Глава 14.3: "Гость"

Люси

— Откройте дверь, сейчас же! — бросила я водителю. Но тот не ответил. Даже не шелохнулся. Я перебралась на сторону Нацу, дернула за ручку и дверь с его стороны на удивление поддалась сразу. Выбравшись из машины, сжимая сумку так, что пальцы побелели, я быстро вошла в подъезд. Поднялась по скрипучим ступеням и остановилась у своей двери, замечая что она была приоткрыта. Даже не закрыл… Войдя внутрь, я захлопнула ее за собой. Остановилась, замечая что в прихожей было тихо. Скинув сумку, я бросилась искать его и не доходя до своей комнаты нашла на кухне. Он сидел за столом. В обуви. Откинувшись на спинку стула, держал руки в карманах. Смотря в сторону окна, за которым моросил дождь. Услышал что я зашла, медленно повернул голову, глянув так, будто это я к нему в гости наведалась. Устроился прямо как дома. — Может, хотя бы обувь снимешь? — Разрешаешь? — уголок его губ дрогнул. — Езжай к себе домой! — Хочу есть. — Вот у себя дома ешь. — Ты разбила окно в машине. — Хочешь, чтобы я расплатилась за него супом? — Неплохо, правда? Я прошла по кухне, на ходу стягивая куртку и бросая ее на соседний стул. — Я не согласна на твои условия. — Почему? — Во-первых, — начала я загибая пальцы, — не я его разбила. Во-вторых, это моя квартира. И в-третьих, я не ужинаю с психами. — вытянула руку я в сторону прихожей. — Так что – уходи. — Хочу есть. Вот же заладил… Я скрестила руки на груди и уставилась на него. Но он не сдвинулся с места продолжая сидеть. Вряд-ли я смогу его силой вытащить из кухни. Он же тяжелее меня раза в два… — Хорошо. Одна тарелка и ты сразу уйдешь. — Две. — Одна, — сказала я, уже оборачиваясь к выходу. — И сними свою обувь. Выйдя в коридор, и поставив сумку на полку, я повесила куртку на крючок. Позади послышались шаги, я обернулась и увидела как он разулся, не вынимая рук из кармана. После чего, стоял и смотрел так, будто ждал чего-то. — Хочу есть. — Дай мне хотя б прийти в себя. — бросила я, стягивая ботинок. — Я только пришла домой. — Я голодный. — Можешь подождать на кухне? — Не могу. — Почему? — Долго. — Тогда возьми что-то с холодильника и сделай себе поесть. — Я здесь гость. — прищурился он, недовольно опустив брови. — Ты маньяк, который без разрешения вломился ко мне домой а теперь еще требует еду. Без стыда и совести. Я сняла второй ботинок, надела тапочки и неспеша направилась в ванную. Уже переступая порог, за спиной вновь раздались его шаги. — Ты что теперь будешь ходить за мной по всей квартире? — Нет. — сказал он закатывая рукава, — Хочу руки помыть. Чего он вообще забыл в моей квартире? Чего не поедет к себе и там не поест? Отвернувшись, я подошла к умывальнику включила кран. Взгляд сам собой скользнул в его сторону. Он подошёл ближе, и молча наклонился, плечом почти касаясь моего, нажал на дозатор мыла. Близко встал. — Что-то не так? — спросил он, чуть приподняв подбородок. — Почему ты не поешь у себя дома? — я отодвинулась вытирая руки. — Долго ехать. — тяжело вздохнул он, прикрыв глаза. — И где же ты обычно ешь? — Заказываю. — Заказываешь? — В отеле. — Неужели в отеле такая плохая еда? Он так и не ответил. Оставив полотенце на тумбе я направилась к выходу, когда позади послышался его голос. — Хочу пирог. — Ну уж нет. Я сразу повернулась, увидев, что он тоже вышел из ванной. — Да. Ты разбила окно в машине и теперь должна мне. — Я тебе ничего не должна, и я ничего не разбивала, я уже говорила тебе об этом. — Разбила. — Нет. — Хочу пирог. Игнорируя его, я быстрым шагом зашла на кухню. Завязала сзади фартук. Поставила кастрюлю на плиту, и услышала снова его шаги за спиной. Он что… делает вид, что не ходит за мной? — Сядь за стол и сиди, — бросила я, не оборачиваясь. Открыла холодильник, чтобы достать овощи для супа, и замерла. Все ещё не веря, что он правда это сделал. — Нравиться? — раздалось со стола. Я обернулась, увидев что он теперь сидел, откинувшись на спинку стула, и смотрел на меня, выжидающе. — Нет. — Почему? — Потому что. — Ты сама сказала, что забыла закупиться. Я… услышал и помог. — Помог? — я захлопнула дверцу холодильника, — Значит, ты все ещё считаешь что поступил правильно? — Холодильник был пустой, теперь он полный. В чем проблема? — Проблема в том, пробрался ко мне домой и без моего ведома сделал это… — Дверь была открыта. Я должен был спрашивать? Я открыла рот, но закрыла. Мысленно вздохнула, и отвернулась к столешнице. Сколько ни возмущайся он либо не поймет, либо сделает вид, что не понимает. Потому что для него это действительно нормально. Уже почистив картошку, морковь и лук. Я нарезала мясо. Пока вода в кастрюле кипела, а за окном стал сильнее стучать дождь… И всё это время со спины я чувствовала как его взгляд, прожигал дыру между моих лопаток. Стараясь все же не обращать на это внимания, но было просто невозможно, сосредоточиться, когда на тебя кто-то так смотрит. — Ты… любишь лук? — спросила я. Хоть что-то, чтобы наконец-то избавится от этой давящей тишины. — Нет. — А я люблю… Так что… если хочешь суп, придется есть. — Придётся. Я посолила, затем перемешав накрыла суп крышкой. Вытирая руки о фартук. — Скоро будет готово... Подожди ещё немного. — Подожду. — А по тебе и не скажешь что умеешь ждать… — пробормотала я под нос, — Хорошо… тогда после этого сделаю ещё пирог. Пирог? Я замерла с половником в руке. После всего, что случилось… Я правда собираюсь ему его печь? Чтобы он остался еще и на пирог? Разве, не логичнее было бы налить ему тарелку сырого бульона, ткнуть ложкой в сторону прихожей и пожелать счастливого пути? Но, с другой стороны я ведь сама хотела его сделать… когда уходила в магазин… И с чего это он вдруг сказал про него?… Позади раздался тихий шорох. Я резко обернулась, поймав на себе его взгляд. — Что? — настороженно спросила я опустив брови. — Ничего. — Тогда на что смотришь? — На тебя. — Хватит уже смотреть… — пробормотала я, приподняла крышку помешивая суп. — Тогда может, переоденешься? — Пока в моей квартире находится такой маньяк… как ты, я не стану переодеваться. Краем глаза я заметила, как он отвел свой взгляд. Чёлка упала на его глаза, скрывая лицо. Чего это он притих? — Со мной что-то не так? — я опустила взгляд осматривая тапки. — Переоденься. — Я же сказала – я не стану переодеваться, пока здесь есть ты. Молча привстав со стула, он вдруг вышел из кухни, затем я услышала, как входная дверь открылась и закрылась. Постояв еще секунду, прислушиваясь, но звуков никаких больше не было. Действительно ушёл? Ну... ладно. Сняв фартук, я прошла в комнату, и встала перед зеркалом. Осматривая снизу вверх, на себе розовые тапочки, подняла взгляд выше на колготки, юбку и свитер. Всё было как обычно. Но как только я повернулась боком, увидела что по ноге, от бедра до самой щиколотки, тянулась белая полоска. Порвались? — А я их только позавчера купила... — пробормотала я себе под нос. — Придется выкинуть. Не спеша я стянула колготки, свитер, юбку и бросила их в кресло. Открыла шкафчик, достала домашние вещи в которых ходила по дому. Одевшись, и поправив майку перед зеркалом, я зашла кухню. Чувствуя как вкусно запахло, шурша тапочками, подошла ближе к плите выключая конфорку. — Заходи, — сказала я чуть громче, чтобы он услышал. — Уже готово. Надеюсь, он поест и сразу уйдет. Я налила суп, и поставила тарелку на тумбочке. Но никто так и не зашёл, и звуков позади никаких не было. Неужели не услышал? — Нацу… — начала я. Но, обернувшись, сразу увидела его. Он молча стоял в проеме кухни, вот только теперь его взгляд был каким-то другим. Раздраженным что ли? — Ты давно там стоишь? — Нет. — он закрыл глаза, и тяжело выдохнул. — Только зашел. — Тогда, садись уже. Не обращая на него особого внимания, я взяла тарелки и поставила их на стол, сразу встречаясь с его глазами. — Что? — спросила я, опустив брови. — Ты переоделась? — Как видишь, — присаживаясь напротив него я подняла взгляд. — А что? Он так и не ответил. Закрыл глаза и потянулся к ложке что лежала рядом. Чего он снова замолчал? — Не молчи… Скажи уже что не так. — Одень штаны. — Штаны? Какие ещё штаны? — Обычные. — А чем тебе мои шорты не нравятся? — спросила, стараясь не выдать раздражение. — Тебе не идёт. Что?... Словно током прошибло. Пальцы сжались в кулак; я опустила голову, чтобы не показать, как внутри всё вспыхнуло, и резко ткнула ложкой в его сторону. — То есть, — начала я, стараясь говорить спокойно, — ты пришел ко мне без приглашения, потребовал еды, а теперь смеешь заявлять, что мне не идут шорты? Знаешь что... не нравится – не смотри! — Не нравится. — Тогда не смотри! Он медленно поднял глаза и из-под чёлки, недовольно прищурившись посмотрел на меня. — Это раздражает… — Тогда перестань смотреть. — Не получается. — Тогда, ты можешь встать и уйти, чтобы не смотреть и чтобы ничего не раздражало. Опустившись на стул, я обхватила ладонями горячую тарелку, и сделала глоток. Бульон чуть обжег горло. Я закрыла глаза, чтобы наконец-то, за целый день по-настоящему расслабиться… Выдохнула, чтоб забыть. Но это ощущение давления от его взгляда никуда не исчезло. …То убей меня, то поцелуй меня, то накорми меня… теперь ему уже чем то мои шорты не нравятся. Чего он тогда вообще здесь сидит?… Шел бы к себе и там ел. Я открыла глаза и тут же встретилась с его взглядом. Он так и сидел, смотрел, будто ждал, когда я сама догадаюсь сделать то, что ему нужно. Вот же… — Достал, — выдохнула я, оставляя ложку в тарелке. — Ешь свой суп и уходи уже. — Сначала переоденься. — Если ты не заметил я уже переоделась. — Заметил. Теперь надень штаны. Я резко встала, ударяя ладонями по столу. — Если не нравится – ешь у себя! А это моя квартира, и я сама решаю в чём мне ходить. И не тебе, маньяку-извращенцу, указывать как мне одеваться. — Надень штаны, — не меняя интонации повторил он. — У меня нет штанов! — Тогда кофту надень. — А чем тебе майка уже не нравится? Он не ответил. Его взгляд скользнул ниже подбородка и тут же вернулся к моему лицу, нахмурив брови и прищурившись сильнее. Я скрестила руки на груди, в ответ сверля его таким же недовольным взглядом. — Ну что? Отвернувшись он медленно поднялся со стула. Я проследила за тем как он обошёл стол, как его пальцы коснулись края кофты и как он потянул её вверх, стягивая через голову. Остановился в шаге от меня. Молча сбросил кофту на спинку стула, и остался стоять в чёрной футболке обтягивающей его плечи. — Что ты делаешь? — Сейчас узнаешь, — спокойно сказал он и взялся за край футболки. — Зачем?… — прошептала я, чувствуя, как сердце забилось быстрее. Ткань поднялась выше, открывая оголенный рельефный пресс, широкие плечи, и его ключицы. Я отвернулась, зажмурилась, и прикрыла щёку ладонью, но эта картинка перед глазами теперь никак не исчезала. — Т-ты… — голос предательски дрогнул. Щеки вспыхнули и стало жарко. Я схватила его ещё тёплую футболку и протянула ему, не глядя. — Оденься… сейчас же! Он молча вытянул ткань из моих пальцев. И так же молча протянул её обратно. — Надень её. — Ни за что… Стараясь не смотреть на него, я шагнула к выходу, но его пальцы коснулись локтя, останавливая. — Надень её… — сказал он тише, убирая свою руку. — и давай уже есть. — И ты говоришь мне это, стоя на моей кухне полуголым? — Я хочу есть. — Это… не я начала. — выпалила я, выхватывая у него футболку. Сама не понимая зачем, натянула её через голову. Она оказалась длинной, как платье, почти до середины бедра. Я поправила её, и выдохнула. Подняла взгляд, замечая что он стоял ко мне спиной, натягивая свою кофту обратно. Обернулся и наши глаза встретились. — Мог бы просто сказать… нормально, — пробормотала я, чувствуя, как краска снова заливает щёки. — Говорил. Три раза. — Ты сказал, что мне не идут шорты. — Это правда. Я нахмурилась больше и молча села за стол, натянув край его футболки на колени. — Знаешь, мне всё равно, что ты там себе думаешь… Я вообще не учитываю твоё мнение. Совсем. Он так ничего и не ответил. Я медленно подняла глаза. Он всё ещё стоял рядом со столом, и смотрел сверху вниз. Его взгляд прошёлся по воротнику футболки, по рукам и по голым ногам ниже подола, прежде чем снова вернуться к лицу. — Что теперь не так? — тут же нахмурилась я. — Ничего. — Тогда чего смотришь? Он не ответил. Игнорирует? Я проводила его взглядом, но он так ничего и не сказал. Сел обратно за стол. Взялся за ложку, будто собирался есть, но замер услышав мой голос. — Вообще-то, когда тебе задают вопрос, принято отвечать на него… Молча он поднял глаза. И несколько секунд снова просто смотрел. — Ну скажи уже… — не выдержала я. — Я не виновата, что у тебя размер большой. — Нормальный размер. — Тогда чего ты молчишь? — Думаю. — О чём? — О том, что ты слишком много болтаешь. — Болтаю? — А еще задаешь слишком много ненужных вопросов. — Потому что ты молчишь и ничего не отвечаешь. — Попробуй спросить то что действительно хочешь услышать. Спросить то что хочу? После всего что я уже услышала, хотелось сделать вид, что мне и так все понятно. Но как бы не хотелось признавать, это было не так. Потому что чем дольше он находился рядом, тем сильнее росло это странное чувство любопытства внутри. За эти пару дней я только узнала что его зовут Нацу. Конечно еще кроме того, что успела заметить… и понять. В голове сразу появилось несколько вопросов. Но ни один из них не хотелось произносить вслух... Но, если не я спрошу… так и не узнаю. — Сколько тебе лет? — вырвалось первое, что пришло в голову. — Двадцать три. — Где ты живёшь? — Говорил. В отеле. — Ты говорил что недавно переехал в Магнолию… А где находится твой родной дом? — В Ишгаре. Дальше? — Ты работаешь? — Да. — Тогда кем? Он секунду думался, словно решал, стоит ли вообще отвечать. — Разным... — Разным? Это даже не ответ… — Другого не будет. — Ладно… — я вздохнула. — Тогда, тот водитель. Почему он слушался только тебя? — Потому что я плачу ему деньги. — То есть он делает всё, что ты скажешь? — Почти. — А тот… с зонтом? — Тоже. — Все те люди выглядели как охрана… — Потому что это она и есть. — Значит их много? — Достаточно. Я на секунду замолчала, рассматривая его. — И что… они всё время рядом с тобой? — Когда нужно. — А когда не нужно? — Тогда ты их не видишь. — И они все, что защищают тебя?… — Да. — Вот как… — я подперла щеку ладонью, разглядывая его. Из письма я узнала, немного про его отца… но сам Нацу, чем он занимается? И те люди выглядели так словно не охрана совсем. Ещё и с оружием… А что, если папа ввязался во что-то не очень хорошее?... Нет. Вряд-ли он стал связываться с чем-то опасным. Зная его… А что если да? — О чём задумалась? — голос Нацу вырвал меня из мыслей. — Нет, — я мотнула головой. — Ни о чём. — Врёшь. — Не вру. Он чуть склонил голову и подался вперёд. — Значит, сейчас ты не пыталась узнать, кто я? — С чего ты это взял? Мне всё равно кто ты… — При этом полторы минуты смотрела. — Я просто думала. — я закрыла глаза и нахмурилась. — О своём. — Зачем так разглядывала лицо? — Не разглядывала... Я уже поняла что мой папа заключил договор с твоим отцом. Но, он никогда… не писал и тем более ничего не объяснял мне, а тут с чего то написал… Я подумала что это странно. Вдохнув, я отвела взгляд, чтобы теперь точно не смотреть на него. — А ещё… Хоть, я не разбираюсь в машинах, я поняла, что та стоит бешеных денег. При этом, у тебя есть водитель… личная охрана, и это не один человек. — я подняла палец, указывая на него, — Ты же… что-то вроде бандита? Что занимается не очень хорошими делами… Я ведь права? Он чуть приподнял брови будто удивился, но после опустил их, глядя мне прямо в глаза. — Если скажу – да, испугаешься? Что? Так значит, это правда? — Я… — я запнулась. — Нет. Просто хотела уточнить… — Уже испугалась. — Н-нет. — Врёшь. — Не вру! — Сейчас – врешь. И до этого тоже врала. — С чего ты это взял? Он поднял руку сжав большой палец в ладони. — Всегда сжимаешь большой палец в кулак, когда врёшь. Я опустила голову, посмотрела на свои руки и тут же спрятала их под стол, оттягивая подол футболки до колен. — Так вот куда ты смотрел… — Да. — Ну всё, хватит уже смотреть!... Будто специально. Он снова замолчал продолжая делать это. От неловкости я уже начала ёрзать на стуле. — П-перестань… — Вкусно пахнешь. — перебил он и поддался ближе, упираясь локтями в стол. — Что? Ч-чем? — Моей футболкой. — Ты же сам сказал... чтобы я её надела. Вдруг почувствовала знакомый древесный запах, с легкой горчинкой и мятой. Или это потому что он наклонился ближе. — Нравится? — Нет. — Снова зажала палец. — Неправда! — Правда. — Неправда... ты даже не увидел! — Увидел. — Как? Я же спрятала… Я опустила руки еще ниже, под колени. Так, чтобы он точно не увидел. Но когда подняла взгляд, заметила, что он просто смотрел на меня. Сердце почему-то бешено заколотилось. Я сразу отвернулась в сторону, чтобы больше не вестись на это, но краем глаза заметила, как он вдруг улыбнулся. Ч-что?… — Т-ты… что, это сейчас улыбаешься? — вырвалось прежде, чем я успела подумать. — Да. — сказал он Опустил глаза, поднял ложку и начал есть, будто ничего не было, улыбка спал с его лица. Я хотела ещё что-то сказать, но так и не смогла, наблюдая как он медленно жует, а затем как сосредоточенно смотрит в свою тарелку. Не надо было спрашивать… И с чего это он улыбнулся?... Внутри всё сжалось от неловкости. Щеки запылали еще сильнее, когда в воздухе вновь появился знакомый запах. Запах духов с его футболки. …О чём он только думает? И почему я думаю об этом?! Чтобы больше не думать, я заставила себя поесть. Суп успел чуть остыть, но всё равно был таким же вкусным. Я даже не заметила, как он перестал есть, и просто замер с ложкой в руке, глядя в свою тарелку. — Вкусно, — вдруг сказал он тихо. — Мне очень вкусно. — Я с первого раза услышала… спасибо. — ответила я, поправляя выбившийся локон за ухо. Украдкой поглядывая как он молча продолжил есть. Когда я закончила, встала со стола и заметила, что он тоже отложил свою ложку. — Будешь… ещё? — Да. — сказал он и протянул свою тарелку. Я кивнула и взяла её. Неспеша подошла к плите, осторожно налила суп, и поставила перед ним. Так сказал, будто никогда не пробовал. — Приятного аппетита… Он поднял на меня взгляд. — Спасибо. Чувствуя как ещё горят щеки я отвернулась, и вернулась. Подойдя к раковине, открыла кран и принялась мыть посуду. Когда заканчивала, за спиной раздался скрип, послышались шаги, а затем я заметила, как он встал рядом, уже с пустой тарелкой в руках. — Я поел. В этот раз быстро. — Хорошо… Оставь здесь, я сейчас помою. — Я сам. — Сам? — я удивлённо посмотрела на него. — Да. — Ну, знаешь… насыпать гость, а посуду мыть уже не гость? Оставь, я… — Хочу сам. — Ну, хорошо, как скажешь… Вытерев руки, я отошла к столешнице наблюдая, как он встал у раковины, взял губку, намылил, и начал мыть свою тарелку. А он не такой, как я думала... — Тогда, начну делать пирог. Оставив полотенце я взялась за апельсины, положила нож на досточку и начала чистить первый. Леви обрадуется. И Кана. Может, Локи… дать кусочек? Хотя этот паршивец не заслужил… Внутри появилось то ужасное чувство, что вновь напомнило о вчерашнем дне. Я совсем не заметила как отрезая ломтик кожуры, нож полоснул по пальцу. Резкая боль заставила отдернуть руку, нож отскочил и упал на пол. Я подняла палец выше, замечая, как на коже появилась красная полоска что стала наполняться кровью. — Порезала… — Покажи. — голос Нацу раздался прямо над ухом. Вздрогнув я повернула голову, увидев что он стоял близко. — Просто задумалась… Ничего страшного. Сейчас я обработаю. Уже потянулась к шкафчику, где стояла аптечка, но он потянувшись быстрее снял ее с полки и поставил на тумбу, рядом с собой, протягивая свою ладонь. — Покажи мне. — Не нужно… я сама. — Я сам. Обхватив запястье, он поднес его ближе к своему лицу. Не убирая руки я смотрела за тем как он внимательно рассматривал мой парезанный палец, чуть нахмурившись. — Ну… — тихо пробормотала я. Встретившись с его глазами, и тут же отвела их от какой-то странной внезапно возникшей неловкости внутри. Пока он так ничего и не сказал, вновь уставился, разглядывая рану. — Сядь. — Хорошо... — я послушно опустилась на стул. — Подержи так. Замерев, как он и сказал с поднятым пальцем, я наблюдала, как он открыл аптечку. Достал какую-то бутылку, которой я раньше не видела, и вылил прозрачную жидкость на ватный диск. Странно… Я не помню, чтобы у меня было столько всего. — Ты… лазил в мою аптечку? Он поднял голову, присаживаясь передо мной на корточки. — Нет. — Но я не покупала это… — Не знаю. — Ты сейчас что уходишь от ответа? Так и не ответив, он прикоснулся холодной ватой к пальцу. И вдруг защипало так сильно, что я сжала губы и опустила взгляд, чтобы не показывать как больно. — Подуть? Что?… Он серьёзно? Или издевается? — Я слышал когда больно помогает. — Я не маленькая… И, почему оно так сильно щиплет? Что это такое? — Я не знаю. — Тогда почему ты взял именно это? На секунду он посмотрел на бутылку. — Она стояла в аптечке. — Мне кажется уже хватит. — Нет. — он чуть отпустил рассматривая палец. — Ещё не затянулось. — Щиплет… Он вздохнул, будто я его утомила. Убрал вату, наклонился ближе и начал медленно дуть на палец. Поначалу его воздух был прохладным, но потом от тяжелого дыхания по коже побежали мурашки. — Т-ты что делаешь? — Дую. Чтобы не щипало. — Не нужно. — Должно же помочь. — Я лучше под воду… — я попыталась встать, но его тёплая ладонь мягко легла на запястье, останавливая. — Сейчас. Потерпи ещё немного. Должно стать легче. Медленно я опустилась обратно на стул, оперлась локтями о колени наблюдая, как он старательно продолжал дуть на мой палец. Еще и так серьезно… Теперь он совсем не кажется мне плохим. И вчера он тоже казался мне хорошим… Но разве это что-то меняет? Не стоит забывать… — Хватит... — тихо попросила я. Он поднял голову, и в его глазах я увидела вопрос. — Помогло? — Да, — я отвернулась, — Спасибо, уже не щиплет… Молча он опустил мой палец, поднялся открыл коробку с пластырями, посмотрел на них и бросил обратно в аптечку. — Не подходят. — Почему? — Я сейчас. — Куда? — Позвоню. — Кому? — В машине есть аптечка. — Не нужно… — я достала тот же пластырь. Развернула, и уже собралась клеить, но он перехватил мою руку, забрал пластырь и смял его в кулаке. — Что? Ты… что делаешь? — Он плохой. — Я уже клеила такой. Они нормально держатся... Наблюдая как он поднял с кармана джинс телефон, я достала ещё один. Но как только хотела клеить, он вновь стащил пластырь смял его, и сразу поднял аптечку со стола. — Постой. — Нет. — Отдай... Игнорируя меня, он вышел в гостиную, затем в коридор и пошёл к выходу. Я побежала за ним, выйдя из за угла заметила что он открыл дверь, передавая аптечку кому-то за порогом. — Поменять, — коротко бросил. — Хорошо, — донеслось с той стороны, и дверь закрылась. Он повернулся ко мне, протягивая свою ладонь, пока в другой руке был какой-то странный на вид пластырь. — Палец. — Это что вообще такое? — я с подозрением уставилась на него. — Ты откуда это достал? — Неважно. — Для меня важно. Я не буду клеить на палец непойми что. — Обычный пластырь. Он не отклеится. — От тебя это странно слышать. Верни мою аптечку, я хочу тот. — Уже унесли. Поменяют на такие же. — Поменяют? Зачем? — Палец, — перебил он, снимая защитную пленку. Я с сомнением все ещё смотрела на него, потом на пластырь, и снова на него. — Ну… Он же потом отклеится? — Да, — серьёзно ответил он. — Это точно да? Скажи... точно. — Точно. Осторожно я протянула ему руку. Его пальцы коснулись моих, такие тёплые, чуть шершавые. Наблюдая, как он смотрит и как осторожно, едва касаясь, приклеивает пластырь на порез. В груди что-то сжалось, и сердце стало биться быстрее. Так аккуратно… — Спасибо, — неловко пробормотала я, улыбнувшись. Он ничего не ответил. Я попыталась забрать руку, но он не отпустил. Медленно поднес палец ближе к своему лицу, рассматривая, а затем вдруг наклонился и зачем-то коснулся пластыря своими губами. П-поцеловал? Щеки вспыхнули, а по коже пробежались мурашки. — Т-ты… — голос предательски дрогнул. — Ты чего делаешь? — Целую. — Зачем? Он поднял глаза. Серо-зеленые. Такие яркие. Спокойные. Но теперь в их глубине была растерянность. Словно он и сам не до конца понял, зачем это сделал. — Чтобы быстрее зажило. — спросил он. — Это… так не работает. — Знаю. Открыв рот, я закрыла. Но ни одной связной мысли в голове теперь не было. Чувствуя тепло на кончике пальца, особенно там, где он только что поцеловал. Вернее, поцеловал пластырь. Я окончательно растерялась, не зная, как реагировать. Пока сердце в очередной раз ёкнуло громче, смотря на него. Раньше он ведь тоже так делал. Но сейчас... Сейчас… это… Нет. Сейчас нужно что-то сказать. Хоть что-нибудь. Нельзя же просто стоять и молчать. — Н-ну, это… — Это? — он чуть наклонил голову. — То есть… Просто… Н-не нужно было этого делать. — Я не спрашивал. — Ч-что? — Сам захотел. Захотел? — Пожалуйста, — добавил он и отпустил мою руку. Я так и не успела ничего ему ответить. Он развернулся, и спокойно ушёл обратно на кухню. Оставив меня в коридоре с безумно колотящимся сердцем. Поднеся палец к глазам я с недоумением рассмотрела его и вдруг почувствовала, как левый глаз задёргался. Просто захотелось?… Тяжело вздохнув, я поплелась на кухню, старательно пытаясь успокоиться. Как только прошла через арку, заметила, что он уже сидел за столом откинувшись на спинку стула смотрел в телефон. Абсолютно невозмутимо. Я подошла к столешнице стараясь не оборачиваться, взяла полотенце, и начала протирать без того чистую тарелку. Лишь бы хоть чем то заняться, чтобы не думать, когда позади услышала его голос. — Пирог. Вздрогнув я обернулась. Заметив что он облокотился о край стола и теперь внимательно смотрел на меня. …Спокойно. — Придётся подождать, — выдавила я улыбку, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Хорошо. — Да и печься он будет долго... — добавила тише, — А ещё уже поздно... тебе, наверное, пора домой. Он ничего не ответил, обратно уткнулся в телефон. Как обычно или намёков не понимает, или игнорирует… Или все понимает? Просто уходить не хочет… Вытирая ту самую злополучную тарелку, я поняла, что уже в который раз смотрю на палец и обратно думаю о нем. Понимая что того гнетущего напряжения тоже больше не было, и стало спокойно. Даже слишком. Интересно почему... Я посмотрела на пластырь и осторожно провела по нему большим пальцем. Ну... Если он так хочет, пусть остается на ночь. Затем открыла нижний ящик, и достала муку. Поставила её на стол, подошла к столешнице и потянулась к верхнему шкафчику. — Теперь… — Помочь? — раздалось неожиданно за спиной. Я чуть не выронила миску. Обернулась а он стоял рядом, даже не слышала, когда он подошёл. — З-зачем так подкрадываешься? — Спросил. Ты похоже не услышала. — Не нужно помогать, — я прижала сильнее миску к груди — Ты же гость. Вот сиди и просто жди. Развернулась и обратно потянулась к шкафчику, но вдруг почувствовала лёгкое давление со спины. Сначала не поняла что происходит, но увидела как его рука тянется к коробке, которую он поставил на стол прямо перед мной. — Помогу, — сказал он так близко, что я ощутила его дыхания у самого уха. — Спасибо. Но я и сама могу… Я покосилась на него через плечо. Стараясь не обращать внимания, опустила взгляд в коробку, где были дрожжи. Но вскоре поняла что никак не могу найти пудру. — Я же помню она была здесь… — Что-то не так? — раздался его голос позади. — Нет… — протянула я, снова заглядывая в коробку. — Просто никак не могу найти пудру. — Пудру? — Да… — я чуть улыбнулась. — Может, использовала её уже в прошлый раз. Не помню. Я вздохнула, закрыла коробку и подняла руку, чтобы поставить её на место. Но он снова подошёл ближе, забрал коробку у меня из рук и поставил обратно на полку. — Я помогу. Поможет? — Тогда… не мог бы ты сходить в магазин? Он молча кивнул. Я проводила его взглядом. Затем услышала как входная щелкнула, будто закрылась. Он правда… ушел? Даже не верится… Уже улыбнулась, но через секунду дверь стукнула. Обернувшись, я увидела, как Нацу зашел на кухню, и поставил на стол пакет. — Я купил. — Как ты так быстро? Он сел за стол, достал телефон, и на его губах появилась лёгкая, едва заметная улыбка. — Сходил и забрал. — ответил он набирая что-то в телефоне. — Ничего себе… Поставив миску на стол, я насыпала муку и добавила дрожжи. Пытаясь сосредоточиться на тесте, но теперь снова ощущала, как он за мной внимательно наблюдает. Будто под надзором. — А ты собираешься просто тут сидеть? — Мешаю? — Не то чтобы… — я отвела взгляд. Подошла к холодильнику, достала масло и яйца. Взяла молоко, открыла и добавила в миску. Следом нарезала масло, насыпала сахар, разбила яйца. Включила миксер. Шум заполнил кухню и немного заглушил мысли, но его взгляд на себе стал будто только тяжелее. Когда выключила его, и стало тихо. Я добавила муку опустила руки в мягкое, ещё липкое тесто. Месила, стараясь не думать о том, что он наблюдает. Чувствуя как пальцы становятся липкими, я вдруг вспомнила про пластырь. — Он и правда хороший… Даже не отклеился. — Я же говорил. Я вздрогнула и подняла глаза. — Т-ты, когда подошёл? — Только что. — сказал он, скрестив руки на груди. Заметив как он смотрит в миску вдруг почувствовала как щеки начали гореть. — Тебе интересно? — тихо спросила я. — Да. Я улыбнулась и опустила глаза, стараясь не обращать внимания на то как он стоит близко. Продолжая вымешивать тесто. Обычно, я кладу её позже… Может, в этот раз добавить прямо в сюда? — О чём задумалась? — вдруг спросил он. — А? — я подняла голову. — Только улыбалась, а теперь лицо изменилось. Стала серьезной. — Я вспомнила маму... — тихо начала я. — Она часто пекла пирог, когда я была маленькой. Тогда он казался самым вкусным на свете... Но сколько ни пытаюсь делать по её рецепту, всё равно выходит не тот вкус. — Может, тогда дело не в рецепте… — сказал он задумчиво и замолчал. — А в чём? — В тебе. Ты пытаешься делать так, как делала она. Но ты не она. Поэтому и вкус получается другой. — Откуда у тебя такие мысли? — Когда долго наблюдаешь за кем-то... Начинаешь понимать. — Значит ты понял это просто наблюдая за мной? — Да. Я покосилась на него, но его лицо было серьезным. — Это сейчас должно было меня напугать? — А пугает? — Не то чтобы… — я замолчала на пару секунд, — Уже нет. Я опустила глаза, чувствуя, как сердце застучало быстрее. — Как думаешь лучше добавить цедру в тесто?… — В любом случае, это будет твой пирог и я попробую его первым. — А вдруг он не получится? Он поднял голову и встретился со мной взглядом в котором была уверенность. — Получится. — Знаешь... — я улыбнулась, отводя взгляд. — А ты совсем не такой… — Такой? — Ну... — задумчиво протянула я. — ты очень внимательный. Хотя иногда бываешь странным… Он так ничего и не ответил. Я скатала тесто в шар, завернула в плёнку и убрала его в холодильник. Вытерла руки и взялась за нож чтобы дочистить апельсины, но он неожиданно мягко схватился за запястье, потянув руку на себя. — Дай мне, — сказал он спокойно. — Зачем? — Порежешься. — Я в этот раз аккуратно… — попыталась возразить, но он забрал нож из моих пальцев. — Я сам. Говори, что нужно делать. — Ладно… Нужно снять цедру, это только оранжевую часть. И потом разложить её дольками. Он кивнул и взял апельсин с досточки. Я смотрела, как его пальцы уверенно держат нож и как он срезает кожуру. Так тонко, и так аккуратно, будто делал это тысячу раз. — Ничего себе, — я подалась ближе. — Значит, ты поваром подрабатываешь? — Нет. — А где так научился? — Приходилось. — Приходилось? — Готовить. — Когда? — Когда жил один. — Понятно… Молча он продолжал чистить апельсин ровными дольками. Наблюдая за его длинными тонкими пальцами почему-то почувствовала, как щеки заливаются краской. — У тебя так хорошо получается это делать… Засмотревшись, заметила, как он поднял взгляд. Наши глаза встретились всего на секунду, и я быстро отвернулась к раковине, схватив полотенце. — Значит, ты… умеешь готовить? — спросила я через плечо. — В детстве, — спокойно ответил он. — Когда жил один, часто готовил себе сам. — А сейчас? — Заказываю только. — Значит, каждый день? — Ага. — в его голосе послышалась лёгкая усмешка. — Выбор небольшой, зато приносят быстро. — Ты правда странный. — Ты уже говорила… Готово. Я обернулась и подошла ближе. На тарелке лежали идеальные дольки, такие ровные, будто с картинки. — Так красиво получилось. — Ещё нужно? — Нет, — я покачала головой, беря тарелку. — Дальше я сама. Спасибо тебе большое. Он кивнул, но не ушёл, продолжая стоять на месте. — Ты чего? — Жду. — Ждешь? — Когда скажешь, что делать дальше. — Больше ничего не нужно, — я мягко улыбнулась. — Присядь лучше за стол, а то будешь отвлекать. — Чем? — Ну… ты стоишь под боком и наблюдаешь за тем что я делаю... — пробормотала я, отводя взгляд. — Это немного отвлекает. — Ты сказала, не против. — Ну, ты мог хотя бы присесть? — Где? — За стол... — я обвела взглядом кухню. — …если хочешь, можешь посидеть в комнате. — Значит, прогоняешь? — Нет, — быстро ответила я. — Просто… прошу подождать в другом месте, чтобы я могла не отвлекаясь быстро закончить пирог. Пару секунд он еще смотрел на меня, потом молча кивнул, оставил нож на досточке и вышел. Я проводила его взглядом, вдруг почувствовав как внутри стало разливаться странное тепло. И с чего это… Прогоняя наваждение, я достала тесто из холодильника, выложила его на стол, и начала раскатывать. Но мысли, как назло, были совсем не о пироге. Все возвращаясь к нему. Как он смотрел. Как говорил. Как стоял рядом. Как поцеловал палец и как после помог. Был таким... мягким. Добрым и внимательным. Совсем не таким, как обычно. И вообще когда-либо… Я даже не поняла как за этими мыслями раскатала тесто, и как выложила его в форму. Но, когда потянулась за банкой джема, замерла на месте. — Ц-цедра… — прошептала я. Так и не добавила её в тесто. Несколько секунд я просто стояла, глядя на форму. Но смирившись, тяжело вздохнула. — Тогда… добавлю её как обычно в джем. Я быстро закончила с пирогом и поставила его в духовку. Пока он пекся убралась на кухне. Вымыла всю посуду, и только когда закончила, заметила, что за окном уже совсем стемнело. — Восемь? — подняла я взгляд уставившись на часы. — Так быстро… А где Нацу?… Замерев. Сердце почему-то громко ёкнуло. — Может… ушёл? Уже ведь так поздно... Выйдя из кухни я вошла в гостиную, но там было пусто. Взгляд сам скользнул к двери в мою комнату, она была чуть приоткрыта. Я подошла, и осторожно толкнула её. Увидев что он сидел в кресле и похоже спал. — Уснул?... — прошептала я, подходя ближе. Откинувшись на спинку, придерживая голову ладонью его локоть упирался в подлокотник. Свет от лампы освещал бледное лицо. Он выглядел в точности так же, как тогда, когда уснул в машине. Он выглядел… уставшим и каким-то совсем другим. Таким спокойным, беззащитным. Без этого своего надменного взгляда. Я опустила голову и вдруг увидела в его руках знакомую розовую тетрадь. Щёки вспыхнули, а сердце неприятно сжалось от стыда, ведь я слишком хорошо знала, что там написано. Не только мысли. Чувства. То, что я никому не показывала, не рассказывала... Даже Леви обещала дать прочитать только тогда, когда закончу. А он взял… и прочел. Тогда почему… Я должна была разозлиться. Должна была разбудить его, и устроить целый скандал, а потом выгнать из дома. Но глядя на него спящего, с моей тетрадью в руках, и таким беззаботным лицом... Злость куда-то сразу исчезала, и осталось только это странное, щемящее чувство в груди. Осторожно, я присела на корточки рядом с креслом, внимательно рассматривая его лицо. Совсем не понимая для чего ему это было нужно. Он ведь ещё тогда хотел прочитать его… — Значит поэтому… полез в мой ящик? — едва слышно прошептала я, чтобы не разбудить его нарком. Он чуть нахмурился во сне, будто сквозь сон услышал мой голос. Я посмотрела на свою тетрадь в его пальцах, осторожно потянула за уголок, но он не так и не разжал. Будто даже во сне не хотел отдавать. — Отдай, — прошептала я тише, потянув сильнее. Но стоило чуть сдвинуть тетрадь, как его пальцы сжались ещё сильнее. Я замерла и подняла взгляд на его лицо, но он всё также сидел с закрытыми глазами. Вздохнув, я сдалась. Поднялась, огляделась по комнате, взгляд сам упал на плед, висевший на спинке кровати. Я взяла его и вернулась к нему, осторожно, чтобы не разбудить, укрывая его плечи. И главное… уснул. Неужели ему настолько стало скучно? Отойдя я присела на кровать, обхватила колени руками. Смотря на его пальцы, что все еще держали мою тетрадь. На розовую челку, упавшую на закрытые веки. На плед, который чуть сполз с его плеча. За окном уже давно было темно. И, даже так, мне не хотелось чтобы он просыпался и куда-то уходил. Не хотелось думать о том, что будет завтра… Но я знала, если мне спокойно рядом с ним… Это ведь неправильно… правда?