Глава 15. Плохая примета

Доктор, завершив осмотр, мягко прикрыла за собой дверь и подошла к матери Лидии, ожидавшей в коридоре. На её лице застыло напряжение, как будто каждое слово врача могло изменить всё будущее дочери. — Хорошие новости, — начала доктор, слегка улыбаясь. — Нога восстановилась удивительно быстро. Всё заживает, как по учебнику. Однако… Она сделала паузу, глядя женщине прямо в глаза: — От балетных занятий придётся воздержаться хотя бы на несколько недель. Ей нужно полное восстановление, никаких нагрузок. Иначе есть риск повторной травмы. Мать Лидии кивнула, но в её взгляде промелькнуло что-то большее, чем просто беспокойство — это был страх за мечту дочери, за ту хрупкую нить, что держала её в мире танца. Мама Лидии, поблагодарив доктора кивком, достала из сумки небольшой бледно-жёлтый конверт и, почти незаметно, протянула его женщине в белом халате. — Это просто… за беспокойство, — тихо произнесла она, стараясь не встречаться взглядом. Доктор посмотрела на неё с лёгкой укоризной, затем мягко, но твёрдо вернула конверт обратно. — Спасибо, но я не возьму, — сказала она. Мать неловко убрала конверт обратно в сумку, и выдавленное «конечно» повисло в воздухе, как извинение за жест, не имевший злого умысла.

------

Лидия вышла из своей комнаты, на ходу застёгивая пальто. Она накинула шарф, не глядя, поправила волосы и машинально проверила, всё ли лежит по карманам. Движения были собранные, но в них ощущалась внутренняя напряжённость — как будто она пыталась облечь себя в привычные жесты, чтобы скрыть от самой себя дрожь внутри. Мать, услышав шорох в коридоре, выглянула из кухни и с беспокойством спросила: — Куда ты собралась? Доктор же сказала сидеть дома. Лидия, не останавливаясь, на ходу ответила: — Свежий воздух тоже лечит. Мне просто нужно немного пройтись. Она закрыла за собой дверь, оставив в коридоре лёгкий запах её духов и мамину тревогу. Как только Лидия вышла из подъезда, холодный ветер хлестнул по лицу, а неаккуратно завязанный шарф едва удержался на плечах, расправившись, готовый унести с собой остатки упрямства. Воздух был пронзительно свеж и будоражил, зовя идти вперёд, несмотря ни на что. Под горой мыслей боль в ноге уходила на второй план. Лидия проходила одну улицу за другой, почти не замечая ни прохожих, ни витрин, ни машин — город расступился перед её шагами, давая дорогу тем, кто ищет ответы. Спустя час ходьбы на свежем воздухе Лидия с удивлением поняла, что забрела в ту часть города, где бывала всего пару раз — и то по случайности. Узкие улицы, облупленные фасады домов, редкие, косо глядящие прохожие. Эти кварталы имели дурную славу: здесь редко бывали те, кому не нужно было сюда идти. Мама с подругами часто обсуждали слухи и сплетни о жителях этих районов — рассказывали про вечные драки, странных людей на улицах и какие-то тёмные истории, проникнутые криминалом, которые передавались почти шёпотом, словно страшилки. По непонятной причине именно такие истории было интереснее всего подслушивать — в них было что-то притягательное, опасное, словно тайна за занавеской. Но стать частью этих рассказов и попасть в криминальную сводку совсем не хотелось, и она с лёгким холодком в груди поняла, что пора возвращаться домой. Идя обратно, Лидию неожиданно задел плечом какой-то мужчина. Он явно видел её, но даже не попытался уступить дорогу, хотя тротуар был почти пуст. Бросив на неё мимолётный злобный взгляд, он что-то неразборчиво пробормотал себе под нос и, не останавливаясь, пошёл дальше напролом, словно вовсе не заметил столкновения. Прошло всего несколько минут после неприятного столкновения, как Лидия вдруг почувствовала странную пустоту в кармане пальто. Она машинально сунула туда руку — кошелька не было. Сердце ухнуло вниз. Она остановилась, резко оглядываясь вокруг. Мужчина, с которым она столкнулась, уже исчез за углом ближайшего дома. На улице было безлюдно — редкие прохожие спешили по своим делам, не обращая внимания на растерянную девушку. Она глубоко вздохнула, пытаясь совладать с нарастающей паникой. В кошельке было не так уж много денег — пара купюр и мелочь — но гораздо обиднее было потерять карточку на транспорт и фотографию детства, которую она всегда носила с собой как талисман. Внутри всё боролось: глупо было бы бросаться в погоню в таком районе, особенно одной, но и просто так смириться с потерей казалось невозможным. Сжав кулаки в карманах, Лидия быстро зашагала к более оживлённой улице, стараясь идти так, будто всё под контролем. На всякий случай она проверила другие карманы — всё остальное было на месте. Из узкого переулка прямо перед ногами метнулась чёрная кошка. Быстрая, юркая, словно тень, она пересекла тротуар и исчезла где-то за мусорными баками. Лидия остановилась, мрачно усмехнувшись. — Ну вот, — пробормотала она себе под нос. — Меня уже ограбили. Что ещё может случиться после чёрной кошки? На мгновение она задумалась: если до встречи с плохой приметой всё и так шло наперекосяк, то что будет дальше? Холодный ветер трепал небрежно завязанный шарф. Дождь, прошедший накануне, оставил после себя серые лужи, упрямо цеплявшиеся за асфальт. Лидия шла, осторожно обходя их, но судьба словно решила испытать её терпение до конца. Где-то за спиной резко зарычал мотор. Лидия не успела обернуться — с визгом тормозов старая машина пронеслась мимо, одним колесом влетев в самую большую лужу у края тротуара. Брызги холодной грязной воды взметнулись вверх и тяжёлыми каплями осели на её пальто. Уголок маленького глаза дёрнулся. Всё внутри сжалось от усталости и злости. Шарф, который и так едва держался, сдался под порывом ветра — он слетел с её плеча, описал в воздухе безвольную дугу и плюхнулся прямо в соседнюю лужу. Лидия смотрела на него с растерянным выражением, будто надеялась, что шарф сам выберется обратно на сушу. Оставалось только с досадой смотреть на шарф, но шагать к холодной мокрой тряпке ей совсем не хотелось. Не останавливаясь, она оставила его лежать в луже, словно маленький флаг её сегодняшнего поражения. До дома оставалась всего одна преграда: парк, который надо было пересечь насквозь. В любой другой день она бы остановилась в парке, присела бы на одну из скамеек, наблюдала за воробьями, за тем, как ветер гоняет листья по дорожкам. Но сейчас в её голове оставалась только одна мысль — как можно скорее вернуться домой. Не оглядываясь, она прибавила шаг и направилась к выходу из парка. Лидия вздрогнула от громкого стука: звук резко ударил по тишине парка, будто кто-то уронил металлический лист или строительный щит. Инстинктивно она повернула голову вправо, ожидая увидеть что-то банальное — ограждение, рабочий кран, кучу стройматериалов. Но то, что предстало перед ней, оказалось неожиданнее, чем пропавший кошелёк или забытый в луже шарф. На противоположной аллее шли двое. Карина с прямой спиной и уверенной походкой говорила что-то и улыбалась. Рядом с ней, в полуобороте, шёл тот самый парень, о котором Лидия не могла перестать думать последние дни. Он слушал Карину, чуть наклонив голову, а потом тоже улыбнулся — легко, будто они знакомы уже целую вечность. Шум парка растворился, и даже ветер перестал быть холодным. Всё сузилось до этого кадра: Карина и он — вместе.