Глава 4

      Ни единого глаза за ночь так и не было сомкнуто. Диана оторвала голову от своих скрещенных на столе рук. Рядом лежали несколько заполненных отчётов начальнику смены. Вожатская рубашка так и не была застегнута, а кубик, зацепленный за шорты, куда-то пропал. Прядь волос прилипла к щеке и отказывалась отлипать, а ноги от такого сна затекли.       «Не так я себе это планировала: то демоны без правил, то какие-то технологии еретические, то мутанты по лагерю бегают, а за ними те самые „демоны без правил“ гоняются… Надо умыться чем-то похолоднее. Желательно — жидким азотом.»       Диана вяло встала из-за столика и подошла к шкафчику.       «Хватит ли мне сил пробежаться пару кругов?»       Скинув рубашку и шорты, Диана решила раскрыть последний запаянный пакет с выданной одеждой. Из пакета «спорткостюм ж» выпали на кровать: черная футболка женская, чёрная майка-борцовка, чёрные штаны с белыми полосками по бокам, чёрные шорты от той же фирмы, мастерка с белыми полосками на правом рукаве, еще один набор носков, правда на этот раз чёрных, и ворсовый напульсник с огромной брендовой надписью. Столько чёрной одежды, казалось, вожатая ещё никогда не видела.       «И как это все сюда поместилось?», — посмотрела Диана на разорванный пакет, так грустно лежащий на полу.       Часы в домике показывали ровно восемь, а значит, что до подъема оставался ещё час.       «Ну, не начнёшь — не продолжишь, — решила Диана выбраться бегать в футболке и шортах. — К девяти часам снова станет жарко, как не знаю где»       Одевшись по последней спортивной моде, забравшись в свои старые привезенные «заловые» кроссовки, Диана вышла из домика и пошла в ранее неизведанную часть лагеря — на стадион. Дойдя до места назначения, вожатая как минимум удивилась размеру занимаемой им территории. Футбольное поле внутри бегового кольца казалось почти полноразмерным. В этом же кольце, на одной из сторон, размещались волейбольная и баскетбольная площадки. На противоположной стороне была обыкновенная «дворовая» спортплощадка с турниками, брусьями, лестницами и канатами. Чуть дальше от бегового кольца виднелись летние открытые умывальники, коих в лагере было много, а рядом со входом на территорию спортзоны, что была окружена заборчиком, располагался небольшой крытый спортзал. В самом конце спортзоны была ещё одна постройка, но понять, чем она являлась, со входа, было невозможно. Только позже, пробегая мимо, Диана отметила, что это была сцена.       Наступив на прорезиненное покрытие беговой дорожки, Диана прошлась примерно до спортплощадки и только там приняла решение начать бег. На втором кругу вожатая заметила, что у неё появилась компания. В спортзону зашёл парень в черной безрукавке и штанах. «Коллега» сразу направился к «уличным» снарядам, глянув на беговую дорожку с явным презрением. Пробежав четыре полных круга, Диана решила, что ей хватит. Сердце было запущено, и кровь стучала в висках. Особой выносливостью она никогда не обладала, так что бегать дальше — насиловать организм. Сойдя с дорожки и подойдя на площадку, Диана узнала пришедшего мальчика. Это был Никита, первый по старшинству в её отряде. Отсутствие лагерной формы неплохо преобразило его внешний вид, а черная безрукавка подчеркивала сухие мускулистые руки.       — Здравствуй, Никита, тоже любитель утренних зарядок?       — Ой, — обернулся Никита, услышав Дианин голос. — Н-нет, совсем не любитель, — сказал парень, запинаясь и отводя глаза. — Это больше как обязанность.       — Обязанность значит?       — Д-да.       — А чего ты без своей невесты?       — Если её разбудить раньше положенного — то ядерная война покажется пустяком.       Диана посмеялась, не ожидав услышать такой ответ. Никита лишь скромно улыбнулся.       — Неплохо. Так, а в чём обязанность-то?       — Обязанность — держать одну весовую категорию. Считать калории там… с завистью смотреть на тех, кто ест, что хочет, — всё свободнее начинал говорить улыбнувшийся парень.       — Вот как? Ты боксёр что ли?       — Нет, но вы близко. Я кик-боксёр. Смежные боевые искусства.       — Здорово! Знаешь, я тоже увлекаюсь боевыми искусствами, но больше, как хобби. Через день в зал хожу.       — Ну, у вас отличная… — замялся парень, — форма.       «У-у, совсем потерянный малый.»       — Спасибо. Я калории, конечно, не считаю, но тоже за собой слежу. У тебя есть какая-то особая программа, или ты по ситуации упражнения подбираешь?       — По ситуации в основном. Хотите со мной?       — С удовольствием!       Никита по-быстрому, рассказал, что хотел проработать сегодня, и принялся выполнять упражнения. Первым были подъёмы ног, повиснув на турнике. Никита говорил, что самое важное в этом упражнении — вовсе не поднять ноги, а медленно их опускать после. Выполнив так десять повторов вместе с Дианой, они перешли к следующему упражнению, коим оказалась растяжка. Никита спокойно забросил ногу на гимнастическую лестницу на пару перекладин выше чем вожатая и принялся потихоньку отставлять ногу на земле, чтоб увеличить угол растяжки. Диана такое повторить была не в силах. Следующим упражнением было скоростное лазание по канату. Никита говорил, что лучшего упражнения на силу хвата и на сгибательные мышцы рук еще не придумали. Вожатая оказалась в силах составить конкуренцию парню и выполнила это упражнение. Ну и последним было упражнение на равновесие. В принципе — самая обыкновенная школьная «ласточка», но для ноющих и уставших мышц, она оказалась тем ещё испытанием. Никита выполнил упражнение, простояв так примерно минуту, но Диана не смогла и чуть не упала. Хорошо, что парень успел её подхватить.       — Простите, пожалуйста, — сказал он, краснея как помидор.       — Да я «спасибо» тебе должна сказать. Вот это у тебя ритм! Мне такой держать тяжеловато.       — Это только первый круг, таких надо минимум три.       — Уволь! С меня одного хватит, — улыбнулась она. — Я же надеюсь, ты продолжишь ходить сюда по утрам? А то скучно одной.       — Д-да.       — Вот и отлично. Спасибо за тренировку. Мне пора, увидимся на завтраке.       — Увидимся… — тихо сказал парень вслед уходящей вожатой.       Диана вернулась в домик и глянула на часы. До подъёма оставалась минута.       «Как раз успею переодеться.»       Униформа снова украшала вожатую, и только она повязала галстук — прогудел горн. Взяв полотенце, щётку и зубную пасту, она двинулась к летнему открытому умывальнику.       Все симптомы недостатка сна в момент испарились, когда вода коснулась её лица, она была ледяной и сводила зубы. Как такой было умываться — Диана представления не имела, но пришлось себя пересилить.       Сзади тихо подошли остальные сонные коллеги, и каждый пожелал доброго утра на своём языке.       «Вот им сейчас „сюрприз“ водичка подкинет», — усмехнулась вожатая, предвкушая реакцию коллег на утренние «пытки».       Вернувшись к домику, она обнаружила сидевшую на ступеньках Мари. Она была в форме, умытая, а главное — выспавшаяся.       — Бонжур, мадам Диана́.       — И тебе «привет», — перестроилась Диана на французский, — Я мадмуазель, по-вашему.       — О, Екскьзе муа.       — Ты что-то хотела, чудо?       — Вы пересмотрели ко мне отношение? Я, как вспоминаю ваш взгляд, тогда, на остановке, до сих пор жутко становится, — Продолжила Мари на французском и по-детски улыбнулась.       — Ну, я не знала, что от тебя ждать. Сойдёмся на том, что пересмотрела.       — Хорошо. Я хотела убедиться, что вы не потеряли мой подарочек. Это важно.       — Заходи тогда. Я зашторю окна.       Мари встала, отряхнула сзади юбку и сложила руки за спиной. Диана открыла домик и запустила вперед юную Круа. Уже внутри вожатая закрыла дверь и прошлась по домику, закрывая окна.       — Готово. Давай, только быстро.       Мари хлопнула в ладоши. Опять на момент вспыхнуло пламя, из которого появилась уже знакомая демоническая фигура.       — Этого я и боялась. Где устройство?       — Я же вчера в шортах выбежала, — Диана подошла к куче с одеждой. Нужная пара лежала под спортивной формой, на них действительно висел заветный кубик, — вот он, — перевесила она устройство на пояс юбки.       — Всегда носите с собой, — Мари снова хлопнула в ладоши, вернув человеческий облик.       — У меня появилась нянька?       — Никому не повредит лишний пинок.       — Ты посмотри какая! У кого научилась?       — У мамы Авелин. Она часто в последнее время так говорит.       — Разрешишь ещё вопрос?       — Да, какой?       — Твой палец. Что с ним?       Мари, похоже сама не обратив внимания, потёрла палец левой руки.       — Отрезало порталом, когда я была совсем мелкой, — грустно сказала она. — Пока это все, что я вам расскажу.       — Ладно, тогда — на выход. Через десять минут будет завтрак.       — О, это хорошо. Тогда я пойду, пожалуй, — вернулось к Мари её настроение.       Диана открыла дверь и выпустила гостью.       «Нужно сдать отчёты и прошения за Сережу и Алиту. Интересно, иностранцы хоть какой-то клуб займут под своё руководство? Отрезало порталом…» — думала вожатая.       — Здравствуйте, Диана, — сказал из неоткуда взявшийся Сережа.       — Только о тебе думала. Какими судьбами ты тут в такую рань?       — Думали значит? — улыбнулся здоровяк и поправил очки.       — Не обольщайся, я просто вспомнила, что нужно отнести заявление.       — А, ну тоже неплохо. Диан?       — Да?       — А кто это вышла с вашего домика? Вы не подумайте… Я не в свои дела лезть не хочу, но…       — Понравилась?       — Что вы, нет!       Диана посмотрела на него, подняв одну бровь, и улыбнулась.       — Да… Немного.       — Тогда «немного» выучи французский. Это Мари.       — Да я понял уже, что иностранка. Я-то со всеми нашими уже знаком.       — Так, что ты хотел?       — Узнать, что по распорядку дня. Вчера ж вроде был ознакомительный день, а сегодня нужно что-то начать делать?       — Точно, — Диана достала распорядок смены из кармана юбки. — Сегодня у нас… Не поверишь. Сегодня нужно всех распределить по тем самым кружкам…       — Предсказуемо.       — Все-то ты знаешь, о мудрец.       — Вы мне льстите.       — Ладно, я побежала отнесу заявления, а ты сиди на попе ровно и жди завтрака, — Диана отстегнула рацию с пояса и поднесла ко рту, — Рита, доброе утро!       — До-оброе, — сипло протянула рация в ответ.       — Ведёшь сегодня отряд на завтрак без меня. Я приду позже.       — Поняла, — ответила Рита, а Диана повесила рацию на пояс.       — Хотите плохую новость? — спросил Сережа.       — Какую?       — У вас рация одноканальная.       — А теперь по-человечески, пожалуйста.       — Всё, что вы говорите, слышат и остальные вожатые, — ткнул Сережа пальцем на, казалось, стоящего недалеко Гарри, в чьей рации отчетливо прозвучало сообщение Дианы.       — А это плохо?       — Это неудобно. Если найдёте время, то принесите вашу и Ритину рацию мне, я перенастрою. А то странно, когда ваше сообщение слышат все.       — Поняла. Всё, я побежала.       — Удачи вам, — махнул Сережа на прощание.       Диана быстро дошла до админкорпуса. Дверь не была закрыта и не стала препятствием, но отсутствие начальника смены заставило притормозить. Пришлось молча оставить бумаги у него на столе и выйти наружу. Как раз прогудел горн.       «Пора и поесть», — с такими мыслями Диана поспешила в столовую.       Раздача была пуста, а все дети, на удивление, уплетали свои завтраки молча. Наташа стояла и любовалась этим зрелищем, а Диана взяла поднос и подошла. Повариха это увидела и поспешила за раздачу, чтоб положить вожатой её завтрак.       — Приветик, — поздоровалась она.       — Привет. Чем радуешь, Наташ?       — Ничего особенного. Блинчики с творогом и чай, — поставила повариха на поднос тарелку с тремя ароматными блинчиками, чашку чая и маленькую соусницу, с содержимым, по запаху напоминающим варенье.       — Ого, одним этим блинчиком можно роту солдат накормить.       — Обернись, вон твоя рота сидит. Даже самые младшие уже доедают.       — Надо их догнать.       — Давай, приятного аппетита, — улыбнулась Наташа.       — Спасибо, — улыбнулась Диана в ответ.       Из вожатых никто так и не заметил опоздания коллеги — настолько все были увлечены столь простым и вкусным блюдом. От Гарри постоянно слышалось, что «джем» и что-то про «пёрфект». Луи же не поддался искушению и ел манерно, хоть его лицо говорило что-то типа «Вот не видел бы никто — я б их жрал как свинья». Диана пожелала «приятного аппетита» на двух языках, села за стол, и сама принялась есть нехитрый завтрак.       — Диана, — сказала Оливия.       — Да? — ответила та, переключившись на английский.       — Вы уже успели подать заявки на то, чтоб ваши подчинённые заняли два клуба.       «А она откуда знает?»       — Вы так говорите, будто они никого туда пускать не будут. Вы поразитесь насколько Сергей и Алита талантливы в своих областях.       — Ну смотрите, осталось ещё шесть клубов. Предлагаю поделить между вожатыми.       — Мне кажется, не вожатые управляют клубами, а дети.       — Это так, но должно же быть некое равенство между отрядами?       Переключившись на французский, Диана изложила Луи суть разговора.       — Не знаю, я отдаю эту дилемму вам.       «Вечно вы, французы всё отдаёте», — думала вожатая.       Диана вернулась к разговору с англичанами.       — Луи пасует. Предлагаю соревнование, — сказала она, подумав с десяток секунд.       — Соревнование?       — Да. Хотите, чтоб ваши дети управляли клубом? Пусть покажут, что они могут. Я даже напишу заявление о передаче главенства над уже занятыми клубами, только если ваши отряды докажут, что они лучше. Как вам?       — Ну, это… Не знаю даже.       — А по-моему — здорово! — Сказал доевший Гарри. — Пусть так и будет.       — Значит, по рукам! — Диана резко встала со стула и протянула руку Гарри.       — По рукам! — повторил Гарри Дианин энергичный подъём и пожал ей руку в ответ. Дети из отрядов обернулись на шум.       Когда с завтраком было покончено, Диана вызвала по рации Риту. Та не успела отойти далеко от столовой и прибежала как ошпаренная. Вожатая с подопечной начали разговаривать, не отходя от крыльца столовой:       — Здравствуйте!       — Приветик, торпеда. У меня к тебе ответственное дело.       — Какое?       — Ты уже хорошо знакома с отрядом?       — Ну, перезнакомиться успела, а что?       — Знаешь, кто в чём хорош?       — Не понимаю вопроса.       — Увлечения знаешь детей?       — Ну-у, не всех, но знаю.       — Отлично. Через двадцать минут мне нужен список «кто что умеет». У нас наметилось соревнование.       — Какое?       — Между отрядами. Оливии не понравилось, что мы заняли заранее два клуба. Она попросила, чтоб мы разделили оставшиеся. Ну я сказала, что это неправильно, заикнулась, что пусть докажут, что они достойны, а это поддержал Гарри.       — Ого. Первое серьёзное событие прям.       — Вот. Соревнования будут вестись за семь клубов и библиотеку.       — Ясно! Сделаю как можно быстрее.       — Принесёшь список мне в домик, я там буду. И ещё. Держи, — отдала Диана свою рацию Рите.       — Зачем?       — Занесёшь их Сереже в клуб радиоэлектроники. Он подшаманит их немного.       — Поняла!       — Выполняй.       Рита буквально убежала выполнять поручение.       «Вот ведь…», — с улыбкой подумала вожатая.       Диана пошла к своему домику. Отсутствие сна играло злую шутку, а от утренней пробежки и умывания, бодрость уже успела сойти. Диана глянула на часы.       «Десять-десять. Можно и вздремнуть немного, — с такими мыслями она и плюхнулась на кровать. В мягкой подушке хотелось буквально утонуть. — Пять…минуточек.»       В дверь домика кто-то усилено стучал. Вожатая поднялась с кровати и открыла дверь. На пороге стояла и пыталась отдышаться Рита, держа в руках тетрадный листок с какими-то записями.       — Простите, опоздала на десять минут.       Диана глянула на часы. Без двадцати одиннадцать.       «Я ещё и поспала...»       — Молодчина! — Зевнула вожатая. — Так, давай посмотрим, что там у нас, — Диана вышла на крыльцо и села на ступеньки домика. Рита поступила также. — Сережа — радиоэлектроника и механика.       — Да, он просил его так записать.       — Этот парень намного талантливее и смышленее, чем кажется. Но раз сам так сказал, пусть так и будет. Дальше идёт Лиза. Написано, что музыка и книги.       — Угу. Она при каждом удобном случае начинает что-то цитировать.       — В четырнадцать-то лет? Хорошо. Дальше — Юля. Почему тут прочерк?       — Она сказала, что ей ничего не интересно.       — Запомнили… Дальше — Ангелина.       «Ну тут я сама могу ответить, чем она увлекается… Оккультные вещи.»       — Сказала, что фотография. Любая. Не знаю, что бы это значило.       — Это тоже неплохо, но маловато. Дальше — Женя.       — Ой, а Женю переселили в женские домики, это нормально вообще?       — Вполне. Ибо Евгения кое-что перепутала в бланке.       Глаза Риты медленно расширялись.       — В жизни бы не сказала, что она девочка.       — Ну, не всем везёт с природными данными. Написано, что… Что? Кикбоксинг?       — Представляете, у нас два кикбоксёра!       — Ла-адно, запомнили. Дальше — Вика.       — Вика мне сказала не приставать. Она опять форму носит… Не так, как надо.       — Вика рисует. Если она нарисует что-то, что заставит её взять под опеку клуб — пусть хоть голая ходит.       — Ой, ну что вы…       — Я всё сказала. Дальше — Лена. Написано, что она… Альпинистка? Серьёзно?       — Серьёзно. У неё отец довольно известный в этом же деле. По стопам пошла.       — Это очень хорошо. Кружок альпинизма у нас тоже есть. Дальше — Алина. Написано, что она... Кто?       — Пловчиха. Просто у меня почерк некрасивый. Сказала, что она сейчас прекратила тренировки.       — Скажи ей, чтоб, когда пойдём записываться в кружки и смотреть соревнование кандидатур — под форму надела купальник.       — Поняла.       — Алита. У меня челюсть отпала, когда я услышала её игру. Тут я вообще не переживаю. С девочками закончили. Так… Вася и Антон. Написано, что программисты.       — Ага. Ни слова не понимаю, что они говорят. Какие-то компуляторы и эскьюэли обсуждают…       — Годится. Пусть применят обсуждаемое там, в кружке. Никита.       — Второй кикбоксёр. Он довольно страшный… Не внешне, конечно, но он такой тихий всегда. Сережа при его габаритах совсем не такой.       — Никита — скромняга. Отличный парень, но спортивных секций у нас нету. Хотя это странно. Дальше — Валера?       — Он уж очень мило просил себя записать, — улыбнулась Рита. — Он сказал, что увлекается мультиками.       — Да, он довольно мил.       «Пока не повзрослеет и не познает настоящую клановую жизнь.»       — Денис. Это тот, которого я заставила переодеваться?       — Да. Он не такой и плохой, как кажется на первый взгляд, правда уж очень немногословен. Сказал, что любит тяжелую музыку и любит барабанить, вот только не умеет.       — Это как вообще? Любить то, что не умеешь?       Рита лишь пожала плечами.       — Остался… Егор. Это тот, с прической?       — Да. Сказал, что его увлечение — делать таких, как я, счастливыми и подмигнул. Его постоянно Вика с Мартой задирают.       — Мда… Ладно. А что за Мар… А, мелкая бойкая девчонка?       — Да, она, кстати, бегун на короткие дистанции. Как разгонится — то не догонишь никак.       — Ну, этого больше, чем достаточно. Молодчина, помощничек! Сегодня могу тебя угостить чаем с чем-то сладким. Думаю, что Наташа против не будет.       — Кто?       — Повар. Я с ней уже успела наладить неплохой контакт, — сказала Диана, вставая со ступенек.       Зайдя в домик, она глянула на часы.       «Три минуты двенадцатого. Можно и сбор объявлять.»       — Так, Рита.       — Да, — ответила та, поднявшись со ступенек и войдя в домик.       — Собирай отряд на площади. Всем, кому надо подготовиться к соревнованиям — пусть быстро приготовятся. Алине там купальник надеть, программистам там код повторить и так далее. Сбор через двадцать минут. Все, кто хочет прийти посмотреть — милости прошу.       — Поняла! — пулей вылетела Рита.       — Вот ведь… — сказала Диана в пустоту.       Прождав десять минут в домике, Диана заскучала и направилась на площадь. Видать, Рита настолько бойко передала сообщение, что пол отряда уже было на месте, хоть и до официального времени встречи оставалось ещё десять минут. Диана подошла ко всем и заговорила.       — Все сытые и довольные?       — Ну, как-то так, - ответила та часть детей, кто посчитал нужным.       — Всем известно, что сейчас будет?       — Да, — снова они ответили.       — Тогда поддерживаем наш отряд, как только можем!       — А какой смысл брать шефство над этими клубами?       — Кто это сказал?       — Егор.       — Егор. Вот скажи, тебе что больше нравится делать: сидеть в уютном помещении под кондиционером и заниматься любимым делом или подметать дорожки и помогать по хозяйству в лагере?       — Мне нравится делать, что хочется, — осекся Егор, поняв, что смысл его фразы двояк.       — Так, если ты что-то умеешь, постарайся проявить себя как можно лучше.       — А если не нравиться ничего из того, что тут предложено?       — Не волнуйся, работу я тебе найду.       Егор остановился, чтоб не загонять себя ещё дальше.       Все основные «звезды» уже собрались. Даже Вика выглядела по-человечески в своей форме.       — А это правда, что мне Рита только что сказала? — спросила Вика у Дианы.       — Да, Вика. Правда. Но только если ты выиграешь.       — Замётано, — хищно улыбнулась художница.       — Вы на меня не обижайтесь сильно, если что. Я давно не тренировалась, — сказала крашенная блондинка.       — Алина, верно?       — Да, — подтвердила она.       — Хорошо, не буду. Но тогда останешься без приза.       — Какого? — спросила другая девочка, с короткой стрижкой и косичкой.       — Сладкого. Тут с этим напряженно, так что, думаю, что презент будет что надо.       «Боги, и кто меня за язык тянет? Теперь нужно придумать, где сладкого достать. Может спросить у Наташи не завалялся ли где-то случайный тортик?»       — В принципе — достойно, — сказала Юля.       — А ты тоже участвуешь?       — Да нет, я так. Пять копеек вставить.       — Тогда ждём, когда подойдут остальные отряды. Всем включить боевое настроение и взять курс на победу!       — Да! — неожиданно громко и дружно крикнул отряд. Из неоткуда появилась Ангелина с камерой на ремешке, перекинутым через правое плечо.       — Чего шумим? — поинтересовалась она.       — Да так, небольшая настройка перед соревнованиями. А ты что, будешь у нас за репортёра?       — Ну, я вообще для личного архива, но, если вы хотите — то побуду. Я вдумчиво ловлю кадры, так что сильно подробного репортажа не ждите.       — Я тебя поняла, — Сказала вожатая, улыбаясь.       — Диана, ваша рация готова. Нужно прийти и забрать, но пусть зарядится немного, — сказал пришедший Сережа. Он, не считая ушедшей Риты, был последним, кого из отряда все ждали.       — Отлично, её и продемонстрируешь на нашем маленьком соревновании. С тебя его и начнём.       — Я не думаю, что на моё место вообще конкуренция будет. Даже вон, у программистов соперников будет больше. Не обижайтесь, парни, — повернулся к ним Сережа, улыбнулся и потер затылок.       — Всё в порядке, Серый, — улыбались программисты ему в ответ.       — Ничего, тогда просто покажешь, что умеешь, — сказала Диана.       — Ну ладно, — просто согласился Сергей.

***

      — Сереж, — снова его позвала вожатая, но уже тише, увидев, что отряд занят разговорами друг с другом.       — Да?       — Отойдём на минутку, — подозвала она и показала большим пальцем куда-то в сторону. Это услышал Никита и теперь с подозрением смотрел в сторону перешёптывающихся.       — Серега, мне нужна твоя помощь. Да наклонись ты, еле до уха достаю.       — Если я скажу, что я ожидал, вы сильно обидитесь?       — Нет, не обижусь. Так вот. Как покажешь свои навыки в мастерской, побежишь в столовую и найдешь там Наталью.       — Это кто?       — Повариха главная. Голубоглазая блондинка молодая.       — А. И что?       — И скажешь, что я в слезах молю, чтоб случайным образом испёкся какой-нибудь небольшой тортик для победителей. Понял? Мне нужна вся твоя проницательность и харизма.       — Будет сделано, но вы уверены, что победим именно мы?       — Может хватит тут темнить своей холодной статистикой? Я уверена, и от тебя жду такой же уверенности, понял? — Вожатая улыбнулась и подмигнула. Это Никита тоже заметил.       — Понял.       — Вот и молодец.       Диана и Сережа вернулись к своим. Остальные два отряда тоже потихоньку начали собираться, а через десять минут уже были полностью готовы к «битве». Вожатые собрались в отдельную группку и сошлись во мнении, что пора начинать.       Первым на очереди был, как раз, клуб радиоэлектроники. Диана так предложила, а аргументов против не последовало.       Помещение было довольно большим, чтоб вместить все три полных отряда. Местом, куда должны были выйти претенденты на главенство — был выбран какой-то верстак. От Дианиного отряда неспешно вышел Сережа, держа руки в карманах. От отряда Луи тоже вышел довольно взрослый парень, но стоя рядом с Сергеем, он выглядел, как школьник рядом с отцом. От отряда Оливии и Гарри — никто. Нужно было придумать задание для юных мастеров, но оно придумалось само собой, когда какой-то младший из английского отряда принёс обломанный громкоговоритель, из которого обычно звучал горн, и делались объявления. Таких «громыхалок» в лагере было много, но для задания, починка этой вещи — подходила как нельзя кстати. Француз сразу выхватил динамик из руки младшего, положил его на стол, вскрыл корпус и добрался до схемы. Проблема была очень явной, поскольку неисправный элемент был в копоти чуть менее, чем полностью. Отковыряв черный «бочонок» со схемы, француз показал его Сереже и начертил в воздухе знак вопроса. Сережа молча встал и достал из одного из коробков за спиной точно такой же элемент, только не черный, а чистый и блестящий.       — Ты что делаешь? — спросила Диана.       — Просто смотрите, — спокойно ответил Сережа.       Француз включил паяльник, подождал пока нагреется, ткнул им в припой. Резко завоняло чем-то горелым. Парень быстро припаял элемент к плате, парой проводов подключил к ней вольтметр, а динамик — к чему-то непонятному, и включил это «что-то непонятное», нажав на маленький тумблерок. Вольтметр не отклонился ни на одно деление. Настроение француза резко сошло на нет. Он подергал провода, потряс вольтметр, попытался крутнуть ручку на «непонятном устройстве», но Сережа поймал его руку, не дав этого сделать. Француз ещё пару секунд смотрел удивлённо, но потом отдёрнул руку и отошёл.       Настала очередь Сережи попробовать. Прежде всего, было выключено «устройство». Он аккуратно оторвал впаянный элемент, взял кусачки, укоротил «усики» на дне «бочонка» и взял паяльник поменьше. «Бочонок» на плате теперь не лежал, а стоял, пока Сережа впаивал «усики» в плату. Через пару секунд бочонок был в плате как будто родной, и Сережа снова включил «устройство». Вольтметр ожил, а как Сережа поворачивал ручку на «устройстве», которое оказалось обыкновенным трансформатором, вольтаж повышался, а динамик начинал скрипеть. Француз развёл руками и потряс головой. Это было признание проигрыша. Но Сережа не остановился и достал те самые рации, которые были отправлены ему на доработку. Сережа их обе включил и сказал «приём» в одну рацию. Фраза прозвучала у всех вожатых. Далее парень отвёл круглый переключатель в самое крайнее положение на обеих рациях и сказал «приём». Слово было слышно только во второй рации, которая была у здоровяка в руках. Сережа, ничего не щелкая на рациях, показал антенной устройства в правой руке, на рацию английской вожатой и сказал «Сэй». Оливия поняла и сказала «Атеншн» в свою рацию. Слово «Атеншн» прозвучало во всех рациях включая те, что были в руках у Сережи. Парень подошёл к Диане и отдал одну рацию ей, а вторую стоявшей позади Рите.       — Теперь у вас есть свой изолированный канал, но ничто не помешает вам слышать остальных.       Мастерская раздалась аплодисментами за такое преставление.       — Спасибо, Сереж. Потом расскажешь, как ей пользоваться.       — Договорились.       Ни у кого больше не возникало сомнений в навыках Сергея, и отряды вышли на улицу, спеша к зданию следующих клубов. Сережа незаметно ушёл, по просьбе Дианы.       Первым, во втором здании общих клубов, была та комната с четырьмя столами и компьютерами. Похоже, что это и оказался тот самый клуб программирования.       «Заставлять кого-то смотреть в экран — преступление, а ещё и в лагере. Что-то я совсем как бабка говорю…»       Одновременно все отряды тут поместиться не могли, поэтому было решено оставить только тех, кому действительно интересно. Вася и Антон быстро подошли к одному из компьютеров и попытались его включить, но из этого ничего не вышло. Француженка и англичанин тоже тыкнули в кнопки включения других компьютеров, но ничего не случилось.       — И в чем проблема? — поинтересовалась Диана.       — Не знаем, мы, программисты, работаем уже с готовой аппаратной средой, железо — не наша обязанность.       — Какое ещё «железо»? — спросила Диана.       — Ну, это мы так компьютер называем, — пояснил Вася.       Вика тихо куда-то отошла, пока кандидаты возмущенно тыкали на кнопки питания компьютеров и разговаривали с вожатыми. Через минуту она громко свистнула, обратив на себя внимание. Она стояла рядом с открытым распределительным щитком.       — Ну вы и артисты… Электричества-то нету! — Вика щёлкнула выключателями на щитке, и все компьютеры мигом включились. — Не благодарите. — поклонилась девушка, открыв глазам парней захватывающую картину в разрезе форменной рубашки.       — Скромнее будь, Вика, — сказала Диана. — Ты ещё свой клуб не отвоевала, так что, если схватишь наказание сейчас — не отвертишься.       Девушка выпрямилась и скрестила руки на груди. Диане даже показалось, что её лицо выразило вину.       — Ну простите.       — Ладно. — Вожатая снова стала обращаться к участникам. — Вам нужно придумать задание. Кто-то знает, что им можно задать? — обратилась Диана ко всем стоящим.       — Пусть сделают так, чтоб на экран была выведена надпись: «Наш вожатый лучше всех», и кто наложит больше эффектов, чтоб выглядело хорошо, тот и победил! Ограничения — фантазия, — предложила Марта.       — Есть ещё варианты? — скептически спросила Диана, получив в ответ лишь тишину. — Ладно, допустим…       Она быстро перевела условие задания на два языка, вызвав у своего отряда удивленные взгляды и пару отпавших челюстей.       — А что вы ещё умеете? — спросила Женя.       — Не важно. Главное, что задание дано и можно приступать к выполнению.       Вася с Антоном демонстративно пожали друг другу руки и, сказав «Пусть победит сильнейший», уселись за компьютеры. Помещение заполнил звук усердного щелканья по клавиатуре. Англичанин и француженка тоже времени зря не теряли. Некогда белые окна на экране компьютеров стали заполняться тоннами символов. Тексты в строках меняли цвета при добавлении новых знаков, при взятии их в скобки или дужки. После минут пятнадцати усиленной долбежки по клавишам, первым закончил Антон. И когда он нажал на зеленый треугольник в окошке программы, куда вводился текст, зеленая линия статуса начала заполняться. Когда она добежала до конца, окно ввода закрылось и вылезло новое — белое окно с разноцветными буквами, которые составляли слова «Наш вожатый лучше всех». Эти буквы ещё и переливались. На взгляд Дианы — выглядело довольно эффектно.       — Мне нравится, Антон, молодец, — сказала Диана и положила руку ему на плечо.       Следующим закончил англичанин. Окно ввода повторило те же действия, что и у Антона, но вылетевшее окно с надписью на английском «Наш вожатый лучше всех» имело цветную рамку. Текст не был цветным, но двигался на экране как флаг на ветру. К сожалению, Диана отметила, что это было более впечатляюще. Следующим закончил Вася. Он сутулился сидя на кресле, но, как пришла его очередь презентовать напрограммированное, он выпрямился и нажал на зеленый треугольник. Всплывшее окно было обрамлено трехцветной рамкой. Цвет букв во многом совпадал с таковыми у Антона, как и эффект переливания. Фон окна теперь не был белым, а отдавал пастелью. С точки зрения Дианы, программа Антона просто приобрела некий апгрейд.       «Они, похоже, даже мыслят на одной волне.»       Антон подошёл к Васе и показал большой палец.       Осталась одна француженка. Она что-то очень долго набирала, но не отрывалась от кнопок ни на секунду. Но и она вскоре закончила, нажав на кнопку с треугольником. Вылетевшее окно программы было обрамлено не простой или трехцветной рамкой, а самым настоящим, чуть ли не картинным золотистым окладом, хоть и выполненным из пикселей. На пару тонов светлее был фон программы с буквами, нанесенными ну очень уж аккуратным шрифтом. Вдобавок ко всему эстетическому виду, из правого и левого нижних углов рамки вылетали фейерверки, взрываясь ровно на середине окна программы разными цветными пикселями. Антон и Вася молча стояли и удивленно смотрели в экран компьютера француженки, а англичашка быстренько где-то потерялся. Девочка-француженка сидела и улыбалась, осознав свою победу.       — Ты это видишь? — тихо обратился Антон к Васе.       — Ещё бы. Как она это сделала за десять минут? У меня бы ушло минимум полчаса.       — Нас только что сделала девушка, братан. Всё плохо. Давай, на счёт три.       — Давай.       На счёт «три», мальчики резко выпрямили правые руки с оттопыренными большими пальцами. Девочка встала со стула, смотря на них и продолжая улыбаться, протянула руку сначала Васе, а потом Антону, ещё и назвав свое имя «Эдит». Мальчики ответили на её приветствие.       — Эх вы! Позволили себя обскакать. — Заявила Диана.       — Мы не её уровень, — заявили мальчики единогласно.       Следующим на очереди был кружок рисования, просто потому что располагался через дверь от клуба программирования. Мольберт, раскрытый Сережей вчера, так никто и не застелил обратно, так что всем вошедшим резко стало ясно, что тут будет происходить.       — Вика, давай. Твоя очередь, — сказала Диана.       Девушка вышла к мольберту и осмотрела его деревянную рамку так, будто не все подставки были одинаковые. В это время вышли претенденты от отряда англичан и от отряда французов. Вика оказалась самой старшей среди участников, хоть и ненамного.       Парень-француз откинул полотно с тумбочек у одной из стен, а ещё через секунду, его примеру последовали все остальные. Открылся ряд тумбочек у стены и целый шкаф со стеклянными дверцами, в котором была сложена бумага и холсты, а тумбочки таили в себе, казалось, абсолютно всё, чем можно рисовать: краски, кисточки, карандаши, маркеры…       — Ну и какие условия? Что рисуем? — поинтересовалась Вика.       — Это… хороший вопрос. — ответила Диана, задумавшись.       Тишину прервал детский голос, говоривший по-французски. Мальчик, лет двенадцати, предложил нарисовать простым карандашом своих друзей отсюда, с отрядов, но с ограничением по времени: на первый рисунок было отведено десять секунд, на второй — тридцать, а на третий — минуту. У кого получится более точно передать образ и внешность — победит.       — И что этот гаврик предложил? — спросила Вика.       В отряде Дианы проскочил смешок, а вожатая ответила:       — Держи себя в руках. Это второй твой прокол, за третий — уже накажу. А предложил он… — изложила Диана суть сказанного и перевела это по-быстрому на английский.       Вика одобрительно кивнула и сказала, что подобным уже занималась.       — Я уже и образы придумала, — улыбнулась художница, глядя на Диану.       — С огнем играешь, — вполне дружелюбно ответила та. — Ну давай — раз придумала, то воплоти в жизнь.       Участники встали за мольберты и установили холсты. Выбрав с тумбочки по орудию труда, все уже готовы были начать, но Вика стала возмущаться:       — Это что такое, карандаш, по-вашему?       — В чём проблема? — спросила вожатая.       — Да он тупой, как Егор. Где тут канцелярский ножик? — сказал Вика, отойдя к тумбочкам.       — Поздравляю, третий прокол. Наказание заработано. Нечего обижать людей со своего же отряда.       Художница на это внимания не особо обратила, а продолжила искать нужную ей вещь.       — Есть! — крикнула она, достав с одного из ящичков заветный ножичек.       — А точилка тебя не устроит?       — Точилки — для профанов. Это — то, что нужно.       Вика ловко четырьмя движениями срезала с карандаша лишнее настолько, что грифель стал напоминать иголку от шприца.       — Вот это — по нашему! Я готова!       Задание уже всем было известно. Как только кто-то из детей достал смартфон, положил его так, чтоб всем было видно и завёл таймер на десять секунд, художники принялись за дело. Француз рисовал сосредоточенно, находясь очень близко к холсту, так же как и англичанка, что тщательно выводила линии, не отрывая руки от поверхности, а Вика, на приличном расстоянии от полотна, расслабленно черкала, держа руку на весу. Таймер прозвенел, показав, что время вышло. Француз продемонстрировал лишь идеально вычерченный глаз и кусок переносицы. Англичанка штрихами нанесла на бумагу две трети лица какой-то девочки из отряда. Несмотря на незаконченность рисунка, эту девочку сразу узнали. Вика же успела схематически нарисовать своего кандидата аж по пояс. Рисунок деталями не обладал от слова «совсем», но глянув на позу и лицо, с подмигивающим правым глазом и широченной улыбкой нарисованной девочки, без лишних слов можно было узнать Марту. Сама «натурщица» обалдела от того, что увидела. Первый раунд, безоговорочно, был за Викой.       Теперь предстояло рисовать уже тридцать секунд. Таймер на смартфоне был переведён, и художники начали усердно работать. Англичанка даже успевала подтирать что-то ластиком. Поз рисования никто не менял: всё та же усердность у француза, всё та же рука на бумаге у англичанки и всё та же расслабленность у Вики. Таймер оповестил об окончании срока. Француз снова не успел дорисовать то, что хотел, но коса и разрез глаз ясно показали, кого он изображал. Это был портрет Вики, но она, увидев это и пожав плечами, ничего не сказала. Англичанка нарисовала портрет — неожиданно — Лизы. Как оказалось позже — они были соседками. Вика же нарисовала Сережу. Это угадывалось сразу, даже несмотря на то, что поза у парня была такая, что он закрывал рукой пол лица: он указательным пальцем поправлял очки. Особый акцент был сделан на глаза. Взгляд у портрета получился ну очень глубоким и… добрым, что ли? Ещё очень чётко были вырисованы руки, особенно от кистей и выше.       Мнения на этом этапе разошлись. Кому больше нравился рисунок англичанки, а кому — Вики. Балл было решено разделить напополам. Пришёл черёд финального раунда. Таймер снова завёлся. Ничего необычного, кроме догадок что все нарисуют, не происходило. По истечении времени, абсолютно никто дальше холста Вики не пошёл. Нарисованная там картина у Дианы, почему-то, заняла особую полочку в её сердце, хоть и придумывалась больше, наверное, чтоб вожатую позлить. На холсте была изображена, по пояс, вожатая, уткнувшая руки в бока и отчитывавшая расстроенную, видать в чем-то проколовшуюся, Вику. Рисунок был очень детализированным и в каждом сантиметре узнавались те или иные очень точно перенесенные черты. Нарисованная Вика смотрела с сожалением куда-то в землю, а её коса должна была безвольна болтаться, но пойманная моментом рисунка просто застыла. Смотря в нарисованные глаза, верилось, что Вика действительно сожалеет. Диана ещё секунд тридцать смотрела на картину, но все же взяла себя в руки и сказала:       — Вот это номер! И что, мне действительно есть, за что на тебя так кричать?       — Ну, всё может быть, — улыбнулась Вика.       — Если принесёшь мне копию этого рисунка, то о наказании, за сегодняшний день, можешь забыть, по рукам?       — По рукам! — показала Вика «класс». — И ещё.       — Да, Вика?       — Ну, я ж победила в этом соревновании?       — Не сомневайся.       — Ну тогда, — Вика сняла с плеч галстук и повязала его на запястье, выдернула рубашку, ранее вобранную в юбку, расстегнула ее примерно по грудь и завязала на узел, вновь всем демонстрируя плоский живот. — Вы сами сказали.       — Вот ведь, зараза мелкая. Ну ладно, я слово держу.       Девушка, довольная своей победой, скрестила руки на груди и снова начала ловить на себе множество взглядов.       Следующей остановкой был музыкальный клуб. Однако, до него не дал дойти горн, который просигнализировал о начале обеда.       «Как же кстати!», — подумала Диана.       — Отряд! Всем на обед. После обеда — десять минут отдыха, а потом сбор у музкружка.       — Поняли! — задорно сказали дети и побежали до столовой наперегонки. Вожатая спокойно двинулась в том же направлении.       Пока Диана дошла до столовой, дети из всех отрядов уже уминали свои обеды как коршуны, дорвавшиеся до добычи. Про спокойный прием пищи речи не шло вообще. Краем уха Диана услышала восторженные разговоры: хвалу всем успевшим поучаствовать в соревнованиях, размышления о вступлении и у кого какие планы на только начавшуюся смену.       «Похоже, что хоть где-то я всё-таки поступила правильно», — думала вожатая, пока стояла у раздачи с подносом.       — Дианка-а, твой паренек это просто золото! — вырвал её из раздумий голос Наташи.       — Что?       — Паренек из твоего отряда, Сережа. Говорю, что он просто умница. Пришёл такой, сказал, что от твоего имени, торт просил.       — Так и есть.       — Ну я ему и говорю, мол, что у меня и так минус одна печь. Так что пусть не ждёт.       — Ах вот как, — улыбнулась Диана.       — Слушай дальше! Он глянул так спокойно и сказал: «Дайте мне пятнадцать минут и заставьте кого-то отодвинуть печь». Я сказала, что двигать ничего не нужно и что печь сломалась маленькая. Как микроволновка, только мощнее. Он сказал: «Тогда и десяти минут хватит». Ушёл значит, а через две минуты вернулся с ящиком для инструментов. Ему действительно десять минут потребовалось, чтоб она снова заработала! В общем, будет тебе торт, но не ожидай ничего сверх крутого. Медовик я вам испеку.       — Спасибо большое, Наташ. Мне действительно надо будет поблагодарить детей, которые стараются на соревновании.       — А, так вот для чего. Ну, я-то думала, что тебе сладенького захотелось.       — Не, я вообще сладкое не люблю.       — Понятно. Ну, в общем, после отбоя устроим небольшое чаепитие с тортом, — Наташа подмигнула. — А теперь иди ешь, приятного аппетита. И ещё раз поблагодари Сережу своего. Благодаря ему я успела обед сварганить. Вова бы возился час с этой печечкой.       — Обязательно. Спасибо.       Диана отошла от раздачи и поспешила за стол к вожатым. Увидев краем глаза жующего Сережу, она подмигнула ему и улыбнулась, а здоровяк помахал ей вилкой. Усевшись за стол, Диана оценила, что же ей положили. На подносе красовались: тарелка горохового супа, порция тушёной картошки с мясом, пару кусков хлеба и большой стакан морса. Вожатые сидели и ели молча, как шпионы. Будто каждое слово, что они скажут, может быть использовано, как оружие.       «Ну и ладно, быстрее доем», — подумала Диана.       Обед оказался вкусным, и тарелки быстро опустели. Вожатая отнесла поднос с посудой на помывку и снова подошла к Наташе.       — Ты что-то ещё хотела?       — Да, приходи через десять минут в музкружок. Там услышишь такое, что проберёт до глубины души.       — Ух, какая презентация. Как же такое можно пропустить? — улыбнулась повариха. — Только пусть не сильно придираются к моему «выходному наряду», — обвела она пальцем фартук и колпак.       Диана вышла на крыльцо столовой и села на лавочку под бетонным навесом. Спустя минуты три вышел Сережа. Не успел он среагировать, как в момент, чуть не был повален крепко обнявшей его за шею вожатой.       — Спаситель ты мой! Большое человеческое тебе «спасибо»! — сказала чуть ли не висевшая на парне Диана, поджав ногу. Оказавшись снова на земле, она почти поравнялась с Сережей ростом и убрала руки с его шеи.       — Я бы тоже вас обнял, Диана, но люди подумают… — сказал сильно покрасневший парень. — За что спасибо-то? — Ровно в этот момент со столовой вышла Юля вместе с Никитой. Он одарил обнимающихся коротким гневным взглядом, но не сказав ничего, продолжил свой путь к муз.кружку.       — Много за что. Ты сегодня просто герой дня! И торт организовал, и клуб отстоял, и печь починил!       — Да ерунда. Там всего-то пару конденсаторов перегорело. Я просто новые вставил.       — Еще Наталья тебе огромное «спасибо» передает. Благодаря тебе она обед успела приготовить. В общем, за это — проси, что хочешь.       — Я учту, — улыбнулся Сережа.       — Ладно, нам пора к музкружку. Ты ж Алиту вчера приободрил? Может, если она тебя увидит, легче перенесёт предстоящее соревнование.       — Пойдёмте. Только я после кружка музыки отойду. Мне нужно приделать обратно громкогово… — не успел парень закончить фразу, как из двери столовой вышла Мари. Она скромно улыбнулась в сторону Дианы с Сережей и ушла в сторону муз.кружка. — …ритель, — продолжил Сережа.       — О, дружище, да ты запал! — хитро сказала Диана.       — Ну вы посмотрите на неё, улыбку видели? Она ж не человек просто!       — Тут ты прав, — сказала тихо Диана.       — Не могут быть девушки настолько изящными.       — Так, не заговаривайся. Успеешь ещё познакомиться. Пойдём. Хоть кто-то, но уже ждёт нас у клуба.       Сережа с Дианой молча дошли до пункта назначения. Каждый раз, как они были вместе, Никита бросал на них взгляд, а Юля постоянно у него спрашивала — куда же тот смотрит.       Минут через пятнадцать все отряды снова были в сборе.       Как оказалось, помещение муз. клуба тоже вмещало в себе все отряды разом. Диана положила руки на плечи Алиты и спросила:       — Волнуешься?       — Немного, — ответила робко девушка.       — Не переживай. Просто сыграй так, как вчера для меня, и всё будет в ажуре.       — Постараюсь.       — Ты уж хорошо постарайся, — сказал Алите смотревший куда угодно, но не на неё, Сергей. — А то всё, поставлю тебя в своем личном рейтинге ниже вокалиста «Серой Жижи».       Алита глянула на него удивлённо, а потом резко ущипнула Сережу за руку, от чего тот тихо, но «ойкнул».       — Только попробуй! Запру тебя в одной комнате с Мартой, будешь знать! — уверенно сказала Алита.       — Не, на такое я пойти не готов, — улыбнулся ей здоровяк.       «Чудо, а не человек», — подумала Диана.       Расчехлён был только с один инструмент — рояль. Остальное всё ещё находилось в кофрах, кейсах и под покрывалами. Эту оплошность быстро поправили, и муз. клуб явил народу всё, что хранилось в его стенах, а именно: рояль, барабанная установка, саксофон, тромбон, две бас-гитары, две акустические гитары, две электрогитары. А также: усилители, всякие музыкальные примочки, педали, микрофоны, какой-то здоровенный пульт с эквалайзером и метроном.       — Вот это арсенал! — сказала Диана.       — И не говорите, — добавила Алита.       — На чём играть будешь?       — На чём скажете.       — Ты что, на всём умеешь?       — Не совсем… На духовых не могу, а на всём, что жать, дергать и тянуть — вполне, — Улыбнулась Алита собственной шутке.       — Странное описание, если честно.       — Но оно так и есть, — пожала она плечами. — Посмотрим, что выберут остальные — на том и сыграю.       — Ну смотри, дело твоё. Главное — порви их всех!       Из отряда французов показалась участница. Она прошлась, осмотрела инструменты и остановилась на гитарах. Но, так ничего и не взяв в руки, она подошла к вожатому и что-то сказала Луи на ухо. Тот, тут же, начал объяснять суть конкурса с надеждой смотря на Диану:       — Николь предложила так: от каждого отряда выбирается один человек. Втроем они начинают музыкальную сессию, которая длится десять минут. Двое играют ритм партию, пока третий старается, как можно искуснее показать на что он способен, не выбиваясь из общего ритма. Через, примерно, полминуты такой игры, исполнитель меняет партию, и тот, кто играл ритм — играет соло. Как-то так, если я верно понял.       — Что он сказал? — поинтересовалась Алита.       Диана рассказал всё, как поняла сама, сначала своему отряду, а потом перевела на английский.       — Понятно. Это обычное упражнение в музыкальных школах.       — Справишься?       — Всё время как-то справлялась.       Луи показал три спички, утопленные в руку на половину.       — Жребий. Но зачем? — поинтересовалась Диана.       — Всё просто. Акустических гитары две. Третьему придётся играть на электро.       — А это плохо?       — Это неудобно. Но, если не включать никаких эффектов, то она вполне звучит, как обыкновенная.       — Ну давай. Удачи, — Сказала Диана.       — Помни о рейтинге, — сказал улыбающийся Сережа.       Алита подошла к Луи и дёрнула первую спичку. Обломанную пополам спичку. Она молча подошла к электрогитаре, осмотрела её, затем включила усилитель с фигурными буквами бренда на решетке динамика. Подключив гитару шнуром к устройству, Алита прошлась по струнам, которые немного были не в строю. Подкрутив колки́ и пройдясь по струнам ещё раз, девушка одобрительно кивнула. Луи показал, что остальные спички действительно одного размера. Обмана не предусматривалось. Француженка подошла и, взяв гитару за ремень, повесила себе её на плечо. Её гитара тоже присоединилась к тому же усилителю что у Алиты. От отряда англичан вышел рослый парень и тоже вооружился инструментом. Они постояли примерно минуту, пока не положили руки на грифы своих гитар. Англичанин начал настукивать ритм ногой. Девочки вступили в ритм-секцию, а англичанин, прислушавшись ещё секунду, начал наигрывать в этот ритм соло партию. Ничего особенного на слух Дианы он так и не наиграл. Парень закончил партию так, чтоб француженка без усилий вступила в соло, а сам англичанин, без проблем, перестроился на ритм. Тут уже было немного интереснее. Все тридцать секунд француженка аккуратно гуляла пальцами по грифу, выдавая какой-то блюзовый мотив. Да ещё и постаралась закончить свою партию так, чтоб Алите было максимально тяжело вступить.       «Вот ведь зараза мелкая!» — подумала Диана, не отрываясь от музыкальной дуэли.       Но Алита оказалась не из простушек и вступила в партию, скопировав стиль исполнения француженки. Поиграв так ещё пару секунд, Алита решилась на «модернизацию» этой манеры исполнения, добавив крайне экзотический бой. Виновато посмотрев на англичанина, она закончила свою партию так, что англичанин не смог вступить в свою. Не сумев выдержать ритма, он сбился, снял гитару и вернулся к отряду. Обе девушки сейчас держали ритм партию, но очередь начинать соло была француженки. На сей раз соло уже было приближенно к рок-н-роллу. Француженка применяла хитрый и ритмически несбалансированный бой. Она старалась соблюдать собственную технику очень тщательно и, казалось, вот-вот собьется, но этого не произошло. Из-за очень сложного окончания партии создавалось впечатление, что продолжить её соло боем просто невозможно. Но Алита и не собиралась это делать. На смену бою пришёл очень быстрый перебор, сменивший рок-н-ролл какими-то латинскими ритмами. Все следили за этой «дуэлью», затаив дыхание. Даже Сережа, стоявший рядом, прикусил костяшку пальца. Алита и не думала успокаиваться, всё наращивая темп. Диана так и не поняла: она просто играет с француженкой или действительно находится на пике возможностей? Закончив свой перебор, Алита смиловалась над соперницей и закончила партию немного проще, чем играла всю основную часть. Француженка вступила со своим соло, пытаясь добраться хоть до половины скорости перебора Алиты. У неё это вышло. Казалось, что струны на её гитаре вот-вот и порвутся, но и этого не произошло. Завершив свою партию, француженка, на этот раз не попыталась усложнить её конец, так что Алита без проблем вступила в своё, как оказалось, последнее соло. Опустив взгляд на гриф своей гитары, Алита разгонялась со своим перебором. Диана заметила хитрую улыбку на её лице. В момент размеренный перебор сменился самой настоящей музыкальной пулеметной очередью. Алита сыграла что-то похожее на рок-н-рольный полёт шмеля. Ошарашенная француженка попросту перестала держать ритм. Лишь сидела и удивлённо моргала, пока скорость перебора нот не остановилась. Ещё один клуб был за отрядом Дианы. Закончив игру, Алита поставила гитару на место и выключила усилитель.       — Ущипните меня, — просипел кто-то из Дианиного отряда.       — Да тут об стену удариться нужно, — кто-то подхватил.       Алита молча вернулась к остальному отряду, сопровождаемая неотрывными взглядами. Только спустя минуту, кажется, Антон, крикнул «как же это было круто!». Именно эта фраза и заставила весь отряд накинуться на победительницу и обнять, что есть сил, крича и радуясь. Диана с Сережей молча на это смотрели и будто наслаждались собственной маленькой победой: приятно было смотреть, как замкнутая Алита теперь отбивается от новоиспечённых фанатов. Диана обернулась и увидела в дверях стоявшую Наташу, что молча показала ей «класс», как только та повернулась. Так же молча они друг другу улыбнулись.       Следующим пунктом назначения была библиотека.       Особо интересного ничего не произошло. Пост библиотекаря был занят Лизой.       — Четырнадцатилетний библиотекарь — это что-то новое, — сказала Юля.       — Ну, если нравится — почему бы и не занять?       — Под это правило много чего попадает.       — Ты о чём?       — Да так. О своём, — сказала Юля и отошла обратно к Никите, пока отряды шли к следующему месту их небольшого соревнования. Времени было уже около половины третьего.       — Диана, а что это у вас на поясе такое? — спросил Сережа, указывая на полученный от Мари кубик.       — Да так. Это… Сахарометр. Я диабетик. Вот достала и прицепила к поясу, смерить надо, — соврала Диана.       — А, вот как? Извините, я не знал.       «Мари начала действовать? Или что она удумала? Как вернётся — поспрашиваю.»       — А куда мы сейчас? — спросила у Дианы догнавшая её Марта.       — Мы на пляж. С надеждой, что работает эскалатор.       — Рабо-отает. Уверяю. Я уже успела достать дядю Вову, чтоб он его включил со своей «командирской рубки».       — Откуда? — удостоила Диана девочку взглядом.       — Ну, оттуда, откуда тут всё включается и запускается.       — Я поняла. Ну, молодчина, если так, — улыбнулась ей Диана.       — Но никто так и не успел заценить пляж непосредственно оттуда, снизу.       — Значит, будем готовы удивляться.       Отряды подходили к эскалатору, который помогал преодолеть тот самый «обрыв», чтоб оказаться, наверное, в самой желанной части лагеря — на длинном пляже. Лестница действительно была включена и довольно быстро сменяла ступеньки в двух направлениях. Вид на, казалось, бесконечное море, открывался просто волшебный. Все три отряда охали и перешёптывались, пока эскалатор любезно доставлял их к светлому песку пляжа.       — Странно, что сверху не было видно буйков, — сказала Диане Рита.       — Я и не задумывалась, пока ты не сказала.       «Мысли сейчас мои заняты другим… Где же Мари?»       — А сколько обычно от берега до буйков? Метров тридцать?       — Ну откуда мне знать это? Спроси у Алины. Она у нас сейчас будет отстаивать наше право владеть морем. Алина, подойди сюда! — крикнула Диана в толпу. Крашенная блондинка быстро подошла к вожатой.       — Да?       — Так-с… Рита говорила, что ты пловчиха, но прекратила тренировки. Что-то серьёзное?       — Да как вам сказать… У меня было пару растяжений, и тренер рекомендовал воздержаться от нагрузок. Но я собиралась возобновить сразу после отпуска.       — Как себя сейчас чувствуешь? Плыть сможешь?       — Ну. Вы ж сказали, чтоб я надела купальник. А когда я в нём, я на семьдесят процентов готова. — подмигнула и улыбнулась Алина.       — А остальные тридцать?       — Остальные тридцать — фортуна. Я постараюсь вас не подвести.       — Мне, конечно, приятно, Алин. Но смотри. Мне эксцессы на рабочем месте ни к чему. Случится что с тобой — виновата буду я.       — Не волнуйтесь. Всё будет хорошо.       — Надеюсь, — проговорила Диана, когда она и её отряд уже успели налюбоваться красотой окружения.       Вроде бы, за все жизни, Диана успела насмотреться на виды и по экзотичнее, но простота и изящность этого пляжа прям заставляли желать спуститься на его белый песок поскорее. Ну, а теперь, когда она вместе со своим отрядом уже были всего-то в паре шагов от заветного места, это желание лишь усиливалось. Спустившись вниз, все из отряда начали делиться восторгом. Кто-то, конечно, пытался показать, что его или её ничуть не впечатлило, что пляжи Карибского моря или какого-нибудь океана, — на которых некоторые бывают на каждых каникулах, — будут повнушительнее, но вожатая отлично видела всю искренность удивления в детских глазах. Сняв свою обувь и теперь стоя на песке голыми стопами, Диана прочувствовала весь его жар. Вожатая сжала пальцы на погруженной в песок ноге, а потом разжала, ощущая как он утекает сквозь.       — У вас красивый педикюр, — вывела Диану из раздумий Алина.       — Спасибо, — улыбнулась ей вожатая.       — Куда нам дальше? — спросила пловчиха. В этот момент, с тем же немым вопросом, на Диану уже смотрели глаза всех отдыхающих.       — Пойдём вон на тот плавучий домик, — показала пальцем Диана.       — На дебаркадер.       — Куда?       — Плавучий домик называется дебаркадер, — улыбнулась Алина.       Этот приказ был повторён отряду, и его выполнение не заставило долго ждать. Отряд Дианы зашёл на платформу и уже с него начал осматривать пляж, море и технику, что была пришвартована.       — Ну ничего себе тут игрушки! — восхитился вечно тихий Никита. Он окинул взглядом каждый из четырёх гидроциклов, а один из них даже потрогал. Когда повернули его акселератор, гидроцикл, как ни странно, не издал ни звука.       — Сомневаюсь, что поможет. Ключа зажигания-то нету. — Сказал Сережа.       — Сам знаю, умник, — ответил ему Никита.       «Тихоня-Никита разозлился лишь из-за такого замечания?»       — Вы на это гляньте, какая прелесть! — показала Вика на яхту. — Так и вижу себя на её палубе загорающей.       — Я б на это посмотрел, — кто-то тихо сказал из отряда.       — Узнаю, кто это сказал — хорошо ему не будет, — ответила Вика в толпу.       — В жизни такого не видела, — сказала Рита, смотря на эту же яхту.       — И не увидишь больше, — снова возник Сережа. — Этой яхте лет сорок, не меньше.       — С чего ты взял? — поинтересовалась Диана. Никита снова недобро смотрел на Сергея, а Вика, наоборот, подозрительно затихала, когда он говорил. Ещё и своей косой играть начинала.       — Ну, во-первых — дизайн. Он такой угловатый и грубый. Краска слетела, да и ржавчины тут более, чем нужно… Если вы выпросите разрешение на осмотр яхты, то буду должен до конца жизни, — улыбнулся Сережа Диане и поправил очки. Весь отряд ждал реакции вожатой.       — Ну… Я и так у тебя в долгу. Я попробую, но ничего не обещаю. — Ответила Диана.       — По рукам, — согласился Сережа.       Пока отряд Дианы мило болтал и восхищался плавсредствами, отряд французов, задержавшийся у эскалатора, наконец-то завели на плавучий дом. Потерявшаяся Мари так же была там. Диана инстинктивно ощупала место, где висел кубик и там его не обнаружила. Мари поймала её взгляд и улыбнулась. За спиной Дианы раздался щелчок затвора камеры, на который вожатая обернулась.       — Что? Эта яхта, ну очень уж, здорово смотрится в кадре, — сказала Ангелина.       — А? Да... ничего, — сказала Диана.       Теперь очередь французов была удивляться технике на пристани. Повторив ровным счетом те же действия, что и отряд Дианы, французы разочаровались, что техника просто так завестись не в состоянии.       — А где англичане? — спросила Диана у Луи.       — Всё не могут определиться, кто у них будет участвовать в заплыве.       — Прям в заплыве?       — Ну, а как ещё решить, кто будет хозяйничать на пляже? Хотя знаете, Диана, проигравших в этом конкурсе не будет.       — Это как?       — У выигравшего в подчинении должны быть ещё трое, а то и больше, спасателей. Глава клуба пловцов только устанавливает правила поведения и заполняет дневной отчёт.       — А вы откуда это знаете, Луи?       — Жак сказал, — показал Луи на невысокого широкоплечего и худого парня из своего отряда. — Он тут не в первый раз и уже занимал клуб в прошлый свой заезд.       — А когда же был прошлый заезд? — спросила Диана уже у Жака.       — Год назад. Мне пятнадцать было.       — Ого. Твоя фамилия не Кусто, случаем? — улыбнулась Диана.       — Много кто так шутит, — улыбнулся паренёк в ответ. — Увы, нет.       — Алин, — Диана перестроилась на русский.       — Да. Что такое?       — Этот паренёк уже занимал клуб в прошлом году.       — Оу. Ну. Все равно я уже настроилась на поплавать. Думаю, что попытаться все равно стоит.       — Вам не кажется, что это немного нечестно? — сказала Вика, сидевшая на оградных перилах, на платформе плавучего дома. Она закинула ногу на ногу, а подбородок уперла на руку.       — Во-первых — слезь, пожалуйста. Во-вторых — даже не знаю. Сто процентов он спортсмен в этой сфере, но и Алина тоже. Вот правда он немного выше и старше.       — Мне другое не нравится. — сказала Алина.       — Что? — спросили одновременно Диана и спрыгнувшая с перил Вика.       — Может это и будет звучать грубо, но вы посмотрите на его телосложение. Руки какие-то длинные, ладони широкие. Его как будто в пробирке вывели, специально для плавания.       Вика на это громко рассмеялась, а Диана бессовестно стала осматривать отвернувшегося Жака.       — Думаешь? — спросила Диана.       — Давай ему укоротим что-то, — похрустела костяшками Вика, злобно улыбнувшись.       — Нет-нет, не надо, — сказала Алина. — просто мысли в слух.       — Вон, идут ваши англичашки, — сказала Вика, показав пальцем в сторону эскалатора.       Ведомый вожатыми отряд вскоре тоже оказался у дебаркадера и зашёл на платформу, на которой располагался домик.       — Вы что-то успели решить? — спросил Гарри.       — Нет ещё. Только выбрали представителей. А что, есть предложения? — ответила Диана, успев «переключиться» на английский.       — Да нет. Кроме как стандартный заплыв до буйков и обратно на скорость — идей нет. Вы ж все об этом подумали? — глянул Гарри на Луи и Диану.       — Да мы вообще не думали о соревновании. Тут оказалось, что выигравший всё равно наберёт себе помощников. А раз во французском отряде уже есть паренёк, который здесь уже был за главного, годом ранее, то можно просто на него спихнуть административную работу, — сказала Диана Гарри, не переводя это для Луи.       — Это не по-спортивному. Я за состязание, — возмутился Гарри.       — Будь по-вашему. Луи, мы готовы, — сказала Диана последнюю фразу на французском.       Француз кивнул Жаку и тот, никуда не отходя, начал развязывать галстук и снимать форму. Лишний раз подтвердились слова Алины. Фигура Жака была немного «инопланетной», хоть и в прекрасной спортивной форме. Алина тоже, не стесняясь, начала раздеваться, не сходя с места. Через пару секунд она стояла в одном лишь темно-синем закрытом спортивном купальнике, с маленькой фирменной надписью в районе ключицы. От англичан тоже показался участник. После того как он разделся, Алина тихо хихикнула.       — Что такое? — поинтересовалась Диана.       — Вы видите его шорты? Только не говорите, что он в них собрался плавать. Они ему очень мешать будут в заплыве. Сопротивление воды, все дела, — почти шёпотом Алина говорила Диане.       — Так тебе же лучше.       — И то верно.       — Смотри. Тебе нужно доплыть до буйка и поплыть обратно как можно быстрее.       — Ага… Вопрос.       — Какой?       — А оплывать его нужно?       — Гарри! — крикнула Диана.       — What?! — послышалось издалека.       — Нужно оплывать буйки или нет?! — перестроилась Диана на английский.       — Пусть будет — нужно! — крикнул Гарри.       — Окей! Нужно, — сказала Диана уже Алине.       — Понятно, — ответила пловчиха.       — Смотрю, что с платформы есть шанс отлично прыгнуть в воду. Пусть и будет нашей стартовой позицией, — показала Диана на место, где отсутствовали перила.       — Да. Пойду туда, буду ждать старта.       — Давай.       — Не подведи, — Громко поддержала Лена, подойдя и закинув свою маленькую косичку за ухо.       — Постараюсь! — ответила ей Алина.       — Дружеская вера — это очень хорошо, — положила Диана руки на плечи обеим девочкам.       «— Камнем на дно, в пучину небытия, скорый поезд остановит случайный пассажир.       — Грегор! Я уже и не надеялась тебя услышать, — Диана убрала руки. — Не скажу, что поняла, но случится что-то плохое?       — Истина.       — Но это кто-то исправит?       — В яблочко.» — отвлеклась Диана на внутренний разговор.       Алина заняла место у стартового края. К ней тут же присоединился Жак, дружелюбно улыбнувшись. Англичанин, в свободных спортивных шортах, тоже подошёл и занял место.       — Знаешь правила? — спросила у него Диана.       — Знаю.       — Алина? Правила помнишь?       — Помню.       — Жак? Что делать знаешь? — начала Диана на французском.       — Почти, как раз не знаю, нужно ли оплывать буёк?       — Вод ведь Луи… Надо.       — Понял.       — Тогда…!       — Стойте! — прервала Алина.       — Что случилось? — спросила Диана.       — Волосы. Они мне будут мешать. Шапочек тут нету, так что пусть мне косу заплетут.       — Супер. Лена, сможешь? — спросила Диана.       — Простите, только себе могу, — показала Лена на свою косичку, закинутую за правое ухо.       «Какая тупая отговорка.»       — Что б вы без меня делали? — ехидно спросила выходящая из толпы Вика, срывающая резинку со своей туго заплетенной косы, отчего та быстро, даже моментально, распустилась. Увидев объем её волос, Диане стало любопытно, сколько времени уходит у самой «спасительницы» на причёски, но мысль так и осталась у неё в голове.       Никто не видел выражение лица вышедшей, что сейчас стояла перед Алиной и говорила:       — Только ты не думай, что мы теперь друзья. Потеряешь мою резинку — лучше не вылезай из воды. Поворачивайся.       Алина покорно повернулась к Вике спиной и наклонила голову. Разница в росте позволяла художнице спокойно творить с волосами пловчихи всё что ей вздумается, без необходимости ту куда-то сажать.       — Краску смени, — сказала Вика, пока плела той максимально тугую косу.       — Что?       — Краску смени, говорю. А ещё и шампунь, желательно. У тебя волосы отвратительно слабые. Дерну чуть сильнее — с залысиной будешь.       — Хорошо… — растерянно сказала Алина.       — Готово! Помни про резинку, — сказала Вика, перед тем как вернуться к остальным зрителям.       — Теперь тебе ничего не мешает? — спросила Диана.       — Нет, теперь всё хорошо, — сказала поникшая Алина, пока шла к старту.       — Тогда! Ахтунг! — Сказала Диана, чтоб на неё точно все обратили внимание.       Так и случилось. Участники заплыва, да и остальные, смотрели на Диану крайне удивленными глазами.       — Старт! — Крикнула она и махнула рукой.       Жак и Алина прыгнули в воду просто как иглы. Ни единого лишнего всплеска или звука. Англичанин же наоборот, плюхнулся животом так, что у всех, кому не посчастливилось увидеть это, заболело ровно в том же месте. Как и говорила Алина — аутсайдер сразу был виден. И дело было вовсе не в шортах. К моменту, как Алина и Жак проплыли полпути, у англичанина не набралось и одной пятой. Буйки стояли довольно далеко друг от друга, но не настолько, чтоб всем пришлось оплывать один.       Диана увидела, что участники наконец-то обогнули буйки и начали на всех порах возвращаться к старту. Ещё полпути соперники проплыли рука в руку, но под конец дистанции Алина начала сильно сдавать. Размах рук француза был несколько шире, да и грёб он, как настоящий пароход.       Гонка была завершена. Жак доплыл до платформы. Луи помог ему выбраться из воды и похлопал по спине за отлично проделанную работу. Вскоре к ним подключился и остальной французский отряд.       — А где Алина?! — крикнула Лена из толпы.       Отвлёкшись на победителя, никто и не заметил, что Алина не доплыла. Она осталась примерно на четверти дистанции и тянула руку вверх, медленно погружаясь.       — Да она же сейчас утонет! Помогите ей! — кричала уже Диана. В этот момент вспомнились слова Грегора.       Не успевший толком отдышаться Жак сразу бросился обратно в воду. Быстро доплыв до места, где у Алины уже погрузился последний палец, кое-как справившись с одышкой, пловец вдохнул и нырнул. Он вытащил девочку и старался держать её голову как можно выше, пока, прикладывая уже последние усилия, плыл к платформе. Только они доплыли, как сразу подбежал Луи и попытался затащить их, но никак не мог этого сделать.       В панике оглядываясь по сторонам, Диана случайно выцепила Сережин взгляд. Тот всё понял по-своему и на секунду скрылся в толпе.       «Что же ты творишь?! Ты куда пош…?!», — не успела Диана додумать, как спустя секунду Сережа выбежал вместе с Никитой, которого здоровяк держал под руку, тянув явно против его воли.       Но Никита сопротивлялся ровно до того момента, пока не понял сути происходящего. Парень высвободился и в момент подбежал к месту, где Луи пытался вытащить Алину. Сереже пришлось оттолкнуть вожатого, видя, что тот не в силах самостоятельно вытащить пловцов. Удивленный француз ещё долго не понимал, что произошло и лишь молча смотрел на двух парней, которые, успев переглянуться, быстро втащили Алину на плавучую платформу одним движением. Диана отлично понимала, что времени ждать медбрата нету и пришло время взять себя в руки. Вожатая растолкала парней и упала на колени рядом с пострадавшей. К счастью, ей хватило сил сделать так, чтоб девочка легла ей на согнутое колено головой вниз. Диана начала давить на спину Алины в районе легких выдерживая ритм, но это не помогало.       «Ну, давай же!», — резко со всей силы надавила в последний раз ей на спину, отчего та закашляла и выплюнула всю воду, что успела засесть в её лёгких.       Алина сделала несколько глубоких вдохов и в панике осмотрелась по сторонам. Никита и Сережа пока помогли забраться на платформу Жаку. Взгляд Алины остановился на глазах вожатой. К своему же собственному удивлению, Диана обняла Алину со словами «Слава Богам».       Вскоре и до медбрата дошла весть о случившемся. Макс на всех порах прибежал и забрал Алину в медпункт. Все вздохнули с облегчением, узнав, что её жизни ничего не угрожает. Алина, узнав о поступке Жака, примерно минуту висела у него на шее, без остановки говоря: «прости» и «спасибо». Сережа с Никитой пожали друг другу руки, натянув дружеские улыбки. Может, если у Сережи она и была искренней, то у Никиты просматривалась явная фальшь. Диана же всё стояла у перил и думала, смотря на свою трясущуюся руку.       «Что со мной? Это точно я? Я так испугалась? Даже Грегор предупредил, что всё будет хорошо. Я стою и трясусь за смертного. Абсолютно чужого мне смертного. Что с тобой, Уриэль?»       Мысли вожатой развеял подошедший Сережа.       — Как вы, Диан?       — Я? — просипела она. — Да я испугалась, как ребёнок! Я была просто в панике! Со мной такого не случалось… Никогда. — Продолжала Диана смотреть на трясущуюся руку и говорить тихо-тихо.       — Стресс — вещь такая. Но зато, вы, считайте, жизнь человеку спасли.       — Но ведь… Я… А ты? А Никита? Жак?       — И мы спасли, — улыбнулся здоровяк. - Из нас просто прекрасная команда вышла, не находите?       — Как…?       — Что «как»?       — Как ты умудрился среагировать лишь по одному моему испуганному взгляду? Вскользь! Ты не секунды не сомневался. Просто начал действовать.       — Ну... Диан, разрешите откровенно?       — Угу… — ответила Диана в пустоту.       — У всех бывают моменты слабости. Я увидел, что вам нужна помощь — я постарался помочь, — сказал Сережа и поправил очки.       «Меня обставил смертный! Меня, Приближённую! Но ведь, он прав… Я дала слабину.»       Всё, что Диана смогла из себя выдавить, было лишь тихое «Спасибо», и Сережа решил оставить её наедине с мыслями и удалился к остальному отряду.       О чем-то с ними болтая, здоровяк, как всегда, тер затылок. Было заметно, что он получил весомую долю признания, как и Никита, которого в такой же степени все хвалили и ему искренне улыбались. Но, спустя момент абсолютно все двинулись к французскому отряду. Настоящий герой дня, Жак, за те несколько отчаянных минут которые длилось всё спасение успел показать, что он не только первоклассный пловец, но ещё и просто юноша с огромным сердцем. Настоящий герой, не носит белоснежные латы, не вооружен реликтовым оружием, напротив, сидит на пирсе, изнеможённый, с тяжёлой одышкой. Казалось, что он сейчас заслужил все благодарности мира, но с усталой улыбкой отнекивался и отговаривался от тех, что получал от отрядов сейчас. «На моём месте так поступил бы каждый», — говорил он, но Алине повезло, что такой «каждый» воплотился именно в этом французском пареньке.       Оставалось последнее состязание за клуб. На очереди были альпинисты. Вот только весь азарт и желание бороться — пропало. Остались только сомнения.       — Вы идёте? — спросила у Дианы подошедшая Лена. Она снова поправила свою косичку.       — Да. Иду…       «Пора взять себя в руки. Всё уже кончилось.»       — Значит, теперь твоя очередь блистать? — спросила Диана.       — Ну, посмотрим, блистать или нет, но я постараюсь, — ткнула Лена «класс».       — Так. Мне не нужно, чтоб такие эксцессы повторялись. Ты точно уверена, что сможешь?       — Значит, вам нужна максимальная выкладка?       — Да, только со сменой приоритетов. Теперь постарайся целой вернуться. От падения с высоты никто правил первой помощи ещё не придумал.       — Эх… — выпрямила Лена руку и посмотрела на свои пальцы, — прощай, мой маникюр. Думала, что хоть до конца отдыха продержится. Не волнуйтесь, я с пелёнок на альпинистских стенках лажу. Всё будет «лучше всех».       — Искренне надеюсь.       — Пойдемте, Диана. Я пока схожу переоденусь, а то в юбке лазить знаете ли… — сказала Лена перед тем, как уйти готовиться.       — Да, я поняла. Надо отвести отряд к стенке… — подумала Диана вслух, всё ещё не желая «отклеиваться» от перил.       Вновь пересилив себя, вожатая вернулась к отряду, который уже успел сойти с платформы на песок, и, как только воспитанники её увидели, то молча уставились на неё.       «Что ж вы все так смотрите…»       — Так, ребятки. У нас осталось последнее состязание. Давайте поддержим Лену и поставим точку в соревнованиях, — сказала Диана со всей оставшейся уверенностью.       Отряд выслушал это молча. Помолчал ещё пару секунд, а потом с криками бросился обнять свою вожатую. «С такой вожатой точно ничего не страшно», — сказал чей-то голос из обнимавшей толпы. Где-то внутри Дианы стало немножечко светлее, но нужно было держать марку.       — Так! — громко сказала она. — Мне, конечно, очень приятно, но поддержки сейчас будет требовать Лена. Перенастроились и марш к альпинистской стенке, — показала Диана свободной от объятий рукой в сторону «обрыва». Прям на скале, куда вреза́лся пляж, была организована та самая стенка, со свисающими страховочными канатами.       — Есть! — крикнул отряд и рассредоточёно — кто пошёл, кто побежал — до последнего места соревнования.       «Может всё не так и плохо? Да с чего я взяла, что всё плохо? Всё обошлось. Лишь бы французы не выставили на соревнование Мари… Той и страховка не нужна будет. Видела я, как она по деревьям прыгает».       Теперь и Диана дошла до места соревнования.       «М-да, когда стоишь у подножия скалы и смотришь вверх, кажется, что эта скала подпирает небо. Сколько ж она в высоту?»       — Примерно шестьдесят метров. Вы ж об этом думаете? — прервала мысли Дианы подошедшая Лена. Она поправляла беспалые перчатки и проверяла на них липучки.       Лагерная форма сменилась практически самым обычным спортивным костюмом, разве что обувь была немножко странной. Да и страховочный жилет тоже выбивался из общей картины.       — Мысли читаешь. Интересные кроссовки.       — На самом деле — они довольно такие себе, но других на складе не было. Я готова. Кто мои соперники?       — Хороший вопрос. Французы вообще куда-то ушли, а англичане не выдвинули никого ещё.       — Я, что, сама с собой состязаться должна?       — Да подожди ты, — сказала Диана перед тем, как отойти к Оливии и Гарри. — Ну что, кто у вас соревнуется? — спросила Диана сразу у обоих вожатых, переключившись на английский.       — У нас никто не хочет. Похоже, что все потрясены ранее произошедшем, — Сказала Оливия.       — Да. Ситуация не из приятных, — подтвердила Диана.       — Да и смысла соревноваться вот с этим, — показал Гарри на скалу, — нету.       — Что? — сказала Диана, после чего обернулась.       Увидела же она Лену, которая, не иначе как паук, забиралась на отвесную скалу. Каждое движение рук было отточенное и уверенное. Страховки на ней, естественно, не наблюдалось.       — Во дает! — сказал Гарри, прикрываясь ладонью от солнца. — Интересно, первое, чему она научилась, это ходить или лазать?       Добравшись до середины скалы, Лена, повиснув на одной руке и опершись на ногу, нарушила первое правило альпиниста — посмотрела вниз, затем она улыбнулась всем и помахала, после чего незамедлительно продолжила карабкаться по скале. Весь путь у неё занял не более двух минут и, закончив своё триумфальное шествие, Лена уселась на самый край, свесив ноги. Диана снова вернулась в свой отряд, который стоял ближе всех к страховочным тросам, и, подняв голову, крикнула:       — Лена!       — Что?! — донеслось сверху.       — Угадай, что ты сегодня подметаешь после ужина?!       — За что?!       — За своенравство! Клуб твой, заполняй бумаги!       Ответа сверху не раздалось. Отряд дружно посмеялся. Пришла пора возвращаться с красивейшего пляжа обратно наверх.       Только отряды поднялись по эскалатору, как прогремел горн на ужин.       «Уже семь часов, надо же.», — подумала Диана.       Скомандовав отряду бежать к столовой, Диана вспомнила про Алину в медпункте.       «Думаю, что моя порция от меня не убежит. Наташа припрячет», — подумала вожатая.       По дороге до медпункта встретился Саша. По лицу невозможно было угадать его настроение, но что-то подсказывало Диане, что оно явно нехорошее.       — Здравствуйте, Диана.       — Здравствуйте. Полагаю, вы уже знаете всю ситуацию?       — Знаю, Макс рассказал. Нам всем сильно повезло, что там были вы и ваши парни, — выдохнул начальник.       — Это мне́ повезло, что там были они и Жак, — сделала Диана усилие, чтоб такое сказать. — Без них всё было бы намного печальнее.       — Вот вам и цена за инициативность. Даже сама идея соревнования за клубы — это что-то новое. По началу мне даже понравилось, но, услышав, к чему это всё привело… Слава всевышнему, что всё обошлось.       — И не говорите. Я вот как раз бежала проведать Алину в медпункт.       — Это хорошо. Я жду отчёта за день в подробностях. Хоть ситуация и крайне неприятная, но она не должна пройти мимо её родителей.       — Да. Я поняла, — только Диана собралась уходить, как вспомнила про просьбу Сережи. — Саша, подождите, у вас есть ещё минутка?       — Да хоть две. Что у вас ещё случилось?       — Слава богам — нет, я из интереса. А что не так с техникой на пляже?       — А с чего вы решили, что с ней что-то не так?       — Ну, у нас есть один крайне подкованный отдыхающий. Он глянул и сказал, что всё неисправно, — соврала Диана.       «Что же ты несешь, дура? Он просто сказал, что ключей зажигания нету.»       — Вот как? Интересно, как же это он на взгляд определил, что техника не работает, ещё и прав оказался?       — Что? — переспросила Диана.       — Да, она далеко не новая и служила нам очень долго. Мы неоднократно вызывали механиков, но они отказывались к нам добираться, а отвезти самим у нас не было возможности. Сейчас, всё на пристани — просто украшение. А жаль. Я сам очень любил поплавать на нашей яхте.       — Так… Может?       — Вы хотите попросить доступ к технике?       — У меня все сегодня мысли читают…       — Знаете, по всем правилам, я даже задумываться не должен об этой просьбе, особенно после случившегося. Но ведь, лагерь у нас необычный, — подмигнул Саша. — Зайдете за всем необходимым ко мне сегодня, после ужина. Желательно, с отчётами. Там и заберёте ключи от яхты и скутеров. Предупреждаю — ключ для скутеров — один на всех. Потеряете — накажут.       — Поняла! — разулыбалась Диана.       — Отлично! Тогда работайте, товарищ вожатый, — сказал Саша и ушёл в сторону админ.корпуса.       Диана же продолжила свой путь до медпункта. Дойдя до него, вожатая постучала в дверь и услышала одобрительное «Входите». Повернув ручку двери, она увидела рабочее место Макса, что представляло из себя стол с компьютером и стоящий слева шкаф, со всем необходимым для лечения пострадавших отдыхающих. Белые стены медпункта напомнили Диане кабинет Лорда-командующего, но она резко откинула эту ассоциацию, помотав головой.       Справа от стола медбрата стояла койка, на которой и находилась Алина и чего-то ждала от медбрата, что усердно что-то записывал, не отвлекаясь даже на то, чтоб посмотреть, кто зашёл. Диана подошла к нему, не желая отвлекать, но все же это было необходимо.       — Макс, здравствуйте. Как тут наши дела?       Только сейчас Максим отвлекся от писанины и повернулся к Диане. На его шее болтался стетоскоп, а лицо медбрата украшала мина непонимания.       — Здравствуйте, Диана. Да у нас тут заминочка интересная вышла. В карточке данной пациентки, не упоминается один крайне существенный диагноз.       — И какой же?       — У Алины аритмия, — помолчал медбрат. — Не опасная для бытовой жизни, но сегодня... произошёл тот самый случай, когда она себя проявила. Нагрузка на сердце была получена такая, что привела к приступу, перехватило дыхание… Благо, что рядом кто-то оказался. Обычно такой диагноз обязательно вносится в карточку пациента, но в Алининой почему-то пусто.       — И почему же? — спросила Диана уже Алину. — Почему ты мне не сказала?       — Потому что это именно та причина, по которой мне пришлось бросить плавание! Я ненавижу моё состояние. Поэтому и соврала вам про растяжение, чтоб вы допустили меня к заплыву.       — У меня коллега в институте — кардиолог. Он постоянно говорит, насколько даже малые сердечные болезни опасны. Ты понимаешь, сколько ты подставила народу под удар, не сказав никому про свои проблемы?       — Теперь понимаю. У меня никогда не доходило до приступов, и я даже не представляла, насколько страшно оказаться в такой ситуации.       — Что мы делать будем? — спросил Макс.       — В принципе, со слов кардиолога, сердце всегда должно быть хоть в каком-то тонусе. Максим, впишите диагноз в карточку, но Алина теперь будет на оздоровительной физкультуре.       — А? — спросила Алина, — вы не собираетесь меня ограничивать?       — Ну. По-хорошему — нужно бы. Но плавать не запрещаю. Пойдешь под крыло Жака одной из спасательниц, но, если ты опять хоть попытаешься переутомиться — поверь, твой сердечный приступ тебя добить не успеет. Я приду раньше. — Максимально строго сказала Диана. — Макс, под мою ответственность, — попросила вожатая медбрата.       — Смотрите. Мне не сложно, — вернулся Макс к писанине за своим рабочим местом.       — Спасибо… — сказала Алина удивленно.       — Поблагодаришь, целая и невредимая, в конце смены, — собралась Диана уходить.       — Подождите, — сказал Макс, снова оторвавшись от заполнения. — На сегодня я оставлю её в медпункте. Чисто из необходимости. Как говорил кардиолог из моей интернатуры: «Инфаркты подчиняются правилу первых двух рюмок, между первой и второй…».       — Мы поняли, Макс. Не продолжай, — прервала его Диана. — Хоть на ужин отпустишь?       — Под вашу ответственность.       — А вообще… Кто твоя соседка, Алин?       — Лена, — ответила та.       — Скажу ей, чтоб она принесла тебе форму, а то в спортивном купальнике ходить по лагерю — так себе удовольствие. Как только переоденешься — заходи в столовую.       — Есть! — ответила Алина.       Теперь путь Дианы лежал в столовую. В животе заметно опустело, хоть есть особо и не хотелось. На крыльце уже собралась компания отужинавших, что обсуждали прошедший день. Диана опять услышала разговоры: кто куда хочет записаться, и просто восторженные предложения. Среди разговаривающих были Рита и Лена.       «Как раз! Можно каждой что-то поручить.»       Диана зашла на крыльцо и негромко позвала Риту с Леной к себе.       — Да, вы что-то хотели? — спросила помощница.       — Хотела. Так-с, Лена, сниму с тебя наказание, если ты сейчас отнесёшь Алине её форму и проводишь в столовую с медпункта. Поняла?       — Поняла! — улыбнулась альпинистка.       — Не торопись, самое скучное ещё впереди. Рита сейчас побежит в админкорпус за бланками, которые надо заполнить, чтоб взять главенство над клубом. Тебе нужно отдать их Сереже, Вике, Лене, Лизе и Алите. Они должны их заполнить и принести в админкорпус Александру. Всё ясно? — обращалась Диана уже к Рите.       — Да!       — Тогда — выполнять.       Девочки быстро разбежались выполнять поручения.       Диана зашла в столовую. Народу там почти не осталось. Даже вожатые уже успели отужинать и куда-то подевались.       «Жалко, а то я хотела позлорадствовать на ними. Англичане в итоге ничего и не получили.», — с такими мыслями Диана подошла к раздаче.       — Привет, героиня! — громко поприветствовала ещё раз Диану Наташа, улыбаясь.       — Брось. Тут и без меня героев хватает. Я ничего по факту и не сделала.       — Скромность — тоже хорошо.       — Да я серьезно. Почти всё сделал Жак, с Сережей и Никитой на подхвате.       — Ну, а помощь кто оказал?       — Это уже вроде и я, но если б не они, то стояла бы там и паниковала дальше.       — Вот значит как? Снова наш Сережа?       — Наташ, ты будешь куда большим героем дня, если сделаешь торт, — улыбнулась Диана.       — Тогда я уже герой, — улыбнулась Наташа в ответ. — Он готов и стынет уже. Так что скоро можно будет есть.       — Ты сильно занята? Не хочешь со мной поесть?       — Уже не сильно. Я вроде всех накормила, только ты осталась, — на Дианином подносе появились тарелка спагетти с морепродуктами, стакан какао с молоком и шоколадный кекс.       — Ничего себе. Это что за ресторанное меню?       — Ты не видела, что у меня в расписании готовки на смену. Ты ещё не раз удивишься. Например, завтра с утра будут тосты с красной икрой. — оттопырила повариха мизинец и прищурила глаза, не переставая улыбаться. — Я пошла сниму фартук. Иди за столик, пока что, — сказала Наташа и скрылась где-то в кухне.       Диана прошла за привычный «вожатский» столик и ещё долго гипнотизировала поднос со стоявшей на нём едой. Ровно до того момента, пока за стол не села Наташа точно с таким же набором блюд. Они принялись есть, изредка переговариваясь на какие-то темы:       — Как тебе Алита в музклубе? Скажи, талантище?! — спросила Диана.       — Да у тебя весь отряд каких-то самородков. Одна играет, одна рисует, третий — на все руки мастер…       «Четвертая с клана… Пятая — сердечник… Шестая — трансвестит…», — додумала Диана.       — Чем тут вообще развлекаться можно? — спросила вожатая.       — Да особо нечем. С моим графиком работы — так только вечерами куда-то ходить, на пляж, к примеру. Там здорово по ночам. Всё засматриваюсь на яхту, только та сломана, вроде.       — О, кстати! Я выпросила от неё ключи. И от скутеров тоже.       — Да ты что?! А тебе зачем? Нерабочие же.       — Ну, чтоб самый рукастый отдыхающий их осмотрел.       — Думаешь, у него что-то выйдет?       — Не знаю. Вот и посмотрим.       — Здорово! Очень хотелось бы на ней поплавать. Если он скажет, что есть хоть какой-то шанс её починить — буду до конца смены ему вкусности таскать.       — Так! Не балуй мне отряд! А то дисциплина вся насмарку пойдёт.       — Знаешь, мне кажется, что они тебя и так будут слушаться, после такого-то происшествия.. Так что — расслабься, как минимум дети теперь знают, что на тебя можно рассчитывать, если что, — серьёзно сказала Наташа перед тем, как втянула длинную макаронину.       — Всё равно сильно баловать нельзя. А теперь прости, я хочу доесть эту вкуснотищу.       — Приятного!       Молча доев свои порции, Диана и Наташа встали из-за стола, и только вожатая собралась прощаться и уходить — подумала.       «Может пусть с нами посидит?, — посмотрела Диана на отвернувшуюся повариху. — Чем ей ещё заниматься? Если у меня вышло с детьми найти общий язык — у неё и подавно выйдет.»       — Наташ?       — Да?       — Ты ж с нами сегодня?       — Не поняла.       — Ну, как это? Мы будем есть твой торт без тебя? У тебя ж нет неотложных дел?       — Да какие тут дела могут быть? Ну, если не помешаю твоему строгому коллективу, то я с удовольствием.       — Вот и замяли. До встречи после отбоя, — довольная собой, Диана пошла к выходу.       Остаток вечера у лагеря оставался свободным. Ну, почти… Разве что те, кто отвоевал главенство над кружками, должны были заполнить прошения. Да и сама Диана должна была написать здоровенный отчёт. Именно этим она и занялась, как вернулась в домик. Мысли у неё было только две: «Как быстрее написать», и «Как бы поспать немного». Поставив последнюю точку в отчёте, Диана глянула на часы.       «Пол девятого, значит? Почти два часа писала чертову бумагу».       Она вышла из домика и побрела к админ.корпусу. Дорога не подкинула сюрпризов или случайных встреч. Собравшись постучать в дверь, вожатая так и не смогла выполнить это действие. Оттуда вышла девочка, которая обставила Дианиных парней в конкурсе программистов. Она улыбнулась и ушла по своим делам. Зайдя в административное сердце лагеря, Диана сразу обратила внимание на Сашу, сидевшего за своим рабочим местом в дальнем углу комнаты. Вожатая положила отчёты и собралась уходить, как её окликнули обратно:       — Ничего не забыли?       — Да вроде…       — Значит, я оставлю ключи в сейфе?       — Ой, точно!       — Вот, — положил начальник связку перед вожатой. — Но смотрите, чтоб ваш подчинённый ничего не доломал.       — Не волнуйтесь, — забрала Диана выданное. — Он смышлёный. Даже с перебором. Он не будет лезть туда, где всё безнадежно.       — Надеюсь. Вы что-то ещё хотели?       — Нет.       — Тогда работайте, — сказал Саша и принялся читать отчёт.       Диана на этой ноте покинула админкорпус и стала возвращаться в домик, чтоб хоть чуть-чуть вздремнуть. Вышло у неё это даже лучше, чем ожидалось. Разбудил же её горн, по иронии судьбы трубивший «отбой».       «Блин, голова… Я поспала два часа. Нужно ещё немного посидеть перед тем, как позвать моих победителей к столовой.»       Диана взяла рацию.       — Рита.       — Да, — довольно громко раздалось из устройства.       — Ночное задание тебе. Найди: Вику, Сережу, Лену, Лизу, Алину и Алиту, и скажи им, чтоб пришли к столовой через полчаса. Сама тоже приходи, так уж и быть, заслужила за побегушки по моим просьбам.       — Спасибо, наверное… Но Алина ж в медпункте.       — Точно… Ладно, не беда, сама за ней схожу.       — А что там будет?       — Узнаешь. Давай, иди.       — Поняла, — прозвучало последнее сообщение.       Диана чуть-чуть причесалась после короткого сна и вышла из домика. Фонари в лагере погасли и опустилась непроглядная тьма. Очень неуютная тьма… Диана поставила себе цель добраться до медпункта, чтоб достать оттуда Алину.       «Не следит ли что за мной?», — подумала Диана и ощупала пояс. Кроме рации на нём ничего не висело.       По пути до медпункта ещё и шорохов каких-то прибавилось. Осмотреться возможности не представлялось, а на слух ориентироваться Диана не умела.       «Мари сейчас бы пригодилась. Дрыхнет небось.»       Наконец-то дойдя до медпункта, вожатая прислушалась: нет ли никого за его дверью. Простояв так секунд двадцать и убедившись, что там тихо, она вставила ключи в замок двери, благо, что связку она не отдавала. А то, что на ней оказался ключ от медпункта — так вообще чудо. Диана открыла дверь и, не включая свет, прошла до койки, где лежала Алина.       — Просыпайся, — растолкала Диана девочку. Та нехотя, но проснулась.       — А?       — Просыпайся, говорю.       — Что случилось?       — Беда случилась. Без тебя не разберёмся, срочно, к столовой иди.       — Да… бегу, — в полудреме отвечала Алина. Она встала с кровати и, потирая глаза, направилась к выходу.       — А тобой довольно легко манипулировать.       — А? — обернулась девочка уже в двери. Её растрепанная прическа закрывала один глаз.       — Я поняла. Давай-давай, выходи, проснёшься по дороге, — Диана легонько подтолкнула Алину, чтоб та вышла с прохода. Вожатая закрыла дверь в медпункт.       — Так что стряслось-то? — вернулось к Алине немножко понимания.       — Сейчас сама всё узнаешь, пойдём, — махнула Диана рукой в жесте «Следуй за мной».       Сонная девочка молча последовала за вожатой. У столовой, в то время, уже собрались все, кого Рита должна была позвать. Кто полусонный переговаривался, опираясь на ограждение крыльца столовой, а кто просто стоял и тёр глаза. Сразу было видно, что всех подняли по «тревоге» прямо из кроватей. Лагерная форма сменилась мятыми футболками, майками, шортами и прочими «пижамными» вещами. Подошедшая к группе детей, Диана сказала:       — Ну что, интересно, зачем вы все тут?       — Очень, — сказал хитро улыбнувшийся Сережа.       — Так, ты не выступай! Хоть никому не проболтался?       — Да вы что. Я — могила. — ответил Сергей.       — В принципе, не тяжело догадаться, — съехидничала Вика, утягивая свои волосы в хвост на затылке. Она ещё неоднократно его поправляла в течении чаепития из-за недостаточной тугости резинки.       — Да? Ну и что же вас ждёт? — саркастически спросила Диана.       — У-у-у, кто-то забыл, о чём говорил на линейке, — ядовито подметила Вика, улыбнувшись. - Сладкое. И будет действительно неплохо если так, а то тут с этим напряжённо, — говорила она, скрестив руки на груди.       — Тогда, тебе должно понравиться, — ответила вожатая.       — Да ей совсем невтерпеж! — сказала Рита, смеясь. — До вашего прихода, уже начала в замке ковыряться, в попытке дверь открыть. Что-то у неё совсем плохо выходило.       — Похоже, ты не знаешь, что с доносчиками делают, — сказала Вика Рите максимально злобно. Последняя аж отошла на пару шагов.       — Тогда, думаю, что кое-кто чуть со смеху внутри не упал, пока ты пыталась взломать замок, — сказала Диана. — Дверь вполне себе открыта. Если ты не додумалась сначала ручку покрутить, то у меня к твоим способностям медвежатника плохие новости.       Все на крыльце дружно посмеялись. Даже вечно тихая Лиза хихикнула. Лена с Алиной уже во всю отстраненно болтали, но вдруг Алина, достав с кармана форменной юбки что-то, подошла к Вике.       — Спасибо. Мне сильно помогло тогда, — протянула Алина ту самую резинку, которой Вика стянула заплетенную ей косу.       — … — помолчала Вика какое-то мгновение. — Ну и пусть дальше помогает. Я ж надеюсь, что ты продолжишь трудиться на пляже? В конце смены вернешь, — отмахнулась Вика, держа на лице самодовольную улыбку.       — Спасибо. Хорошо, — робко ответила Алина.       — Так, ладно, хватит, — прервала разговоры Диана. — Я уже не могу тут стоять, — она потянулась к дверной ручке. Вожатая открыла дверь столовой, и их встретила непроглядная тьма внутри. — Наташ! Выходи уже, а то сидишь тут, как сыч в темноте!       Свет в столовой внезапно зажёгся, и с кухни вышла повариха, поставив на раздачу поднос с медовиком. Она широко улыбнулась вошедшим со словами «Тадам!».       — Блин, сто лет тортов не ела, — сказала Лена, подходя к ближайшему столику у раздачи. Остальные последовали её примеру и тоже намеревались сесть за столики.       — Ну, вот сейчас и съешь. Чего уселись?! — командным тоном рявкнула Диана на воспитанников. - У нас самообслуживание, бегом за чашками, тарелками, кружками и так далее! — Отдала она приказы.       Каждый, выбрав себе чай по вкусу из столовского склада и отхватив по куску торта, сидел и наслаждался незамысловатым десертом. Не стихали удивления, вроде: «Насколько простой торт, а настолько вкусный».       Со своими кусками победители разделались намного быстрее чем с чаем, поэтому теперь неспеша сидели и пили свои «изысканные» сорта и общались на разные темы. Диана с Наташей активно принимали в этом участие:       — Невероятно вкусно, спасибо… — начала Алина, не зная кому сказать то самое «спасибо», Диане или Наташе.       — Да не за что, — сказали обе в унисон и переглянулись.       — Я и сама должна сказать «спасибо» Сереже, без него вообще бы все сегодня были голодные, — сказала повариха и хлебнула чай с кружки.       — Да ладно вам, дел на десять минут было.       — Кстати, Серега, — сказала Диана, отвлекшись от напитка, — я ж, смотри, что выпросила, — полезла она в карман и достала кольцо с пятью ключами от водного транспорта. Она подкинула связку Сереже, и тот без проблем её поймал. — Это от техники на пристани. На все скутеры только один ключ, остальные, наверное, от яхты.       — Ого! Не ожидал, спасибо. Завтра же посмотрю, что можно сделать там, — Сережа перебрал ключи в руках. — М-да, похоже, что плавсредства действительно очень древние. Ни намёка на электронику.       Остальные сидящие с удивлением охнули, пока слушали разговор Сережи и Дианы. Вика всё смотрела на парня не отрываясь, но сумела перевести внимание на новую цель.       — Значит, вас Наталья зовут? — спросила Вика у поварихи.       — Угу, — ответила та, не успев оторвать чашку от губ.       — Смотрю на вас и удивляюсь. Нет ли на кухне другой, страшной такой, обычной поварихи, которая на всех готовит под вашим прикрытием?       Наташа немного поперхнулась чаем, а Диана так и вовсе хотела осадить Вику, но та продолжила говорить:       — Просто удивительно. С вас портреты писать можно, а вы на кухне там корячитесь, — говорила Вика, медленно помешивая чай в кружке и хитро смотря на повариху.       — Ну, спасибо. Такого мне ещё никто не говорил, — ответила Наташа, осознав услышанное.       — Я, если что, серьёзно. Не представляете, сколько народу попросилось ко мне в кружок. Если вам будет не тяжело, то приходите попозировать. Нужно ж на чём-то тренировать молодежь. Только колпак с поварёшкой не забудьте, просто сногсшибательная картина выйдет, — снова поправила Вика хвост на затылке.       — Хорошо, я учту, — улыбнулась Наташа в ответ.       «Вот ведь Вика. Полна сюрпризов.»       — Алита, а ты чего молчишь? — спросила Диана у главного музыканта лагеря.       — Да… Думаю сижу. Ко мне тоже много народа уже подходило. А в конце смены ещё и концерт: это ж номера нужны… и сценарий придумать, — ответила Алита.       — Так не одной же тебе это все делать и думать? Попроси кого-то тебе помочь. Скооперируйся с ребятами.       — Да я понимаю… Думаю, что всё будет хорошо.       — Искренне на тебя надеюсь, — подмигнула ей Диана.       Вся компания переговаривалась и веселилась, обсуждая прошедший день. Конечно, не обошлось и без неприятностей, но на данный момент все были уверенны, что чёрная полоса прошла.       Из окон столовой лился яркий свет, а на соседнем дереве два ярко-фиолетовых глаза следили за всем этим действом, отвлекаясь то на окрестности, то на маску в когтистой руке. Мари сидела на ветке высоченной сосны, свесив ногу и прислонившись спиной к стволу.       «Что ж не так с этой штукой? Раньше никогда не подводила.», — Думала она и с недоумением смотрела на активированную маску, которая всё пыталась на чём-то сфокусироваться бегающими туда-сюда линзами в глазницах.       «Вся техника, по приезде сюда, сбоит и не работает. Связи нет, маски нет… Годится теперь, только чтоб глаза прятать. Да и видно в ней теперь в разы хуже. Ладно, переживём.» — подумала Мари, свернула устройство в налобный обруч и засунула его в один из подсумков.       Демоница снова начала наблюдать за столовой.       «Да когда же они уже выйдут?»       Время тянулось предательски медленно, и Мари надоело сидеть. Ветка не была достаточно длинной, но демоница прошлась по ней вперёд-назад, повисла на ней, сначала на одной руке, потом на другой, залезла обратно и села на корточки. Когтистой рукой немного поцарапала ствол дерева, пока на вторую руку просто опёрлась подбородком.       «Даже в кустах ничего не шевельнётся… Неужто та тварь померла? Пойти попугать Крухо немножко? Хотя, чем я их напугаю? Ещё охоту на призрака устроят… Или на демона.»       Наконец-то внизу раздались какие-то звуки. Из столовой начали выходить люди…       «Ну неужели!»       … скрытые от любопытства Мари бетонным козырьком.       «Ну-у… Не видно же!»       Похоже, что там они распрощались и пошли в разные стороны: Дети налево, а вожатая с поварихой — направо.       «И с кем это наша Уриэль так общается? Интересно-интересно.»       Мари проследила за их путём. Около вожатских домиков Диана и Наташа попрощались, помахав друг другу, и повариха побрела к своему жилищу. Диана же выждала, пока Наташа зайдёт к себе в дом, а потом резко подняла суровый взгляд на Мари.       «Всё-таки заметила.»       Диана кивнула в сторону леса, и Мари начала свою распрыжку по деревьям к месту, где они встретились в первый раз. Добравшись до полянки, демоница спрыгнула с дерева и приземлилась прямо в её центре. Диана выбралась из кустов только через минуту, оттряхивая форменную юбку и убирая с рубашки хвою перед тем, как подойти к своей «коллеге».       — Здравствуйте, Диана.       — Привет-привет, — тихо ответила та, всё ещё убирая веточки с одежды.       — Вы сегодня просто в ударе. Смотрю, что доверие отряда целиком получено.       — Да. Даже немножко больше. Ну что, Мари? Есть какие-то успехи?       — Увы и ах, напротив, Диан. Ни единого шороха в кустах, ни единой потусторонней души…       — Вот значит как? — задумалась вожатая.       — Да. Даже больше скажу: у меня не работает техника. Никакая. Моя маска ведёт себя, как не знаю что, а коммуникатор не ловит сеть. Смартфон, кстати, тоже, но сомневаюсь, что тут виной потусторонние силы. А у вас что?       — У меня, к сожалению, тоже пусто. Я пока не исследовала территорию, да и вообще голова была забита другим целый день.       — Вот как?       — Да. Не знаю, как тебе это объяснить, и не знаю стоит ли вообще.       — Не стоит. Я была на пристани. Я всё сама видела. Разрешите сказать?       — Ну говори.       — Я несказанно рада, что вам не чуждо что-то человеческое. Мы — люди, слабые создания, и восхищаемся теми, кто сильнее и просто лучше нас. Вы поступили очень человечно, присоединились к спасению того, кто намного слабее вас. Пожалели, а не остались в стороне.       — Я поняла, — глубоко вздохнула съедаемая мыслями Диана. — Удивлена, что ты себя ещё ассоциируешь с людьми.       — А как же? Я ж не демон как таковой. Когда придёт мой срок — реинкарнации не будет. Весь мой груз уйдёт со мной.       — Ты в этом так уверена?       — Так говорят тетя Соня и мой Папа. Я им верю как никому другому.       — Интересная ты, Мари.       — Спасибо, — улыбнулась демоница. — Ещё, кстати, на западе от лагеря, совсем недалеко, есть какое-то большое заброшенное сооружение. Не знаю, что это, но одна я туда не полезу. Просканировать я его не смогла, и всё что я скажу — это личная догадка, но аура у этого места плохая.       — Думаешь, стоит проверить вместе?       — Думаю — да. Но не сегодня.       — Почему?       — Я устала, пока осматривала лес. Да и паранойя у меня взыграла очень сильная. Будто кто-то следит за каждым движением.       — У меня тоже такое было, но потом пропало. Совпадением это быть уже не может.       — Вы меня простите, Диана, но я пошла спать, а то Марго подумает о чем-то неладном, — Мари медленно пошла в сторону лагеря.       — Да, иди. Спокойной ночи, — задумчиво сказала Диана. — И кстати…       — М? — обернулась демоница.       — Ты понравилась одному моему воспитаннику.       — Надеюсь, он не сильно наглый, а то придётся ему что-то прижечь, — улыбнулась Мари, показав клыки.       — Насчет этого — не переживай. Переживай, чтоб с тобой кое-кто другой разбираться не пришёл, точнее — пришла.       Мари на это лишь фыркнула и дальше пошла к лагерю, по дороге сменив форму на человеческую. Через момент она уже скрылась в кустах.       Диана же лишний раз задумалась про свою сегодняшнюю эмоциональность.       «— Ну не могла это быть я. Не могла я испугаться за неё. Это всё плохо… Лишний раз напоминает, насколько у меня всё плохо. Ангел должен контролировать эмоции, держать в узде, а не это всё. Только холодный расчёт.       — Мир в твоих глазах — гранит. Осыплется в крошки вскоре.       — Грегор? О чем ты?       — Волны разбиваются о скалу, но время покажет, что скала рухнет.       — Нет! Я останусь тверда в своих убеждениях. Ведь сомнения — это путь к падению.»       Диана постаралась отогнать эти мысли, да и Грегор перестал говорить. Зверская усталость укутала вожатую будто одеяло, и решение пойти в домик пришло незамедлительно.       «Мало ли, что завтра произойдёт?», — с такими мыслями Диана и ушла в объятия ко сну.