VIII. Это был достойный путь

      «Если бы не было безразличных и никто бы не кричал, если бы у всех в сердце была любовь и никто бы не лгал, если бы все были открытыми и усмирили гордыню, мы бы узрели день без человеческих жертв».

      Лу суетилась, раставляя тарелки по столу.       Подошедший сзади мужчина, обхватил её за талию и спросил: — Помочь? — Я почти закончила, — облизывая палец, сказала Лу, — Ты правда думаешь, что кто-то будет есть при таком количестве алкоголя?       Иво рассмеялся и поцеловал девушку в шею. — Хотя, зная Йонаса, он это и в одного выпьет, — Рид хихикнула. — Он придёт? — Приковыляет, куда он денется? — ответила девушка.       Вечно пустующие апартаменты Иво, наполнялись гостями. Всего неделю назад, казалось невозможным собрать таких разных людей за одним столом.       Даниэль открыла шампанское, пробка стрельнула вверх, разливая пену по полу. — За что пьём? — улыбаясь, спросила Вейсс. — За будущего Викария, — Жонсьер протянул стакан, подмигивая Мартену.       Тот лишь смирил его недовольным взглядом.       За эти дни эта тема поднималась очень часто, что уже начинала бесить бывшего Приора. Жонсьер выступил с речью перед народом, в конце которой обьявил о предстоящих первых выборах следующего Викария. Все кандидаты были выбраны лично Мартеном заранее, себя он в их число не вносил. Но Марк позволил себе вольность и решил, что Иво тоже будет в списке. — Я не понимаю, чего ты ломаешься?       Мартен, будто в сотый раз, ответил: — Устал. Не хочу. — Надо, Иво, надо, — тот покачал головой. — Не думаю, что люди стали относиться ко мне более лояльно. — Конечно. Я ещё рядом с твоим именем в анкете дописал — Иво Палач Зола Мартен, — Марк рассмеялся.       «Крэп. Прям шутка века. Долго думал?»       Бывший Приор закатил глаза.       «Давно он так делает?» — Завтра результаты придут и увидим, а сейчас пьём, — призвал Жонсьер.       Все подняли бокалы, чокаясь, осушили содержимое. — Пора градусов прибавить, — сказал хилер и достал бутылку из внутренного кармана куртки.       «Твою ж мать. Иво так долго ждал, чтобы познакомиться с моей социальной группой, а ты на первую же встречу, крэп, притащил самогонку».       Девушка прикрыла лицо руками.       Как вдруг, глаза Жонсьера заблестели, и он протянул две рюмки, показывая — наливай.       «Крэп. А вторая для кого?» — Вот это я понимаю, — разливая, сказал Йонас.       Марк придвинул рюмку Иво. Тот дважды довольно моргнул.       «Охренеть. Да ты полон сюрпризов. Надо будет потом спросить о вашем прошлом».       Вечеринка продолжалась. Все уже были изрядно опьяневшие. Йонас рассказывал истории с других пьянок, часто в них фигурировала Лу. При каждом упоминании своего имени, она краснела и отворачивалась. Кей, видя эту картину, не мог сдержать смеха.       Когда алкоголь окончательно взял верх, Даниэль поднялась на стол и начала танцевать. — Слезьте оттуда, голову расшибёте, — крикнул Марк.       Чтобы поддержать подругу, Рид поднялась к ней. И они вместе показали языки действующему Приору.       Жоньсьер поняв, что тут бессилен, буркнул: — Делайте, что хотите.       Мартен сидел, откинувшись на спинку кресла. Впервые он был таким… расслабленным. Был самим собой. Был счастлив.       Те ужасы, через которые довелось пройти, меркли, когда он смотрел как Лу, откидывая волосы назад, извивалась в танце. Пару раз она чуть не упала, но удержалась на ногах.       Постепенно все начали расходиться.       Лу открыла глаза. Голова гудела. Еле встав, девушка побрела за водой. Иво стоял в зале с открытым конвертом в руках. Было видно, что он о чём-то думал. Его пальцы перебирали бумагу, оставляя мятые следы за собой. — Доброе утро.       Девушка плюхнулась на диван и ответила: — Доброе. Ты какой-то напряжённый. Что за кризис?       Не поворачиваясь, Иво произнёс: — Восемьдесят три процента. — Алкоголя во мне… — закончила Рид, — Никогда больше не буду на спор пить с Йонасом. Так, стоп. О чём ты?       Мартен кивнул на конверт и протянул Лу. Она пробежалась глазами по нему, пытаясь переварить прочитанное. — Ты теперь… — осознала девушка. — Верно. Викарий, — мужчина выдохнув, присел рядом с ней.       Потянулся к её губам, как раздался стук в дверь. На пороге показался Марк Жонсьер с бутылкой виски в руках. От вида алкоголя Лу передёрнуло, что та ушла в другую комнату. — У тебя дел нет, Марк? — вздыхая спросил, Иво. — Подождут. Не мог же я не придти поздравить своего друга, — ответил тот.       Так как они были давно знакомы, Мартен понял, что дело не только в этом. Жонсьер хотел похмелиться после бурной ночи, не желая делать это в одиночестве.       Остаток вечера Иво провёл с Лу. Они ценили каждый момент проведённый вместе. То чувство, что они обрели с друг с другом, поглощало с головой. Одиночество, что преследовало их долгие годы, разбивалось вдребезги.       Той пропасти, что разделяла их — больше не существовало.       Эта любовь была предсказана звёздами, в миллионе миль отсюда. — Ты моя… — шептал мужчина, покрывая тело девушки поцелуями, — Прекрасная, необыкновенная, чудесная…       Он готов был положить весь мир к её ногам. А она отдать ему всю себя.       В глазах Лу блеснули слёзы. Она тихо попросила: — Пообещай, что это навсегда.       Мужчина посмотрел ей в глаза. — Пока смерть не разлучит нас.       Наступил день церемонии. Сегодня был объявлен официальный выходной. — Готов? — спросил Приор.       Мартен кивнул.       Жонсьер похлопал его по плечу. — Это был достойный путь, Иво.       Внизу собирались люди. Многие приехали издалека, чтобы своими глазами увидеть церемонию.       Не торопясь, прямым шагом Мартен взошёл на амвон. Толпа резко умолкла.       Иво начал читать клятву. — «Клянусь до последней капли крови защищать человечество. Отныне его выживание для меня — наивысшая цель».       Как было положено ритуалом, он склонил голову, протянул ладони, накрыв одну другой. Рядом стоящий священник взял их в свои руки и проговорил: — В делах… — коснулся его лба, — … и помыслах — храни Единый. — С надеждой на искупление.       Люди склонили головы в почтительном поклоне. — Поздравляю, — с гордостью прошептала Лу, — Ты это заслужил.       В этот день для всего мира начиналась новая эпоха.       Рид пыталась пробиться сквозь толпу.       «Ну, аккуратнее, крэп. Дайте пройти».       Выйдя на улицу, она вдохнула. — Лу! — сзади её окликнул женский голос.       От неожиданности псионичка подпрыгнула. — Ма? Не подкрадывайся так. Что ты тут делаешь? — спросила Лу. — На церемонию приехала посмотреть. Как же, такое событие, — ответила мама девушки. — Почему не позвонила? — Отвлекать не хотела. Думала ты по работе тут. Только мешаться буду, — ответила Энн. — Не неси, херни.       Девушка обняла маму. «Крэп. Как же я соскучилась». — Месье Мартен был такой красивый сегодня. Никогда не видела его в белом, — с восхищением произнесла женщина.       «Ага, а без одежды он ещё лучше». — Лу, помнишь ты говорила, что у тебя появился молодой человек. Может пока я в городе, познакомишь нас? Всё-таки интересно посмотреть.       Псионичку обдало холодным потом. — Привет. Здравствуйте, мадемуазель Рид, — здороваясь, подошёл Кей.       Стоун уловил странные эмоции Лу, но вопросов задавать не стал.       «Вот же встряла. И чё делать теперь? Я щас даже не на колёсах».       Быстро сообразив, Рид сказала: — Кей, привет. Нужна твоя помощь. Дай ключи от машины, потом объясню. Быстрей, — девушка взяла маму под руку. — Познакомлю, ток ща нам пора, ко мне заедем.       Зайдя домой, Лу осознала, что не была тут с тех пор, как Баретти вырвал её из постели. Остатки ужина, присланным Мартеном, стояли на своём месте, по полу были раскиданы вещи, а на столике разбросана всякая мелочь. — На уборку времени нет, — констатировала псионичка.       Мама оглядывалась по сторонам, с тех пор как она была тут в последний раз, многое изменилось. За время работы, Лу сделала небольшой ремонт, вдобавок на полках стояла дорогая косметика, свечи, духи. — Слушай, ма, я сейчас отъеду ненадолго, ты тут побудешь. Потом вернусь за тобой и поедем знакомиться, ок?       Лу пулей вылетела из блока, садясь в машину. По дороге она представляла это их знакомство. Вырисовывалось не очень. «Они охренеют друг от друга».       Мартен уже вернулся. Он стоял и делал себе кофе. — Кей сказал ты машину у него отобрала, — почти смеясь, произнёс он.       Лу запыхавшись, облокотилась о стену. — Сдал меня получается. Ему пару шагов тут до дома дойти. Мог и прогуляться, — так же смеясь, ответила Рид. — Стоун приехал на церемонию вместе с бабушкой на своей машине, думаю до её дома пешком они добрались бы только ночью, — сказал Иво. — Оуу… — издала девушка.       Викарий подошёл к ней, гладя по щеке. — Что-то случилось?       Лу стояла, переминаясь с ноги на ногу. — Да. Ну то есть…нет. Крэп. Ну тип…       Мартен смеялся.       Рид попыталась закончить. — Моя мама хочет познакомиться с тобой. Точнее не совсем с тобой. Крэп, то есть она ещё не знает, что ты это ты. — Я понял, Лу, понял.       К вечеру Викарий распорядился, чтобы доставили еду, а так же заказал огромный букет цветов. Лу решила, что лучше встретит маму тут и заказала такси.       Мартен стоял перед зеркалом, то и дело, оглядывая себя, постоянно поправляя волосы.       «Сегодня с каменным лицом взошёл на пост Викария, а тут нервничает перед знакомством с моей мамой. Такой удивительный».       В дверь постучали. Иво открыл. Вначале, женщина подумала, что ошиблась дверью, но когда заметила, стоящую позади дочь, опешила. — Месье Мартен… то есть Викарий, здравствуйте, — она склонила голову в поклоне, выражая уважение. — Прошу расслабьтесь. Для вас — я просто Иво.       Они вдвоём лежали и обсуждали минувший ужин. Их руки были переплетены, не желавшие расцепляться. Лу уткнувшись в шею любимому, вдыхала древесный, немного сладковатый аромат.       «А завтра он снова будет сидеть за бумагами, допоздна…ну такой уж он…».       На рассвете Мартен лично подписал указ о казни Жан-Франсуа — за преступление против человечества. Тот не раскаивался. Нёс какой-то религиозный бред о каре Единого, впрочем ничего нового.       Мир постепенно привыкал, обживался. Со временем Совет тоже поддержал идеи нового Викария.       Сняв инквизиторскую форму в крови, Мартен всё больше и больше завоёвывал уважение. Больше никто не смел назвать его палачом. Здесь начиналась новая история.

And I watched the world fall,

И я видел, как мир рушится,

And I rebuilt it piece by piece

А потом я по кусочкам отстраивал всё заново.