Нет, я не жду тебя, но знай, что я любила (Т/И/Зима)

      Ты сидела в такси, наблюдая, как снег медленно падал за окном, укутывая родной город снежным одеялом. Прошло уже два года с тех пор, как ты переехала в Америку.  Возвращение в Казань вызывало в душе смешанные чувства — радость от встречи с родными и друзьями, и тоску по ушедшему времени.       Все вокруг казалось таким знакомым и одновременно чужим. Здания, улицы, даже знакомые лавочки в парке несли на себе отпечаток прошедшего времени, словно и город скучал по тебе, как и ты по нему.       Прошло уже два года с тех пор, как вы расстались с Вахитом, но воспоминания о тех днях до сих пор были яркими, словно случились вчера. Ты помнила, как гуляли по этим же улицам, как смеялись и строили планы на будущее. Но потом судьба развела вас по разным дорогам. В поисках лучшей жизни родители увезли тебя за океан, а он остался здесь.       В солнечном Сан-Франциско ты и забыла, что такое настоящая зима со снегом и сильными морозами. Но здесь, в родном городе, снежинки кружили за окном, создавая ощущение сказки. Такси плавно скользило по заснеженным улицам, а внутри было тепло и уютно. Водитель слушал тихую музыку, и ты невольно уловила знакомую мелодию. Строчки песни всколыхнули воспоминания:

"Время пройдёт и ты забудешь, всё что было С тобой у нас, с тобой у нас Нет, я не жду тебя Но знай, что я любила..."

      Ты задумалась о том, как же изменились ваши жизни. Зима, возможно, уже давно забыл о тебе и нашёл новую любовь.  А ты? Ты не ловила звёзд с неба и работала официанткой в ресторане. Смена за сменой, заказы, улыбки клиентам — всё это стало твоей новой реальностью в Сан-Франциско.  Город с его холмами и небоскрёбами, шумными улицами и океанским бризом был красив, но чужд.  Ты так и не нашла в нем своего места.       Ты потянулась к сумке и достала старый дневник. Листая страницы, ты наткнулась на запись, сделанный в начале ваших отношений:       "12 февраля. Сегодня Вахит сломал нос моему однокурснику, сказав, что я его девушка.  Он такой грубый, неотесанный, но меня это в нём и привлекает."       Ты улыбнулась, вспомнив тот день. Зима был всегда прямолинейным, иногда даже чрезмерно, но это был его способ выражать свои чувства. Его ревность, хоть и проявлялась порой слишком резко, давала тебе понять, насколько ты была для него важна.       Слишком много времени утекло, и ты прекрасно понимала, что для Вахита ваша история давно стала лишь туманным воспоминанием.  Он нашел новую любовь, новую жизнь, и ты была рада за него. Но в твоем сердце всё ещё жила та искра, та любовь, которую она никогда не забудешь.       Вскоре такси остановилось у старого подъезда, где ты провела своё детство и юность. Поднявшись по скрипучим ступеням, ты шагнула в квартиру, которая  когда-то была полна жизни, смеха и тепла. Теперь же всё казалось совершенно другим. Перед переездом в Америку родители раздали вещи и мебель, поэтому в квартире осталось лишь несколько предметов, словно призраки прошлого.       В центре комнаты стоял круглый деревянный стол, на котором лежала скатерть, когда-то белоснежная, но теперь покрытая пылью и слегка пожелтевшая. Рядом стояли два старых стула, их обивка выцвела и потрепалась от времени. Но самым важным для тебя оставалось пианино, на котором ты играла с детства. Его черный лакированный корпус всё ещё блестел, хоть и был покрыт тонким слоем пыли. Ты подошла к нему и провела рукой по клавишам, они отозвались глухими, меланхоличными звуками.

***

      Проходя мимо старого дома, где раньше жила ты, Вахит заметил, что в твоей квартире горел свет.       — Это квартира Шелковских? — озадаченно поинтересовался Зима, обращаясь к лучшему другу.       Валера кивнул.        — Там хуеву тучу лет никто не жил, странно, — он подозрительно покосился сторону окна на пятом этажа.       — Владельцы продали квартиру и въехали новые жильцы. Чего так удивляться? — Вера, девушка Вахита, небрежно отмахнулись рукой.       — Т/И приезжала и даже не зашла поздороваться? — Туркин удивленно выгнул бровь, догадываясь, что квартиру не могли продать без твоего присутствия.       — А кто она такая? — нахмурилась девушка, растерянно поглядывая то на своего парня, то на Валеру.       Вахит не мог оторвать взгляда от окна. В его голове крутились воспоминания о тех днях, когда вы были вместе. Он вспомнил, как проводил тебя до этого подъезда, как смотрел вслед, пока ты не скрывалась за дверью. Теперь этот свет казался ему каким-то знаком, будто прошлое снова напоминало о себе.       — Пойду проверю, — внезапно заявил парень.       — Зачем тебе? — удивилась Вера, цепляясь за его руку, — пошли лучше домой.       Но Вахит уже направился к подъезду.       — Расскажешь о своих свободных подругах? — Туркин перегородил девушке дорогу, полагая, что лучший друг должен сам пойти разобраться со своим прошлым.       Дверь была не заперта и парень свободно вошел в квартиру.       Ты сидела за пианино.  Ноты, которые ты знала наизусть, ожили под твоими пальцами, наполнив комнату звуками вашей общей истории. Казалось, что с каждым аккордом время возвращалось назад, позволяя тебе вновь окунуться в те дни, когда вы были вместе.       — Велком ту Казань.       Когда ты закончила играть и устало откинулась на спинку стула, парень короткой репликой сообщил о своем присутствии.       Услышав родной голос, ты вздрогнула.

Через пять минут 

      — Т/И приехала? — спросил Валера, когда его друг буквально выскочил из подъезда.       Зима ничего не ответил, и схватив свою девушку за руку, повел её в сторону своего дома.       Туркин тяжело вздохнул и направился сам все проверить.       — Ты то хоть рад меня видеть? — хмуро поинтересовалась ты, безрадостно поглядывая на друга.       — А как же? — хмыкнул Валера и раскинул руки для объятий, — не каждый день гости из Америки приезжают.       — Я не в гости, я навсегда, — мрачно возразила ты, переминаясь с ноги на ногу.