Эпилог

Двадцать лет спустя.

      Огнедар принял решение пойти по стопам отца и того, чье имя носил, а потому прошел через мучительную подготовку к мутации, и сегодня настал решающий день.       День, когда он умрет, чтобы воскреснуть.       В молодом парне никто не сомневался, спустя столетия, что клан Белой Лисы не был способен обрести новых ведьмаков, все верили, что именно этот мальчик наконец прервет череду неудач и юношеских смертей.       На подходе было еще четверо, самой младшей скоро исполнится двенадцать, но мечом девчонка орудовала так, как Северус мог только мечтать.       Бывший зельевар поначалу рвался в Англию, неоконченные дела, вещи, наработки. Все это тянуло мужчину обратно, но два десятка лисиц ясно дали понять, что нечего ему там делать и пора бы уже забыть о старой жизни. Там он уже мертв, никто не ждет, никому он там не нужен. Пришлось смириться, хотел он того или нет.       Альбус Дамблдор. Гениальный волшебник всех времен оказался в корне не прав, когда заявлял, что из бывшего раба не получится достойного правителя. Он получился, Неда сумела объединить все разрозненные кланы в один огромный, сейчас их замок в Сордене кишел белыми фигурами, а что было самым ключевым…       Не было ни единой маски.       Собрали совет из главарей бывших кланов, путем долгих ссор и споров все же удалось убедить всех, что маски это пережиток прошлого, тем более, что никто из ведьмаков и не соблюдал этих правил, особенно последние лет триста.       И вот сейчас, стоя на балконе, что выходил на тренировочную площадку, ощущая дуновение теплого ветра на лице Неда с гордостью могла сказать — она счастлива.       Смириться с утратой близкого друга было сложнее всего, не помогал ни опыт, ни воспоминания. Лишиться всех членов семьи оказалось менее болезненно, чем потерять самого лучшего друга. Биение сердца в груди всегда напоминало о том, что он здесь, совсем рядом, внутри. — Ты так и не убрала капусту из под стен? — Северус возник из-за спины неслышно, заставив ведьмачку вздрогнуть. — Мы решили, что к этим переменам пока никто не готов, падать на голую землю ведь больно. — А ломать ребра падая на кочан капусты разве не больно? — Это ведьмачья закалка, эта капуста росла там всегда, если уж она так тебе не угодила, иди и выкапывай. — Пробовал. К утру выросла заново. Наверное, стоит смириться, что эта территория принадлежит по праву этому гнусному овощу. — Вот и правильно. Нечего в чужой монастырь лезть со своими молитвами. — Девушка мягко улыбнулась мужчине, что за прошедшие два десятка лет не постарел ни на день, а скорее наоборот, жизнь без нервов и тревог благоприятно повлияла на вечно хмурого зельевара, и тот даже начал улыбаться временами.       Неда глубоко вздохнула и опустила голову. — Как думаешь, он бы мной гордился? — Не нужно было уточнять, о ком говорит девушка, стараясь на благо клана она всегда думала о том, как бы на это отреагировал Огнедар, где поддержал бы, а где наоборот осудил или поднял бы на смех. — Он всегда гордился тобой, не думаю, что его мнение хоть раз изменилось бы. Ты сделала столько, сколько не смог ни один из правителей до тебя. — Их было ведь не так много. — Усмехнулась девушка в ответ. — Надеюсь, новый будет еще нескоро. — Для этого меня придется убить, а у меня припрятан один черный туз в рукаве. У них впереди были тысячи лет, полные любви и заботы друг о друге. И как бы Северус не бесновался время от времени, что Неда связала его по рукам и ногам, он продолжал ловить каждый ее взгляд, наслаждаясь им и девушкой, что ему досталась.

«Раз-два прибежит лиса

Три-четыре-пять время убивать

Шесть-да-шесть дыбом лисья шерсть

Семь-восемь бьем мы лапой оземь

Для подружки для лисы нежить в жертву принеси»