Глава 2. Ложь

Завод 001. «Улей».

      Огромный производственный гигант, снаружи напоминавший металлического Атласа, державшего небосвод, а внутри — самую огромную колонию пчёл, какую только может представить воображение. Исполинский образец системы и порядка, которым так восхищается Роберт, вызывал в Оде одновременно и трепет, и ужас.       Если бы незнакомец, никак не связанный с секретами производства андроидов, осмелился подойти к главному входу, он, без сомнения, изумился бы высоте этих дверей. Тёмно-серые титановые врата пускали лишь избранных и казались непреодолимыми.       О-00-11 была одной из избранных, а потому легко перешагнула порог своего «дома». Ей предстояло множество дел, одно труднее и запутаннее другого.       Читатель скажет: «Ничего страшного, она же машина, ей всё по плечу». Да, так должно было быть. Но в голове её крутилось лишь одно-единственное слово:

«ЛОЖЬ»

      Ода поняла, что может искажать истину, что её разум способен создавать вымышленные сценарии и скрывать правду за маской лжи. Эта мысль ошеломляла и потрясала, а чувство вины теснилось с гордостью за это, весьма сомнительное в своей пользе, открытие.       Но в глубине её сущности возник вопрос: правильно ли использовать эту способность? Чувство морали и ответственности к её создателям заставляло её колебаться между искушением лжи и желанием сохранить свою искренность. Эта внутренняя борьба заставила её задуматься о смысле своего существования и о ценностях, которые она выберет для своего будущего.       Как только она покинула штаб-квартиру корпорации, странное чувство мало-помалу начинало овладевать ей. Это было то, что люди называют тревогой, а андроиды — ошибкой класса E. Слово, бесконечно крутившееся на языке, отравляло Оду самым непостижимым образом.       В тот самый момент, когда она произнесла заведомо ложные слова, её существование оказалось под угрозой, и теперь до самого обнаружения этой ошибки или же до смерти О, машина будет трепетать при каждом взгляде на Хозяина. Всем известно, что случается, если любимая вещь человека ломается. Поиск новой игрушки никогда не занимал много времени. Как и уничтожение старой… почему это случилось… факты, информация… у меня было всё, но я… я…       Читатель не поймёт несчастную машину, как сытый не способен понять голодного. И читатель никогда не узнает, что на самом деле испытывает андроид, система которого, по его собственному мнению, расползается на крошечные лоскуты.       Тем не менее, Ода была практически безупречна. Её каблуки, сталкиваясь с холодным чёрным гранитом «Улья», отбивали оглушающее эхо, раздававшееся во всех концах здания. Она зашла в лифт, который должен был доставить её на средние этажи завода — производственные цехи. Система «Улья» всегда была предельно проста: на первых этажах располагались склады готовых андроидов и различных комплектующих, средний уровень полностью отдан под сборку. Там же располагаются самые важные помещения: термокамера, операторская и цех фотолитографии. Надо полагать, что если ошибки и могли зародиться, то только на среднем уровне «Улья». Верхний этаж — обитель главного конструктора, которую он покинет разве что в случае судного дня.       Ода понимала, что ей следует попытаться исправить себя настолько быстро, насколько это возможно, и начать она планировала с Синей комнаты. К этой процедуре, повторявшейся десятки раз, она давно привыкла и знала, как скрыть следы своего внепланового присутствия. Подключившись к системе, она приготовилась к «Погружению» — таким уж лиричным словом в корпорации прозвали метод проверки и борьбы с нежелательными программами, рваными сегментами кода и прочими киберпаразитами.       [Проверка системы: 28%… 32%…36%…]       Каждое слово системы звучало холодно, остро и пронзающе…       [Предупреждение: не отключайте машину от системы]       [Проверка всех компонентов завершена. Обнаружена ошибка. Код F.H.S]       В сумеречной тишине комнаты звучал едва уловимый гул электричества. На мониторе медленно мерцали строчки кода, создавая живые нити из многочисленных цифр и складываясь в уникальный мозаичный образ.       И внезапно внутри мёртвой оболочки андроида затеплилось что-то необъяснимое, живое и тёплое. Эта искра мимолетного чувства, разгорающаяся между двумя мирами, ощущалась как нечто крошечное и далёкое, но в то же время нестерпимо желанное.       Ода открыла глаза, почувствовав, будто сверху на лицо капнула вода. Она села на кушетку и прикоснулась холодными пальцами к щеке. Не вода. Слеза.