Глава 27: Пока я рядом

836-й год. Подземный город. (Ари 12 лет, Леви 16)

      Темнота, сырость, разбой и голод стали неотъемлемой частью Подземного города. Здесь каждый был сам за себя. Люди, живущие под землёй, зарабатывали чем могли и откладывали деньги, чтобы хоть одним глазком взглянуть на солнце. Из-за отсутствия важных ресурсов человеку здесь жилось несладко, да и недолго. Если сдохнешь не от голода, то от болезни уж точно.       С медициной здесь было ещё хуже, чем с продовольствием. Если торговцы и поставляли какие-то препараты, лечебные травы, то цены на это всё были просто невообразимыми. Поэтому перед жителями подземелья стоял всегда выбор: подняться на поверхность или купить лекарства.       С тех пор как дядя Кенни оставил Арию и Леви одних, прошло недолгих четыре года. За это время они успели познакомиться с парнишкой по имени Фарлан и организовать свою бандитскую группировку из пяти человек.       Работа заключалась в том, чтобы обворовывать торговцев и уходить от погони военной полиции на УПМ. Никто не мог понять, откуда подростки из Подземного города умудрились достать устройства пространственного маневрирования и как они научились ими пользоваться. Ещё одна загадка для военных.       Леви держал Уоккер подальше от их работы, но на всякий случай научил её пользоваться УПМ. Фарлан и сам вскоре стал жить вместе с Леви и Ари. Таким образом он был и в безопасности, и в приличном кругу общения. Прощай, долгосрочное одиночество.       После каждой миссии Фарлан подсчитывал выручку и делил деньги поровну между товарищами. Чёрч в тот день делал то же самое. Леви сидел за столом в стороне, полировал рабочий нож и время от времени наблюдал за тем, как его друг выдавал своего рода зарплату.       Дверь комнаты напротив Леви со скрипом приоткрылась, и оттуда вышла Ария, сонно потирая глаза.       Уоккер росла, а Леви приходилось усерднее приглядывать за ней, потому что знал, что могут и продать, и в бордель затащить. Сама она за себя постоять не сможет. Он считал Арию красивой, но её привлекательность никак не влияла на Леви. И вообще, в ней он видел лишь подругу, ну или что-то сравнимое даже с сестрой. Никак не объект для обожания.       Влюблённых Леви считал недоумками, и сам не хотел быть на них похожим. «Что взять с людей, у которых нет мозгов? Хотят плодиться, как подвальные крысы, это их дело. Лишь бы меня не касались». К любви он не скрывал пренебрежения, а наоборот, учил Ари расставлять приоритеты правильно.       Но у Уоккер было своё нерушимое мнение.       Леви видел, как сильно Ария привлекает внимание даже его коллег, и чтобы пресечь их, возможно, даже пошлые намерения, дал первое правило их группы: ни на метр к Уоккер. Он доверял лишь Фарлану, потому что знал, что у него на неё никаких видов не было.       А вот Ари нравилось внимание противоположного пола, но близко никого не подпускала. Всякий, кто пытался сблизиться, слышал лишь одно: «Моим мужем будет Леви. Если ты считаешь себя лучше его, то попробуй это доказать». Те, кто знал Леви, даже не думали о том, чтобы поставить себя рядом с ним.       — Какого хрена ты ошиваешься здесь в таком виде, Ария? — грубо спросил Леви, оглядывая её с головы до ног.       — О, жена Леви вышла, — присвистнул парень лет пятнадцати, Сэм, но сразу поймал на себе холодный взгляд главаря команды. — Прости, Леви.       — Оденься уже! — спокойно попросил он, кивнув на шкаф позади. Ари послушно подошла к гардеробу и достала оттуда длинную серую кофту. Пока она одевалась, парни то и дело посматривали в её сторону, даже не стесняясь Леви. Ну а что поделать, она была единственной девушкой в их компании. — Глаза не сломайте, извращенцы!       Его замечание осадило разбойников, они смущённо опустили взгляд и отвернулись, а Уоккер тихо посмеялась над ними и ушла на кухню, чтобы заварить чай для себя и ребят.       За все годы, что они провели вместе, Леви ни разу не признал, что ему нравится чай, который делала для него Ари. Это не расстраивало Уоккер, ведь она знала, что тот просто не переступит свою гордость и не похвалит её.       Пока парни разговаривали между собой, Ари достала три кружки и поставила их на каменную столешницу. В этом угрюмом, холодном и тёмном городе она ощущала себя самой счастливой на свете, а всё потому, что её родной человек всегда находился рядом. А с появлением Фарлана их жизнь наполнилась смехом, интересными историями и прибыльной работой.       От деловых разговоров всех отвлёк звук дёрнувшейся дверной ручки. Парни среагировали быстро: спрятали деньги, приготовили клинки и насторожились.       — Ари, уйди в комнату, — сказал Леви, не сводя взгляд с двери.       — Но… — хотела было возразить Уоккер, но он перебил её, и в этот раз говорил уже куда строже:       — Делай всё, как я тебе говорил.       Ария кивнула и сразу же побежала в комнату.       Они проходили это бессчётное количество раз, и всегда по одной и той же схеме.       Как только Ария вошла в комнату, то сразу убедилась, что за ними не следят снаружи. Приоткрыв окно, она осторожно выглянула в окно и осмотрелась с обеих сторон.       «Если Леви стукнет один раз, значит нужно выпрыгнуть в окно и бежать в сторону Тамары. Если за первым последует второй стук — отбой».       Леви кивнул Фарлану в сторону двери, и тот не торопясь подошёл. Одной рукой он схватился за ручку, а второй сжал нож крепче, пряча его за спиной. Леви стоял напротив входа с небольшим клинком в руке, для того чтобы в случае угрозы нанести удар первым. В этом городе было лишь одно правило — бей или умри. Он кивнул Чёрчу, дав сигнал открыть дверь. Неожиданно для них, в дом завалилась рыжая девочка с двумя хвостиками, чуть старше Арии.       — Вот же ж… Да это же мелюзга какая-то, а мы стоим, боимся, — усмехнулся Фарлан, глядя на лежащую девочку у порога.       — Я вам не мелюзга! — прошипела незнакомка, всё так же продолжая валяться и прикрывать что-то в руках.       — Вот как, — протянул Леви. — Значит, я могу смело вышвырнуть тебя? Я даже забуду, что ты испачкала пол! — он брезгливо взглянул на неё, а затем развернулся в сторону комнаты, где находилась Уоккер. — Выметайся! — взглянув на незнакомку через плечо, выпалил он.       — Чего, не можешь двинуться? — сказал Черч, усмехаясь. Он видел то, как рыжая неуклюже валяется на паркете, подпирая пол подбородком, пока руки что-то крепко сжимали в области живота.       — Да могу я! — крикнула та, высвобождая правую руку. Как только она поднялась, ребятам открылся вид на маленького птенчика в её руках. Леви постучал При как полагалось, а затем вернулся к гостье, что продолжала сидеть у порога.       — Нам сюда! — послышался мужской голос за дверями. Девчонка с ужасом посмотрела в сторону улицы, а потом, сжавшись в комок, уселась на пол, подпирая дверь спиной.       — Так за тобой был хвост? — недовольно спросил Леви. За их спинами показался силуэт Ари, и даже не то чтобы не было времени на знакомство из-за непредвиденных обстоятельств, скорее, её даже никто не успел увидеть.       Группа мужчин подошла к дому. Увидев девочку, они решили войти и забрать её с собой.       — Вот она! — воскликнул один из них. — А взгляните, какая ещё там милая девочка стоит. Можем забрать и её, будет нам развлечение.       Только сейчас все обратили внимание на Уоккер. Вовремя вышла…       — Эй, урод, — тихо произнёс Леви и посмотрел на него с яростью. — Ей двенадцать лет, думай, что говоришь.       — Отдайте нам тогда рыжую, и дело с концом! — встрял второй преследователь. — Чтоб вы знали, она пыталась проскочить по одиннадцатой лестнице, не заплатив! Ну что, догнали? Все знают, что это за лестница, все знают, что она официально закреплена за советником Лобовым. С халявщиков мы даже за попытку пройти три шкуры спустим. Не хотите, чтобы и вас примазали — гоните её нам!       — Ну всё, отошли! — первый из мужчин подошел ближе к Леви и положил руку на его плечо, и мерзко ухмыльнулся, показав свои гнилые передние зубы.       Резкий взмах руки Леви, и нож ловко прошёлся по загрубевшей коже на пальцах наглого охранника. Он схватился второй рукой за запястье, отчаянно пытаясь остановить кровь и притупить боль.       Схватив старого извращенца за грудки, Леви врезал кулаком ему в лицо, а затем ещё, ещё и ещё. Фарлан равнодушно наблюдал за этой… Даже дракой то и не назовёшь, скорее мордобоем. А вот рыжая девочка на минуту испугалась, но не могла отвести взгляд от спасителя.       — Не прикасайся ко мне, — схватив мужчину за ворот, прошипел Леви. — Рубашку запачкаешь!       Шайка охранников лестницы с ужасом бросилась прочь от дома головорезов, и лишь девочка, из-за которой и случился весь переполох, сидела у дверей и смотрела со страхом. Но было в этом взгляде что-то ещё. Что-то сравнимое с восхищением.       Но Леви было не до этого. Он достал белый платок из кармана и принялся натирать лезвие ножа от ещё не засохшей крови. Повернувшись к ней, Леви внимательно посмотрел на рыжую, а затем спросил:       — Ну что, долго будешь прятать… Ты её так убьёшь, — недовольно добавил он.       — А я думала, что так ей будет теплее! — ответила она, убрав руки и высвободив птичку из крепких объятий. — Она заблудилась. Залетела через отдушину, ну вот я и решила её выпустить.       — Ты… Ты что, серьёзно из-за такой ерунды рискнула пролезть на лестницу? — удивился Фарлан.       Пока гостья рассказывала про птичку и свой недавний поступок, Ария вернулась на кухню, чтобы налить ещё одну чашку горячего чая. Поставив поднос на обеденный стол, Уоккер подошла к девочке и присела на корточки перед ней.       — Привет, — поздоровалась она, напугав незнакомку. Вскрикнув, рыжая посмотрела на Арию, а затем на парней.       — При… Привет, — неуверенно произнесла она. Уоккер протянула ей руку и добродушно улыбнулась.       — Меня зовут Ария, пойдём, ты как раз к чаю! — голубые глаза блеснули лаской и заботой. Для незнакомки это было неожиданно. «Неужели с этими двумя живёт такой ангел? Не держат ли они её в заложниках?».       Цокнув языком, Леви закатил глаза, а затем прошел к столу под смешок Фарлана в его спину. Чёрч перевязал повреждённое крыло пташки, а затем, положив её в небольшую коробку, сел за стол к остальным.       — Слушай, а как тебя зовут? — поинтересовалась девчушка у Фарлана. — Меня вот Изабель Магнолия.       — Меня зовут Фарлан Чёрч, а он — Леви. Девочку зовут Ария. Она у нас тут самая главная, да, Леви? — усмехнулся Чёрч, но друг ему ничего не ответил на шутку, лишь криво покосился и отхлебнул из чашки. — Ладно, по дому Ария и правда у нас самая главная. А ещё, Леви единственный в этом городе, за кого Ари хочет выйти замуж. Не очень нужная информация, но, для общей картины стоит ознакомиться.       — Так, Фарлан… Ария, а ещё братишка Леви, — широко улыбнулась она хмурому разбойнику.       — Братишка? — брезгливо переспросил он.       — Я прошу, возьмите меня к себе! — взмолилась Изабель. — Это ведь вы, ну, на УПМ летаете! Я вас видела! Вы летаете как птицы, мне так завидно. Возьмите меня к себе! Прошу!       — Леви, — тихонько шепнула Ария и слегка потянула его за рукав. — Давай возьмём её? Ну пожалуйста…       — Ну что? — спросил Фарлан у друга.       Немного подумав, Леви встал со стула и подошел к Изабель.       — Если остаёшься, сперва учись не полёту, а уборке, — тихо ответил он, а затем прошёл в ванную, чтобы привести себя перед сном в порядок.       Чёрч кивнул головой, согласившись с ним, а затем улыбнулся Изабель и её горящим от счастья глазам. Если честно, то Фарлан был сильно удивлён решению Леви, ведь он был уверен, что тот выставит девочку за дверь. Леви было чуждо сострадание и жалость, и если бы не уговоры Ари, то, возможно, Магнолия была бы в ином положении.       Ария принесла ей чистые вещи и полотенце, размещая её рядом с Фарланом.       — Прости, у нас всего две комнаты: наша с Леви и гостиная, — сказала Уоккер. — Придётся потесниться. Наш Фарлан слишком благородный и безобидный, так что бояться тебе нечего. Диван большой, места хватит на двоих, — протянув чистое бельё, она улыбнулась Изабель. — Здесь пижама и чистая одежда. Когда примешь ванну, оставь грязную в корзине, я завтра постираю.       — Хорошо, — ответила Изабель. — Ты и правда жена братишки? Ты мне показалась слишком маленькой даже для того, чтобы просто думать об этом.       — Возможно, она и мала, — посмеялся Черч, — но у них, можно сказать, заключена сделка. Поднимаемся на поверхность, ищем жильё и работу, а потом эти двое женятся. Но учти, не стоит часто дразнить их и называть женихом и невестой. Если у Леви нет настроения, то за это можно и отхватить.       — Однажды за то, что меня назвали его «жёнкой», он сломал руку одному из своих знакомых, — добавила Ари, глядя на то, как Магнолия меняется в лице.       — А когда вы хотите пожениться? — поинтересовалась Изабель.       — Когда мне исполнится семнадцать, — гордо задрав подбородок, ответила Уоккер. Взяв чистое полотенце, она направилась к ванной комнате. Не дойдя пары шагов, повернулась и добавила: — А когда мы поженимся, то ещё и детей заведём.       Фарлан тихо рассмеялся, а Изабель с восхищением взглянула на Уоккер.       — Я такого не говорил! — послышался спокойный голос из ванной сквозь приоткрытые двери.       — Да ну? — произнесла усмехаясь Ария, взглянув на дверь. — Говорил!       — Нет.       — Говорил! — гордо выпрямившись, она зашла в ванную к Леви. — У меня всё прекрасно с памятью, что не скажешь о твоей.       — Тебе не говорили, что мальчики моются отдельно от девочек не просто так? — спросил он, подогнув ноги, чтобы хоть как-то прикрыть голое тело.       — Я принесла тебе чистое полотенце, и к тому же, что я там не видела? — поинтересовалась Уоккер, выгнув бровь. Она повесила полотенце и подняла грязное бельё Леви с пола.       — Ты уже взрослая, и это неприлично, — ответил он, серьёзно взглянув на Арию.       — Я не буду смотреть, честно.       Ванная комната была тускло освещена несколькими бра и из-за этого казалась совсем тёмной. Пара небольших тумбочек подпирали раковину, на которой стояли зубные щётки и мыло. Небольшая круглая ванна стояла посередине комнаты, с тёмно-коричневым ковриком на полу.       Положив грязные вещи в таз, Ария подошла к одной из тумбочек и положила чистые вещи на неё.       — Кардиган уже совсем тебе мал, — заметил Леви. — Завтра сходим на рынок, посмотрим, что привезли эти торговцы.       — Да, теперь у нас есть Изабель, её тоже нужно одеть. Мои вещи ей коротки будут, так что придётся потратиться. Заодно можем продать мои старые маленькие платья.       На самом деле, Леви был в восторге от того, какой стала Ария, и как легко ей давались все домашние дела. Рано было судить, но ему казалось, что она выросла и воспиталась именно такой, какой хотел бы её видеть он сам. Она была очень добра и заботлива для подземелья, возможно, она чувствовала себя виновной за то, скольких людей обворовала, прежде чем понять, что это плохо. Именно поэтому Леви отстранил её от дел и позволил заниматься домом. Но даже это ему нравилось в Ари.       — Ты всё ещё хранишь вещи, что он тебе подарил? — спросил Леви, глядя на Арию с жалостью. Он знал о том, как сильно она тоскует по Кенни, но даже не старался помочь ей с этим. Не давал ей столько внимания, любви, ласки, как это делал их дядя, потому что считал, что через все трудности нужно пройти самой.       — Да, для меня подарки от дяди слишком дороги. Но сейчас у нас есть та, о которой нужно позаботиться, поэтому выставим всё на продажу, а также сходим с ней туда, где она когда-то жила. Посмотрим, может быть, там у неё что-то осталось…       Ария присела на край ванны. Леви неуютно поёжился, но успокоился, когда понял, что она смотрела не на его тело, а в глаза.       — Братишка! — заглянув в ванную, крикнула Изабель. Леви вздрогнул всем телом.       — Твою мать, — прошипел он. — Вы что, издеваетесь?       — Я хочу уже скорее помыться, — обижено ответила Магнолия. Фарлан вытащил её голову из дверей, после чего отругал как следует.

***

      Ближе к ночи, когда все уже спали, Ария наконец-то приняла ванную и вернулась в спальню. Леви, как и обычно, лежал на краю кровати, на спине, подогнув одну ногу к себе, а руки убрал под голову.       Уоккер тихонечко залезла под одеяло и легла на бок, лицом к нему. Взглядом она прошлась по линии скул, губам, подбородку. Она считала его красивым. Самым красивым, кого когда-либо встречала. Считала себя особенной, разделяя с ним одну кровать, дом и тяжёлое прошлое. Но не из-за того, что ей было дозволено всё, а другим нет. Ни в коем случае. Ари просто понимала, что в ней он видит намного больше, смотрит по-другому, не так, как на всех, и, конечно, она чувствовала любовь Леви даже тогда, когда он тщательно это скрывал.       Это проявлялось во многом: начиная от завтрака рано утром, что он мог приготовить специально для Уоккер, и заканчивая тем, как в случае опасности он прятал её у себя за спиной.       Глядя на него, такого умиротворённого, беззащитного и расслабленного, Ари захотела прикоснуться к его лицу. Она почти коснулась кончиками пальцев его щеки, но в самый последний момент остановилась, одёрнула руку и сжала её в кулак. «Нельзя».       — Долго будешь пялиться? Спи уже, — неожиданно заговорил Леви. Ари спрятала руку под одеяло, но сверлить взглядом не перестала. Открыв глаза, он посмотрел на Уоккер. Леви знал. — Что-то не так?       — Нет, всё хорошо… Всё хорошо.       Глубоко вздохнув, Леви положил руку на щёку Ари и мягко погладил кожу большим пальцем.       — Спи уже, завтра рано вставать, — прошептал он, а после убрал руку и отвернулся на бок. — Я всегда буду рядом. Не бойся.