Часть 4. И снова на старом месте…

Часть 4. И снова на старом месте…

Опять без сна. Олег трет лицо холодной водой, стоя в туалете РУВД. Очередное запутанное дело, которое требует многочасовой работы. А завтра совещание, от которого никто не может освободить ни его, ни саму Швецову. Вот и получается, что сегодняшнюю ночь они проведут вдвоем. Ночь вдвоём. Жаль, конечно, что при столько тяжелых и грустных обстоятельствах, да и не в каком-то романтичном месте, а в казенном помещении. — Господи, я уже не могу, — едва Олег возвращается в кабинет, как его встречает у порога Маша, разминающая затекшую спину. — Моя спина просто отваливается. Он был бы и рад не пялиться на её тело, но вот только бедра, так медленно покачивающиеся из стороны в сторону в попытке размять затекшую от долго сидения поясницу, не оставляют ничего иного, как неотрывно смотреть на эти маятниковые движения. Туда-сюда, туда-сюда... — Может быть, сменим локацию? — Олег маскирует свой осипший голос под кашель. — Могу взять ключи от кабинета Николаича, там есть диванчик — всяко удобнее, чем наши жесткие стулья. Можем туда сесть и продолжить смотреть записи на ноутбуке. Едва произнеся, сам понимает, как странно и двояко звучит эта фраза: он, майор, зовёт своего непрямого начальника, подполковника, проникнуть ночью в кабинет к прямому начальнику, тоже подполковнику, чтобы разместиться с удобством на диване. Конечно, в общем-то цель у него самая что ни на есть благородная — избавить их обоих от ужасно неудобных кресел в кабинете, дабы завершить нужную работу, но звучит-то как, а! А если учесть их переход на "ты", его какой-то внутренний огонечек, который загорается внутри каждый раз, стоит ей появиться рядом, то ну совсем все не так уж невинно, как должно быть между майором и подполковником. Да что ж эти звания сегодня привязались-то?! — Пожалуй, ты прав. Я уже просто не могу тут находиться, а нам ещё столько всего надо сделать... — Да, отлично, ты открывай, а я всё принесу, — Олег протягивает ей ключи, которые уже успел взять, — тебе чай заварить? Или всё-таки кофе? — Ну, в такое время лучше кофейку, иначе я точно усну от чая, но я же не люблю твоё горькое чёрное пойло, — она морщится, забирая ноутбук и зарядку, — бр! Вот если бы у тебя нашлось молоко... — Я что-нибудь сейчас придумаю, — сон как рукой снимает у обоих, когда Олег едва заметно проводит рукой по её бедру, проходя мимо. — Иди уже. Он не знает, какие силы вдруг в нём просыпаются, пока он включает кофемашину, чтобы она заработала, и бежит вниз, чтобы спросить у ночных охранников молока для неё. Есть, конечно, вариант сбегать в магазин, что на углу расположен, но это уж совсем крайний вариант — всё-таки есть надежда на то, что имеется у ребят свежее... И, на его счастье, спасенье в виде бутылки молока ожидает его внизу. — Держи, кажется, ты так любишь, — Олег ставит перед ней чашку кофе, куда добавил ещё и найденный карамельный сироп. Подсмотрел однажды, как она заказывала похожее в кафе на обед и давала подробную инструкцию по тому, как сделать. Вот он и запомнил это — как чувствовал, что однажды пригодится этот рецепт. И вот наступил день... — Боже, как вкусно! — Маша довольно улыбается, делая первый глоток. — Господи, как же хорошо... Лучший момент за последние сутки. — Я очень рад, — Олег прикрывает улыбку кружкой со своим обычным крепким кофе. — Что ж, теперь мы готовы дальше работать? Осталось часа два этой записи от силы, а потом уже... — замолкает, не договаривая, что же будет потом. Никакой совместной ночёвки. Максимум — позволит ей подремать тут пару часиков, пока сам будет охранять её сон из своего кабинета, чтобы не мешаться. Не время ещё, не сейчас. — Да, конечно, можешь включать. И спустя полчаса, когда Олег наконец-то замечает на записи нужного им человека, его это совершенно не радует так, как должно. Ведь греет сейчас совершенно другое, а именно Мария Сергеевна Швецова, которая после выпитой чашки кофе и тяжелого дня уснула на его плече, касаясь холодными пальчиками его локтя. И становится так наплевать на всё, что происходит на экране, что он без зазрения совести ставит запись на паузу и точно так же прикрывает глаза, наслаждаясь этим моментом. Он разберется со всем остальным утром, а пока...