Часть 6

      Рогнеда стояла перед ним, дубленки не было, высокая водолазка, заправленная в брюки скрывала шею, зато позволяла увидеть настоящую фигуру девушки.       Верхняя одежда ощутимо добавляла ей массы. Очертания костей проступали через тонкую ткань водолазки, что мужчине начало казаться, будто их можно пересчитать при должном желании. Но разглядывать ведьмачку было верхом неприличия, от чего он поднял глаза к ее маске. — Доброго вечера, мистер Снейп. Какими судьбами? — Проскрипела она игриво, делая шаг в сторону, приглашая мужчину внутрь. — К моему прискорбию, у меня есть к вам несколько интересующих меня вопросов. — Проходите, присаживайтесь. Александра уже все рассказала. Не стоит распыляться на напускную вежливость. Я слушаю вас.       Перед камином стояли два кресла, между ними кофейный столик с маленьким чайником и одной кружкой. — Угощайтесь, чай для вас. — Вы не составите компанию? — Удивленно вскинул бровь Северус. — Для этого мне придется снять маску, а после убить вас. Лучше перейдем к делу, времени не так много, как вы знаете, после полуночи у меня очередная тренировка. — Александра и это вам рассказала? — А вы думали моя собственная служанка скроет то, что напрямую касается меня? Я вынуждена попросить вас, мистер Снейп, больше не рисковать так. Это и вправду может оказаться опасно для вашей жизни, впрочем, тренировка теперь будет проходить в другом месте, вдали от замка и учеников, дабы никто не пострадал, в случае излишнего любопытства. — Смею предположить, что вы, несомненно, в курсе, по какому вопросу я к вам пришел. — В курсе. Вас интересует наша мутация. Привести вам сухие факты, или готовы послушать историю ведьмаков целиком? — Если вас не затруднит рассказать ее полностью. — Что же… Ведьмаки появились тогда же, когда появилась магия, ведь вместе с ней появились и чудовища. Задолго, до появления этой школы, изобретения волшебных палочек и волшебников в том самом виде, который вы знаете. Один из предков совершенно случайно достиг желаемого всплеска силы, так и появилось то, что мы зовем мутацией. Процесс до сих пор не совершенен, выживает примерно три человека из десяти, что несколько затрудняет создание новых ведьмаков, ведь процесс мало того, что неприятный, так еще и смертельно опасный. Подготовка к ней занимает пять лет, а начинается в пятнадцать, ребенка начинают пичкать ядами, для адаптации к ним, уже на этом этапе начинаются первые смерти, не каждый организм способен пережить такое издевательство над собой. После чего готовится зелье из всех этих ядов и щедро приправляется магией, тогда-то и начинается то, что все привыкли считать мутацией. Транс, оцепенение, нестерпимая боль. Тело сгорает изнутри, организм отстраивается заново. Меняются связи в мышцах, в органах, в мозгу. Токсичность отравляет нас. Волосы седеют от ужаса и боли, глаза адаптируются к новой ипостаси, меняются даже зубы. И все это сопровождает адская агония, этот этап также забирает много жизней, даруя выжившим силу, ловкость, раскрывая магический резерв на полную, позволяя магии закрыть бреши в нашем теле, которые оставила мутация. А после мы умираем, чтобы переродиться. Каждый ведьмак это ходячий труп, жизнь которого подпитывается магией. Наше сердце не бьется. Органы не функционируют, поражено все внутри. Кровь создает магия, сознание тоже она. Забери ее, и мы рухнем как марионетка, у которой отрезали веревочки. Нам не требуется еда, вода, сон для поддержания жизни. Нас невозможно отравить, а попытаетесь убить, мы заберем вас с собой, ведь убить ведьмака еще надо постараться. Попасть туда, где находится сердце не так просто. Конечности можно отрастить, самые глубокие раны заживают за несколько часов, но ничто не заглушит той боли, что дарит мутация. Мы живем с ней всю жизнь. Каждый день. Нестерпимая боль в каждой клетке тела, это плата за силу. За бессмертие. — Сколько лет самому старому из вас? — Точно не известно. Многие погибли. Люди вели на нас охоту, считали, что не будет нас, не будет и чудовищ. Перебили многих, а после хапнули сполна, когда твари расплодились, эти самые люди приползли к нам, просили помощи… — И вы помогли? — Помогли. Ведь это наша работа. Но не забыли, потому и ушли в изгнание. Раньше был единый ведьмачий клан, который после раскололся, ведьмаки обрели маски, разбрелись по всей стране, основали новые общины. Изначально были только волки, после появились лисы, рыси, коты, медведи, змеи. Это самые крупные, те, что смогли продержаться пару сотен лет. Но и из них не все дожили до наших времен. Котов истребили в первую магическую войну. — Почему вы скрываете лица? — Мы не забыли, как люди ополчились против нас. Если они наточат зуб на одного, не смогут определить, на кого именно. Для них мы все одинаковые, а вновь повторять ошибку и устраивать бойню с целым кланом они не решатся. Одежда скрывает тела, маски скрывают лица, отличается лишь глава клана. — Вас учат с самого детства? — Меч в мою руку вложили раньше, чем я сказала первое слово. Тренировки ежедневные, сначала для обретения навыка, дальше для поддержания. У ведьмаков нет ни единой целой кости. После мутации приходится начинать все заново, другая сила, реакция. Мы способны ловить стрелы на лету, некоторые могут пережить непростительное заклинание, но оказавшись на поляне с аконитом лишаемся сил. Нельзя быть во всем первым. — Горько вздохнула она. — Солнце село, за окном полнолуние, а вы еще не перегрызли мне горло. Александра говорила, что у вас бывают проблемы с контролем. — Я прекрасно держу себя в руках, вам нечего бояться. Полнолуние может затуманить рассудок, потому не стоит следить за ведьмаками ночами, если они не обращают на вас внимание, не значит, что они вас не видят. Я могу показать пальцем на дерево, за которым вы стояли. Как думаете, ни одно из наших заклинаний не попало в него по чистой случайности? — Вы ведь можете быть опасны для школы и студентов. Где гарантии того, что в какой то момент вас не накроет и вы не нападете? — Мы опасны лишь в истинном облике. В человеческом виде присутствует лишь раздражительность. — Чем может навредить обычная лисица, змея или волк? Звери, конечно, не маленькие, но отбиться от них волшебнику по силам. — Вы никогда не наблюдали ведьмака в звериной форме? — Нет. Никогда не было интересно, анимагов среди волшебников достаточно…       Неда молча встала и вышла в центр комнаты, а через секунду на ее месте стояла белоснежная лисица, размерами ближе к лошади, чем к обычному лесному зверьку. Глаза Северуса округлились, брови вздернулись, а сам он не мог оторвать глаз от великолепия этого зверя. Обычные анимаги, меняя облик, принимали истинные размеры животного, в которое оборачивались.       Лисица перед ним сверкала золотом, от блеска камина, глаза, янтарные с позолотой, светились ярче огня. Через минуту девушка вернулась в прежний вид и уселась в кресло, наслаждаясь растерянным мужчиной напротив. — У вас еще остались ко мне вопросы? — Она смотрела на Северуса с вызовом. — Вы ответили на все. Благодарю за разговор. — Заходите, как появятся новые. Побуду для вас интересной зверушкой. — Да, мисс, хотел бы принесли свои извинения за эти слова. Не стоило так выражаться. — Признательна за ваши извинения, мистер Снейп. А теперь простите, мне пора, еще добираться до места, а у меня имеется невероятная капуша в виде братца. Всего доброго. — Доброй ночи, мисс Зимина.       Пока Северус поднимался, Неда успела накинуть на плечи дубленку, подхватила ремень с ножами и меч. Вышли они из ее покоев одновременно, встретившись с ведьмаками в коридоре.       Тишина, что висела между ними была оглушительной, Нестор и Никон смотрели на девушку, а та не сводила глаз с них, ожидая дальнейших действий. — Я заходил поговорить с Рогнедой по поводу факультатива Александры, у девушки есть способности к моему предмету. Она вам разве не говорила? — Снейп смотрел в глаза Никона, а по спине бегали мурашки. — До Александры мне нет никакого дела, а с тобой, — хищные глаза метнулись к ведьмачке, — мы еще поговорим. Быстро на улицу.       В присутствие главы клана эти двое вели себя как статуи, не показывая ни единой эмоции, не допуская лишнего движения. Они были такими, какими он их желал видеть.       Девушке снова досталось. Никона разозлило, что в ее комнате посмел оказаться мужчина, пусть даже это был преподаватель школы. Ведьмак устроили ей знатную трепку, а после оставил на поляне, где проходила тренировка, захлебываться собственной кровью. Удар за ударом ей втолковывали, насколько важна их тайна. Насколько покорной необходимо быть. Насколько она никчемна. Разбитые губы саднило, от вкуса крови подташнивало, голова раскалывалась от боли. Сил встать не было, да и далеко ли уйдешь на сломанных ногах. Она перевернулась на спину и стянула маску, мелкий дождь капал на лицо, даруя прохладу, смывая кровь с кожи, но не душевную боль.       Устала быть никем, устала плясать под чужую дудку, устала бояться не так посмотреть на Никона, ибо каждый раз за этим следовала боль. Он знал, как пытать, и раз за разом в наказание издевался над ней.