Глава 15.

Джокер вышел из палаты только поздним вечером, когда Кира уснула, и ещё несколько часов просидел в машине под окнами больницы. Он почти подъехал, когда Мэтр сообщил о приходе родителей Киры. Понимая, что ничем хорошим разговор не закончится, ускорился и успел пару секунд понаблюдать за «милой» беседой. Саша был наслышан о Марте Болотовой, но к своему счастью прежде ни разу её не видел. Знакомство прошло несколько уже, чем он предполагал — прежде думал, что за отношение к младшей дочери выскажет ей пару нелестных и спустит с лестницы, но за несколько мгновений в палате твёрдо решил, что отправит мамашу на тот свет вместе с муженьком и невменяемой старшей дочерью. Злость росла с каждой секундой: пока шёл врач, пока Кире повторно накладывали швы, пока она делала вид, что уже всё в порядке. — Саш, всё нормально. Это не было такой уж… неожиданностью, так что… Я в норме, правда. Контроль эмоций никогда не был его сильной стороной, но при Кире он пытался сдерживаться. Качал головой и блёкло улыбался, радуясь, что ничего страшного не произошло, и делая вид, что верит всему, что она говорит. И получилось вроде бы неплохо — по крайней мере Кира не сказала, что у него слишком мрачный вид или убийственный взгляд. Оставшись же наедине с собой, Джокер думал лишь о том, что теперь делать. Во первых, Киру нужно было срочно из всего этого вытащить и постараться оградить от родственников, которые оказались хуже любого врага. Во-вторых, разобраться с непосредственными виновниками последних жутких событий. — До Клоуна можно будет и через зеков добраться, — тихо вслух рассуждал Саша. — Эту родители скорее всего отмажут и сплавят куда-нибудь… — Он задумчиво провёл пальцем по подбородку. — За этим надо будет проследить. Мэтр остался охранять покой Киры до утра, а Джокер отправился к Ворону — поздние визиты в дом отчима почти стали чем-то обыденным, со временем Василиса даже перестала возмущаться, что он не даёт им спать спокойно. Джокер на это только ухмылялся, одним своим видом показывая, что прекрасно знает, как они там пытаются спать. Вениамин Сергеевич сидел на террасе и бокалом горячего чая, будто ожидал Сашиного приезда. Когда он поднялся, Ворон указал на кресло рядом. — Давно ты так девушек не опекал. Горжусь. Надеюсь когда-нибудь с ней познакомиться. — Я тоже надеюсь, — устало произнёс Джокер и потёр переносицу. За последние несколько дней он и правда вымотался, оставив сон и покой. Тревога, облегчение, снова тревога. Он и правда давно ничего подобного не испытывал и давно так сильно не терзал себя переживаниями. Саша жутко устал, но ничего не мог поделать. Пусть Кира в больнице под присмотром врачей и Мэтра, она всё ещё не в полной безопасности. Кто же знал, что мамаша настолько поверит в себя, что рискнёт угрожать и навредить дочери в таком месте и при свидетелях. Ублюдская семейка. И как только Кире удалось вырасти нормальной и не свихнуться? Картинка вновь всплыла перед глазами, и Джокер скрипнул зубами. — Что-то ещё случилось? — участливо поинтересовался Вениамин Сергеевич. — Сестру Киры задержали по подозрению в организации похищения. Болотовы приезжали в больницу и требовали, чтобы Кира… не свидетельствовала против сестры. Опершись на подлокотники кресла, Ворон сложил руки перед собой и отвернулся, без интереса наблюдая за темнеющим горизонтом. Глядя на молчащего отчима, Саша заметил, как тот повёл головой, явно недовольный ситуацией. Это вселяло надежду на то, что он поможет или не станет мешать, потому что без разрешения и приказа Ворона Джокер сильно ограничен в возможностях. А Болотов всё же их клиент. — А строил из себя такого приличного человека, — усмехнулся Вениамин Сергеевич. — Всё для семьи, всё для семьи. А по итогу у хорошего семьянина росла такая несчастная дочка. Как она, кстати? Джокер чуть вздёрнул брови и хмыкнул. — После особо бурного общения с мамашей пришлось заново накладывать швы. А так ничего. Такое впечатление, будто это всё на неё вообще никак не повлияло. Это радовало его, но в то же время и пугало — что же такого ей пришлось пережить в прошлом, что она смирилась с настоящим кошмаром. Или всё же не смирилась, а лишь мастерски сыграла «порядок». Как бы там ни было, Саша пообещал себе сделать так, чтобы Кира по-настоящему пришла в норму и больше никогда не испытывала ничего настолько ужасного. — Что думаешь с ними делать? Джокер бросил на отчима слегка удивлённый, благодарный взгляд, в одно мгновение осознав, что ему буквально развязали руки. Вздохнув, он озвучил всё, о чём размышлял у стен больницы и по дороге загород. Прищурившись, Ворон задумчиво покачал головой и в итоге согласно кивнул, тем самым дав своё разрешение на дальнейшие действия. — Держи меня в курсе. Нужна будет помощь — сразу говори, может и подскажу чего-нибудь. А как всё закончится — зови свою даму к нам на ужин. — Спасибо. Саша кивнул и поднялся. Он собирался поставить звонок на самую большую громкость, чтобы всегда быть на связи с Мэтром и при необходимости сразу же приехать к Кире, и сразу лечь спать. Усталость давала о себе знать всё ярче, и начинало казаться, что любой шаг сейчас может стать для него последним — вырубится прямо на ходу. — Кстати, — Ворон окликнул Сашу, когда он уже почти стоял на пороге, — слышал новость? Джокер нахмурился и отрицательно покачал головой. Его сейчас ничего не волновало, кроме Киры и её состояния. — Соня вернулась в город. Поначалу Саша не сообразил, о ком вообще идёт речь. Ну была у него парочка знакомых Сонь, одна из которых уже как полгода дружила с вороновой Василисой. Только никто из них вроде как город и не покидал, хотя не то чтобы Джокер активно следил за их жизнями и передвижениями. Но во взгляде Вениамина Сергеевича что-то едва заметно изменилось, и Саша будто бы прозрел, моментально осознав, к чему ведёт отчим и на что он же подталкивает. Забавно. Любая другая ситуация вряд ли бы его на это сподвигла. Так неужели состояние и решительность пасынка вдруг стали для него чуть важнее собственных принципов? Джокер усмехнулся. — Тогда я обязательно к ней зайду.

***

Окультуривание Александра Комолова началось и закончилось в школьные годы, когда мама пыталась привить ему любовь к творчеству и искусству. Сходив на пару-тройку выставок и спектаклей, из-за которых на него насильно натягивали костюм с галстуком, Саша решил, что подобные мероприятия слишком плохо сказываются на его настроении, потому больше он их посещать не намерен. На все уговоры матери он твёрдо заявлял, что в следующий раз ей за его поведение будет очень стыдно, потому лучше продолжать не стоит. Всё началось сначала, когда Джокер перерос школу, тяжёлое детство и его последствия. Приведя пасынка в «божеский вид», Вениамин Сергеевич отправил его по очень важному делу в недавно открывшийся музей, которым управляла молодая и талантливая Софья, остальными данными которой Саша до сих пор так и не разжился. Помимо музея, Соня занималась делами, которые наводили суету на весь город и очень не нравились Ворону. Состоялся короткий разговор, в рамках которого Джокер совершенно случайно поучаствовал в экскурсии, загорелся небольшим интересом и даже почувствовал что-то наподобие восхищения. С тех пор прошло пять лет, за которые Саша не раз заглянул к Соне на огонёк и подкинул парочку заказов. В тайне от Ворона, разумеется. А потом она переехала в Лос-Анджелес, и общение их свелось на нет. Глядя на двери процветающего музея, Джокер думал о том, что всё очень удачно складывается. А ведь Ворон всегда был против. Впрочем, этот случай особенный. — Александр, солнце моё, — Соня с улыбкой встретила его на пороге, моментально заключая в объятия, — вот уж не ожидала так скоро тебя увидеть. — Почему я узнаю о твоём возвращении от Ворона, а не от тебя лично? — Ну, — она кокетливо повела плечами, — до меня тут слух дошёл, что у тебя девушка появилась. Вдруг бы увидела, подумала не то, а я не хочу рушить чужие отношения, хоть ты мне и весьма симпатичен. Джокер хмыкнул. — Как мило с твоей стороны думать о ком-то, кроме себя. — Ну это же ты, о тебе я думаю постоянно. — Ну да, ну да. А вообще я по делу. — Да кто бы сомневался. Пойдём. Войдя под ручку в кабинет, они устроились за чашкой кофе на бархатном диване. — Ну рассказывай, что тебя ко мне привело. Поставив чашку на низкий журнальный столик, Саша нашёл в телефоне фотографию и продемонстрировал Соне. Та окинула её оценивающим взглядом и ухмыльнулась. — Интересный экземпляр. Думаю, будет иметь большую популярность. — Вернув телефон Джокеру, проследила за тем, как он убирает его в карман пиджака. — Сильно зацепила? — Да не то слово. Ещё никто так сильно не, — он хмыкнул, сделав глоток, — цеплял. Данные я тебе перешлю и скажу, когда нужно приступать к работе. Соня с удивлённой улыбкой нахмурила брови. Каждый предыдущий заказ сопровождался фразой: «Надо всё сделать как можно быстрее», потому уточнение в виде конкретных сроков именно начала показалось ей очень странным. Впрочем вопросов Соня задавать не стала, согласно кивнув, и продиктовала новый номер телефона. Допив кофе, они попрощались, и Джокер вышел из здания музея. — Согласилась? — поинтересовался ожидавший в машине Шрам, хоть и знал, что Соня Саше никогда в работе не откажет. К тому же за те деньги, которые он предлагал в уплату. Иногда Вит считал, что её потенциальные «клиенты» таких сумм не стоят. — Разумеется. Поехали к Тельцову, пусть узнает — что там с Болотовой. «А пацаны за квартирой проследят».