Глава 14.2 "Договор"

Люси

Спустя столько лет ничего не изменилось. Глаза тяжело открылись. Слабый свет от окна пробивался сквозь шторы. В комнате было светло, наверное раннее утро, а может уже давно был день. Несколько секунд я просто смотрела в потолок, не понимая где нахожусь. Вдруг почувствовала как появилось то чувство пустоты с котором я засыпала. Оно вновь стало давить изнутри напоминая о вчерашнем дне. Я повернулась на бок и сильнее подтянула к себе одеяло, обнимая его. Вставать не хотелось. Совсем. Не хотелось ничего. Если я пролежу так весь день… ничего не случится… Случится?… Нет. Хватит. Но от этого будто становились только хуже, и мысли, и те воспоминания, сами стали прокручивать вчерашний день, напоминая о том… О том, как внутри что-то тянулось в ту секунду к нему, и как стало холодно после. После того как я увидела Локи. Внутри надавило сильнее. Я выдохнула, пытаясь избавиться от этой тяжести, но она осталась, оседая где-то в груди. Откинув край одеяла я присела на кровати. Волосы сползли на лицо, я убрала их за ухо, опуская ноги на прохладный пол. Почему-то коврик что лежал рядом с кроватью съехал в сторону. Интересно почему… Я подвинула его ближе к себе ступней, и ещё просидела так пару минуту, глядя в одну точку на стене. Голова была забитой и одновременно пустой. Когда в тишине комнаты я внезапно услышала жалобное урчание живота. В последнее время я ничего не ела и ничего не готовила… — Тогда… первым делом что-нибудь приготовлю, — сказала я вслух, чтобы хоть как-то разбавить эту тишину в пустой комнате. Кое-как я встала, ступая босыми ногами по прохладному полу, пока шла на кухню. Открыла холодильник, уставившись на пустые полки, где лежал один соус и бутылка воды. Всё… — Забыла закупиться на неделю. Я смотрела в холодильник еще пару секунд, надеясь, что если буду смотреть очень долго, может быть, по волшебству, продукты появятся сами собой. Но чуда не случилось. — Тогда пойду сейчас... Отойдя от холодильника, я закрыла его и взгляд сам остановился в темный экран микроволновки. Увидев там свое отражение, растрепанных волос, бледное лицо и глаза с темными припухшими веками от слез. — М-м… — я вздохнула, мотнув головой. — Нет. Для начала… нужно привести себя в порядок. На ходу засыпая я вошла в ванную, подошла к умывальнику открыла воду и наклонилась умываясь. Теплая вода немного ободрила и привела в чувство. Я подняла взгляд в зеркало, делала вид, что его там нет. Не думать. Но пальцы сами поднялись и провели по шее, будто проверяя действительно ли это то, о чём я думаю. Ощущая на коже уже чуть припухшее место что стало вновь болеть. Я опустила голову, стараясь больше не задерживаться взглядом с собой. Стянула полотенце и неторопливо вошла в комнату, вытирая лицо. — Нужно подумать, что буду готовить. Карри или может суп? А вечером можно сделать блинчики с джемом… Точно. — Я же хотела как-то испечь что-то… Тогда к чаю сделаю пирог. Кинув полотенце в кресло я медленно подошла ближе к шкафчику подбирая юбку и свитер. Оделась. Резинкой завязала хвост, чтобы волосы не мешались. У двери обулась, накинула куртку, завязала шарф, взялась за дверную ручку и уже собиралась открыть, но остановилась. — Наверное, на улице снова идёт дождь... Нужно не забыть в этот раз взять зонтик. Закрывая дверь на ключ, я как обычно проверила, всё ли взяла, и ступила дальше по лестнице вниз. Только открыла большую тяжелую дверь, ведущую на улицу, и в лицо подул прохладный промозглый ветер. Сжавшись в воротник, я шла в сторону круглосуточного магазина, опустив зонт ниже, так чтобы видеть лишь дорогу и ноги проходящих мимо людей. Зная, что скоро дойду до бордюра и там остановлюсь на светофоре. Снова это ощущение… Я сжала сильнее ручку зонта. Внутри всё сдавило, и теперь чем больше я старалась не думать об этом, тем сильнее становилось то чувство, что сжимало так больно сердце. — Может, тогда карри приготовить… куриное или овощное? Якисоба уж слишком жирная, как по мне… Останавливаясь и глядя на мокрый асфальт, в котором отражались огни проезжающих машин, я заметила как рядом кто-то остановился. Увидела краем глаз чьи-то темные мужские ботинки. Потом подошел кто-то ещё. Но я старалась не обращать на прохожих внимание, смотреть только на светофор где сейчас горел красный. Пять… четыре… Куриное карри. Или овощное? Может, взять и то, и другое? — Или суп… — прошептала под нос. По окончанию счётчика сразу загорелся зелёный, люди вокруг начали переходить дорогу. Я шагнула вперёд вместе с ними, чувствуя, как внутри всё ещё давит это дурацкое, ничем не обоснованное беспокойство. — Суп с тунцом – звучит неплохо. Переступая бордюр, в лицо подул сильный ветер. Остановившись, я опустила зонт пониже и внезапно услышала чьи-то приближающиеся шаги. Крепче сжав ручку зонта, почувствовала как пальцы задрожали, услышала как сбоку кто-то прошел мимо и двинулся дальше. — Похоже… я правда уже схожу с ума… Когда дошла до угла, круглосуточный уже был виден. Теплый свет в окнах, стеллажи с акционными товарами и рекламой у входа. Ускорив шаг, я вошла внутрь, но на пороге остановилась, складывая перед собой зонт. — Добро пожаловать, — раздался сбоку женский голос. Справа от входа я увидела кассу, а за ней девушку. Она улыбаясь прикрыв глаза, кивнула мне. — Здравствуйте. — улыбнулась я в ответ. Но внутри вновь нарастало это дурное предчувствие. Или просто тревога. В любом случае… будто что-то было не так. Оно никогда не подводило. Так что лучше быть осторожней. Я взяла корзинку, положила туда мокрый зонт и прошла внутрь, к полкам с овощами. Там остановилась, выбрала всё, что нужно для супа и карри. Подняла голову и только после начала замечать, что людей вокруг почти не было. Или мне просто кажется? Сбоку послышались чьи-то шаги. Я напряглась, и сразу повернулась. Взгляд сам собой застыл на полки с напитками, и из-за угла тут же вышли двое школьников, беззаботно обсуждающих что-то между собой. Слушая бешеный стук в висках, я тяжело выдохнула, прижала кулак к груди, пытаясь унять колотящееся сердце. Поскорее ушла в другой отдел, но оно и дальше продолжало так сильно стучать, будто в любой момент могло остановиться. А я ведь только успокоилась… Теперь мне хотелось поскорее вернуться домой. Я быстро выбрала всё остальное, напоследок взяла джем для пирога и, не задерживаясь больше, направилась к кассе. — Вам нужен пакет? — спросила девушка, как только я подошла. Я молча кивнула, наблюдая, как она пробивает товары и осторожно складывает их в пакет. Опустила руку в сумку, чтобы достать карту, но почему-то вытащила черную. Застыв. Внутри внезапно так сильно сжалось сердце, и вновь появилось это ужасное чувство. С дрожью в пальцах я схватилась за сумку свободной рукой, продолжая смотреть на номер на карте, пока не услышала тихий голос впереди. — Извините? — Что? — я сразу подняла голову. — П-простите, вы что-то только что сказали? — С вас три восьмисот. — Д-да… — кивнув я попыталась улыбнуться. Достала нужную карту из кошелька и оплатила всё. Пальцы всё ещё дрожали, когда я вводила пин-код. — Вот ваш чек, заходите к нам еще. — Спасибо. Взяв пакет, сминая чёрную карточку в ладони, я направилась к выходу. Вышла на улицу, отошла от дверей, раскрывая зонт. Почему я не выкинула её сразу? Я сделала шаг к мусорным контейнерам ближе сжимая карточку в пальцах сильнее, чтобы выкинуть её, где ей будет самое место, но резко остановилась. Взгляд ушел в сторону и висках застучало. Так громко, что даже капли, разбивающиеся о зонт, по сравнению с этим стуком были тихими. Неслышными. Нацу. Почему он здесь? Он стоял в нескольких метрах от входа, на углу у круглосуточного магазина. Не двигался. Смотря прямо мне в глаза. Одну руку он держал в кармане куртки, пока другой придерживал чёрный зонт. От одного только его вида захотелось развернуться и бежать, не разбирая дороги. Мурашки табуном пробежали по коже, оставляя за собой неприятную дрожь. Значит… не показалось. Я не выдумывала это и точно не сошла с ума. Он знает, где я. Следит за мной?… Теперь я поняла. По-настоящему поняла, насколько сильно я его боюсь. Карточка выскользнула из пальцев и упала на мокрый асфальт. Я даже не посмотрела на неё. Осторожно сделала шаг назад, потом ещё один. Развернулась и быстрым, неровным шагом, пошла дальше по улице. Быстрее. Я не замечала, куда иду. Ноги сами с каждой секундой несли меня все быстрее. Свернув в узкий проход между старыми домами, налево, потом снова направо через арку. Из узкого прохода, на главную улицу. Не сбавляя шаг, я добежала до перекрёстка, и резко обернулась, увидев впереди только прохожих под зонтами. Его не было. Но легче от этого не становилось. Стало только хуже. Ведь теперь я знала – он точно знает, где я. Ему даже не нужно идти за мной. Он уже знает, куда я пойду. Страх разрастался, напоминая о вчерашнем вечере. О… его голосе. Его взгляде. О том, как он стоял надо мной и о том что он сделал. Пальцы задрожали. Сердце колотилось, будто пыталось вырваться наружу. Шея напомнила о себе знакомой, пульсирующей болью. Я даже не заметила как дошла до следующего перекрестка, как остановилась, тяжело выдыхая, и чувствуя, как холодный воздух обжигает легкие. Снова оглянулась. В этот раз прохожих не было. Никого. Но… Как он узнал, что я была в магазине? Если бы я не знала, то решила бы, что это очередная случайность или совпадение. Но нет, я знаю. И в словах Каны теперь нет ничего смешного. Он ведь точно сидит ночью у меня под окнами. Прижав пакет с продуктами к груди, я пошла быстрее. Почти бегом, сжимая зонт так, что побелели костяшки. Дойдя до дома, с хлопком закрыла дверь на все имеющиеся замки. Стянула с себя куртку, сняла обувь и прошла на кухню, поставив тяжелый пакет на стол. Чтобы не думать, решила разложить всё в холодильник. Взяла первую попавшуюся упаковку с грибами, подошла ближе, открыла дверцу… и замерла. Все полки были заставлены продуктами, аккуратно разложенными по ящикам. Фрукты и овощи, упаковки с мясом. Я осторожно отступила на шаг назад и моргнула, надеясь, что картинка перед глазами изменится. Но ничего не изменилось. Но, я точно помню… утром было пусто. Я ведь открывала. Смотрела. Прежде чем пойти в магазин… Значит… Он был здесь? Как он зашёл? У него же нет ключей… У него есть ключи? Грибы выскользнули из рук и упали на пол. Закрыв дверцу холодильника, я медленно отступила еще назад и в тишине с коридора услышала звонок телефона. Я вздрогнула, неторопливо вышла из кухни, осторожно подошла к тумбе, и достав телефон из сумки, посмотрела на экран. — Неизвестный… номер? Наверное, просто ошиблись. Нажав кнопку «сбросить» я сунула телефон обратно в сумку и хотела уже вернуться назад на кухню. Дальше продолжать делать вид, что ничего не происходит и я ничего не видела. Но тот же звонок раздался снова. Я обернулась, вновь достала телефон и увидев на экране всплывающее сообщение. [14:53] Неизвестный номер: Грибы лучше хранить в холодильнике. Испортятся. Сердце пропустило удар. Сжав телефон так сильно, что побелели пальцы, я обвела взглядом входную дверь, коридор, гостиную, арку кухни, дальше в сторону спальни. Его же нет здесь... Тогда как… Послышалось новое уведомление. [14:54] Неизвестный номер: Ты ведь уже поняла, кто это. Затем ещё. И ещё. [14:54] Неизвестный номер: Нужно поговорить. [14:54] Неизвестный номер: Через десять минут. — Откуда… — голос сорвался. — Откуда у него мой номер? Дрожащими пальцами я удалила все сообщения от него и отправила его номер в чёрный список. Уже хотела кинуть телефон в сумку, но он снова завибрировал. [14:54] Неизвестный номер: Жду. Как? Я ведь заблокировала его… — Этот гребаный псих… Имя отправителя на экране изменилось. [14:55] ГрёбаныйПсих: Через десять минут. — Что? Он… меня сейчас слышит и видит? Сжав телефон дрожащими пальцами, я наспех натянула куртку, обулась и схватившись за сумку выбежала из квартиры, даже не заперев дверь на ключ. Быстро спускаясь вниз, выбежала на улицу. Не раскрывая зонт, быстрым шагом шла в сторону работы. По дороге нашла в контактах Леви и нажала на вызов, послышались гудки. Возьми трубку. Пожалуйста, возьми трубку. — Алло? — раздался её спокойный голос. — Леви… — Люси? — её голос мгновенно стал серьезным. — Мне срочно нужна твоя помощь. — Что случилось? Ты где? Ты что на улице? — Давай встретимся. Прямо сейчас. — Прямо сейчас? — в её голосе послышалось удивление, смешанное с тревогой. — Да. — У тебя такой голос… — она замолчала на пару секунд. — Хорошо. Тогда давай там, где всегда? — Я уже иду туда. — Я тоже. Не волнуйся, я уже одеваюсь, скоро буду. Я убрала телефон в сумку и побежала дальше. На перекрестке загорелся зелёный. Я перешла дорогу так быстро, как только могла, не оглядываясь. В голове было только одно – рассказать всё Леви. О том, что случилось за последние три дня… Леви была права. Я не послушалась и теперь дошло до ручки… Я остановилась на следующем перекрёстке, тяжело вдыхая холодный воздух. Сжала зонт что есть силы и, перебежав через дорогу, свернула за угол. Впереди, на соседней улице от Лафрезы, было маленькое кафе на первом этаже. Наше место, где мы собирались втроём. Не думая, я сразу поднялась по ступенькам, и открыла дверь. Послышался тихий звон колокольчиков над головой. Внутри было тепло и уютно. Белые стены, картины, мягкие кресла с подушками, маленькие расписные вазы с живыми цветами на каждом столе. Пахло вкусно кофе и ванилью. Здесь делали отличные торты и десерты, но чай в нашем кафе всё же был лучше. Я прошла к самому дальнему столику у окна, положила зонт под вешалку, скинула сумку с плеча и опустилась в кресло. Меню даже не стала открывать, ведь и так знала, что закажу. Она должна прийти с минуты на минуту… Взгляд поднялся на дверь в ожидании. Мысли путались, голова была как в тумане. Я не знала, с чего начать свой рассказ. С самого утра, когда поняла что он следит за мной? Со вчерашнего вечера? Или с самого первого дня, и того момента у входа в магазин? Боковым зрением я увидела, как к столику подошла официантка в милом костюме горничной. — Здравствуйте, что будете заказывать? — улыбнулась она. — Обычный чай, пожалуйста, и… — я запнулась, вспомнив, что любит Леви. — лавандовый кофе. — Хорошо. — девушка кивнула и ушла. Я снова уставилась на дверь. Прошло ещё где-то минут пять. Колокольчик вновь зазвенел, я подняла голову и увидела как Леви шла ко мне спеша, уже с тревогой в глазах. — Леви… — голос предательски дрогнул. Она только скинула сумку на кресло и сразу села напротив, схватив меня за руки. Я сжала ее пальцы в ответ, чувствуя, какие они тёплые. — Люси? Боже… на тебе лица нет. — Леви… Мне страшно. — Ты вся холодная… — пробормотала она, растирая мои ладони. — Ты что, бежала сюда под дождём? Что произошло? — Он… — начала я и запнулась. — Он был там. Леви, у магазина… Он стоял. — Он? — её глаза недовольно сузились. — Этот псих, что ли? Вот же пристал, хуже репейника… Я посмотрела на неё, и внутри всё сжалось ещё сильнее. Нет… — Он не просто стоял там и смотрел на меня… он ждал. Он знал, что я была в магазине. Он знал, что я выйду именно в тот момент. — Люси… не пугай меня. Расскажи уже толком, что стряслось. — Леви, я думала до последнего, что мне кажется. Что я сама себя накручиваю. Но нет, он действительно преследует меня. — Что? — Ты была права. И Кана. Локи… он вместе с ним. — Локи? — она нахмурилась и подалась вперед. — Подожди. Ты хочешь сказать, Локи с ним знаком? Я кивнула, опуская взгляд. — Они делали вид, что не знакомы. Но с самого начала… все эти три дня, с тех пор как он перевелся в академию… Локи ему помогал. — Ты уверена? — Да. Леви… он… он был у меня дома. — Что? Когда? — Сегодня. Пока я ходила в магазин. Он знал, что я ушла, и он… — голос сорвался, пришлось сделать вдох. — Он стоял у входа, когда я вышла. Он знает, где я. Даже сейчас, я уверена, он следит за мной. — Люси… — Леви, я не сошла с ума. Я точно помню, когда уходила, холодильник был пустой. А когда вернулась из магазина, открыла, а там… Он заполнил весь холодильник продуктами. — У него есть ключи? От твоей квартиры? Я кивнула, чувствуя, как подступают слезы. — А ещё пару дней назад… — Люси… — Я… Я позвонила ему тогда. — Когда? — Когда он пришёл к нам в кафе отдать кошелек. Леви опешила. На секунду её лицо потеряло всякое выражение, а потом в глазах появилось непонимание. — Зачем? — Телефон разрядился, а у того человека в черном был нож. Он ждал меня у магазина, а потом шёл за мной до самого метро. Мне было так страшно, я… я не знала, кому еще позвонить. — Нож? Какой нож? Люси, о чём ты говоришь? — Когда он пришёл, — перебила я её, — он сказал, что мне всё показалось. Что никакого человека в черном с ножом не было. Что мне показалось. — Показалось? — Леви нахмурилась, — Как такое может показаться? — А вчера… Шея снова неприятно запульсировала. Я коснулась того места кончиками пальцев и вновь вспоминая о вчерашнем дне. Как он касался меня. К столику подошла официантка с подносом. Оставив заказ, она быстро удалилась, бросив на нас любопытный взгляд. Леви еще проводила её взглядом, а затем повернулась ко мне. — Значит, с самого начала… — протянула она задумчиво. — Я так и знала. Он не просто так украл твой кошелек. Ещё и сделал вид, что нашёл его… Она отпила лавандовый кофе, поморщилась и поставила чашку на блюдце так резко, что я вздрогнула. — И в баре… они выглядели так, будто знакомы тысячу лет. Гажил, Грей, и этот чёртов Нацу… Значит, не только Локи – Грей тоже в курсе всего. И Гажил наверняка об этом знает. Они все прикрывают его. — Леви, я… — Нет, Люси, — её голос стал тверже. — Это уже тянет на что-то большее, чем просто сталкер. Она наклонилась ко мне ближе, понизив голос. — Он не просто преследует тебя. Этот самодовольный урод решил, что ты его вещь. И они ему в этом помогают. Это уже смахивает на организационное преступление. Из моей сумки раздался звук нового уведомления. Я замерла, и опустила руку, достала телефон, увидев на загоревшемся экране сообщение. [15:05] ГрёбаныйПсих: Время вышло. Едва я успела прочесть, как Леви выхватила телефон из моих рук. — Время вышло? — спросила она, поднимая на меня взгляд, — Что это значит? — Он писал… что через десять минут мы должны поговорить. Это было еще до того, как я тебе позвонила. Я заблокировала его, удалила все сообщения, но он всё равно как то мне пишет… — Мы уходим. Сейчас же. — Леви поднялась с места, закидывая сумку на плечо. Я тоже попыталась встать, но взгляд случайно упал на дверь. Колокольчики тихо звякнули, и я увидела как в кафе вошёл высокий парень с коротким хвостом на макушке. В чёрной куртке, с пирсингом в ушах и татуировкой на шее, выглядывающей из-под воротника. Он остановился на пороге, окидывая зал быстрым, цепким взглядом. Следя за мной, Леви тоже обернулась посмотрела на вход и застыла. — Гажил? — в её голосе смешалось удивление и раздражение. — Ты что здесь делаешь? Гажил тут же перевёл взгляд на неё, и на его губах появилась теплая улыбка. Он неторопливо подошёл ближе к нашему столику, засунув руки в карманы. — Пришёл за тобой. — За мной? — Леви приподняла бровь. — И кто тебе сказал, что я здесь? Твой недоделанный дружок-психопат с манией величия? — Нет. Сам пришёл. Нам нужно поговорить. — Мы с Люси уходим. — Леви, нам действительно нужно поговорить. — Не о чем мне с тобой говорить. — Тогда мне нужно поговорить с тобой. — Мне сейчас не до этого, — Леви подняла голову сложив руки на груди, и её голос стал резче, — Как ты вообще можешь общаться с таким человеком? Ты и Грей… вы что, все в сговоре? Гажил не ответил. Только тяжело выдохнул и отвел взгляд куда-то в сторону. — Один и второй делают вид, будто всё в порядке, и ты вместе с ними… Ты что подыгрываешь им? Серьёзно? — Леви, я пришел не за этим. — Не за этим? — ее губы скривились в горькой усмешке. — Гажил… Я почувствовала, как Леви сжала мою руку крепче, и потянула на себя, заставляя подняться с кресла. Но Гажил шагнул в сторону, преграждая нам путь. — Пожалуйста, — сказал он. — Давай поговорим. — Пожалуйста? Ты знал всё это и делал вид будто ничего не происходит. — Я не мог ничего сказать. — Почему? — Потому что он мой… друг. Леви отпустила мою руку и сделала шаг к нему ближе, вплотную, ткнув пальцем ему в грудь. — Друг? — переспросила она, глядя ему в глаза снизу вверх. — Ты называешь другом того, кто преследует девушку и вламывается к ней в дом? Я опустила голову, слушая, как она говорит за меня и пытается защитить. Даже сейчас. Я ничего не могу сделать сама. Ни тогда. Ни сейчас. Почему я такая беспомощная… — Он манипулирует ею! — голос Леви сорвался на крик. — И ты это знаешь! Не притворяйся, Гажил! Она снова ткнула пальцем ему в грудь сильнее. Но он замолчал. Опустил голову, не двигаясь с места. — Не знаю, какие у вас там «дружеские» отношения, но раз для тебя это нормально – ты сам ничем не лучше него! — процедила Леви. — Я не брошу Люси. И не позволю ей остаться наедине с этим самодовольным придурком. Она снова взяла меня за руку. — Так что либо ты отходишь сейчас… либо я перестаю считать тебя человеком, с которым вообще стоит разговаривать. — Леви, он не сделает ей ничего плохого, — тихо сказал Гажил. Леви замерла. — Откуда ты знаешь? Или он тебе это сказал? «Не волнуйся, Гажил, я всего-то немного поиздеваюсь над ней, проникну к ней домой, буду следить как психопат повсюду, но ничего плохого точно не сделаю, обещаю?» Гажил закрыл глаза и медленно выдохнул. Будто пытался удержать себя в руках. — Пойдём, выйдем, Леви… — он открыл глаза, и теперь в них была усталость. — Я всё объясню. — Нет. Она резко развернулась и села обратно в кресло, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди. — Если тебе есть что сказать говори это здесь и сейчас. При ней. Уверена, Люси тоже будет интересно послушать. Я медленно присела на краешек кресла, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой, болезненный узел. Слушая их. Каждое слово. Как они ссорятся между собой. Из-за меня. — Я не могу, — процедил Гажил сквозь зубы. — Конечно, не можешь, — резко перебила Леви. — Проще же молчать и прикрывать своего «друга», пока он творит черт знает что! — Ты не знаешь всей ситуации. — Тогда объясни! — она резко подалась вперед, нависая над столом. — Объясни, почему я должна верить, что этот ненормальный ничего ей не сделает? На секунду повисла тишина. — Всё… в порядке, — тихо подала я, голос прозвучал чуждо, будто не мой. — Леви… Не волнуйся. — Всё в порядке?! — её голос стал громче, почти срываясь на крик. — Люси, ты вообще себя слышишь? Она нахмурилась, вглядываясь в мое лицо. — Он даже сейчас пытается тобой манипулировать. Позвал Гажила, чтобы забрать меня отсюда. Использует его, чтобы ты чувствовала себя виноватой… Да, этот псих даже не скрывает своих намерений! Он хочет, чтобы ты боялась и зависела от него! — Пойдем, — повторил Гажил, уже глухо. — Я никуда не уйду с тобой, — резко бросила Леви, даже не взглянув на него. — Ты что даже не видишь в каком она состоянии? Она указала на меня, и я опустила голову ещё ниже. — Он довёл её. И теперь моя подруга напугана до чёртиков. — Идём… — Он ходит за ней повсюду! — перебила она его. — Даже в баре объявился. Знакомый Грея? Серьёзно? Меньше бы врали… Леви тяжело вздохнула, закрывая глаза, словно пытаясь сдержать накопившуюся злость. Но тут же посмотрела на меня, и решительно поднялась с места, закидывая сумку на плечо. — Люси, поднимайся. Мы сейчас же уходим. — Идём, — снова перебил её Гажил. — Я никуда с тобой не пойду. Потому что мы с Люси сейчас идем в полицию. Я не знала, как поступить. Продолжала молча, сжимать пальцами края юбки так, что ткань натянулась до предела. Чувствовала, как плечи начали дрожать вместе со всем телом. И мне правда теперь казалось, что я допустила огромную ошибку. Я виновата в том, что сейчас происходит… Из-за меня… Из-за меня Леви ссорилась с Гажилом. С её любимым. Пока он сам просто стоял, и продолжал повторять одно и то же слово, с закрытыми глазами. — Леви, — я постаралась улыбнуться, — Всё… правда, уже хорошо. Она замерла. — Хорошо? — переспросила она. — Тут нет ничего хорошего, Люси. Он больной на голову! — Леви… — Ладно. — голос Гажила разрезал тишину, — Пора нам уже. Он подошёл ближе к Леви, и, схватив её за предплечья, потянул из под кресла за собой к выходу. — Отпусти. — она резко дернулась, но ничего не смогла сделать, — Гажил, ты что творишь?! Леви пыталась вырваться, но он не останавливался. Продолжая тянуть ее за собой, не обращая внимания на удары, которыми она осыпала его плечо. Дверь открылась, колокольчик звякнул и они вместе вышли на улицу. Я смотрела сквозь панорамное стекло, как он продолжает тянуть её за собой, а она упираясь, что-то кричит, размахивая свободной рукой. Мимо прошел парень с зонтом. Я не видела его лица, но даже так, узнала по походке, по той одежде, в которой он был когда стоял около магазина. По тому, как он держал зонт чуть наклоненным вперед, будто специально закрывал лицо. По телу прошелся мороз. Я сразу опустила голову, пытаясь сдержать страх, что медленно, но верно захватывал всё тело, сковывая мышцы, сжимая горло. — Только попробуй тронуть её, слышишь! — донёсся сквозь стекло приглушенный крик Леви. — Гажил, отпусти меня сейчас же! Я ему врежу! Затем я услышала как дверь открылась, как зазвенели колокольчики у входа, после чего раздались, медленные, тихие шаги. Я не двигалась. Боялась поднять взгляд, смотря на свои онемевшие пальцы, впивающиеся в ткань юбки с такой силой, что, казалось, ещё немного и она порвётся. О чем мне с ним говорить? Что он от меня хочет? Шаги внезапно затихли. Я ощутила, как кто-то присел напротив. На место, где до этого сидела Леви. Он здесь. Что мне теперь делать? — Десять минут прошли быстро, — раздался его спокойный, чуть хриплый голос. Я продолжала молчать. Краем глаза заметила, как к столу подошла официантка, та, в милом костюме горничной. Сейчас она уже не улыбалась. — Принесите девушке цитрусовый чай. — сказал он, теперь совсем не так как до этого. — Хо-рошо… — её голос дрогнул. — И ещё. Никого не впускать. Короткая пауза, и её шаги удалились куда-то в сторону. Даже здесь… Свет в кафе внезапно погас. Стало серо и тихо, так же, как за окном, где дождь всё ещё монотонно бил по стёклам. — Чёрный… — тихо произнёс он, словно про себя. Я услышала, как он коснулся к моей чашки чая, что так и стояла нетронутой. Она тихо стукнулась о блюдце, когда он придвинул ее ближе к себе. — Да, я слежу за тобой. Так спокойно. Будто бы в этом не было ничего странного. Будто бы это нормально. Он правда даже не скрывает этого. — Я поступаю плохо? — спросил он. Я не ответила. Стол едва слышно скрипнул, когда он наклонился ближе. — Ответь. — Я… не хочу, — прошептала я, и голос сел до хрипоты. — Почему? Это не правда… Так не бывает. Не должно быть. Послышался новый звук словно перед мной поставили аккуратно чашку. Вкусно запахло апельсином и гвоздикой. — Цитрусовый. — снова спокойным тоном произнёс он. — Пей. Остывает. Шаги официантки удалились. Я отвернулась к окну, осторожно приоткрыла глаза и посмотрела на сумку, лежащую у себя под боком. Нет... Я хочу домой. — Если думаешь, что сможешь сбежать от меня… — его голос стал тише, но от этого не менее страшным, — не получится. Я медленно подняла голову и всё же посмотрела на него. Он сидел напротив, расслабленно облокотившись на край стола. Розовый волосы прикрывали лоб и чуть светлые глаза, которые в полумраке казались почти бездонными. — Уже лучше, — уголки его губ дрогнули. — Теперь ответь. От его взгляда становилось так страшно, что я снова опустила глаза. Он и это делает специально. Смотрит так… — Попробуй, — продолжил он. — Скажи. — Хватит… — Нет. — Если ты подойдёшь ко мне снова… приблизишься… я пойду… — Почему сразу не пошла? — Это не твоё дело! — растерявшись голос дрогнул. — Что ты вообще от меня хочешь? — Хочу услышать ответ на вопрос. Я поступаю плохо? — Всё, что ты делаешь… — я сжала кулаки под столом. — Это плохо! — Это уже ближе к ответу. — Я не знаю, что ты еще хочешь от меня услышать. — Ответ. Я замолчала прикусив язык. Нужно сказать... — Я не хочу… больше говорить с тобой и видеть тебя не хочу… оставь меня в покое. — Посмотрим. — Если не отстанешь… — я сглотнула, стараясь, чтобы голос звучал тверже. — Я пойду сейчас же в полицию. Ничего не ответив, он замолчал. Взял чашку, отпил мой черный чай и поставил обратно на блюдце. — Если ты по-другому не понимаешь… — добавила я тише. — Я… я правда пойду. — Боишься? — произнес он как-то мягко. Я отстранилась, замечая, что он наклонил голову и оперся подбородком на ладонь. — Нет… — Нет? — Н-нет, — чуть громче сказала я, зажмурившись. — Тогда посмотри мне в глаза. — Я не хочу. Услышала я его тяжелый вздох. — Не хочешь. — Да. Не хочу! — Спрошу ещё раз, — в его голосе появилась усталость. — Я поступаю плохо? — Да, я же уже сказала. Ты поступаешь плохо. Зачем ты… — я запнулась, подбирая слова. — Зачем ты пробрался ко мне домой? Зачем заполнил холодильник едой? Зачем ты следишь за мной? На пару секунд он замолчал. — Это не совсем то, что я хотел услышать. — Тогда я не знаю что ты ещё от меня хочешь услышать! — Значит не знаешь. — Да. Не знаю. Он расстегнул куртку и достал что-то из внутреннего кармана. На стол упал белый, чуть помятый конверт, который я сразу узнала. Письмо папы? Я ведь выкинула его… — Возможно, здесь будет ответ на мой вопрос. — Откуда оно у тебя? — Нашел. Случайно. Я стянула конверт со стола и осторожно взяла его в руки. Подняла взгляд, наблюдая за тем как он всё так же сидел, подперев подбородок ладонью, теперь смотрел на меня, словно ждал чего-то. Значит, ответ… здесь? Не спеша я раскрыла конверт. Аккуратно потянула за полоску, достала сложенный вдвое лист. Увидев знакомый почерк, сердце сразу защемило. Папа. «…Я долго думал, как написать тебе это письмо, но откладывать больше нельзя. Разговор пойдёт о важных вещах, которые будут определять будущее нашей семьи и твоё личное будущее, Люси.» Он всегда говорил о «семье», но имел в виду только деньги. Даже сейчас. Когда мамы больше нет… Строчки поплыли перед глазами, но я старалась делать вид будто все в порядке. «Ты уже достаточно взрослая, чтобы понимать: иногда нам всем приходится принимать непростые решения, которые на первый взгляд кажутся несправедливыми и даже жестокими. Но какими они бы не были, они необходимы…» Значит, то, что ты сделал… тоже было необходимо?… Руки начали дрожать. Я сжала край листа сильнее, ощущая как внутри вновь появляется старая знакомая ненависть и это тошнотворное чувство. То, что я всегда чувствовала, когда видела и слышала его. То что жило во мне все эти годы, пока его не было видно и слышно. И вот он объявился, спустя три года чтобы сказать мне что-то важное? На каком-то клочке бумаги? Я ненавижу его. И это письмо… И то, что он сделал… Я не прощу его никогда. «Десять лет назад, когда Лейла ещё была с нами… ко мне пришёл мой очень хороший, старый друг с просьбой. Это… непростой человек, Люси. За ним стоят влиятельные люди по всему Фиору, и пусть сейчас он уже не владеет напрямую… именно он создал крупную корпорацию под названием “Э.Н.И.Г.М.А”…» Энигма? Я никогда раньше не слышала о такой. «…Мы согласовали все условия. Я подписал с ним очень важный договор, по которому ты должна будешь в будущем выйти замуж за его сына…» Пальцы сжались так сильно, что бумага смялась. «Я знаю, ты будешь против. Но поверь, это уважаемая и влиятельная семья, а его сын, как наследник – достойный молодой человек…» Достойный? «…И я не стал бы настаивать, если бы не был в этом уверен. Твоя мама… тоже. Мы говорили с ней, когда она еще была с нами, и она поддержала эту идею. Для тебя и твоего будущего, это лучший вариант, спокойной жизни» Мама… согласилась? «…Так будет лучше. Для всех нас. Люси» Я медленно опустила письмо. Оно всё ещё было целым, но пальцы уже мяли края, с трудом сдерживаясь, чтобы не разорвать его в клочья прямо здесь и сейчас. — Энигма?… — тихо сорвалось с губ. Он подписал договор с какой-то Энигмой… по которому я должна буду выйти замуж? Замуж? За человека, которого я не знаю. За сына того, кто пришёл к моему отцу с «просьбой» десять лет назад? — Прояснилось? — спросил сидящий напротив, вырывая меня из оцепенения. Я подняла глаза. Нацу смотрел на меня так же, как и до этого. — Я… не хочу. — Не хочешь? — Это не значит, я… Я не обязана! Сжав письмо двумя руками я разорвала. Скомкала его в кулак, и швырнула через его плечо. Пока он сидел, спокойно, откинувшись на спинке кресла. Словно мои слова для него не имели значения. Всё происходящее не имело значения. — Я… ни за что не выйду за тебя. Даже если ты будешь последним парнем на этой земле. — Последним, — перебил он. — Твой отец подписал договор с моим отцом. Мы обручены уже десять лет. — Мне всё равно. — я попыталась сказать это резко, но голос предательски дрогнул на последнем слове. — Мне плевать на это… и на это письмо. И на него. Он замолчал, закрыл глаза. Будто ждал, что я скажу ещё. — Я не его дочь, — голос сорвался на крик. — После того, что он сделал… у него нет дочери! — Нет. Я замерла. — Нет? — Нет. Внутри что-то болезненно закололо. Он знает? — Замолчи! — я сжала кулаки под столом так, что ногти впились в ладони. — Я не хочу тебя слышать! И видеть тоже больше не хочу! — Придётся. — Я всё сказала! Я не буду марионеткой! Ни ради отца, ни ради какой-то бумажки! — Это не бумажка. — Мне все равно! Я схватила сумку и встала. Ноги подкосились, но я заставила себя идти к выходу. Подходя ближе к двери дернула за ручку, и поняла что она не открывается. — Открой. — Закрыто? — донёсся его голос сзади. — Ты специально это сделал! Сказал закрыть дверь. — Нет. Ещё и врёт. Нагло. Я снова дернула ручку, потом обернулась к нему. — Открой! — Ты не хотела меня видеть и слышать, — он повернул голову, и оперся локтем о спинку дивана. — Получается, теперь уже хочешь? — Нет, не хочу. И знаешь, уж больно нужно... у психа что-то просить! Я сама найду выход отсюда. — Найди. — Вот и найду. Я развернулась, пошла вдоль стены, и зашла за прилавок. Здесь все было так же как в нашем кафе. Служебный вход, и двери ведущие на выход. Но когда я попыталась их открыть они все оказались закрыты. Не спеша я прошла к противоположной стене, где был пожарный выход, который по итогу оказался тоже заперт. Я обошла все кафе, раза два или даже три и остановилась посреди зала оглядываясь на него. Он все еще сидел на том же месте, не оборачиваясь, продолжал пить свой чай. Я внимательно осмотрела его спину. Плечи которые поднимались при вдохе, прямые розовые волосы взъерошенные на макушке, и темный воротник куртки. — Ты всё запер… Здесь нет выхода. — Есть. — Где? Он не ответил. Я медленно вернулась к столу, и села на своё место опуская голову на сложенные перед собой руки. Что мне делать… Он ведь не выпустит меня теперь. — Не нашла? — Нет… — прошептала я в рукав свитера. — Зачем ты сказал закрыть все двери? — Подумал, не будет лишним. Я подняла голову и посмотрела в его глаза. — Тогда… подумай еще раз и открой их. Пожалуйста. Он чуть наклонил голову, и уголки его губ едва заметно дрогнули. — Значит, теперь снова хочешь со мной говорить? — Нет. — я отвела взгляд. — Я просто хочу уйти домой… — Правда. Уже лучше. — Я не хочу оставаться здесь с психом… — Психом? — Чокнутым… — Может, грёбаным? — Ты сам себя так записал в моей книжке. — Понравилось. — Правда? — Да. — он сделал глоток чая, не сводя с меня глаз. — Придумаешь ещё? Придумать ещё? Он… — Перестань сейчас же вести себя так! — я стукнула ладонью по столу так, что чашки зазвенели. — Ты ведь всё понимаешь! Тогда зачем… полез в мой телефон? Как ты это вообще… — Интересно, — перебил он, — Кому ты звонишь и пишешь. — З-зачем тебе это? — Уже сказал. Интересно. — Тогда, зачем тебе… ключи от моей квартиры? — Иногда заходил, когда тебя не было дома. — Что? — я застыла. — Ты… Когда ты в последний раз был у меня дома? Он замолчал и долго смотрел на меня, будто думал, стоит отвечать или нет. — Сегодня ночью. Ночью? — Ты спала, — добавил он тихо. — Посидел в кресле. Ушёл под утро. Я осела. Он был в моей комнате. Пока я спала. Смотрел на меня. — Зачем… — прошептала я. Но он не ответил, теперь молча продолжая смотреть на меня. — Ответь мне! — голос сорвался. — Уже ответил. — Ты… — я встала вновь, уперлась ладонями в стол, нависая над ним. — Ты приходил ко мне домой и всё это время следил за мной, когда я об этом даже не подозревала! — Да. — Да? По-твоему – это нормально, устанавливать камеры в чужой квартире?! — Да. — Это, нарушение частной личной жизни! — на пару секунд я замолчала чтобы отдышаться, — Неужели, ты… ты даже в ванной её поставил? — Нет, там стоит прослушка. Чувствуя как горит лицо, пальцы крепче сжались в ладони. Прослушка? Он еще поставил у меня дома прослушку?… — Почему… ты так спокойно обо всем этом говоришь? Разве ты совсем не понимаешь… Он чуть подался вперёд. — Не понимаю? Неужели он правда… Он правда не понимает? — Это… — губы задрожали. — Ты так и не ответила, — перебил он. — Ч-что? — Плохо ли я поступаю. Я замолчала, пока он продолжал смотреть на меня внимательно, чуть прищурившись. — Боишься меня? Присаживаясь обратно в кресло я опустила глаза. Не зная как в здравом уме, ответит ему после всего услышанного. — Значит, боишься. — ответил он за меня. — Нет, — я слегка покачала головой. — Я просто не понимаю. Для чего ты всё это делаешь. Зачем… Он чуть склонил голову. Розовые пряди упали на его глаза, но он даже не поправил их. — Разве не очевидно? — Из-за дурацкого договора? Или потому что ты извращенец и озабоченный на голову, больной псих?… — И то, и другое. А ещё потому что… когда ты без присмотра, с тобой обязательно что-то случается. — Что? — я растерялась. — Со мной ничего не случалось… пока ты не появился и не украл мой кошелёк! — Украл и ты даже ничего не заметила. — Значит… — до меня начало доходить. — Ты даже это подстроил? Специально сделал так, чтобы на меня напали? И это ради чего? Показать, что я не могу за себя постоять? Что я беспомощная? Он замолчал. Смотрел теперь так будто вовсе не понимал, о чём я. — Не делай вид, что ничего не понимаешь! — я снова стукнула по столу. — Я видела того человека в чёрном! Он стоял у входа в метро… и у него был нож! Ты знал обо всем, поэтому дал мне свою карточку! Тяжело вздохнув он прикрыл глаза. — Всё, что я делал, – было нужно. Остальное тебя не касается. — Я никому не могла позвонить!… — Даже мне? — Ты больной на голову псих! — Грёбаный. — Проник в академию, чтобы следить за мной! — Да. Теперь даже не скрывает это. — Значит, это из-за тебя в тот день двери заклинило по всей академии? — Нет. — Зонтик пропал в магазине. — Нет. Он врет. Я знаю, что он врёт. — Зачем спрашивал про… любимого? — Интересно. Значит просто интересно? Он опустил чашку, убрав руки в карманы. — Вопросы еще будут? — Откуда Грей тебя знает? — Учились вместе в старшей школе. — Значит Локи, тоже? — Не могу сказать. — Все ты можешь! — Может, хочешь поговорить ещё о нашем споре? Я почувствовала, как щёки вспыхнули сильнее, от стыда и от злости. — Ты заставил меня поцеловать тебя! А затем специально закрыл нас на целую ночь в аудитории! — Не я. Ты сама знаешь, кто это был. — Ты… — Нет, — на выдохе произнес он. — Я тебе не верю! — Не верь. Это не мои проблемы. — А что было в кинотеатре? — В кинотеатре? Он уставился на меня, так, словно пытался разобрать что именно я только что у него спросила. Дурачка включил?... — Думаешь, я совсем идиотка? — Не думаю. — Меня затащили в какую-то комнату, заперли там, а потом… — Приснилось. — сразу перебил он. — Что? Мне приснилось, что я слышала выстрелы? — Выстрелы? Мы смотрели фильм. Ты уснула, а потом проснулась у меня на плече. — Я слышала выстрелы! — Сны бывают разными. — Нет. Это был не сон! Я помню, как мы стояли у входа, затем ты куда-то шел, меня заперли в темной комнате, я слышала выстрелы… А потом на меня кто-то напал, и я проснулась у тебя на плече. Знаешь… Слишком много совпадений, тебе самому так не кажется? — Не кажется. Совпадения бывают. — Тогда кровь? — голос дрогнул. — Почему я видела кровь у тебя на шее и у себя на руке? Откуда она? Что ты на это скажешь? — Приснилось. — Не надо мне врать… Я помню. Я видела кровь у себя на руке. Думала, что это порез, но когда подставила под воду… — Могла спутать сон с реальностью. — Я… не могла спутать... — Уверена? Я открыла рот, чтобы ответить но прикусила губу. Наблюдая как смотрит на меня. Так спокойно и уверенно, что на секунду я действительно усомнилась во всём, что помнила. Молча подняла сумку и медленно встала. Пройдя мимо кусков разорванного на полу письма, столов и барной стойки, я подошла ко входной двери, и взялась за ручку. Нужно как-то выбираться отсюда… оставаться тут вместе с ним больше нельзя. Даже если он не собирается ничего делать. Я не знаю, какие ещё у него намерения и что вообще творится его в голове. — Открой, — сказала я, не оборачиваясь. — Я знаю, что ты слышишь. Но он молчал. Я подошла ближе к широкому панорамному окну не наблюдая по сторонам ни единого прохожего. Взявшись за тяжелый деревянный стул, стоящий у ближайшего столика, я с трудом подняла его и с размаху швырнула в витрину. Но ничего не произошло. Он глухо ударился об раму, и отскочив упал на пол. Даже не треснуло. Почему? Нет. Я больше не хочу… — Открой… Пожалуйста. Слёзы потекли сами, невольно поступая к глазам. Я сжала пальцы в кулак ударяя со всей силы по стеклу. Острая боль пронзила всю ладонь но я ударила еще раз. — О-открой мне!… — голос дрогнул и перерос в крик. — Открой! Я замахнулась снова, но внезапно чья-то сильная рука схватила меня за пальцы и резко разворачивая оттащила от окна. Зная кто это, я сразу выхватила ладонь и повернувшись к нему, попятилась назад. Вжимаясь спиной в холодное стекло, и чувствуя как теперь трясет все тело. — Н-не не трогай… — Дай. Он протянул ладонь, и я ударила по ней. — Открой дверь... Выпусти меня. — Дай мне руку. Внезапно он шагнул вперёд. Быстро и резко, схватил меня за запястье, и сжав его притянул к себе. Я уперлась свободной рукой ему в грудь, пытаясь оттолкнуться. — Отпусти!… — Хочешь разозлить меня? — в его голосе прорезалась злость. Я дернулась сильнее выкручивая запястье, но от сопротивления становилось лишь больнее. — Отпусти меня! Со всей силы я наступила ему на ногу. Потом ударила по колену. На его черных джинсах остались серые пятна от подошвы, но он не двинулся с места. Даже бровью не повёл. Он вообще чувствует что-то? Боясь, я все же подняла взгляд. И сразу встретилась с серо-зелёными глазами, которые теперь смотрели на меня с надменным, недовольным прищуром. — Я ненавижу тебя! — сорвалось грубо во весь голос. Он будто на мгновение растерялся. Его хватка ослабла. Я вырвала руку и сразу не думая, ударила его по щеке. Так сильно, что пальцы вмиг онемела от удара. Звонкий шлепок эхом прокатился по всему заведению и стало тихо. Потирая запястье, тяжело дыша после крика, я не отрывая взгляда смотрела на него. Как он замер. Как несколько секунд просто стоял, будто не до конца понял, что только что произошло. Медленно, повернул голову обратно, поднес пальцы к щеке. Провёл по месту удара и на его губах появилась улыбка. Улыбается? Ему… нравится это? Этот псих… — Вот как… Он посмотрел на меня так, будто именно этого и ждал. Не спеша сделал шаг вперёд, опуская руку. Я увидела, как на его щеке проступает яркий красновато-алый след от моей ладони. Я же сильно ударила… тогда почему… — Ненавидишь, — тихо продолжил он будто про себя, — Значит, уже не боишься. — Не приближайся, — я попятилась назад где была дверь. — Это чувство, ненависти. — Замолчи! — Но если бы ты действительно меня ненавидела, ты бы не дрожала. Не сводя с него глаз, я сделала осторожный шаг к двери, но он двинулся следом. Вдруг почувствовала, как спина уперлась во что-то твёрдое. Я дошла до двери. Ч-что мне теперь делать?… — Нет… — голос дрогнул, — С-стой!!! Он сразу остановился. Его взгляд скользнул по моему лицу, задерживаясь на губах. — Н-не подходи ко мне… Если ты… если ты сейчас ко мне притронешься… — Притронусь. — Т-только… попробуй! — Что ты мне сделаешь? — Я… — я запнулась, — я убью тебя… Он замер на секунду мне показалось, я увидела в его глазах удивление. — Правда? — переспросил он и вновь улыбнулся. Сделав полшага, он сократил расстояние между нами. Я вжалась спиной в дверь, чувствуя, как он поднял руки и уперся ладонями по обе стороны от моей головы. От легкого стука над ухом я вздрогнула и зажмурилась, но заставила себя открыть глаза. Стараясь не показывать как сейчас страшно. — Ты сможешь? — спросил он тише. Чуть склонив голову набок. — Нет. Из-за любопытства… Тебе сейчас ужасно хочется знать, что будет, если я действительно к тебе притронусь. Он протянул ладонь к моему лицу, но застыв в миллиметре от щеки, опустил её. Подался вперёд. Будто дразня. Почти коснулся носом у виска. — Но я хочу, чтобы ты попробовала. — на выдохе произнес. — Ты ведь правда сможешь это сделать? Убить меня? Он опустился ниже. Я почувствовала горячее дыхание на щеки, и дальше над ухом. По телу табуном пробежали мурашки. — Это действительно хороший способ избавиться от меня, — его голос стал низким, хриплым, и почему-то от него начинали подкашиваться колени. — Не хочешь попробовать? Я подняла взгляд и встретилась с его глазами, в которых было что-то… странное. Не то его обычная уверенность или азарт. Нет. Будто он ждал, когда я решусь сказать – да. При этом, делая вид будто ему на все плевать. Он что играется со мной?… Пальцы сами сжались на рукавах его куртки. Сквозь мягкую тканью я почувствовала как напряжены его мышцы. Ощутила его запах. Этих духов, которые были ужасно терпкими и одновременно безумно вкусными. Одновременно с этим, внутри все кипело. Я правда была готова уже не просто убить его. Закопать где-нибудь в лесу, и сверху поставить крест. Чтобы папа знал, где покоится его драгоценный, несостоявшийся зять. — С-с радостью… — прошипела я. По правде, все еще не веря, что действительно сказала это вслух. Мы смотрели друг на друга. Секунда. Две. Три. А потом он неожиданно наклонился ближе. Тяжёлое дыхание прошлось по моим губам, заставив снова съежится и вжаться спиной в дверь. — С радостью. — выдохнув он и улыбнулся больше, — Не могу дождаться когда ты наконец-то убьешь меня. Я почувствовала как его пальцы сжались на запястье, крепко, дернув за собой. — Отпусти… — начала я, вцепившись в его руку свободной ладонью. Пытаясь разжать его пальцы, царапая кожу, оставляя красные полосы, но он даже не вздрогнул. Будто не чувствовал боли. Почему? Повернувшись к окну, он поднял свободную руку. Я проследила за ним и увидела, как к тротуару подъехала и остановилась черная машина с тонированными стеклами. Послышался щелчок. Он открыл дверь и дернув меня за собой, потянул на улицу. Холодный воздух вместе с каплями дождя подул на лицо, запахло мокрым асфальтом. Я еле поспевала за ним спускаясь по лестнице, краем глаза увидела около входа в кафе двоих мужчин в черных костюмах. Одного из которых я узнала сразу. Тот… — Зонт, — холодно бросил он. Ему тут же подали раскрытый. Он сжал ручку и, даже не глядя на них, потащил меня к машине. Упираясь я пробовала вывернуть руку. Дергаясь, но ничего не выходило, он держал слишком крепко. Сильный… — Я не сяду туда!… Мы подошли к уже открытой задней двери. Он передал зонт подошедшему мужчине и медленно повернулся ко мне. Я увидела этот взгляд. Такой холодный и пустой. Будто он пытался меня им убить. На долю секунды внутри всё застыло. — Сядешь. Он резко дёрнул меня и оттолкнул от себя. Я упала в салон, больно ударившись плечом о мягкое сиденье. Сумка сползла с плеча, куда-то на пол. Еле приподнявшись на локтях, я попыталась приподняться. Подняла глаза замечая как он стал забираться сверху. Дверь за его спиной захлопнулась с глухим стуком. Стало тесно, когда он наклонился ближе, коленом грубо раздвинул мои ноги. Я попыталась отползти, но его ладонь сразу опустилась рядом с моей головой. Пальцами вцепившись в обивку сиденья. Зажимая, между его телом и диваном. Куртка сползла с его плеча, оголяя шею. Неожиданно он приподнялся, стянул куртку и небрежно сбросил её куда-то на пол. Не сводя с меня взгляда, в котором была эта холодная жестокость. Пока на губах все еще играла пугающая улыбка, от которой с каждой секундой становилось только страшнее. — Не хочу сдохнуть в куртке.— сказал он, и протянул свою руку в сторону водителя. — Давай. — Вы… — голос мужчины спереди дрогнул. — Давай, — повторил он, не сводя с меня глаз. Гнев, что кипел во мне минуту назад исчез. Испарился будто его и не было. Я вздрогнула, когда услышала звонкий металлический звук. Увидела как в его руку положили что-то тяжелое и серебристое, блестящее, на вид похожее на пистолет. Молча, не двигаясь и не сопротивляясь я не могла пошевелится. Он взялся за мою ладонь, и вложил его мне. Сомкнул свои пальцы поверх моих на рукояти, опустил его ниже указывая на свою грудь. — Опусти палец на курок. — сказал он и убрал свою руку. Стало тяжело. Оружие задрожало в руке. Смотря как он продолжает улыбаться. Не понимала, как он вообще может сейчас… — Нажми, — повторил он тихо, перебивая мои мысли. С каждым секундой становилось все труднее держаться за рукоять. Совсем не замечая, как пальцы начали трястись и как пистолет уже болтался из стороны в сторону. Пока он не взялся за раму и не направил его обратно себе в грудь. — Давай. Я зажмурилась, когда он наклонился ниже. Так близко, что я почувствовала его дыхание на своей щеке. Воздух в салоне стал густым, горячим. Таким, что стало трудно дышать. — Ты хотела убить меня, — прошептал он. Боясь я приоткрыла глаза встречаясь с его глазами, в которых совсем не было страха. — Или боишься, что тебе за это что-то будет? — его голос стал мягче, — Не бойся. Я обещаю – тебя никто не тронет. Рука дрогнула. Пальцы сами собой поднялись к его плечу, коснулись ткани кофты. Он перехватил моё запястье и снова опустил дуло к своей груди, наклонился ниже, надавливая сильнее. Сквозь твёрдый металл пистолета я почувствовала, как бьется его сердце, так быстро. Как он дышит, как сделал тяжелый глубокий вздох. — Понял. Не можешь выстрелить в безоружного? — уголок его губ дрогнул. — Да. Это ведь неправильно. Он снова протянул руку в сторону водителя. — Дай ещё один. — Господин… — Я сказал – ещё один, — рявкнул он, не сводя с меня глаз. В руку ему тут же опустили ещё один пистолет. Он приподнялся надо мной, отодвигая затвор, раздался громкий звонкий щелчок. — Теперь все по правилам. — его голос стал холодным. — Мы на равных. Давай. Стреляй в меня. Я не могла сказать ни слова. Язык присох к нёбу. Пальцы, зажатые на рукояти, уже ничего не чувствовали, кроме как тяжесть оружия, которое ходило ходуном в руке. Он наклонился ниже. Теперь так близко, что я могла разглядеть каждую его ресницу. Мягкие, бледные скулы. Глаза, которые в полумраке салона казались такими яркими, светящимися. Под нижними веками были глубокие синяки и шрам над левой бровью. Аккуратный чуть вздернутый на кончике нос и приоткрытые, от холода потрескавшиеся губы. — Ты обратно не держишь пальцы на спусковом крючке. Не глядя на меня, он отложил свой пистолет за спину. Тот глухо стукнул о кожаную обивку сиденья где-то рядом с моим бедром. Его пальцы вновь коснулись моих. Аккуратно, нежно, просовывая их глубже в кольцо на рукояти, прижимая подушечку указательного пальца к спусковому крючку. Он опустил мою руку, и надавил на меня сильнее, прижимая бедром к дивану. Мне пришлось раздвинуть ноги, приподнять колени выше. Юбка разошлась, оголяя кожу. Стало жарко. Даже сквозь свитер я ощутила, какой он горячий. — Вот так, — выдохнул он мне в висок. Не разрывая взгляда, его свободная рука потянулась назад. Я увидела, как он поднял пистолет, как направил его в мою сторону. Зажмурившись, я почувствовала как ткань свитера чуть поднялась. Что-то твёрдое и холодное уперлось сначала мне в живот, потом скользнуло по ребрам, выше, к груди, останавливаясь там где билось сейчас быстро сердце. — Теперь посмотри на меня, — сказал он. Я приоткрыла глаза, увидев что в его взгляде по прежнему не было ни страха, ни злости. Он… он совсем не боится. Ему правда всё равно? — Давай. Нет… Я не хочу. — Нажми или я нажму. — Н… — голос дрогнул на полуслове. — Нажми. — повторил он не повышая тон. — Н-не хочу. Медленно, с трудом я подняла дрожащие руки над головой. Сжимая в пальцах, направленный куда-то вверх пистолет. — Пожалуйста… Х-хватит. Я не хочу… Н-не хочу убивать тебя. Он замер, на секунды две. Я открыла глаза шире, чувствуя под собой, как напряглось его тело. Как он задержал дыхание, а после тяжело выдохнул. Переставая давить мне на грудь убрал свой пистолет из под свитера. Протягивая его водителю и тот молча забрал его даже не обернувшись. — Ты не смогла убить меня. Я медленно опустила руки. Разжала пальцы. Пистолет, что был в моей ладони глухо опустился на сиденье, чувствуя как они всё ещё дрожали. Всё тело дрожало. — Ты… К-как ты вообще можешь просить о таком… — Разве это не ты с радостью хотела убить меня? — он чуть наклонил голову. — Да, но… — Не смогла значит ты проиграла. — Проиграла? Это не игра!… Я не убийца. — Значит поэтому не убила? — Причем здесь это! Я сказала, что хочу убить тебя… потому что была зла на тебя! Это не значит, что я действительно… — голос сорвался на крик. — Ты что, даже этого не понимаешь?! — Я задал вопрос. — Ты… Я посмотрела в его глаза, которые теперь смотрели на меня внимательно. Будто он действительно не понимал и ждал объяснения. Почему я не выстрелила, и не убила его. — Ты хотя бы понимаешь… что я могла убить тебя, и… — И? Он совсем не понимает… О чём я вообще думаю, если он ненормальный… Я глубоко вдохнула, привстала на локтях и протянула пистолет ему в грудь. — Пожалуйста, забери это. Он не взял. Продолжая смотреть, прожигая этим своим внимательным взглядом. — Больше не делай так, — добавила я тише, стараясь не смотреть на него. — Нельзя просить о таком. Даже если кто-то сказал что-то подобное. Это неправильно – лишать другого человека жизни из-за такого… Он наклонился ближе, заглядывая в мои глаза. — Я задал вопрос. По телу прошла волна раздражения. Я резко убрала пистолет от его груди и протянула в сторону водителя. — Заберите это, пожалуйста. И не давайте больше ему, никогда. Водитель молчал. Не оборачивался. И почему-то не взял. Почему? Горячая ладонь легла на моё запястье, разворачивая руку обратно к нему. — Неправильно держишь, — сказал он. — Направь на меня. — Отпусти. — Не дергай. Отдай его лучше мне. — Нет. Я не отдам. Я отдернула руку. Свободной ладонью уперлась в его грудь, пытаясь отодвинуть от себя. — Ты… ты только что хотел, чтобы я тебя убила. Тебе нельзя его в руки давать! Он наклонился и сразу взялся за рукоять. Я подняла пистолет выше, вцепившись в дуло, только чтобы не дать ему его забрать. — Отдай. — Нет, — я сжала его крепче. — Я же сказала – не отдам! Он дёрнул на себя сильнее. Я потянула в ответ, что было сил. — Отдай. — Нет! Я не отдам! Он наклонился ниже, надавливая грудью на мою грудь. Я уперлась свободной рукой в его плечо, пытаясь отстраниться, и подняла руку с пистолетом ещё выше. — Я не позволю тебе себя убить! — Почему сама не убила? — в его голосе появилось раздражение. — Ты совсем с ума сошёл!? — Я задал вопрос. — Я уже ответила! — Меня не устраивает этот ответ. Перетягивая пистолет каждый раз, я вдруг почувствовала что кисть начала болеть под натиском его тяжелой ладони. Не могу больше. — Отдай. — Нет! — Отдай его мне. — Нет. Я не… Над головой послышался резкий выстрел что заглушил мой голос, я зажмурилась. Всё тело сжалось, но больно не было. Приоткрыла глаза. Руки всё ещё держались за пистолет, а пальцы Нацу были поверх. Я подняла взгляд выше встретившись с его глазами, он смотрел на меня так же. Затем, резко дернул на себя, и выдернул пистолет с моих пальцев направляя его к потолку. Выстрелил?… — Всё в порядке, — бросил он в сторону водителя. Я осторожно приподнялась на локтях и повернула голову. Замечая как в стекле, прямо за моим плечом, было отверстие с пулей и трещиной, расползающихся в разные стороны. Оно правда было заряжено?… — Нажала, — послышалось сверху, над самым ухом. Я резко повернулась и сразу встретилась с его глазами, которые были слишком близко. — Это ты… нажал. — Нет – это ты нажала. — Это ты держался за ручку пистолета, а потом взял и нажал… — Нет. — Да, и вообще… — я уперлась ладонью ему в щеку. — Встань с меня уже… Но он не шелохнулся. — Встань с меня. — повторила я громче, — …мне трудно дышать. Чуть отстранившись, я надавила другой ладонью на его плечо, но было без толку. Он не двинулся, продолжая упираться локтями в обивку дивана по обе стороны от моей головы. — Ты очень тяжелый! — Не лапай меня. — Я не лапаю… Чувствуя как с чего то вдруг загорелись щеки, я надавила сильнее и подняла на него взгляд. Он всё так же смотрел сверху вниз, только теперь недовольно опустив свои брови. — Правда? — Да! — я сжала губы. — Я же сказала… встань с меня уже. Пожалуйста. Он чуть наклонился ближе, почти коснулся лбом моего лба. Будто специально. Или проверял, насколько близко можно наклонится. Я тут же уперлась ладонью в его плечо сильнее, стараясь удержать между нами хоть какое-то расстояние. — Звучит так, будто ты хочешь под этим предлогом ко мне прикасаться. — Издеваешься?! — Немного. — спокойно ответил он, даже не моргнув. — Встань сейчас же! — Поцелуй и встану. Замерев я тут же убрала от него руки, и сердце почему-то забилось быстрее. — Не хочешь? Потрогать меня еще? — Нет. — А если я скажу, что хочу поцеловать тебя? — Что?… — Ты мне должна за вчера. Или уже забыла? За вчера? — Я ничего тебе не должна. — То есть, если я сейчас попрошу – ты откажешь? — Да! — крикнула я, опуская брови. — Ты ведь сама, прижалась ко мне. Даже после этого не хоче… — Я не стану этого делать! — перебила я, чувствуя, как щёки заливает жаром. — Не будешь благодарить меня? — Да! Я не буду этого делать. Потому что я ненавижу тебя! Он наклонился ниже. Я вжалась в диван, и вдруг почувствовала, как он раздвигает мои ноги шире. Как его колено пришлось по внутренней стороне бедра. — Ч-что ты делаешь? П-перестань сейчас же!… Его глаза сузились. — Хочешь попробовать убить меня еще раз? — Нет!… Встань с меня! — Мы не закончили. Горячее дыхание вдруг чувствовалось на шеи. Такое тяжёлое, обжигающее, что по всему телу пробежали приятные мурашки. — В-встань! — голос сорвался. Ладонь поднялась и уперлась в его щёку, отодвигая его лицо как можно дальше от себя. — Отодвинься от меня, извращенец! Он даже не дернулся. Просто смотрел на меня сквозь мои пальцы, прижатые к его щеке. — Придумал, — сказал он, — другой способ. — Какой ещё способ? — Мы заключим новый договор. — Что? Нет!… — Вместо старого, — продолжил он, будто не слыша меня, — будешь… — Нет! — крикнула я, стараясь не смотреть на него. — Встань с меня и убери свою ногу! Сейчас же! Он закрыл глаза и тяжело выдохнул. Прямо мне в лицо. — Не дыши на меня! Я сильнее надавила ладонью на его щеку, пытаясь отодвинуть его дальше. — На протяжении одной недели, будешь целовать меня… — продолжил он даже не открыв глаза. — Нет! — Щеки будет достаточно, — добавил он, и уголки его губ дрогнули. — Я сказала — нет! Неожиданно он приоткрыл веки и повернул голову. Так, что моя ладонь соскользнула с его щеки. Я встретилась с его глазами и теперь наши носы почти касались друг друга. — Н-не… Не смотри на меня! Я зажмурилась и снова ударила его по щеке, на этот раз сильнее. И в тот же момент почувствовала на запястье теплое касание, его пальцев. — Часто меня касаешься. — В-встань! Сейчас же! — я дёрнулась, вырывая руку. Пока щеки горели так сильно, от злости, от стыда и еще от того, насколько он был близко. — Согласна? — Нет!… — Почему? — Я же сказала. Я не стану этого делать, потому что я ненавижу тебя. — Тогда выбирай целовать, — его голос стал тише. — Одну неделю или всю жизнь. — Я не стану даже выбирать. — Даже зная, что тот договор… — он сделал паузу. — Я могу его расторгнуть. — Что? Правда? На секунду я обрадовалась, но тут же опустила брови. — Ты… врёшь. — Нет. Мне достаточно сказать и отец меня послушает. — Тогда сделай это. Он замолчал, отведя свой взгляд в сторону. — Нет. — Что? Почему?! — Считай… мне скучно. Скучно? — Ты… Из-за того, что тебе скучно, я должна… — Ты должна была отблагодарить меня, но не сделала этого, — перебил он, снова встречаясь с моими глазами. — Теперь я предлагаю – целовать меня неделю вместо старого договора. — Неделю? — Ожидала большего? — уголок его губ чуть дрогнул. — Я вообще от психа ничего не ожидаю. — Это взаимно. Опустив взгляд я закусила губу. Неделя. Всего семь дней. Раз это просто… поцелуи в щёку и ничего больше. Но а если, он что-то задумал… Я посмотрела на его ничего не выражающее лицо, на резкую линию челюсти, на темные ресницы, и внимательные глаза что сейчас смотрели на меня. — …Если я сделаю это, ты правда… сделаешь это и отстанешь от меня? — Да. — на выдохе произнес он. Отведя взгляд, я все равно чувствовала как внутри все кричало об обратном. Может кажется? Нет. Он точно что то задумал. Но… Если я не соглашусь, в любом случае... — Хорошо, я согласна… — Что? — он внезапно наклонился ближе, будто специально. Я резко уперлась ладонью в его щёку, отталкивая от себя. — Я-я же сказала! Отодвинься от меня! Он перехватил мое запястье, убрал мою руку от своего лица, и наклонился ближе заглядывая в глаза. — Повтори, — тихо продолжил он. — Не расслышал. Сжав губы, я вдруг почувствовала как щеки загорелись больше. — Я-я сказала, я согласна, я буду… целовать тебя неделю. Несколько секунд он ещё просто смотрел на меня, так, будто правда не верил, что я согласилась на это. Затем приподнялся на локтях наклонился куда-то в сторону переднего сиденья, я заметила как водитель, протянул ему ручку и какой-то лист бумаги. — Что это? — настороженно спросила я. — Новый договор, — повернулся он ко мне. — Подпиши. Я посмотрела на него, затем на бумажку. Сразу взялась за ручку и поставила подпись там, где он указал пальцем. Даже не глядя. — При отказе от выполнения условий в течение семи дней он станет недействительным, — пробормотал он, забирая лист. — Договор вступает в силу с момента подписания. То есть – прямо сейчас. — Я очень рада. Он поставил свою подпись на весу и отдал листок водителю. Затем снова наклонился ко мне. — Тогда целуй. — Может, для начала встанешь с меня? — Если неудобно, могу наклониться ниже, — сказал он с абсолютно серьёзным лицом. — Не нужно… — Целуй. Медленно я приподнялась на локтях, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Повернула голову к нему, закрыла глаза и едва коснулась губами его щеки. — Всё… — выдохнула я, падая обратно на сиденье. — Ещё. — Что? — я открыла глаза и растерянно посмотрела на него. — Что значит “ещё”? Я же только что поцеловала тебя! — За благодарность, одного раза мало. — Я не стану целовать тебя еще раз. — В договоре не было прописано количество раз. — Что? Почему ты не сказал мне этом? — Нужно было читать, прежде чем подписывать. — Ты… да ты просто… Издеваешься! — Разве это не ты сама подписала новый договор. Пальцы сжались в кулак, я приподнялась, приблизилась к нему и осторожно коснулась его щеки, сразу отводя взгляд. — Быстро. — Ну и что. Это тоже считается! — Попробуй еще раз. — Ты… — я сжала губы. — ты меня раздражаешь. — Уже не ненавидишь? — Ненавижу. — Целуй. — Я не хочу. — Не хочешь выполнять условия договора? — он вздохнул. — Значит, придётся… — Н-нет! — перебила я. — Я не это имела в виду. Я сразу приблизилась к его щеке, поправляя локон за ухо, застыла. Он теперь… постоянно так будет делать? — Целуешь? — его голос вывел меня из мыслей. — Да… сейчас. Быстро я наклонилась, коснулась его щеки, не закрывая глаз сразу отстранилась. — Понравилось? — Нет. — сказал он, и приоткрыл глаза, — Раньше было лучше. — Тебе не угодишь… я пыталась как могла. — Могу показать как нужно. — Не нужно. — начала я и напряглась, когда он вдруг стал приближаться к лицу. — Ч-что ты… делаешь? — Показываю. — Постой… Н-не нужно… Я зажмурилась и отстранилась, вцепившись в его плечи. Вдруг почувствовала, как теплые пальцы коснулись моей щеки. Провели по коже, и поднялись к уху, убирая волосы с лица. Дыхание обожгло кожу. Его губы едва коснулись моей щеки, задерживаясь на секунду. Он медленно отстранился. Не двигаясь пару секунд, сердце с чего-то заколотилось как бешеное. Я осторожно дотронулась до того места, всё ещё не веря, что он действительно это сделал. Что это было? — Понравилось? — спросил он. — Н-нет… — Врёшь. — З-замолчи! — Целуй ещё раз. — Если… — начала я шёпотом, стараясь не смотреть на него. — Если я сделаю так же… ты отстанешь от меня? — На сегодня. — Хорошо… Пальцы легли на его плечи. Не могу так. Почему я нервничаю?… — Наклониться? — Нет… Закрыв глаза, он тяжело вздохнул. — Давай, быстрее. Устал так лежать. — Ты можешь секунду просто помолчать? Замешкавшись, очень медленно, я подняла руки с его плеч к шее. Большими пальцами коснувшись до мочек с двух сторон. Он никак не отреагировал. Даже бровью не повёл. Не двигаясь я стала рассматривать его лицо которое теперь было рядом. Так близко. Разве это не выглядит странно? Ладони скользнули к челюсти, выше к его горячем щекам. Взгляд упал чуть ниже, на его нос, на его губы и я сразу отвела глаза. Как тогда… Почему я вообще об этом думаю сейчас? Я потянулась к нему и зажмурилась. Вдохнула приятный запах его кожи и духов. Губы коснулись его щеки, стараясь целовать теперь как можно нежнее. Я осторожно отстранилась и вдруг почувствовала как щеки вспыхнули что есть силы. П-поцеловала… Он приоткрыл глаза и встретился со мной взглядом. — Этого недостаточно. — Ч-что? Застыв я заметила как, он начал наклоняться ниже, словно хотел еще. Е-ещё? — Нет! — растерявшись, голос дрогнул. В панике ладонь потянулась к его лицу. Он повернул голову, и мои пальцы прошлись по его горячим губам. Дыхание обожгло кожу и я тут же убрала руку. Подняв подбородок увидела что он всё ещё смотрел на меня. Так внимательно и одновременно серьезно, в его глазах было что-то, чего я никак не могла понять. Почему он так смотрит? — Я-я… — только начала я. Когда он внезапно отстранился. Поднялся и присел на диван, как ни в чём не бывало. Убирал руки в карманы кофты — Я проголодался. …что? — …Что это значит? — Проголодался, — повернул он голову, и посмотрел на меня теперь как обычно. Будто ничего и не было. Я сжала губы, поднялась и подхватила сумку с пола, закидывая её на плечо. — З-замечательно… А я уже пойду домой. Надеюсь, в ближайшие дни мы с тобой больше не увидимся. — сказала я. Спустила ноги на пол, повернулась к двери, нажала на ручку и потянула на себя, но она не открылась. — Открой. — сразу повернулась я уставившись на него. — Хочу есть. Он серьёзно? — Теперь, пока не поешь, будешь меня в машине удерживать? — Уже забыла? — Что ещё?... Он слегка приподнял подбородок, показывая пальцем куда-то вбок. Я подняла голову и увидела за собой, в стекле, торчащую пулю с паутинкой трещин. — Ты разбила окно. — Это была не я. Ты взял пистолет и потом сам нажал! — Ты выстрелила. — Это был ты! — Если покормишь, я забуду о том что ты разбила мне стекло в машине. — Я его не разбивала! И я ни за что не стану тебя кормить. — Мист, — он повернул голову к водителю. — Цена? — Если менять полностью… — донесся спокойный голос спереди, — в районе четырехсот тысяч. Но с учётом установки и доставки выйдет в полмиллиона. Он повернулся ко мне с каменным лицом. — Кажется, ты должна заплатить за это. — Что?! — я ткнула пальцем в его сторону. — Это была не я! И вообще! Тебе напомнить, кто хотел, чтобы я его убила?! — Дал возможность. — Знаешь, — процедила я сквозь зубы, — начинаю жалеть, что не воспользовалась ею. Я снова повернулась к двери и дернула ручку. — Открой дверь! — Если покормишь… — Я не буду тебя кормить! — Тогда поцелуй. — Что? — Вместо оплаты, — повернулся он. — Один поцелуй – сто тысяч. — Ты… — я сжала кулаки. — Это уже какой-то шантаж! — Ты разбила стекло – ты платишь. Всё честно. Я только предлагаю варианты оплаты: едой, поцелуями или деньгами. — У меня нет таких денег! — Значит, выбирай другие варианты. — Я не собираюсь целовать и приглашать к себе домой на ужин психопата! — На ужин? — он сделал паузу, запрокинув голову назад, — Мне нравится. Едем. Машина мягко тронулась с места и я повернулась к нему. — Что? Нет! — Да. — Я не позволю тебе ступить даже на порог моей квартиры! — Зайду сам. — он повернул голову и посмотрев на меня, подкинул в ладони ключи с брелком в виде сердечка. — Откуда они у тебя?! — Ты оставила их на тумбе, когда выбегала из квартиры. — он спрятал их обратно в карман. — Я забрал… чтобы их никто не взял. — То есть украл? — Забрал. Есть разница. — Тогда верни! — Когда поужинаем. Я сжала губы, наблюдая как он держит руку в кармане где были мои ключи. Этот!… — Я сейчас вызову полицию! — Попробуй. — Вот и попробую! — Думаешь они не будут задавать вопросы? — Я скажу что это был ты! — На пистолете полно твоих отпечатков. — Ты заставил меня взять его! Сжимая кулаки вдруг почувствовала, как внутри всё закипело от злости. — Я расскажу им, что ты проник ко мне домой! Что следил за мной! И угрожал мне! — Чем? — Пистолетом! — Который держала ты. — Ты дал его мне! А потом взял ещё один и направил пистолет на меня! — И кто в это поверит? — Они поверят! Потому что это правда! — Это не сработает. — Ты наставил на меня пистолет!… И угрожая мне, сказал чтобы я выстрелила в тебя! На пару секунду в машине повисла тишина. — Тогда, — он медленно повернул голову ко мне, — не забудь рассказать, где ты взяла его. Для чего он был тебе нужен. И почему в стекле автомобиля торчит пуля. Я невольно перевела туда взгляд. — Не сомневаюсь, — продолжил он, — они поверят в твою версию, где я просил убить себя. И точно не поверят в мою версию – где на меня напала какая-то незнакомка с пистолетом. — Это была не я!… — Тогда почему пуля в стекле застряла? — Потому что ты… Он прикрыл глаза, закрывая ладонями уши. — Шумная. — Что? Шумная?!… Я подалась вперёд и вдруг замерла, понимая, что подвинулась к нему слишком близко. Но он не двинулся, наверное даже этого не заметил. Медленно опустил руки, открыл глаза, и повернул ко мне голову. Встречаясь с его взглядом я нахмурилась, собираясь продолжить высказываться, но машина внезапно мягко затормозила. — Мы на месте, — донесся спокойный голос водителя спереди. Глянув в окно я увидела снаружи свой дом. Пока, он не теряя времени сразу открыл дверь со своей стороны, и поднявшись вышел, захлопнув её за собой. Напрягшись, я стала наблюдать за ним. За тем как он обходит машину сзади. Что он делает? Он подошёл к моей двери ближе. Остановился. Наклонился, заглядывая сквозь тёмное стекло. Встретился с моим взглядом, и его губы дрогнули в улыбке, словно издеваясь. После всего… решил насмехаться надо мной?! — Ты!… — крикнула я, дергая за ручку, — Открой сейчас же эту чертову дверь! Он чуть отстранился, задержал взгляд на водителе, выровнялся и, не оборачиваясь, нагло пошел в сторону моего дома.