Часть 47

Глава 47

Солнце быстро садилось. Катара беспомощно наблюдала, как пылающее светило полностью погрузилось в море и весь мир погрузился во тьму. Такое же зрелище она наблюдала и вчера, когда проснулась. Ночь наступала раньше, чем Луна занимала небеса. Катара планировала дождаться полуночи, ведь если она спустится в операционную маны, пути назад уже не будет. Перепуганная до смерти, женщина горячо молилась, чтобы Зуко вернулся и ей не пришлось спускаться вниз. Однако особого времени у Катары не было, потому что стрелки часов показывали ровно одиннадцать. До полуночи оставался ещё час, однако женщина интуитивно чувствовала, что пора выдвигаться. Пейзаж за круглым окном был почти чёрным, словно смоль, и казался каким-то странным. Катара глубоко вздохнула и поднялась со своего места: — Мю, пойдём. Малыш, выглядывающий вместе женщиной в окно, спрыгнул со стула. Катара уже закончила приготовления. Она оделась в лёгкую пижаму и закуталась в шаль, чтобы, если кто-то увидит её, она могла извиниться и сказать, что вышла попить что-нибудь. Женщина также купила сумку, в которую сложила все полезные предметы. Катара медленно открыла дверь и прокралась в коридор. Несмотря на глубокую ночь, он был ярко освещён. Женщина ускорила шаг и быстро пошла по длинному коридору к лифту. Внезапно, послышался звук волочения. Он приближался к ним. Катара застыла, пока не увидела приближающегося официанта, что толкал тележку с едой. — Мадам? Что такое? Могу ли я Вам чем-то помочь? — спросил он. — …Нет, я просто хочу подышать свежим воздухом. — Дверь на прогулочную палубу находится в этой стороне, Мадам. — Спасибо, — Катара открыла дверь, на которую указал официант, и вышла на палубу. Морской бриз окутал их, унося прочь шаль женщины. — Корабль остановился, — пробормотал Мюэль. — …Да. Вот объяснение странности, которую я ощутила ранее в нашей комнате. Корабль остановил движение, — Катара перегнулась через перила. Она видела, как волны разбивались о борт корабля, однако сам корабль оставался неподвижным. Мюэль, опасно стучавший по перилам, внезапно сказал: — Я не чувствую потока маны под кораблём. Как и поезд, корабль приводится в движение паровым двигателем, который отлично использует ману. Если запас маны отрезан, корабль, естественно, перестаёт работать. Катара положила голову на перила и посмотрела вверх. Если бы машина маны сломалась, об этом, первым бы делом, сообщили капитану, однако реакции всё ещё нет. Мои худшие предположения становятся реальностью. Значит корабль и правда был захвачен группой людей, которые охотятся за нами, ещё до своего отправления… — …Пойдём, Мю. Больше нет времени тянуть резину. Мы должны спуститься вниз, вытащить Зуко и выяснить, кто охотится за мной и Мэй, — Катара крепко обняла Мюэля, отчаянно нуждаясь в поддержке и вернулась внутрь. Вскоре, они уже стояли перед лифтом. Как раз в это время лифт находился на четвёртом этаже, где находились Катара и Мюэль. Швейцара всё ещё не было видно. Дрожащими руками, женщина открыла дверь и вошла в квадратный деревянный ящик, окончательно ощущая себя в ловушке. — Бог, Будда, Иисус, пожалуйста, не дайте случиться чему-нибудь плохому… — молясь Богам, в которых никогда в жизни не верила, Катара нажала на кнопку лифта. Первый этаж, кнопка, которая ведёт в операционную маны. Лифт задребезжал, стоило пальцу женщины коснуться кнопки. Находясь на грани срыва, Катара кинулась обнимать Мюэля. — Всё хорошо, Катара, — сказал маленький мальчик, поглаживая Катару по спине. Без него, у женщины, скорее всего, уже случился бы сердечный приступ. Лифт начал медленно опускаться. За дверью промелькнул вестибюль третьего этажа, однако лифт продолжал свой спуск. Прошло несколько секунд, показавшихся Катаре вечностью, и он с глухим стуком ударился о пол. Спокойно, Катара. Спокойно, Катара. Может ли кто-нибудь загипнотизировать меня? — женщина толкнула двери лифта и перед её глазами открылся панорамный вид операционной маны. Операционная маны была невероятно огромной, занимая всё пространство нижней части корабля. Катара посмотрела на высокий потолок над её головой. Сотни труб пересекались по горизонтали и вертикали, покрывая потолок и стены. Десять особенно толстых медных труб спускались по стене и соединялись с цилиндрическим сосудом маны. Рядом с сосудом стояла огромная латунная турбина, в пять раз превышающая рост женщины. В общей сложности, остановилось десять турбин. Лампы, развешанные по всему потолку, сделали стены этой комнаты красно-оранжевыми. Кожу Катары покалывало от волны маны, которая прокатилась по всей комнате, а затем женщина услышала позади себя какой-то скрежет и резко обернулась. Лифт вновь тронулся с места. Катара ошеломлённо смотрела, как он поднимается наверх. Рядом с лифтом не было кнопки, а поскольку он питался от маны, не было никаких тросов или верёвок, которые могли бы тянуть его вверх. — Боже… Мэй была права, говоря, что нельзя подняться наверх тем же путём, каким спускаешься… — поняв, что продолжать бесцельно смотреть на пустующее место, где раньше стоял лифт, бесполезно, Катара повернулась к нему спиной и начала переставлять ослабевшие ноги. — Мю, скажи мне, как только почувствуешь что-нибудь, хорошо? — Да. В этом месте была лишь зловещая тишина. Катара и Мюэль пересекли залитую тёплым светом комнату. Не было ни внезапных выстрелов, ни шёпота, ни шума драки. Лишь были видны следы стычки. Рукоять устройства управления маной валялась на полу, вырванная с мясом. Труба была согнута пополам, а с неё капала чёрная липкая жидкость. В третьей секции от одной из труб поднимался длинный хвост чёрного дыма. Когда они подошли ближе, Катара заметила, что в корабле было две дырки. Скорее всего, обшивка была пробита пулями. И правда, когда женщина обернулась, то на полу увидела блестящую чёрную пулю со специальным покрытием, — это была особая пуля, которой пользовался Зуко. Однако Катара не могла поднять её, чтобы осмотреть. Эта пуля лежала в небольшой лужице крови. — …Боже. Должно быть, именно поэтому люди ищут Бога, — едва Катара увидела кровавую лужу, как тут же оцепенела. Отвратительный запах ударил ей в ноздри. Из-за времени, прошедшего с момента драки, кровь уже успела высохнуть и приобрела коричневатый оттенок. Кровавые пятна странным образом покрывали пол, словно какая-то метла смела кровь в лужу. Катара не могла смотреть на вязкую кровь, однако была вынуждена делать это. Ах, вот оно что… Раненый человек сражался здесь и, наверное, несколько раз прокатился по полу. — Катара, пожалуйста, отпусти меня, — Мюэль спрыгнул с рук женщины и поспешил к луже. В отличии от Катары, которая избегала неприятного зрелища, дракончик присел перед кровью на корточки и принюхался. Но этого словно оказалось недостаточно, чтобы ощутить запах владельца крови, малыш опустил пальцы в кровавую лужицу. — Это Зуко? — неуверенно спросила Катара. — …Нет. Я не чувствую его запаха, — ответил Мюэль, покачав головой. Слава Богу, он не ранен, — женщина вздохнула с облегчением. Любопытный малыш долго разглядывал кровь, а затем вскочил на ноги. В руке он держал пулю дворецкого: — Катара, посмотри, — Мюэль подошёл к женщине и протянул руку. На его ладошки лежала пуля. В красных глазах малыша не было страха, в его глазах светился лишь интерес. Катара медленно протянула руку и положила её поверх его, ощущая себя неуютно из-за пятен крови на пуле. — Прикоснись к ней, Катара. Катара сможет увидеть это. — Что? — Направление оружия, которым пользовался Мистер Дяденька. От этого прикосновения, Катара мгновенно ощутила, как мана Мюэля проникает в неё. Тук, тук, тук — сердце женщины застучало так, словно она только что выпила литр кофе. Ритм постепенно усиливался и звучал словно барабаны, бьющиеся внутри её тела. Это было следствие неполного запечатления. Катара крепко зажмурилась, ощущая тяжесть в груди, а затем распахнула глаза. То, что встретило её, оказалось невероятным зрелищем. В операционной маны, где мерцали лишь красно-оранжевые лампы, виднелись слабые следы пуль, которые раньше не были видны. Женщина увидела траекторию пуль, выпущенную по прямой и пробившую сосуд, что объяснило пулевое отверстие, которое она увидела ранее. Ещё один след от пули, выпущенный с другой стороны, также проявился, но был запутанным. Все следы, от каждой пули, сверкали в воздухе и были кристально чёткими. Лишь в этот момент, Катара поняла почему. Револьвер и пули, которыми в основном пользуется Зуко — это магические предметы, модифицированные кузнецом Янаком, дальним потомком гномов. — Значит, Зуко один раз выстрелил у входа, один раз в середине и один раз вон там, перед шестой секцией? — уточнила Катара, смотря на панораму просторной операционной маны. — Да, — малыш кивнул. — Пойдём. Начальная точка траектории пули находилась там, куда шёл Зуко. Женщина сняла шаль и вытерла ей окровавленные пальцы Мюэля, а затем пошла вдоль брызг крови. — Похоже, он бежал, не так ли? Пятна крови находятся далеко друг от друга… — Да, я думаю также. Когда Катара и Мюэль приблизились к началу траектории третьей пули, женщина обнаружила ещё одну деталь, которую невозможно было заметить издалека. Появилась новая голубая линия траектории, настолько сложная, что её невозможно было разглядеть. Однако это означало лишь одно. В этот момент началась настоящая перестрелка. Траектория начиналась чуть выше роста Зуко и направлялась к латунной трубе на левой стене, внутрь трубы под ней, к правому углу потолка и дальше. — …Не один. С одного и того же места было сделано, по меньшей мере, три выстрела, и один человек не может одновременно с этим перемещаться с левой стороны в правую, в таком широком пространстве. Значит, у Зуко было, как минимум, три противника. Нет, не меньше четырёх, если сложить раненого, за которым он гнался. — Катара, там что-то есть, — Мюэль соскользнул по ноге женщины и, подбежав к медной трубе, поднял что-то и повернулся к Катаре. В руках дракончик держал большие куски металла, а в следующую секунду, он, задыхаясь, бросил каждый кусок под ноги женщины. Катара присела на корточки и внимательно осмотрела груду хлама. Самый большой кусок был шириной с торс взрослого мужчины, а с его левой стороны торчала чёрная пуля. Пуля Кайла. — Это странно. Если это кусок чего-то, то у него должно быть своё место, — озадаченно пробормотала Катара. Женщина подняла голову и посмотрела на стену слева, однако там пересекались десятки труб, и нигде не было серебряного металла. Катара взяла кусок, который был толще и длиннее её предплечья, и оглядела комнату. Разрушенная секция была забита тонкими железными тросами, и сколько бы Катара ни вглядывалась, она не могла найти нужное место. В итоге, Катара положила длинный кусок метала с царапиной и поманила Мюэля: — Давай пойдём дальше, Мю, где следующая траектория? Мю? Выражение лица малыша было напряжённым. Мюэль, уставившись куда-то испуганными глазами, натягивал пижаму. Где-то вдалеке послышался слабый дребезжащий звук. Инстинктами, Катара ощутила зловещую угрозу и быстро притянула Мюэля к себе, а затем побежала прямо вперёд. Грохот… Это звук лифта! Катара попыталась заглушить свои шаги, однако в этом тихом месте это было почти невозможно. Даже звук ползущего муравья был бы слышен. Женщина подошла к другому концу операционной маны и поспешно посмотрела направо и налево. Больше не было траекторий, нарисованных пулями Зуко. Всё, что было перед Катарой — это огромная двойная дверь, ведущая в пространство за операционной маны. Женщина не могла открыть её голыми руками, потому что эта дверь была огромной, высотой почти до потолка. Катара повернулась и протиснулась вместе с Мюэлем в маленькую дверь рядом с главной: — О, Боже мой… О, Боже мой… Катара никак не могла понять, куда она вошла. Она ничего не видела, единственным источником света был красно-оранжевый свет от ламп, которые просачивались через полуоткрытую дверь. — У-угх… — женщина закрыла рот ладонями. Её сердце билось неестественно быстро, и Катара боялась, что всхлип может сорваться с губ. За дверью послышались шаги, раздающиеся в операционной маны, однако они не были похожи на звук преследования и погони. Наоборот, человек двигался медленно. Всё тело Катары задрожало от страха. Что? Кто?.. Кто это? Послышался шорох. — …! Что-то шевельнулось в мрачном пространстве, куда вошли Катара и Мюэль. Женщина чуть не закричала, забыв о необходимости прятаться, однако из её рта вырвался лишь беззвучный крик. Большая и тёплая рука прижалась к губам Катары…