно оно заставило меня представить, будто они… говорили мне всё это?              Я прижала колени к груди, пытаясь привести мысли в порядок.              Звук шагов в коридоре заставил меня поднять голову и нахмуриться. Разве я не заглушила все звуки, когда упала в постель? Я попыталась вспомнить последние минуты перед тем, как отключилась.              В конце концов я покачала головой — так и не сумев вспомнить. Сделав глубокий вдох, я решила отбросить эту мысль… и тут же поморщилась — в воздухе пахло гарью.              Душ. Мне определённо был нужен душ.              Я быстро выключила воду, отгоняя посторонние мысли, и выжала волосы — пряди рассыпались по плечам, прилипая к коже.              На кухне было тихо, когда я спустилась вниз. Кто бы ни бродил по дому раньше — теперь его след простыл.              Я подошла к окну и тут же поморщилась от резкого света рассвета. Лоб сам собой нахмурился, глаза зажмурились. Почему солнечный свет меня раздражает? Я ведь не ощущала боль от такого с тех пор, как получила силы.              Как только мысль мелькнула в голове, я почувствовала, как моё поле сдвинулось — будто щёлкнул невидимый выключатель. Жжение мгновенно исчезло.              Что это было? Я нахмурилась, пытаясь понять. Значит, пока я сплю, я подавляю свои силы? Или дело в эмоциях — слишком напряжена… или наоборот, слишком расслаблена?              Нет. Второе вряд ли. Горячий душ был приятен, но не настолько, чтобы вызвать подобное. Это что-то другое.              — О, привет, Тейлор, — сказал Филип, входя на кухню из коридора.              Я коротко кивнула и шагнула к холодильнику, всё ещё обдумывая произошедшее.              — Эй, ты в порядке? — спросил он, когда я достала апельсиновый сок. — Вчера ночью ты, ну… явно была не в себе.              — Наверное, — ответила я, наливая сок в стакан. И тут мне пришло в голову: — А с Шоной всё хорошо?              Он отмахнулся. — Да не так страшно, как выглядело. Я перевязал её, даже шрама не останется.              — Мне так жаль… — начала я, но не успела договорить: он легонько стукнул меня костяшками по лбу.              — Хватит извиняться, — сказал он с лёгкой усмешкой. — Это был несчастный случай. Ты просто переживаешь из-за отца — вот и делаешь всякие глупости. Бывает.              — Пожалуй, ты прав, — пробормотала я и уже хотела что-то добавить, но осеклась, отступив на шаг. — Эм… а это что на тебе?              Филип довольно ухмыльнулся и демонстративно напряг руки, отчего майка натянулась на груди.              — Собрался на пробежку. Тренирую выносливость.              — Пробежку? — переспросила я, приподняв бровь. — Разве твоя сила не…              — Ну, она помогает, конечно, — пожал он плечами. — Но нужно сначала разогнаться, прежде чем сила начнёт работать на полную. Чем быстрее я бегу, тем лучше эффект.              — Логично, — кивнула я, окинув его взглядом и покачав головой при виде коротких до нелепости шорт. — Не против компании?              Филип моргнул, слегка удивлённый.              — Почему бы и нет, если тебе не лень.              — Только дай переоденусь, — сказала я, указав на свой халат. — В таком виде на пробежку не пойдёшь.              — Ну, теоретически ты могла бы, — усмехнулся он. — Но, боюсь, пояс долго не продержится.              Он направился к выходу.              — Буду ждать снаружи, — донеслось мне вслед, когда я поднималась в комнату.              Я переоделась и спустилась обратно почти бегом. Защёлкнув замок на двери, мы вместе вышли наружу.       

***

      Через двадцать минут бега я буквально чувствовала, как Филип сверлит меня взглядом.              — Что? — спросила я, не выдержав.              — Ты точно мухлюешь, — проворчал он. — Ты даже не запыхалась.              — Я тут ни при чём. У моей силы есть пассивный аспект: она автоматически подстраивается и компенсирует всё, что может мешать мне физически. Нехватку кислорода, объём кинетической энергии, падающей на моё тело при каждом шаге… — я продолжала объяснять, пока не заметила, что он просто пялится на меня.              — Ладно, серьёзно, что? — повторила я.              — Я понял от силы треть твоей лекции, — признался он. — То есть: воздуха тебе хватает, и ноги у тебя не устают?              — В точку, — вздохнула я. — Я могу выключить эту часть, но тогда мне приходится постоянно держать контроль вручную. Честно говоря, проще корректировать эффект, когда нужно.              Я сбавила шаг, настраивая показатели силы так, как хотела, и только потом ускорилась, догоняя его.              — Всё, — сказала я. — Теперь я не "мухлюю", как ты выразился.              Филип довольно улыбнулся и прибавил темп. Мне оставалось только сосредоточиться и попытаться не отставать.

***

      Когда я снова спустилась вниз, помывшись после пробежки, Дина, Лили и Шона уже были на ногах.              Я невольно поморщилась, заметив повязку на руке Шоны. Сами собой всплыли слова из ночных кошмаров. Монстр.              — Я… я так виновата, Шона, — пробормотала я. — Я не хотела...              Она приложила палец к моим губам.              — Всё нормально. Не кори себя. И вообще — по крайней мере, удар у тебя сильнее, чем у Филипа. Он слабак.              — Эй! — возмутился он где-то сбоку.              — Суть в том, — вмешалась Лили, пока разговор не ушёл в сторону, — что тебе можно быть в стрессе. Просто, пожалуйста, больше не пугайся так и не запирайся от нас, ладно?              Я попыталась что-то ответить, но слова застряли в горле, потому что в этот момент Дина подошла и крепко меня обняла.              — Так… — наконец выдавила я. — Завтрак?              — Ты, — Шона ткнула в меня пальцем с видом командира, — садись. Стрессовой девочке нужно расслабиться.              После этого она обернулась к Филипу:              — А вот ты воняешь. Ступай в душ.              Я подчинилась и заняла место за столом. Филип, ругаясь себе под нос, поплёлся наверх, бубня на каждом шаге.

***

      — Как там всё прошло в СКП с Кейден? — спросила я, когда мы сидели за столом, а тарелки уже пустовали после завтрака.              — Они обеспечат защиту ей и детям, — ответила Лили. — Колин просил, чтобы ты заглянула, как только сможешь. Нужно уточнить какие-то детали или что-то в этом духе. Ещё он сказал, что у него есть кое-что для тебя.              — Для меня? — Я моргнула. — Понятия не имею, что это может быть. Какие-нибудь идеи?              Она покачала головой:              — Никаких, извини.              — О! Я знаю! — встряла Шона. — Он собирается признаться тебе в своей тайной любви.              — Во-первых, — фыркнула я. — Он вдвое старше меня, так что нет. Несмотря на его приятную улыбку.              — Возможно, мы ищем тайную влюблённость не там, — протянула Лили с хитрой ухмылкой. — Может это Тейлор влюбилась? — Она растянула последнее слово так, что оно прозвучало почти неприлично.              Я закатила глаза:              — Я и Колин? Вероятность примерно такая же, как то, что я стану телекинетическим мимом и соблазню Эми Даллон.              Я посмотрела на них, когда заметила, что все на меня таращатся.              — Что? — спросила я.              — Телекинетический мим, — начал Филип с выражением, будто пробует слова на вкус.              — Соблазняющий Эми Даллон? — продолжила Шона, приподняв бровь.              — Иногда, Тейлор, у тебя в голове происходят странные вещи, — заключила Лили.              — 100% того, что ты чудачка, — без малейшей интонации заявила Дина.              — Ладно, ладно, — пробормотала я, поднимаясь и направляясь к окну. — Навалились все разом, да? Но это же было смешно. — Я напустила на себя вид глубокой тоски и прижала лоб к стеклу. За спиной раздался смех — остальные уже начали убирать со стола.              В этот момент поле дёрнулось. Пинг. Я нахмурилась. Что это было?              Поле развернулось дальше от точки контакта со стеклом. Я почувствовала каждый крошечный элемент, составляющий структуру окна, улавливала малейшее движение. Глаза слегка расширились.              Здесь.              Внутри стекла проходила нитка — чужеродный элемент в композиции. Частота, что вибрировала по всей поверхности, модулированная так, что она должна была…              По стеклу побежала трещина.              Я резко отшатнулась, сердце ухнуло вниз. Мой взгляд метнулся по комнате. Филип, Шона и Лили убирали посуду. Дина сидела за столом и подносила к губам стакан, наклоняя его, чтобы сделать глоток.              — Отойдите от стекла! — крикнула я и бросилась к Дине.              Все окна и стеклянные поверхности в комнате взорвались в тот момент, когда я врезалась в девочку, расширяя поле во все стороны, пытаясь отбить осколки, пока они кружились в воздухе, сверкая и ловя солнечный свет. Мы с Диной кубарем покатились по полу, и я услышала её болезненный вскрик. Вокруг раздались крики остальных.              И вдруг как будто всё оборвалось. Грохот разбивающегося стекла исчез. Только редкий звон падающих осколков нарушал тишину.              — Ты в порядке, Дина? — спросила я, поднимаясь и осматривая её. Что-то тёплое липло к моим пальцам. Я застыла, потом опустила взгляд.              — Я… хах… кажется, да, — выдавила она, морщась от боли. На её боку торчал осколок стекла, а на одежде быстро расползалось красное пятно.              — О боже… нет, — сорвалось с моих губ. Я попыталась прижать рану, стараясь не причинить ей ещё больше боли. Моя сила… я ведь могла попробовать что-то сделать? Я на долю секунды начала перенаправлять поток крови — и тут же остановилась, задрожав. Нет. Я слишком плохо понимала, как именно она течёт. Я могла только навредить.              — Чёрт, чёрт, чёрт… — пробормотала я. — Филип!              — Что за… чёрт возьми, — он уже оказался рядом.              — Отвези её в больницу, — приказала я, не отрывая взгляда от кровавого пятна, расползающегося всё быстрее.              — Тейлор, это… — начал он.              — Просто сделай это! — рявкнула я. — Ты быстрее любого из нас, а здесь мы её не вылечим! — Я не могла вытащить осколок: так стало бы только хуже. Что я вообще могла сделать?              — Тейлор, — Лили присела рядом, лицо побелело, — стекло… скорее всего это была Птица-Хрусталь.              — Да хоть Симург, мне плевать! — сорвалось у меня. — Дина ранена, и я не могу ей помочь! Вези её в больницу!              — Эм… ребята? — позвала Шона, отрывая полосу ткани от своей футболки и туго обматывая Филипу руку. — Я просматриваю окрестности своими силами. К нам идёт женщина. И вокруг неё летает стекло.              Она сглотнула.              — Думаю, это и правда Птица-Хрусталь. И она движется прямо сюда.              Во мне вспыхнул гнев — яркий, обжигающий.              — Филип, — сказала я, и свой собственный голос услышала словно издалека. — Берёшь Дину и несёшь её в больницу. Лили, Шона — прикройте его с чёрного хода, а потом тоже уходите.              — И что ты собираешься делать? — Лили уставилась на меня так, будто я сошла с ума. — Ты же не собираешься...              Я уже шла к парадной двери.              — Я устрою отвлекающий манёвр.              — Тейлор, она же из Девятки! — возмутилась Лили. — Это отвратительная идея!              — Мне всё равно! — закричала я. — Она управляет стеклом, да? Значит, вы для неё — лёгкие мишени. Я не хочу, чтобы вы пострадали, так что просто сделайте, что я сказала!              — Пошли, — сказал Филип и аккуратно подхватил Дину на руки. — Шона, проложи мне маршрут. Лили, бери своё оружие.              — А как ты собираешься её отвлечь? — спросила Шона, когда они начали отходить.              — Я собираюсь её убить, — сказала я, на секунду оборачиваясь к ним, прежде чем двинуться вперёд, к входной двери. — Этого должно хватить для отвлечения.              Я успокоила дыхание и вышла наружу уверенным шагом, не обращая внимания на то, как стеклянные осколки дрожали вокруг меня.              Улица, на которой стоял новый дом, обычно была довольно оживлённой; даже утром по ней ездили машины. Теперь они стояли под разными углами, как попало, с выбитыми стёклами и зеркалами. В каждой, мимо которой я проходила, были люди — кто-то без сознания, кто-то кричал.              Я почти не смотрела на них. Мой взгляд был прикован к женщине, парящей в воздухе над дорогой. Она описывала медленные круги, как стервятник, метров 5 над землей. Длинные чёрные волосы трепал ветер. По телу, будто чешуя, были рассыпаны острые куски цветного стекла, и ещё большее облако вращалось вокруг неё, складываясь в подобие крыльев летучей мыши. Она выглядела так, будто вылезла из плохого фильма ужасов — безумная смесь цирковой артистки и вампира. И даже сквозь мой бушующий гнев по коже пробежал холодок.              — Тейлор Эберт, — протянула она с хищной сладостью. — Я давно хотела встретиться с тобой.              Я не ответила. Вместо этого оглядела машины и разбросанные повсюду осколки стекла. На секунду меня накрыла новая волна ярости от всего этого кровавого беспорядка — она лишь подбросила топлива в костёр, который и так полыхал во мне. Но я подавила эти эмоции. Я ещё добьюсь того, чтобы эта тварь пожалела обо всём, что сделала, но для этого мне понадобится холодная голова.              Я перевела взгляд на улицу, ища хоть что-то, что можно использовать как оружие. Стекло вокруг меня медленно ползло, будто его тянули невидимые нити. Я поставила ногу на один длинный осколок, прижимая его к асфальту, и дала своей силе проследить траектории.              — Ты наверняка обо мне слышала, — продолжила она, когда я снова подняла взгляд. — И я пришла с предложением.              — Зачем ты это сделала? — спросила я. Голос прозвучал низко, опасно.              — Это? — она чуть повела рукой. Стекло вокруг дрогнуло. В одной из машин раздался крик. Она что, дёрнула осколки, уже застрявшие в людях? — Просто заявляю о себе. Чтобы скот знал, когда нужно ползти и трястись передо мной. Перед нами.              — Нами? — переспросила я. Одновременно отслеживала, как её сила воздействует на осколок под моей ногой. О чём говорит эта идиотка?              — Разумеется, — произнесла она с самодовольной уверенностью. — Наша сила делает нас иными. Лучшими. Почему бы нам не использовать это? Я уверена, что ты понимаешь.              — Иди нахрен, — сказала я, даже не особо слушая. Она управляла частицами внутри самого стекла — вот как она заставляла его двигаться. Манипуляция кремнием?              — У тебя есть сила, — упорно продолжала она. — И ты не боишься использовать её. Разве не было опьяняюще осознавать своё превосходство над скотом? Знать, что одним своим желанием ты крутишь колесо их судьбы?              Я подняла взгляд, когда в моей голове наконец сложилась последняя недостающая деталь. Всё, что она несла, уже не имело значения. Я поняла достаточно.              Внезапно витражные крылья за её спиной дрогнули и обрели новые формы — десятки маленьких стеклянных медведей, которые разом рванулись на неё. Она взвизгнула от испуга и рухнула вниз.              Я перешла улицу, не обращая внимания ни на крики, ни на шум вокруг.              Когда я подошла, она пыталась подняться, но нога была вывернута под неестественным углом. Осколки, которые я использовала как медведей, снова собрались в её крылья. Значит, она успела ими смягчить падение?              — Выглядит болезненно, — заметила я. Птица-Хрусталь резко дёрнулась от звука моего голоса, и в мгновение ока воздух прорезали сотни летящих в меня стеклянных игл.              — Это не сработает, — сказала я, останавливая осколки. Они дрожали в воздухе, медленно подползая вперёд, и я нахмурилась. Похоже, моя ранняя настройка на частоту её силы оказалась не такой точной, как нужно. Одним движением я отбросила её в сторону машины — с такой силой, что её тело оставило вмятину в металле.              — Как ты это делаешь? — выкрикнула она.              — Ты не знаешь? — я приподняла бровь. — Разумно ведь сначала узнать, с кем собираешься сражаться. По крайней мере, так поступил бы человек с мозгами.              Я шагнула вперёд.              — Но ты явно к таким не относишься.              Передо мной выросла стена из стекла. Я видела, как она пытается подняться, цепляясь за машину. Когда я подошла ближе, стена разлетелась в сверкающую пыль.              Стекло, которое формировало её крылья и одежду, сорвалось и метнулось ко мне.              — Снова? — спросила я. Теперь я полностью понимала принцип её управления стеклом, и осколки остановились в воздухе, не долетев до меня и метра. Я смотрела на них пару секунд, а потом заставила их вращаться вокруг меня кольцами.              — Как? — повторила она уже с паникой в голосе.              — Ты не делаешь ничего такого, чего не могу сделать и я, — рыкнула я. — Просто у меня это выходит лучше.              — Некоторое время назад, — сказала я, снова приближаясь, — я встретила маленькую девочку. За ней гнался один очень плохой человек. Он хотел заполучить её — из-за её силы, или просто потому, что был… паршивым человеком. Я не знаю, да это и не важно. Он убил её родителей. Преследовал её пока она не выбилась из сил, и только потому, что я оказалась поблизости, он её не схватил.              — Позже он взорвал мой дом, пока я была внутри, надеясь от меня избавиться, — продолжила я. — Не вышло.              Я шагнула вперёд — и её рука выгнулась под неестественным углом, ломаясь с хрустом.              — Ты… монстр… — прохрипела Птица-Хрусталь, пытаясь отползти, опираясь оставшейся рукой о землю. — Н-не подходи ко мне!              — А сейчас мои друзья везут ту девочку в больницу. Потому что пострадала она из-за тебя!              Последнее слово сорвалось на визг — я слишком долго держала в себе эту ярость.              Стекло вокруг нас взвилось в воздух, и её крик перешёл в пронзительный визг, когда всё разом обрушилось туда, где она лежала. Я не остановилась, пока каждый осколок, которым я могла управлять, не оказался вонзён в её тело.              Я подошла и встала над ней. Один глаз всё ещё был открыт, смотрел на меня, губы едва шевелились.              — Ещё жива? — спросила я и наклонилась, протягивая руку. Один из осколков выдернулся из её плеча, раскрывая рану шире. — Хах, нужно это исправить.              Оружейник появился минут через десять и застал меня всё в той же позе — над тем, что от неё осталось. Он спрыгнул с мотоцикла и медленно подошёл.              — Тейлор?              Я подняла взгляд от того, что осталось от Птицы-Хрусталь, затем повернулась к нему:              — Дина пострадала.              — Мне сообщили, — кивнул он. — Сюда скоро прибудут оперативники СКП, помогут с зачисткой. По всему городу сейчас хаос.              Я оглядела машины вокруг нас.              — Люди… ранены?              Он нахмурился и подошёл ближе:              — Ты в порядке?              Я сделала шаг назад:              — Не надо.              — Ты в порядке? — повторил он уже откровенно встревоженным тоном.              — Я убила её. — Я выдохнула. — Вокруг были люди, которым нужна была помощь, а я думала только об одном: она причинила боль Дине. И потому я убила её.              Оружейник резко оказался передо мной и мягко положил руки мне на плечи.              — Послушай меня, Тейлор. Она была членом Бойни. У всех них действующие ордера на убийство. Ты помогла городу, избавившись от неё. Она была известна тем, что мучила людей — заставляла стекло рвать их плоть до тех пор, пока их буквально не разрывало на куски.              Я подняла глаза и встретилась взглядом с его тёмным визором.              — Мне кажется… она умоляла меня остановиться.              — Чёрт, — пробормотал он. — Слушай, ты не должна из-за этого переживать. Если бы у неё хватило сил, она бы сделала с тобой вещи и похуже.              — Я и не переживаю.              Он отдёрнул руки, будто обжёгся.              — Что значит — не переживаешь?              — Я не чувствую себя виноватой за то, что сделала с ней, — сказала я, и у меня вырвался почти истеричный смешок. — Она умоляла меня остановиться, а я… я вовсе не сожалела. Я хотела причинить ей ещё больше боли.              Его руки медленно опустились с моих плеч.              — Что ты сейчас сказала?              — Девятка, — произнесла я. — Они же в городе?              Оружейник коротко кивнул:              — Похоже на то.              — Они пришли за мной.              Он помедлил:              — Я не знаю… но мы не исключаем такую возможность.              — Она сказала, что давно хотела со мной встретиться, — добавила я, глядя на то, что от неё осталось. — Не думаю, что вот это — то, на что она рассчитывала.              — Слушай, — сказал Оружейник. — Я хочу увезти отсюда тебя, Дину и твою подругу Лизу.              — Увезти отсюда? — переспросила я.              — Вывезти из города, — уточнил он. — Если они пришли за тобой, я хочу, чтобы ты была как можно дальше.              — Почему? — я моргнула, чуть ошеломлённая. — Я их не боюсь.              — Тогда ты дура, — отрезал он, сжав челюсть. — Члены Девятки сражались с Триумвиратом. Та же Сибирь выходила из таких боёв без единой царапины. Джека мы не раз пытались загнать в ловушки, из которых невозможно выбраться — и он всё равно ускользал. Краулер становится только сильнее от любого урона. И это лишь трое.              — Ампутация, Ожог, Манекен, — пробормотала я, вспоминая список опасных кейпов, что когда-то читала в сети. — И Топорылый.              — Манекен, Алан Грэмм, мёртв, — сказал Оружейник. — Кто вместо него — неизвестно. До этого у них уже не хватало двоих.              — И напомни, почему я должна уезжать? — вернулась я к главному.              Его лицо стало мрачнее прежнего:              — Если Девятка здесь, Тейлор, то лишь затем, чтобы либо завербовать тебя, либо убить. Ни то, ни другое неприемлемо.              — Я бы не стала к ним присоединяться, — начала я, но он резко перебил.              — Послушай! — прошипел он. — Они умеют ломать людей. Ампутация была обычной девочкой, пока Джек не вылепил из неё монстра. Если ты останешься здесь, он найдёт способ забраться тебе в голову и перекроить тебя под себя. А если нет — он тебя убьёт.              Мой взгляд скользил по разбросанным по улице машинам.              — Не убьют, если я убью их первой.              — Ты вообще меня слушаешь? — вспыхнул он. — Если ты останешься, Тейлор, нам придётся выделить людей для твоей охраны. А это люди, которых не будет на передовой, когда мы будем разбираться с Девяткой. Ты сильная, но если они нацелились именно на тебя, то ты не помощник. Ты обуза.              Обуза.              — Что ты сказал? — спросила я тихо.              — Я хочу, чтобы ты уехала, — повторил он. — Я организую транспорт — вывезем тебя, Дину, Лизу и твоих друзей.              — Я никуда не поеду, — заявила я ровным голосом. — Это мой город. Я пережила взрыв дома, сражалась с Левиафаном и с Лунгом ради того, чтобы теперь сбежать от каких-то… каких-то… никчёмных мародёров-убийц! — у меня снова вырвался нервный смешок.              — Чёрт побери, Тейлор! — рявкнул он. — Это безумие. Ты даже не представляешь, на что они способны!              — Я не уеду. Мне нужно убедиться, что с Диной всё в порядке.              Он тяжело выдохнул:              — Ты не передумаешь, да?              — Даже не надейся, — бросила я и направилась к дому.              — Ладно, — сказал он. — Подожди минуту.              Я остановилась и обернулась. Он стоял у мотоцикла, открыл один из отсеков и достал оттуда небольшой предмет. — Я давно над этим работаю, — начал он. — Взял за основу твою атаку по Левиафану. Ну и немного моих собственных разработок.              Он протянул мне вещь.              — Хочу, чтобы ты держала это при себе. Я знаю, у тебя есть силы, но запасной вариант никогда не помешает.              В руках у меня оказался нож в чёрных ножнах. Я аккуратно вытащила его и посмотрела на лезвие. На первый взгляд — ничего необычного. Вот только кончик был заметно тяжелее, чем мог бы для такого размера. Насколько я вообще разбиралась в ножах, он был странно сбалансирован.              — Он имитирует эффект твоих атак, — пояснил Оружейник. — Не такой мощный, разумеется, как то, чем ты атаковала Левиафана, но способен нанести серьёзный урон. Проверить я это не могу, но… возможно, он даже смог бы убить Сибирь.              — Ты говорил, что изучал мои атаки, — медленно произнесла я. — Зачем?              — Твоя сила невероятно мощная, Тейлор, — ответил он. — Если мы сможем её воспроизвести, у нас появятся средства против Губителей, когда ты не сможешь быть рядом.              — Это всё? — уточнила я, вдруг уверенная, что он что-то недоговаривает.              Оружейник несколько секунд смотрел прямо на меня, а затем перевёл взгляд чуть влево.              — Я не собираюсь тебе лгать, Тейлор.              Он вздохнул.              — Так что нет. Не всё.              Я молчала, ожидая, пока он снова посмотрит на меня.              — У меня нет твоей силы, Тейлор. Если с тобой что-то случится… или если однажды ты будешь против нас… — он выдохнул. — Я хотел быть готовым. Хотел иметь средство, чтобы остановить тебя.              Я отступила на шаг.              — Остановить? То есть… ты пытался найти способ убить меня?              — Если бы это когда-нибудь стало необходимо, — признал он без попытки оправдаться. — Я не думаю, что до этого дошло бы. Но я привык быть готовым ко всему.              Я долго молчала, сдерживая желание сорваться на крик. Потом посмотрела на нож и резко загнала лезвие обратно в ножны.              — Как он работает?              — Тумблер возле гарды, — пояснил он. — Но батарейки надолго не хватит.              — То есть я просто нажимаю — и бью?              — Да. — Он кивнул. — Я привязал его к твоим биометрическим данным. Для любого другого это просто нож.              — Понятно.              Я поправила шорты, пристегнула нож к ремню, дала футболке упасть поверх и закрыть его.              — Куда ты? — спросил он, когда я развернулась к дому.              — Назад. Потом — проверить, как Дина.              — Я отправлю оперативников, чтобы...              — Я справлюсь, — отрезала я. — Мне нужно всего пару минут побыть одной, а потом я уйду.              Я не посмотрела ни на него, ни на кровавую кашу на асфальте, просто пошла вперёд.              — Тейлор…              — Просто уйди, Колин, — сказала я, не оборачиваясь, оставляя его стоять посреди дороги.       

***

      Пятно на полу, там, где Дина оказалась после того, как я сбила её с ног, высохло и стало ржаво-красным. Я стояла и смотрела на него. Пять минут превратились в десять, затем в двадцать. Мысли метались: слова Колина о ноже сталкивались с теми, где он называл меня обузой. Меж ними мелькали образы того, что я сделала с Птицей-Хрусталь.              Я убила Выверта, но не почувствовала после этого ничего. Но сейчас — почувствовала.              Меня скрутило пополам, пока из желудка не вышло всё до последней капли. Спустя минуту я нащупала полотенце и как могла прикрыла им грязь. Одно движение — и смешанный запах крови и рвоты исчез.              Почему я всё ещё здесь? Дина ранена, возможно умирает, а я просто стою. Хандрю.              Я глубоко вдохнула, схватила бутылку воды и прополоскала рот.              — Пора идти, — тихо сказала я себе, кивнув. — Хватит с меня этого.              Стена напротив разлетелась с оглушительным треском, и за ней появилось огромное чудовище.              — Сразись со мной! — зарычало оно и ринулось вперёд.